Петля судьбы
(Hinge of Fate)


АВТОР: Ramos
ПЕРЕВОДЧИК: Montausier
БЕТА: Galadriel
ОРИГИНАЛ: на fanfiction.net
РАЗРЕШЕНИЕ НА ПЕРЕВОД: получено

ГЛАВНЫЕ ГЕРОИ/ПЕЙРИНГ: Гермиона, Северус
РЕЙТИНГ: R
КАТЕГОРИЯ: het
ЖАНР: romance, drama

КРАТКОЕ СОДЕРЖАНИЕ: Она не может вспомнить, а он не в силах забыть.

АРХИВИРОВАНИЕ: если хотите выложить этот фик на своем сайте, сообщите об этом переводчику.




Глава 7

Как большинство людей радуются встрече со старым другом, Северус Снейп был рад снова надеть свой черный сюртук с воротником стойкой. Он не повязал шейный платок, да и сюртук остался не застегнутым. Северус только-только начал дышать свободно и был не склонен ограничивать доступ воздуху сейчас.

Он чувствовал себя великолепно. Мог дышать полной грудью, ходить и наклоняться без дикого головокружения и постоянного привкуса крови во рту - всем этим он достаточно насладился за период болезни. На календаре было 31 января, но для Северуса Снейпа Новый Год наступил всего несколько дней назад. Он не был столь сентиментальным, чтобы назвать это вторым рождением, но болезнь и невероятно быстрое выздоровление заставили его взглянуть на многое по-другому. Удовольствие доставляло и то, что он мог возиться в своей маленькой комнатке в одиночестве или нежиться в ванной без постоянного щебета Помфри за дверью: ведьма проверяла, а не утопился ли он. Сама идея «смерти в ванной» казалась настолько унизительной, что он старался ни в коем случае не перегружать свое сердце чересчур горячей водой или длительными процедурами.

На последней встрече с директором их разговор коснулся исследований, на которые раньше у Северуса не хватало времени. Рецепты, предложенные в журналах “Алхимия” и “Зелья”, дразнили воображение и сулили замечательные результаты. Дамблдор дал свое полное согласие на все эксперименты. Северус, разумеется, понимал, что это своего рода подачка со стороны старого мага, так как, по сути, он являлся заключенным, содержащимся под строгой охраной. Несколько комнат, где он сейчас обитал, были гораздо лучше Азкабана, но все равно оставались клеткой.

Но клеткой с прекрасно оборудованной лабораторией и способным ассистентом. Он жаждал приступить к работе, ведь нужно очень постараться, чтобы найти помощника лучше, чем Гермиона Грейнджер.

Он был уверен в ней еще и потому, что эта девочка…нет, молодая женщина, поправил он себя, спасла ему жизнь. Мисс Грейнджер может стать прекрасным Мастером Зелеьварения. Ее последние быстрые успехи в приготовлении основных медицинских зелий позволили ему расширить свои планы. Поправляя манжеты и разглаживая складки на одежде, Северус на минуту задумался о Гермионе.

Незаживающая рана. Его разум снова и снова возвращался к мысли о том, в каком положении оказалась девушка, пока неловкость этих размышлений не заставили его думать о другом.

После Хеллоуина, когда благодаря заботе Помфри он пришел в себя, он был не в состоянии сообщить Дамблдору о случившемся. Только несколько дней спустя он смог вспомнить все детали. Миг, когда он вспомнил все, был подобен взрыву. В один из визитов Дамблдора во время разговора Северус наконец понял, почему директор так осторожно обходит некоторые подробности.

Он, Северус Снейп, изнасиловал Гермиону Грейнджер.

Внезапное полное возвращение памяти вызвало приступ рвоты, нещадно разрывавшей швы в его только что залатанном желудке, пока кровь не смешалась с желчью, стремившейся наружу. Помфри накричала на Дамблдора, чего никогда не делала, а на него наложила чары нечувствительности.

Когда он пришел в сознание, то запретил себе любые эмоции. Холодная ярость - единственное, что спасало его раньше, - сейчас слишком дорого обходилась искалеченному телу. Чаще всего он игнорировал попытки Дамблдора вывести его из мрачного уныния так же, как и попытки Помфри привлечь его к лечению. Он знал только одно: собственное тело предало его, и не заслуживает лучшего обращения. Хотя Малфой использовал заклинание Империус, но над Гермионой надругался именно он, и его ребенок рос в ней.

Новость о беременности Гермионы чуть не стала для него последним ударом. Его обычный сарказм вызвал у нее негодование, но ее отказ презирать его был настолько же неожиданным, насколько невероятным. Только он виноват перед ней, а она возненавидела Люциуса Малфоя, и это оставило Северуса в замешательстве. Неожиданно спровоцировав ее, он осознал, что у девочки есть характер, ведь это она заставила его обуздать гнев и ярость.

В течение двух недель они работали вместе без конфликтов, поддерживая почтительные и холодно вежливые отношения. Он воздерживался от провокационных замечаний, а она вела себя очень тактично, хотя он заслуживал другого отношения. Что ж, это давало слабую надежду на то, что она, возможно, согласиться помогать ему в дальнейших исследованиях и спасет от утомляющей опеки Помфри.

В нетерпении начать работу, он бросил расправлять манжеты и взмахнул рукой. Ложная стена, разделяющая его комнаты и пыльный изолятор, исчезла, затем то же самое произошло с противоположной стеной, что позволило Северусу сразу пройти в лабораторию. За его спиной призрачные стены вернулись на место. В Хогвартсе изменялись не только лестницы, и старый замок подчинился чарам директора, кое-где соединившего стены.

Северус едва успел оглядеть обновленную лабораторию, как услышал женский голос, зовущий мадам Помфри. Слишком рано для студентов и, к тому же, он точно знал, что Поппи еще не пришла. Голос показался знакомым, и он, чуть приоткрыв дверь лаборатории, выглянул в щелочку. Его предположение подтвердилось: у входа в лазарет стояла Гермиона Грейнджер.

Слово “стояла” подходило с трудом, так как мисс Грейнджер цеплялась одной рукой за косяк двери, а другой держалась за живот, но эта рука быстро переместилась ко рту, когда подкатила новая волна тошноты. Девушка резко сорвалась в сторону уборной и весьма красноречивый звук эхом отразился от кафельных стен.

* * *

Едва проснувшись, Гермиона почувствовала утреннюю дурноту особенно сильно: до этого были лишь минуты легкого недомогания. Она едва успела добежать до туалета, где ее стошнило. Стало немного легче. Она почистила зубы и выпила холодной воды, но пока искала форму, ей пришлось дважды навестить «фарфорового друга». В итоге, натянув на себя первое, что попало под руку - старую рубашку и пару леггинсов - Гермиона накинула мантию и поспешила в больничное крыло.

Просто проходя через Главный Зал и почувствовав запах пищи, она снова кинулась к туалету. От восхождения по лестницам ее лицо посерело и покрылось потом. И как только девушка вошла в лазарет, подступившая тошнота снова заставила ее свернуть к ближайшей уборной. Спазмы сотрясали все тело, и Гермиона вцепилась в унитаз. Когда худшее осталось позади, она беспомощно прижалась лбом к прохладному кафелю, пытаясь остановить головокружение.

Она вздрогнула от холодного прикосновения к шее и подняла голову, но давление пальцев заставило ее снова наклониться.

- Останьтесь пока так, мисс Грейнджер. Подождите, когда все окончательно пройдет, - глубокий голос Снейпа был лишен обычных ноток превосходства, и она опустила голову вниз. Мужчина подал ей полотенце, и Гермиона вытерла лицо.

Несколько минут спустя девушка осторожно села и откинула волосы назад. Мышцы спины и живота протестовали, но желудок сохранял спокойствие, пока она умывалась и пыталась, не очень успешно, привести себя в порядок. Когда руки были вымыты, а мантия застегнута, она покинула маленькую уборную и удивилась, заметив, что Снейп протягивает ей дымящуюся кружку.

- Что это? - спросила она, осторожно взяв чашку в руки и принюхиваясь к душистому пару.

- Экзотическая смесь. Мятный чай с лакричным корнем и медом. Это успокоит ваш желудок, не вызывая никаких побочных эффектов.

- Благодарю вас, - слабо пробормотала она и сделала маленький глоток. Жидкость оказалась обжигающей, но тепло успокоило горло и желудок.

Северус придержал дверь уборной и предложил ей пройти в комнату. Гермиона дошла до одного из стульев и присев, склонилась над столом.

- Думаю, что не смогу сегодня готовить зелья, - расстроено произнесла она.

- Ничего страшного, - успокоил ее Северус.

Гермиона пожала плечами и осторожно сделала еще глоток чая. Ее следующие слова прозвучали в полной тишине. - Могу я задать вам один вопрос?

Он кивнул.

- Вы вернетесь преподавать Зелья?

- Нет, - немедленно ответил он и добавил, - я преподавал только из уважения к директору и постольку, поскольку это давало мне возможность «шпионить» для Волдеморта.

- Понимаю.

Обычный вежливый ответ, но Северус услышал нотки разочарования в ее голосе. Конечно, он понимал: Гермиону разочаровывал не его уход, а невозможность получить хоть какие-то знания.

- Я бы мог полюбить преподавание, если бы студенты больше интересовались учебой. Но, к сожалению, здесь слишком много Долгопупсов и слишком мало подобных вам.

- А я думала, вы меня терпеть не можете, - брякнула Гермиона. Прежде чем он нашел, что ответить, девушка снова побледнела и быстро скрылась в уборной. Посмотрев на опустевшее место, Северус отправился на поиски нового полотенца.

- Кажется, я знаю, в чем дело, - слабо проговорила Гермиона, когда Снейп появился в дверях. Она взяла предложенное им влажное полотенце и приложила ко лбу. - Не надо сдерживаться.

- Ловлю вас на слове, но вы проведете день на одной из этих коек и нигде иначе.

Когда Гермиона кивнула, Северус взял ее под руку и помог подняться с пола, нахмурившись, потому что практически не ощутил ее веса. Девушка была невысокой, но если она весила больше 40 килограмм, то он бы сильно удивился. Он довел ее до кровати, расположенной напротив лаборатории. Отсюда он услышит, если ей что-нибудь понадобиться. Конечно, скоро вернется Помфри, а затем нагрянут симулирующие студенты, но пока он должен все держать под контролем. По просьбе Гермионы Северус расставил ширмы вокруг ее кровати.

Повернувшись к девушке, он заметил, что ее черная школьная мантия брошена поперек кровати, а его самая прилежная ученица одета в вытянутую рубашку с улыбающейся рожицей. Северус моментально отвернулся. Гермиона устроилась под одеялом, и он, убедившись, что таз находиться в пределах досягаемости, собрался выйти, но его остановил тихий вопрос.

- Могу я попросить вас об одном одолжении?

- Гермиона, - заговорил он и чуть вздрогнул. - Вы можете просить у меня все, что угодно, и я это сделаю.

- Ох…. - девушка выглядела немного озадаченной. - Я только хотела сказать, что подслушала разговор директора и мадам Помфри о том, что вы приступаете к новым исследованиям, и надеялась, вы позволите мне помогать.

- Вы желаете продолжить работать со мной? - слегка удивленно спросил он.

- Да. Пожалуйста. До ТРИТОНов всего несколько месяцев и мне нужно набрать как можно больше баллов по зельям, что бы пройти в Алефорд.

- Клуни бесполезен при подготовке к экзаменам, мисс Грейнджер, но вы должны знать, я не сомневаюсь в ваших оценках, даже если ТРИТОНы назначат на завтра.

Гермиона не обратила внимания на этот явный комплимент и продолжила: - Я должна получить стипендию, профессор. Мои родители не очень состоятельные люди, и, сказать по правде, они не в восторге от мысли, что я собираюсь поступать в университет в волшебном мире.

- Вы написали им? О беременности, - спросил он, пытаясь скрыть чувство неловкости за мягким тоном.

- Нет, - произнесла она, чуть отвернувшись. - Пытаюсь придумать, что сказать.

Не зная, что на это ответить, Снейп вернулся к предыдущему вопросу: - Я не возражаю против вашего участия, мисс Грейнджер. На самом деле, я сам хотел просить вас помочь. Мадам Помфри требуется не слишком много помощи: обеспечьте ее необходимыми зельями, и она позволит вам использовать оставшееся время по своему усмотрению.

- Спасибо, сэр. Вы не представляете, как я вам благодарна, - Гермиона подтянула одеяло и, положив на него руки, легла. Ее лицо было таким же белым, как подушка, но даже с того места, где он стоял, Снейп видел веснушки на ее переносице.

- Думаю, теперь моя очередь. Мисс Грейнджер, могу я задать вам личный вопрос? Вы уже решили, что будете делать с… ребенком? - он еще немного запинался, произнося это слово.

Гермиона теребила одеяло и не спешила с ответом. - Честно говоря, нет. Профессор Дамблдор упоминал, что некоторые волшебные семьи могли бы усыновить чистокровного ребенка. Учитывая мои и ваши гены, ребенок вряд ли будет сквибом. Но я не уверена в правильности этого решения, потому что не буду знать, какая семья приняла его, хорошая ли она.

- Не семья Пожирателей Смерти или им подобная, правильно?

- Да. Я не переживу, если мой ребенок окажется в семье, похожей на Малфоев, - Гермиона тяжело вздохнула, и Снейп мог с уверенностью сказать, что она измучена. - Но пока я не думаю об этом по нескольким причинам. Волдеморт - вот о чем надо беспокоиться. Если победим мы, я уверена: все изменится. Если победит он, то у меня появиться еще больше поводов для беспокойства, разве нет?

Глаза девушки слипались, и Снейп воздержался от упоминания о последних вестях от кентавров, в которых говорилось, что, согласно звездам, решающая битва с Волдемортом должна произойти в этом году.

Практически засыпая, Гермиона пробормотала: - И если ведьмы и колдуны живут так долго, как говорят…То забота о детях, пока они не подрастут для Хогвартса, не займет много времени, правда?

- Спите мисс Грейнджер. Я позабочусь, чтобы вас освободили от уроков сегодня.

В ответ раздался лишь неразборчивый шепот.

* * *

Снейп мог покидать больничное крыло и спокойно бродить по залам и коридорам Хогвартса не раньше наступления отбоя. Он использовал чары незаметности и заглушающие чары для ботинок, но это были лишь незначительные неудобства по сравнению с теми, что он выносил прежде. Миссис Норрис учуяла его запах, когда рыскала по коридорам в поисках нарушителей.

Гаргулья пропустила мужчину на винтовую лестницу, ведущую к кабинету директора. Он поднимался, перешагивая через две ступеньки, просто потому, что теперь мог себе это позволить.

Дамблдор предложил ему чай, бисквиты и, конечно, ужасные маггловские конфеты. Некоторое время они просто болтали ни о чем, пока Северусу это не надоело: он начал нетерпеливо постукивать пальцами по ручке кресла.

- Итак, как ваши дела с мисс Грейнджер? - неожиданно спросил Дамблдор.

- Извините, что?

- Я упомянул мисс Грейнджер. Вы говорили, она изучила все зелья, которые необходимы Поппи. Если вы сработались, то можно попросить ее ассистировать вам в исследованиях.

- Да. Я думал об этом, - тихо заговорил Северус. – И она согласилась работать со мной, поскольку это позволит ей подготовиться к ТРИТОНам.

- Ах, да. Головная боль всех семикурсников. Что ж, хорошо. Мисс Грейнджер поступила так, как я предполагал, несмотря на ее чрезвычайную ситуацию. Несомненно, она великолепно справиться и с малышом.

Дамблдор произнес эти слова таким жизнерадостным тоном, что вызвал у Снейпа желание задушить старого колдуна. - Справиться, вы сказали. Глупая девчонка! Я предлагал ей все что угодно, а она мечтает о хороших оценках по ТРИТОНам!

Дамблдор хмыкнул и отпил чай, серебряная ложечка тихо звякнула о стенки фарфоровой чашки.

- Ей необходимо понять всю серьезность ситуации, - продолжал говорить Северус, хотя он по-настоящему еще не решил, что может сделать для Гермионы Грейнджер.

- Возможно, от вас ей не нужно ничего.

- Но у нее есть все права требовать. Либо она понятия не имеет о моем финансовом положении, либо она отчаянно смелая и упрямая…

- Северус, - предупреждающе произнес Дамблдор, погрозив ему ложечкой. - Если вы скажите “как гриффиндорка”, я вас поколочу.

Снейп сверкнул глазами, но промолчал, хотя собирался сказать именно это. Он наполнил чашку еще раз и потягивал холодную, горькую заварку с мрачным удовольствием.

- Если вы хотите что-то сделать для ребенка, признание отцовства и ваша фамилия - наилучший выбор, - с нажимом произнес Дамблдор.

Северусу с трудом удался язвительный тон: - Ваша уверенность в моем будущем очень трогательна, директор. Не говоря о весьма оптимистичном предположении, что мисс Грейнджер должна отбросить все чувства и эмоции и остаться со мной.

- Насколько я знаю, ваша мать донимала вас требованием обзавестись наследником.

- Пусть род Снейпов прекратится.

Дамблдор вздохнул: - Прекратите сантименты, Северус. Можно подумать, вы какой-нибудь второкурсник, который не нашел себе пары для бала. – Снейп сердито посмотрел на Дамблдора, но тот в ответ лишь улыбнулся. - Не хотите давать ребенку свое имя, не надо. Это всего лишь предложение, - он допил чай. - К тому же, мне больше нравится фамилия Грейнджер.

Проигнорировав насмешку, Северус нахмурился в задумчивости: - Возможно, лучше включить Гермиону и ребенка в мое завещание. Если со мной что-нибудь случится, а вероятно так и будет, - четко произнес он, - у нее останется состояние.

- И в тот момент, когда Министерство подпишет этот документ, она и ребенок станут мишенью для всех, кого сейчас сдерживает лишь уважение к вам, мой мальчик, - закончил Дамблдор. - Не говоря о том, какое расследование устроят чиновники по поводу происхождения ребенка. Вы знаете, как Министерство относится к незаконнорожденным, особенно среди чистокровных фамилий. Эти старые чудаки должны думать о том, как бы наше население вообще не вымерло, и радоваться каждому ребенку. Но нет, они хотят, чтобы чистокровные женились на чистокровных и создавали чистокровные семьи.

Директор проклинал всех министров за глупость: - Нет, Гермиона утонет в юридической волоките и ребенок увидит хоть какие-нибудь деньги не раньше, чем пойдет в Хогвартс. Северус, лучше тебе подумать о том, как прожить достаточно долго и лично передать ей деньги, - бесцеремонно закончил Дамблдор.

- И лишиться рук после этого? Мисс Грейнджер так же горда, как и умна, она откажется поддерживать любые отношения со мной. Мне повезет, если я уцелею после первой попытки вручить ей деньги.

- Что ж, уверен, ты что-нибудь придумаешь.

Северус с грохотом поставил чашку. Он подозревал, что директор подталкивает его, но не мог понять, в каком направлении.



Глава 8

Прошла неделя, в течение которой Северус пытался разобраться в затруднительном положении Гермионы Грейнджер, или, точнее, как он сможет возместить хотя бы часть ущерба, нанесенного ей.

Их совместная работа продолжалась без малейших трений, и Гермиона проводила каждую среду, помогая ему перестраивать лабораторию. В центральной комнате появился дополнительный стол и несколько новых книжных шкафов; старую мебель вынесли в изолятор вместе с остальным ненужным хламом. Правда, после перестановки оказалось, что свободного места осталось мало, но, тем не менее, для работы все было продумано отлично. Наконец появилась комната, где он разместил все свои бумаги и множество томов по зельям, исписанных заметками на полях.

Он просматривал собственные записи, делая примечания и ссылаясь на самые последние публикации. На другом конце стола сидела Гермиона и перемалывала болотные бобы для желудочного зелья Помфри, не спуская глаз от массы сушеного нечто, отмокающего в горячей воде.

Северус незаметно разглядывал девушку, когда они работали над разными заданиями. В последние годы, похоже, она оставила попытки усмирить непослушные волосы, которые отказывались подчиняться. Ее кудрявая грива как обычно падала на спину, сдерживаемая прядями, собранными в хвост. Выбившийся локон лежал на ее щеке и мягко колыхался от дыхания.

Вернувшись к своим бумагам, он не заметил, что Гермиона подошла к полкам. Шкафы поднимались под самый потолок, чтобы дотянуться до верхних полок, требовалась стремянка.

- Профессор, что это такое? - спросила девушка, стоя на мысочках на стуле и снимая с полки маленький стеклянный горшок. Крышки на нем не было, и Гермиона осторожно принюхалась.

- ЧТО ВЫ ДЕЛАЕТЕ?! - громко воскликнул он и немедленно пожалел об этом, заметив, как от неожиданности девушка потеряла равновесие, опасно пошатнувшись. Стремительно вскочив, Северус в один миг подлетел к ней.

- Полагаю, ищу сушеные копыта кентавра, - произнесла она ехидно, вцепившись в край шкафа. - Пожалуйста, больше не пугайте меня так, я чуть не упала.

- Я заметил, мисс Грейнджер. И буду очень признателен, если вы сию секунду спуститесь оттуда, - не доверяя ей, он обхватил Гермиону за талию и спустил вниз. Как только она оказалась на полу, Северус взял горшок из ее рук и, накрыв крышкой, плотно запечатал с помощью заклинания.

- Теперь говорите. Сколько вы вдохнули? Голова не кружиться, не чувствуете резь в глазах? - он приподнял ее голову за подбородок и посмотрел зрачки, отметив ровный карий цвет радужки. При более внимательном рассмотрении можно было заметить вкрапления зеленого.

- Совсем чуть-чуть, нет и нет, - ответила она. - А что это?

- Основной компонент Gravis Expirato, - он взял ее руку и, ущипнув за кончики пальцев, повторил это действие несколько раз, пока не убедился, что кожа моментально возвращается к своему первоначально розовому цвету.

- Ой, ОЙ. Профессор, со мной все в порядке. Я прекрасно знаю, что нельзя глубоко вдыхать никакие запахи, если не уверена, что перед тобой.

- Тем не менее, - произнес он, критически разглядывая цвет ее лица. - Я хочу, чтобы вы посидели еще несколько минут и сказали мне, если почувствуете слабость или судороги.

- Со мной и правда все нормально, - настаивала она, но подчинилась, когда, подтолкнув стул обратно к столу, Снейп усадил ее. - Я едва уловила аромат. Пахнет как Львиный зев.

- Да, - рассеянно протянул он, пока изучал полки. - Это близкий родственник пустырника, но особая разновидность, созданная для единственной цели. Осталось немного, после того, как я приготовил Expirato. - Сушеные копыта находились на полке вровень с головой Северуса, что было слишком высоко для Гермионы. Он снял банку с полки и передал ей.

- Вот. Когда закончите, оставьте их здесь, они понадобятся мне позднее.

- Да, сэр.

Северус поставил свой стул ровно и поднял с пола перо. Усевшись, он поправил мантию и пригладил волосы, но прежнее спокойствие не возвращалось. В течение минуты он наблюдал за Гермионой, шинкующий копыта, затем прокашлялся. - Я попрошу мадам Помфри дать вам Ложного корня единорога. Если у вас возникнут проблемы, немедленно обратитесь к ней.

- Хорошо, - согласилась Гермиона, немного удивленная его беспокойством. Чаще всего корень единорога использовался как средство, предохраняющее от выкидыша. - Спасибо.

- Пожалуйста, - и, наконец, измучившись, Северус решился задать вопрос, занимающий все его мысли последние несколько дней. - Мисс Грейнджер, скажите. Последний раз, когда мы говорили, вы склонялись к тому, чтобы самой вырастить ребенка, а не отдать его на усыновление. Вы не передумали?

- Нет, - ответила она после минутной паузы. - Несмотря на угрозу войны, я хочу сама вырастить малыша.

- Я надеялся, что, возможно, вы позволите мне видеться с ребенком.

Гермиона осторожно положила копыто на терку и посмотрела на мужчину, сидящего напротив. Его лицо казалось, как обычно, непроницаемым, но за последние недели совместной работы она научилась угадывать что-то по его невольным движениям. Длинные пальцы сжимали перо, покачивая его из стороны в сторону, выдавая волнение, с которым он ожидал ее ответа.

- Конечно, профессор, - ответила она. - Я просто... Я думала, что вам все равно. Мне казалось, ребенок будет …обузой для вас.

- Неизвестно, как все сложиться в будущем, мисс Грейнджер. Но мне не все равно, и пока оставим это.

Гермиона продолжала пристально смотреть на него, и в ответ он вопросительно изогнул бровь.

- Могу я показать вам кое-что? - попросила она. Нахмурившись от того, как серьезно прозвучал ее вопрос, Северус кивнул, но помрачнел еще больше, когда Гермиона поднялась и, подойдя к двери, закрыла ее.

- Больше это никого не интересует. Конечно, Помфри встречалась с этим раньше, но ни Джинни, ни Гарри, ни Рон… ох, я заболталась, - она подошла к Северусу, затем, поколебавшись, обошла его и исчезла за призрачной стеной изолятора.

Северус проследовал за ней. Гермиона остановилась у одной из пыльных кроватей у стены. Молча она расстегнула тяжелую школьную мантию, открывая некрасивый свитер крупной вязки и леггинсы.

- Дайте руку, - приказала она. Ничего не понимая, Северус протянул ей руку, и Гермиона, достав палочку, прошептала короткое заклинание. Он ощутил легкое покалывание.

- Чары Чувствительности, - объяснила она. - Я нашла их в одной из библиотечных книг. Иначе Вы ничего не почувствуете. Я только на третьем месяце, слишком маленький срок. Я сама начала чувствовать всего несколько дней назад.

- Почувствую что? - спросил он, но девушка не ответила. Не выпуская его руку, она легла на кушетку и быстро подняла свитер. Северус увидел полосу бледной кожи между поясом брюк и закатанным свитером: небольшой живот удалось бы скрыть, будь Гермиона попухлее.

- Мисс Грейнджер, могу я узнать… - слова замерли, когда она положила его руку на свой живот, заставляя неуклюже наклониться. Он открыл рот, чтобы запротестовать, но вдруг что-то шевельнулось под его ладонью. Он медленно опустился на край кровати, рядом с девушкой. Еще один толчок.

Однажды Гарри и Рону удалось подложить ей в карман мантии мышь. Когда она села, мышь, изучившая свою тюрьму, фыркала и бегала по карману из угла в угол. Чувство щекотки от тех маленьких лапок больше всего было похоже на ощущения, которые она испытывала сейчас, когда ребенок ворочался в ее матке.

- Здесь. Вы почувствовали это? - не дожидаясь ответа, она переместила руку Северуса ниже, пока его пальцы не оказались около ее пупка, почти под поясом брюк. Она замерла на мгновение, и он почувствовал это снова. Как будто на ладони дрожат крылья бабочки. - Нажмите чуть-чуть, - предложила она, прижав его руку своей ладонью, и, когда он это сделал, ощущение повторилось.

Впервые за все время знакомства Гермиона видела Северуса Снейпа по-настоящему ошеломленным. Его черные глаза наполнило удивление, когда он уловил движения его ребенка, и ощущение благоговейного трепета сделало его лицо менее суровым, разгладив глубокие морщины на лбу.

Она тоже была потрясена, когда впервые это обнаружила, и хотела поделиться секретом хоть с кем-нибудь. И сейчас, видя, как кто-то испытывает те же эмоции, она вновь улыбалась при мысли о происходящем чуде.

Только когда он переложил руку на новое место, пытаясь проследить неуловимое перемещение, Гермиона поняла, насколько интимным был этот момент и вся ситуация в целом. Лежа на спине с его большой теплой рукой на животе, она не могла не заметить, что такое близкое его присутствие было немного пугающим. Конечно, Снейп был худощав, но его нельзя назвать слабым, и это стало очевидно, когда он склонился над ней.

Он снова переместил руку, и девушке показалось, что она сейчас взорвется. Простое и разумное объяснение, что Снейп отец ее ребенка, оказалось ничем по сравнению с физическим ощущением того, что он мужчина. Она пыталась успокоить себя, наблюдая за ним, но ее соски немедленно напряглись при мысли, что Снейп прикасается к ней. Она не помнила ничего и даже не хотела вспоминать о насилии, в результате которого стала беременной, но он знал ее тело. Она носила его ребенка.

Медицинские трактаты предупреждали, что ее гормоны будут весьма активны, но это было невероятно. Только прикосновения его руки к почти закрытому животу заставили ее тело реагировать на Северуса Снейпа с бешеным возбуждением, не сравнимым со всем тем, что когда-либо вызывал Рон даже при ее активном участии. Гермиона закрыла глаза и твердо приказала своим гормонам успокоиться.

- Извините, - Снейп быстро убирал руку с ее тела, и Гермиона почти расстроилась, что он отстранился. - Очень интересные чары.

Почувствовав себя униженной при мысли, что Снейп мог заподозрить в ее действиях жалкие попытки соблазнить его, Гермиона села и закуталась в мантию. Румянец на его обычно бледном лице подтверждал ее догадки, пока их взгляды не встретились, и в его глазах она увидела только удивление, а не отвращение. Девушка задалась вопросом, когда в последний раз Снейп подпускал кого-нибудь настолько близко к себе.

В этот миг Гермионе захотелось быть более общительной. Она тяжело сходилась с людьми, но не сомневалась: Снейп из той же породы. Он более или менее ладил только с Дамблдором. У него не было друзей среди учителей, он не доверял им, во всяком случае, настолько, чтобы сообщить, что жив и находится в больничном крыле. К тому же, в последние месяцы, хотя и изолированный от любых контактов с внешним миром, он редко спускался или заходил к Помфри, а с Гермионой обращался отстраненно-вежливо.

Но, если она собиралась разрешить Снейпу участвовать в воспитании ребенка, им было бы лучше наладить дружеские отношения. Значит, следует поднять этот вопрос.

- Если вы хотите видеться с малышом, я не буду возражать.

Гермиона заметила, что напряжение в осанке Снейпа уменьшилось, и решила, что сделала верный ход. Она робко улыбнулась ему и добавила: - Когда малыш подрастет, ему будет полезно узнать, что волшебники говорят не только о квиддиче.

Дрогнувшие уголки его губ дали понять, что он оценил ее шутку - предупреждение. Рон и Гарри были ее лучшими друзьями и, вероятнее всего, останутся частью ее жизни и в будущем.

- Тогда просто считаю своим долгом познакомить нашего ребенка не только с новинками метел и сборными по квиддичу, - спокойно сказал он.

Гермиона улыбнулась и прошла за ним в лабораторию, застегивая мантию и вспоминая свои задания. Она не заметила того, что он назвал ребенка, которого она носила под сердцем, «нашим».

* * *

После полуденного звонка Гермиона, прихватив свою сумку, покинула больничное крыло. Требовалось закончить домашнюю работу после утренних уроков. В рюкзаке также покоились несколько черновиков ее письма родителям, но ей почему-то совсем не хотелось отправлять его в ближайшем будущем. Хотя сам предмет объяснений станет очевидным рано или поздно, ей хотелось отсрочить эту новость, которая, несомненно, шокирует родителей. Они даже могли заставить ее покинуть Хогвартс, а так рисковать она не могла.

Не чувствуя угрызений совести из-за промедления, девушка и сегодня решила отложить написание письма. Она шагала в библиотеку: нужно было кое-что найти для задания по Заклинаниям. Гермиона надеялась, что работа отвлечет ее мысли от родителей и необходимости сообщить им о том, что они скоро станут бабушкой и дедушкой. Но, расположившись за столом, обнаружила, что не может сосредоточиться на тексте перед собой.

Ее отвлекало не письмо, а совсем другое. С волнением она вспоминала о Северусе Снейпе и том возбуждении, которое испытала от прикосновения его руки. Закрыв глаза, она представила высокую фигуру Снейпа, склонившуюся над ней, и услышала его голос.

Убеждая себя, что ребенок когда-нибудь задаст подобный вопрос, Гермиона побрела в отдел истории Хогвартса. Она знала, Снейп учился одновременно с отцом Гарри, и просмотрела школьные альбомы за тот период.

Информация о нем была скудной, фотографии показывали худого невозмутимого и гордого мальчика с носом, до размеров которого он еще не дорос, и волосами, постоянно падавшими ему на лицо.

Он значился среди участников Дуэльного Клуба и был игроком в слизеринской команде по квиддичу, которая в тот год проиграла кубок Гриффиндору. Также он выиграл награду Хогвартса за проект по зельям, и упоминалось, что сразу после окончания школы был приглашен в Оксфордскую Алхимическую Академию. С последнего курса осталось несколько фотографий. Разглядывая карточки, на которых восемнадцатилетний Снейп отказывался махать рукой, как остальные, Гермиона отметила, что прошедшие годы были для него нелегкими.

В журнале «Кто есть Кто в Международном Зельеварении» содержался впечатляющий список его разработок, но, в отличие от остальных маститых колдунов, он не входил в научные группы и комиссии и в настоящее время не участвовал ни в каких исследованиях. Микроскопическая фотография запечатлела вытянутое мрачное лицо, обрамленное черными волосами. Лицо, которое девушка видела каждый день и которое совершенно не соответствовало необыкновенным ощущениям, возникшим в ее теле.

Поддавшись искушению, Гермиона восстановила в памяти те 45 секунд, когда Снейп прикасался к ней, умышленно отбрасывая все самые приятные воспоминания, пока не начала смотреть на произошедшее спокойно. Итак, мужчина был вдвое старше, и, если бы обстоятельства сложились иначе, она так никогда и не узнала бы, что он не «ушел в отпуск». Будь разумной, приказала она себе. Как рассудительная личность, Гермиона твердо верила, что разум управляет телом, поэтому она сможет контролировать свои глупые, буйные гормоны и заставит их подчиниться. Ее может заинтересовать мужчина, но не с этой стороны.

Гермиона вернула книги на полки, решив, что предавалась удовольствиям слишком долго. Нужно заниматься, а эта случайная одержимость Северусом Снейпом - безнадежная трата времени. Если их нынешнее временное перемирие перейдет на постоянную основу, то, возможно, они смогут стать друзьями, но не более, а все остальное – ее фантазии, которые следовало выкинуть из головы. Она мысленно устроила своему брыкающемуся телу серьезную взбучку и умышленно проигнорировала все чувственные воспоминания, которые вызвал у нее этот мужчина.

Несмотря на экскурс в прошлое Снейпа, Гермиона закончила домашнюю работу до ужина и решила присоединиться к остальным в гриффиндорской башне. Колин Криви окликнул ее, когда она поднималась по лестнице, и она остановилась, поджидая сокурсника. На секунду ей показалось, что пролетом ниже мелькнул Драко Малфой, но, присмотревшись внимательнее, поняла, что ошиблась.

В общей гостиной было, как всегда, шумно, студенты дописывали домашние задания, но в большинстве просто радовались окончанию учебного дня и ждали ужина. Сидя за одним из маленьких столиков, Гарри, Рон и Джинни болтали с Парвати Патил, и Гермиона присоединилась к ним.

- …не могу поверить, - говорила явно разгневанная Парвати. - Завтра тест по предсказанию. Как вы собираетесь его сдавать?

- Прежде всегда удавалась, - пробормотал Рон.

- Боже, вы до сих пор посещаете Предсказания? - насмешливо спросила Гермиона. - Я удивлена, что вы еще не режете цыплят, выглядывая в потрохах свое будущее.

- У некоторых отсутствует дар, - холодно заметила Парвати, повторив слова профессора Трелони. - Ладно, давай свою руку, - она поморщилась, когда взяла мозолистую ладонь Рона, но внимательно изучила ее.

- О, это интересно. Смотри, линия любви очень четкая, но все-таки пересекается с линией жизни. У тебя будет много подружек, но ты не встретишься со своей половинкой очень долго.

- Да ты что! И как долго?

- Трудно сказать. Все немного неясно, хотя это может означать, что ты уже будешь знаком с девушкой, прежде чем влюбишься в нее. Но, несомненно, это кто-то, с кем ты еще не встречался.

- Старая корова, - пробормотала через плечо Джинни Гермионе. Они стали близкими подругами, пока Гермиона встречалась с Роном, и Джинни была очень разочарована, когда поняла, что Гермиона вряд ли войдет в их семью.

- И все-таки, - настаивал Рон. - Сколько у меня времени?

- Я бы сказала… приблизительно до сорокалетия.

- Сорок! Великолепно!

- Что?! - с возмущением воскликнула Джинни, когда Гарри фыркнул от смеха. - Что в этом такого великолепного?

- Ну, - спокойно начал Рон. - Значит, я, по крайней мере, доживу до 40 и мне не придется беспокоиться ни о каких серьезные отношениях с кем-либо, как сейчас. - Он посмотрел на Гермиону, затем, умышленно отвел взгляд. Гермиона почувствовала, что краснеет.

- Ой. ОЙ, ОЙ! Больно же! - крикнул Рон, когда сестра и лучший друг одновременно пнули его по ногам.

- За что?

- За то, что ты такая сволочь, - пояснил Гарри.

- Точно, - подытожила Джинни. - Хорошо. Теперь рука Гарри.

- Абсолютно исключено, - отрезала Парвати. - Только взгляд на его ладонь вызывает у меня головную боль. Последний раз, когда я пыталась предсказать ему будущее, меня замучила мигрень.

- Ладно, давай про Гермиону, - неожиданно вступил Рон. - Уж у нее-то блестящее будущее.

Несмотря на протесты, Гермиону вытолкнули вперед, и Джинни уступила ей свое кресло. Парвати взяла ее за руку и провела по линиям на ладони.

- Ну и? - поторопила Гермиона.

- Ты не поверишь… - начала Парвати.

- Я, скорее всего, вообще не поверю, - пробурчала Гермиона.

- Скажу, что в твоей жизни произошли или произойдут такие перемены, которых ты совершенно не ожидаешь.

- Позвольте, угадаю. Высокий, темноволосый красавец подхватит меня и унесет в заоблачные дали.

- Этим и ограничимся, - произнесла Парвати просто и выпустила ее руку.

Гермиона засмеялась. Снейп был высоким и темноволосым и он действительно подхватил ее, когда она чуть не упала со стула, но это только половина предсказания, к тому же гаданиям нельзя верить, так как все построено на безумных домыслах и догадках.

* * *

Пройдя сквозь иллюзорную стену между лабораторией и изолятором, Северус Снейп увидел взлохмаченную шевелюру Гермионы, подметающую пол, и резко остановился.

- Мисс Грейнджер? – спросил он, и девушка немедленно подняла голову. Она стояла на полу у стола на четвереньках, и ее голова практически скрывалась под столешницей. Повсюду были разбросаны книги и тетради, а несколько листов пергамента свисали с полок.

- Перо уронила, - объяснила Гермиона, поднимая указанный предмет и закидывая его на стол. Она поднялась с колен и подтянула к себе стул.

- Понятно. Сегодня четверг, правильно?

- Да.

- Ага. Значит, у меня нет причин сомневаться в своем психическом здоровье. Тогда, ради всего святого, скажите, что Вы здесь делаете? - его слова прозвучали грубее, чем хотелось, но ее неожиданное появление выбило его из колеи. Весь вчерашней вечер он думал о ней и сейчас, обнаружив ее здесь, чувствовал себя более чем неловко.

Северус провел всю среду, работая в одной лаборатории с Гермионой, и сбился со счета, сколько раз он хотел заговорить с ней. Завершив работу и пожелав ей хорошего дня, он наблюдал за тем, как она уходит, но так и не задал вопрос, который занимал все его мысли. Он хотел попросить ее использовать Чары Чувствительности еще раз.

Для мужчины, который убедил себя, что ненавидит детей, особенно учитывая, что они мало интересовались зельеварением, Северус был очарован ощущением движений своего собственного ребенка. Его любопытство быстро переросло в наваждение, и к тому времени, когда он лег в постель, то твердо решил попросить Гермиону сделать это еще раз, независимо оттого, что она о нем подумает.

Во сне он увидел, что она согласилась. Гермиона легла на ту же самую кушетку и подняла свитер. Но вместо того, чтобы положить руку на ее растущий животик, он наклонился и, прижав ее к матрасу, начал яростно целовать, не обращая внимания на испуганные стоны девушки. Но звук смеха Люциуса Малфоя вырвал его из полусна, и, очнувшись с бешено колотящимся сердцем в пустой спальне, Северус понял, что больше не заснет.

- Профессор, извините. Я не хотела мешать, - Гермиона собрала свои бумаги, но ее печальный и немного измученный вид заставил его пожалеть о своем резком тоне.

- Вы не мешаете. Но мне интересно, почему вы здесь, когда ваше присутствие не требуется.

- Да так, - ответила она, пожав плечами. - Прячусь.

- Прячетесь? Могу я узнать, от чего?

- От кого. От Драко Малфоя.

- Малфоя? Объясните, - требовательно произнес он своим обычным менторским тоном, который безотказно действовал на студентов, и она не стала исключением.

- На этой неделе ежедневно после уроков Драко поджидает меня у лестницы в гриффиндорскую башню.

- Поджидает? - повторил Северус, как если бы хотел уточнить.

- Все, что он делает - просто смотрит, когда я прохожу мимо, но сегодня я не хочу видеть его лицо. Поэтому пришла сюда.

Обеспокоенный, он медленно пересек комнату и остановился около ее кресла. - Он что-нибудь говорил вам?

- Нет. Он почти ничего не говорит, после одного эпизода, когда пытался…напасть на меня.

- Когда это случилось?

- Месяц назад. Я отшила его, пригрозив испробовать на нем чары по … перемене пола.

- Почему вы не сообщили об этом?

- В тот день мои мысли занимало другое.

Снейп на минуту замолчал.

- Вы сказали, он напал на вас? Что он сделал?

- Прижал меня к стене.

- Что он говорил?

Когда Гермиона не ответила, Северус посмотрел на нее. Глаза девушки изучали пол под ногами, а краска на ее щеках заставила его пожалеть о своей настойчивости, но было поздно.

- Он сказал…сказал, что если я хороша для вас, то хороша и для него. Что я… ваша шлюха и затем, он попытался поцеловать меня. Точнее, действительно поцеловал.

Ужаснувшись, Снейп, будто находясь под заклятием Империус, не смог сдержать следующий вопрос, страшась услышать ответ. - А затем?

- Я врезала ему, - произнесла она с удовлетворением.

Снейп довольно хмыкнул.

- Драко знает, что произошло? - спросила Гермиона немного неуверенно.

- Вероятно, отец рассказал ему часть истории.

Выяснив все, Северус не хотел больше говорить. Он хотел немедленно найти Драко Малфоя и сделать ему больно. Очень больно. Он опустился на одно колено около Гермионы, оказавшись с ней лицом к лицу.

- Гермиона, будь осторожна. Не оставайся с Малфоем наедине. Не позволяй ему провоцировать тебя, несмотря ни на что.

- Я староста школы, - напомнила девушка. - Если я не смогу поставить на место одного мерзкого слизеринца, то мне стоит вернуть значок, - но вспомнила, с кем говорит, и смутилась. - Ничего личного, профессор.

- Забудьте, - сухо произнес он. - Вы очень уязвимы, в вашем состоянии. Даже Щекочущие Чары могут повлечь мышечные спазмы и спровоцировать выкидыш.

В глазах Гермионы появился испуг, и она понимающе кивнула. Северус накрыл ее руку своей: - Когда я понадоблюсь вам, а здесь меня не будет, поднимитесь наверх, в галерею.

Она нахмурилась, и он пояснил, что над больничным крылом расположен коридор-галерея. Пыльная и заброшенная, но достаточной длины, она давала ощущение простора, когда комнаты начинали слишком давить на него. - Галерею открывают портреты Четырех Основателей и дальше идут портреты бородатых колдунов и суровых ведьм, не менее строгих, чем Поппи. Они сразу же хмурятся, едва я покидаю больничное крыло без ее разрешения.

Гермиона почувствовала слабое желание защитить ведьму, ведь она многое сделала для Гарри, но часто держала его под неусыпным контролем, ничего не сообщая его обеспокоенным друзьям. - Конечно, иногда она может переусердствовать, - согласилась девушка.

- Если она когда-нибудь решит оставить Хогвартс, уверен, у нее есть все качества, что бы стать главной надсмотрщицей Азкабана. А пока я полностью в ее власти, и у меня нет выбора, кроме как подчиняться ей.

- Но вам же удается сбегать, - заметила Гермиона, вспомнив о том заклинании незаметности, которое он использовал в больничном крыле.

- Мисс Грейнджер. Я все-таки волшебник. В моем рукаве не только рука.

Он выдвинул краешек палочки из левого рукава. Подобно многим колдунам, Северус Снейп держал волшебную палочку здесь, откуда ее легко можно было достать, не рыская по складкам мантии в поисках кармана. Гермиона никогда прежде не обращала внимания на волшебную палочку Снейпа. Он редко ей пользовался и высказал свое мнение о глупых взмахах еще на ее первом уроке в начальном классе.

Темная полоска дерева была на удивление притягательна, и девушке захотелось прикоснуться к ней. Но она одернула себя, так как подобное действие было невероятно грубым нарушением колдовского этикета. Большинство волшебников отдали бы свои зубные щетки, но не позволили бы другому пользоваться своей волшебной палочкой.

Непонятное желание исчезло, как только Снейп спрятал палочку обратно. Гермиона заметила рисунок Черной Метки на его запястье, и это вызвало ряд мыслей, которые она тут же окрестила «блестящими идеями».

- Профессор Дамблдор много потерял теперь, когда вы не приглядываете за Волдемортом, я права? - спросила она

- Не могу преувеличивать важность своей предыдущей деятельности, но на данном этапе потеря любого участника весьма ощутима.

Гермиона кивнула и поправила выбившуюся прядь волос, убрав ее за ухо: - Я понимаю, что это не столь значительно, но есть газеты, которые публикуют различные сплетни и слухи.

- Да. И ее название «Ежедневный Пророк», - насмешливо произнес он.

- Нет, хотя она также отвратительна. Я говорю про маггловские газеты. ”The Sentinel” и прочие. Они полны всякой ерунды, вроде зачатия от инопланетян и тому подобного, - заметив, что Снейп начал терять терпение, она затараторила. - Дело в том, что прошлым летом, когда я убиралась в кабинете родителей, то прочитала одну статью, в которой говорилось о доме, взорванном дьяволопоклонниками. И клянусь, на фотографии над развалинами мерцала Черная Метка.

- Говорите, прошлым летом? Не помните, какого числа?

- Где-то в начале августа.

Снейп задумался. - Я спрошу у директора, знает ли он об этом нападении, - он прищурился, и внимательно посмотрел на Гермиону. - Вы думаете, эти бульварные газеты могут помочь нам с информацией? - подозрительно спросил он.

- Возможно чуть-чуть, - ответила девушка.

- Сегодня я поговорю с Дамблдором. И, напоследок, используйте помощь тех двух клоунов, которых вы называете друзьями. Скажите им что хотите, но не упускайте возможность. Драко Малфой еще не опустился до уровня своего отца, но он на скользком пути, и я уверен, Люциус уже все запланировал для него.

* * *

Только около полуночи Северус Снейп снова смог пройтись по длинным коридорам Хогвартса по пути в кабинет директора. Там он налил себе стакан чистого виски из графина и предложил то же самое Дамблдору.

- Нет, благодарю, - вежливо отказался Дамблдор, наблюдая, как его бывший профессор Зельеварения, глотнув янтарную жидкость, беспокойно зашагал по кабинету.

- Мисс Грейнджер пришла сегодня с интересным предложением, - начал Северус без обычного светского предисловия и сразу перешел к делу. - Конечно, мы можем просто потерять время, разбирая маггловскую прессу в поисках следов Пожирателей Смерти, но в последние дни у меня его переизбыток

- Очень хорошо, - согласился Дамблдор. - Я устрою подписку для Хогвартса на самые скандальные журналы. Вам, вероятно, придется обратиться к мисс Грейнджер за разъяснениями некоторых маггловских терминов, я доверяю ее благоразумию и рассудительности.

- О, да, она очень благоразумна, но Драко Малфой продолжает изводить ее.

Альбус Дамблдор наклонился вперед, его лицо выражало явное беспокойство. - Он что-нибудь узнал?

- Ничего, но был весьма настойчив. Если он обнаружит, что мисс Грейнджер ждет ребенка, то Люциус Малфой узнает об этом немедленно.

- Нет ничего, за что бы я мог исключить мальчика, - размышлял директор. - Пока он не совершит чего-нибудь столь ужасного, что заставит школьных попечителей выдержать давление Малфоя-старшего. А он будет готов уничтожить любого, лишь бы его сына восстановили.

- Если Люциус узнает, что она носит моего ребенка, то, без сомнения, использует ее, чтобы добраться до меня. Я сделаю все, чтобы защитить Гермиону от него. Одного раза было достаточно.

- Северус, - решительно произнес Дамблдор. - Независимо оттого, что между вами существует личная вражда, ребенок Гермионы, возможно, имеет большее значение, чем просто объект шантажа. Ребенок, зачатый насильно, во время Самайна. Это предзнаменование, которое я даже боюсь толковать.

- Малфой не верит в старые предания, - отмахнулся Северус. - Он не уважает старинные ритуалы, даже темные.

- Но Волдеморт наверняка считается с ними, - возразил Дамблдор. - Вспомни, что сделала Лили Поттер без использования палочки, только своей материнской любовью к ребенку.

- Примитивная магия, - недовольно буркнул Северус. - И поплатилась своей жизнью.

- Не считай, что примитивная магия не может быть эффективной, мой мальчик. В конце концов, дубинка тоже примитивная вещь, но никто не захочет получить ей по голове.

Наблюдая за молодым волшебником, который свирепо нахмурился, остановившись у окна, Дамблдор улыбнулся. Всего месяц назад из Северуса было и слова не вытянуть, он отказывался участвовать в спасении даже собственной жизни. А сейчас он стоял здесь сердитый, но с тем же острым умом - союзник, которого Дамблдор так высоко ценил все эти годы.

«Браво мисс Грейнджер, - подумал он. - Браво!».



Глава 9

Гарри устроился на потертом диване в гриффиндорской гостиной и, обмакнув тряпку в банку с полиролью для метлы, начал затирать глубокую царапину от шального бладжера, полученную на вчерашнем матче с Рейвенкло. Как капитану команды, ему приходилось не только искать снитч, но и кружить по полю, приглядывая за действиями остальных игроков, так что теперь он находился под постоянным огнем бладжеров. «Молния» была вся испещрена шрамами, но летала по-прежнему великолепно и юноша с усердием заботился о ней.

За столом у камина сидели Рон и Дин, причем Рон делал все возможное, чтобы скрыть ухмылку, ожидая, пока Дин Томас сделает ход. Даже с другого конца комнаты Гарри мог сказать, что Дин в большой беде: куча шахматных фигур у локтя Рона выглядела внушительно. Дин немного помедлил, мучаясь сомнениями и наконец передвинул слона. Он на мгновение задержал палец на шахматной фигурке, проверяя правильность хода, а затем перекрестил фигуру, отправляя ее на верное заклание, потому что видел: Рон наверняка ее съест.

Ход Рона был решительным и беспощадным. Слон в секунду оказался сметен конем. Побежденный гигант скатился с шахматной доски и присоединился к своим соратникам, бормоча обещания растоптать наглую лошадь.

- Шах и мат, - объявил Рон. - Хотя играл ты неплохо.

- Ладно, - сказал Дин, подернув плечами, - думаю, что с некоторыми остатками достоинства я удалюсь спать.

- Действительно, уже довольно поздно.

Гарри, рассеянно пожелав Дину спокойной ночи, внимательно наблюдал за тем, как Рон убирает шахматы. Царапина на метле стала почти незаметной, но требовалось время, чтобы полироль затвердела.

- Рон, - окликнул он тихо.

- Да, Гарри?

- Когда ты перестанешь вести себя с Гермионой как настоящий гад?

Уши Рона порозовели, и он вцепился в подлокотник кресла. - О чем ты?

- Ты прекрасно понимаешь, о чем я. Как только вы оказываетесь в одной комнате, ты ведешь себя так, как будто не знаком с ней. Я думал, вы останетесь друзьями.

- Гарри, брось. Она порвала со мной.

- Ты мне сам сказал, что все по обоюдному согласию.

- Да, если можно назвать обоюдным решением то, что она швырнула в меня бутылкой в середине шумной ссоры, - запротестовал Рон.

- Вы скандалили ежедневно все время пока встречались.

- И что?

- Может, вам не суждено быть вместе, - сказал Гарри. - Может, Гермиона не твой тип девушки. Она не интересуется квиддичем, и никто из нас не понимает и половины того, что она иногда говорит.

Рон вздохнул.

Ничего нового. В течение последних четырех месяцев Гарри дюжину раз заводил этот разговор с тех пор как они с Гермионой расстались. Но, похоже, сейчас Рон действительно слушал его.

- Возможно. Но Гарри, это так тяжело.

- Я знаю, приятель, - сочувственно произнес Гарри, - но Гермионе тоже не сладко. Сейчас у нее и без тебя забот хватает. - Гарри не собирался раскрывать секрет подруги, но он устал наблюдать, как двое его друзей мучают друг друга.

- Она староста и лучшая студентка, какие у нее могут быть проблемы? - Рон посмотрел в сторону открывшегося проема на вошедших студентов. Среди них оказалась и его сестра. Она уселась рядом с Гарри. - Джинни! Половина дивана свободно, тебе не обязательно сидеть, прижавшись к Гарри!

Джинни показала брату язык и прижалась ближе к своему другу: - Ты просто ревнуешь.

- Нет. Я возмущен. Хорошо, что ты не целуешь его постоянно, как только ви…УФФ!!! - сморщился Рон, когда Джинни именно это и сделала. - Гарри! Надеюсь, ты не собираешься целоваться с моей сестрой у меня на глазах?

- Тогда отвернись, - посоветовал ему Гарри, прижимая к себе хихикающую Джинни, и вернул поцелуй.

Когда Гарри выпустил девушку из объятий, она выпрямилась и достала из-под ног банку с полиролью. - Вижу, полировал свою метлу, пока меня не было, - насмешливо произнесла она.

Гарри усмехнулся, а Рон изобразил, что его стошнило.

- Так, что вы двое делали? - спросила она, положив руку Гарри себе на талию.

- Ничего, - пробормотал Рон, пока Гарри буравил его взглядом.

- Я уговаривал твоего брата-идиота помириться с Гермионой. У нее трудные времена.

- О, я знаю. Малфой настоящая сволочь.

- Что общего у Малфоя и Гермионы? - требовательно спросил Рон.

- Разве, вы не об этом говорили? - сконфуженно спросила Джинни.

- Нет, не об этом, - ответил Гарри. - А что случилось?

- Если вы ничего не заметили… Уже довольно давно Драко Малфой шатается в этой части замка. На прошлой неделе мы с Гермионой возвращались в башню, и я увидела Драко. Он стоял в холле, напротив лестницы. Гермиона пробормотала какой-то вздор про забытые книги. Но он торчит там ежедневно. Если спросите меня, все это очень странно.

- Он покойник! - Рон стукнул себя кулаком по руке.

- Не кипятись, - остановил его Гарри. - Если он ничего ей не сделал, у тебя будут неприятности.

- Мне наплевать, делал он что-нибудь или нет, - продолжал бушевать Рон. - Если он дотронется до нее хоть пальцем, я изобью его.

- Рон, прекрати! - разозлилась Джинни. - Ты не ее парень, так что брось эти дикарские замашки.

- Рон, Джинни права. К тому же, мы не знаем, что задумал Малфой.

- Уверен, ничего хорошего, - пробормотал Рон.

- Может быть. Малфой, конечно, мерзкий тип, но временами он ведет себя странно. Я наблюдаю за ним, когда он думает, что его никто не видит.

- Серьезно, наблюдаешь? – скептически прошептала Джинни, заставив друга немедленно покраснеть.

- Да не в этом смысле! - запротестовал Гарри со смехом. - Иногда мне даже жаль его. У него нет настоящих друзей, только две эти туши рядом. Он рад каждой девушке, которая обратит на него вынимание.

- И его папаша тоже не подарок, - добавила Джинни. - Тот последний матч со Слизерином. Я забыла на стадионе свой шарф, а когда вернулась за ним, то обнаружила, что Малфой получил хорошую взбучку от отца за проигрыш.

- Представляю, как Гарри отделает нас, если мы проиграем, - хмыкнул Рон.

- Возможно, он и наорет на тебя, но не думаю, что заломит тебе руки и швырнет на землю.

- Малфой сделал это с собственным ребенком? – недоверчиво переспросил Рон.

- Ударив кулаком, - подтвердила Джинни.

- Великолепно, - саркастично произнес Гарри. - Мой дядя Вернон - отвратительная личность, но даже он никогда не бил меня.

- О, Гарри, прекрати! Сначала, ты говоришь, что Снейп не так уж и плох, как мы всегда считали, а теперь заставляешь жалеть Малфоя? Что следующее, обнимемся с Сам-Знаешь-Кем?

- Рон, заткнись! - прикрикнула сестра. - Я думаю, Драко влюбился в Гермиону.

- Ты шутишь! - воскликнул Рон. - Пожалуйста, скажи, что ты пошутила.

- Нет, серьезно. В первый день, на платформе, он подошел и заговорил с ней. А обычно он просто не замечал ее.

- Если он запал на нее, то никогда не признается, а будет вести себя как последний идиот, что он сейчас и делает, - Гарри снял очки. – Но независимо от того, какие у него намерения, мы должны присмотреть за Гермионой и дать ей понять, что мы все еще ее друзья. Согласен? - он сурово посмотрел на Рона.

Юноша ссутулился в кресле. - Хорошо, Гарри. Я ведь все еще люблю ее.

- Знаю приятель. Я тоже. Но я никогда не был влюблен в нее и ты тоже. Только ты этого еще не осознал.

Рон кисло посмотрел на Гарри, но спорить не стал.

* * *

Перед Гермионой лежала огромная пирамида из шоколадных сердечек. Девушка открыла очередной шкаф Помфри и заглянула внутрь. Две недели назад был День Святого Валентина, и под впечатлением праздника ведьма придала всем запасам шоколада такую романтическую форму. К несчастью, шоколад плохо поддавался множественной трансфигурации, поэтому сейчас лазарет заполняли невостребованные сердца, куда ни посмотри.

- Что-то потеряли, мисс Грейнджер?

Гермиона подпрыгнула и, успокоив дыхание, воскликнула. - Вам это нравится, правда?

- Возможно, - согласился Снейп, похожий в эту минуту на ее загадочного кота. - Что вы ищите?

- Я надеялась, у мадам Помфри найдется какой-нибудь каталог одежды. - Отказавшись от поисков, девушка выпрямилась и закрыла шкаф.

- Зачем? – протянул он.

Гермиона искренне пожелала, чтобы он так не делал. Она могла сослаться на гормоны, но простой звук его голоса заставлял ее волноваться, хотя волнение не было неприятным.

- Мне необходима новая одежда. Не могу же я прошвырнуться за покупками в Косой переулок? И последнее, что я сделаю - пойду по магазинам в Хогсмите. Я нашла всего одну брошюрку, в несколько страничек, но ничего подходящего для меня в ней не оказалось.

- Вам нужен каталог для «полных»? - догадался он.

- Да. Знаете ли, в ужасном маггловском мире сотни компаний производят одежду, оборудование и множество других полезных вещей и выпускают каталоги. Пишешь им список того, что тебе требуется, переводишь деньги, и они присылают все, что ты заказала.

Ее ехидство не ускользнуло от Снейпа, и он с усмешкой изогнул бровь в ответ. - Ошибившись в цвете и размере, не забудем также о несовершенстве почтовой системы, допускающей массу промахов, - невозмутимо парировал мужчина.

- Это бывает редко.

- Допустим, но ничего подобного не происходит в волшебном мире, мисс Грейнджер.

- Отлично. Надеюсь, мне удастся раздобыть необходимые вещи здесь прежде, чем старая одежда окажется совершенно бесполезной.

- Нужна новая одежда, да, Гермиона? - спросила мадам Помфри, выходя их своего кабинета. - Удивляюсь, почему ты так долго тянула с этим, дорогуша. Прошло уже полсрока беременности.

- Да, - подтвердила Гермиона, - Блузки стали узкими, ни одна юбка не застегивается, как положено. Приходится перетягивать резинками.

Как и любой мужчина, оказавшийся между женщинами, обсуждающими одежду, Снейп почувствовал себя неуютно из-за содержания разговора, но обратился к девушке: - Извините, а как с помощью резинки можно закрепить вещь?

- Продеваешь резинку сквозь петлю на одежде и зацепляешь ее за пуговицу, - бодро ответила Помфри, ведь ответ был очевиден. - Это добавляет пару сантиметров. Помню своего первенца. Сейчас он старше тебя, Северус. Но как я плакала, покупая мантии большего размера… Муж обозвал меня дурочкой, а я не могла простить его за это, - Помфри вздохнула от нахлынувших воспоминаний, затем сурово посмотрела на Гермиону. - Если мне не изменяет память, тебе необходимо и новое белье. Я не возражала против растущих объемов, но это всегда неудобно, пока не перейдешь на другой размер одежды. К тому же, ты скоро начнешь ходить вперевалочку, - добавила мадам Помфри весьма жизнерадостно.

- Я что!? - Гермиона еще не определила, что смущает ее больше - то, что она обсуждает свое белье в присутствие Северуса Снейпа или замечания Помфри о ее раздавшейся фигуре. Ей, конечно, нужна новая одежда, но есть вещи, которые она не желала афишировать.

- Вы лучшая ученица в классе Трансфигурации, мисс Грейнджер. Уверен, вы владеете Чарами Увеличения.

Гермиона нахмурилась и уставилась на Снейпа, хотя его замечание ее вовсе не обидело. Насмешливый блеск его черных глаз в ответ показал, что он в отличном настроении и просто дразнит ее.

- Я помню об этом, но чары не держаться долго и, как правило, рассеиваются в самый неподходящий момент. - Мужчина открыл рот, но Гермиона перебила его. - И еще. Я никому не доверю свои бюстгальтеры, чтобы он заколдовал их.

- Вероятнее всего, все проблемы решит поездка в Косой переулок.

Гермиона почувствовала, что краснеет, но ответила: - У меня только десять галлеонов на покупки, сэр. Я не могу сорить деньгами. Мне необходимо две-три мантии и школьная форма другого покроя.

- Я заплачу за все, что вам потребуется, мисс Грейнджер, - предложил Снейп. Когда девушка запротестовала, он продолжил настаивать. - У меня больше денег, чем мне необходимо и чем можно потратить. Вы не сможете разорить меня даже за год таких поездок.

- Вы не видели меня в магазинах, профессор. Обещаю, я смогу.

Улыбка скользнула по его лицу, и Гермиона невероятно обрадовалась этому.

- Пожалуйста, - добавил он, понизив голос. - Позвольте мне сделать это для вас.

- Хорошо, - мягко ответила она. - В эти выходные будет удобно?

За Снейпа ответила Помфри, по выражению лица ведьмы было видно, что она не в восторге от этой идеи. - Вообще-то, мисс Грейнджер, лучше съездить в город в будни, рано утром. Студенты не увидят вас и Северуса, к тому же, чем меньше народа в Косом переулке, тем лучше.

- Согласен, - добавил Снейп. - Мисс Грейнджер, вы будете очень страдать, если прогуляете Зельеварение?

Гермиона удивленно захлопала глазами. Два шутливых замечания за десять минут?!

- Я уверена, что справлюсь с разочарованием, профессор, - серьезно произнесла она. Уголки его губ снова дрогнули.

* * *

На следующее утро Гермиона спустилась на завтрак и пожаловалась друзьям, что плохо себя чувствует. Ей предложили обратиться к врачу, и она немедленно последовала совету. Мадам Помфри написала записку профессору Клуни, что по состоянию здоровья Гермиона пропустит занятия, а затем, проводив девушку до портретной галереи, оставила дожидаться Снейпа.

В конце больничного коридора одна из лестниц поднималась вверх, заканчиваясь на пороге длинной галереи. Снейп не преувеличивал: портреты, украшавшие стены, действительно изображали каменные лица колдунов и ведьм неопределенного возраста и с такими минами, как будто они только что проглотили особо мерзкую конфетку.

Поежившись, Гермиона завернулась в мантию и побрела вдоль картин. Она отказалась от тяжелой школьной мантии с эмблемой Гриффиндора, которая моментально позволит всем в Косом переулке понять, что она прогуливает школу. Вместо этого девушка надела мантию неприметного синего цвета, которую носила, когда надеть школьную форму было не к месту. Одежда оказалась немного тесновата по сравнению с ощущениями прошлого года, но свободнее, чем униформа, так как была без пояса и не давила на появившийся животик, который выступал всего на несколько сантиметров, но все-таки явно выдавал ее беременность.

Домашние эльфы, видимо, уже давно пренебрегали уборкой этого помещения. Воздух был затхлый и спертый, несмотря на февраль за окном. Завитушки на багетах и стальные канделябры покрывал налет старого воска и пыли. Единственным признаком жилого помещения являлись отпечатки ботинок на пыльном полу. Продрогшая и немного взволнованная, Гермиона медленно шла вдоль следов, ожидая, когда появится Снейп.

- Что вас заставило так рано подняться, мисс Грейнджер? - раздался голос за ее спиной. Обернувшись, она увидела Снейпа. Мужчина стоял на лестнице и держал в руках теплую серую мантию.

- Поверите, но я чувствую себя виноватой потому, что мне ни капельки не стыдно.

- Извините, что?

Гермиона засмеялась. - Думаю, я смогу привыкнуть к подобным ухищрениям, профессор. Раньше, я и предположить не могла, что прогуляю уроки ради похода по магазинам.

- А мне казалось, что мистер Поттер и мистер Уизли уже давно отучили вас переживать из-за подобных мелочей, мисс Грейнджер. Вы попадали и в более сложные переделки. Припоминаю эпизод с Астрономической башней и детенышем дракона, я не ошибаюсь?

Гермиона улыбнулась, но промолчала, держа рот на замке, не подтверждая и не отрицая ничего. Снейп театрально поклонился, принимая ее молчание.

- Ах, хорошо. Возможно, ошибаюсь, - задумчиво произнес он. - Очевидно, вы были среди них голосом разума, пытаясь всячески удержать их от нарушения правил.

- Разумеется, профессор, - невозмутимо произнесла она, и Снейп улыбнулся.

- Мисс Грейнджер, вы готовы?

Он предложил ей руку, и, после секундного колебания, Гермиона приняла ее. Северус сам немного растерялся, но раз она не отвергла его помощь... Он повел ее вниз по ступеням, через боковые коридоры, к маленькой двери, которую она никогда не видела прежде. Дверь выходила на узкую тропинку между башней замка и высокой каменной стеной, ограждающей Хогвартс. Нависающие деревья стояли голыми, и опавшая листва шуршала под ногами, а кое-где у стен еще лежали сугробы, следы последнего снегопада.

Как только Северус и Гермиона завернули за угол, перед ними за большим газоном открылись главные ворота. Отойдя от ворот, на несколько метров, Снейп повернулся к девушке.

- Дайте вашу руку, - попросил он. - Я перенесу нас в «Дырявый Котел».

- Я думала, мы воспользуемся портключем, - растерянно произнесла Гермиона. Она немного испугалась.

- Так случилось, что я хорошо аппарирую, мисс Грейнджер. Можете мне довериться. - Его лицо не выражало никаких эмоций, но Гермиона без труда представила, как Снейп использовал свои способности в парном перемещении, когда служил Волдеморту.

- Я доверяю вам, - ответила она просто, и положила холодные пальцы на его ладонь.

Черные глаза пристально изучали ее одно мгновение, затем сильные руки сжали ее ладони, и Снейп произнес короткое заклинание, чтобы перенести их в Косой переулок.

* * *

В высокой башне Хогвартса Поппи Помфри приняла чашку чая из рук Дамблдора и недовольно заохала, заметив, как две маленькие фигурки вышли через главные ворота.

- Альбус, не понимаю, что вы задумали. Северус физически окреп, но он не справиться с серьезной опасностью. Как вы позволили ему сопровождать мисс Грейнджер? Я могла бы съездить с ней. Это жестоко - заставлять их проводить время вместе.

- Они проводят время вместе и в твоей лаборатории, Поппи, - спокойно произнес Дамблдор. - Несомненно, от этой прогулки им хуже не будет.

Помфри посмотрела на него с подозрением. - Альбус, что ты задумал?

- Ничего. Уверяю тебя. Жизнь сама позаботиться обо всем.

- Жизнь уже позаботилась, и пример мисс Грейнджер - худшее доказательство. Как она собирается растить ребенка одна? Ее семья могла бы помочь, но помяните мои слова, если Северус не возьмет часть ответственности на себя, ее ждут трудные времена.

- Северус Снейп принял на себя больше ответственности, чем любой колдун, которого я знаю, Поппи, - тихо произнес Дамблдор. - И он заплатил за это высокую цену. Я надеюсь, данная ситуация облегчит, а не ухудшит его жизнь.

Поппи хмыкнула, но ничего не ответила.

- Кто вывел его из депрессии? И ты, и я оказались бессильны. А несколько метких слов мисс Грейнджер - и он нашел новые силы для жизни, хотя бы потому, что хотел снять с нее баллы.

- Не романтизируйте, Альбус. Северуса вылечило зелье, а не зельевар.

Директор почти засмеялся в свой чай. Поппи озвучила его мысли. – Вам, конечно, виднее, - сказал он и предложил ей пирожное.





Глава 10

Гермиона уже испытывала дезориентацию, возникавшую при использовании Летучего пороха, и всегда нервничала при этом, но Аппарация оказалась гораздо хуже. Она чувствовала, что не перемещается, но мир вокруг взлетел и закружился. Предметы бешено проносились мимо, превратившись в одну смазанную разноцветную полосу. Девушка сглотнула и закрыла глаза, успокаивая свой желудок, понимая, Северус Снейп вряд ли обрадуется, если ее стошнит на его мантию.

Закрыв глаза, Гермиона слышала только шум и ощущала теплое давление от рук Снейпа. Она сконцентрировалась на этом, надеясь, что все закончится прежде, чем она потеряет всякую связь с реальностью.

- Мисс Грейнджер, вы просто зеленая. С вами все в порядке? - Вопрос Снейпа прозвучал обеспокоено, и она, осторожно открыв один глаз, заметила его взволнованный взгляд. Смотря поверх его плеча, она разглядела Тома, владельца «Дырявого Котла». Он ставил на стол большую тарелку с завтраком и литровый бокал перед волшебником, который выглядел так, как будто ползал по канавам всю ночь. Со всех сторон Гермиону окружали темные деревянные стены волшебного паба.

- Все хорошо, - заверила она Снейпа и, вдохнув, медленно и осторожно открыла второй глаз. - Но, ваше счастье, что я мало съела за завтраком.

- Понятно, - произнес Снейп, и его губы снова дрогнули в улыбке, а девушка обнаружила, что улыбается в ответ. Без обычного хмурого выражения на лице Снейп выглядел значительно моложе и симпатичнее, когда в его глазах блеснули огоньки понимания, что она вряд ли бы «украсила» его мантию. Спохватившись, что они все еще держатся за руки, Северус отступил от Гермионы и кивнул в сторону выхода в Косой переулок.

Стена была открыта для утреннего движения, и перед ними лежала главная улица, заполненная колдунами и волшебницами, которые казались противниками любой спешки. Здесь же стояла молоденькая ведьма в окружении троих детей и ругала чумазого маленького мальчика в свежепорванной мантии. Гермиона с пониманием посмотрела на девушку, представив, что через несколько лет подобное ждет и ее.

Снейп взял Гермиону под руку, и она позволила вести себя к магазинам, где в витринах красовалась разнообразная одежда. Мимо ателье мадам Малкин они прошли, не задержавшись даже на секунду, и остановились лишь у маленького магазина в конце улицы. Яркая медная вывеска с огромным количеством завитушек гласила «Мантии Сеньора Весператуса для Благородных Ведьм и Колдунов». Когда Снейп открыл дверь, громко зазвенел колокольчик.

- Да, сэр? - промурлыкал томный голос, некстати напомнивший Гермионе манеру профессора Трелони. - Чем могу помочь вам?

Ведьма-продавщица грациозно вышла из тени. Она оказалась высокой и болезненно тощей, а искусственная улыбка на ее лице заставила девушку занервничать. Похоже, мантия на женщине стоила гораздо больше, чем Гермиона потратила за весь прошлый год.

Снейп едва удостоил ведьму взглядом и, озираясь вокруг, показал всем своим видом, что здесь его ничего не заинтересовало. Наконец, он посмотрел на продавщицу. - Эта молодая дама ожидает ребенка. Ей требуется новый комплект мантий на следующие несколько месяцев, принимая во внимание то, что она… - изобразив рукой неопределенный жест на уровне талии Гермионы - …располнеет.

- Понятно, - ответила женщина. - Пройдемте за мной, мадам. Мы только что получили прекрасную весеннюю коллекцию.

Посмотрев на Снейпа с отчаянием, Гермиона пошла вслед за услужливой ведьмой.

Часть представленных мантий она отвергла по причине их нелепости, но девушка не могла не восхититься несколькими моделями, по-настоящему изысканными. Когда она изучила все выставленное здесь, продавщица немедленно вспомнила про новые наряды, за которыми следовало сходить в другое помещение. Гермиона разглядывала одежду, когда подошел Снейп.

- Вы нашли что-нибудь подходящее? - спросил он вполголоса. Девушка погладила ткань одной из мантий, лежавших на спинке кресла.

- Вещи необыкновенной красоты, да. Но, не уверена, что они мне подходят. Чаще всего я ношу школьную форму, и мне не нужно много одежды. Посмотрите на это! - воскликнула Гермиона, подхватив одну из мантий. Мантия была очень элегантная, красивого темно-розового цвета, с завышенной талией и богатой вышивкой, которая скрывала складки на животе.

- Очень симпатичная, и цвет ваш. Вы должны купить ее, - сказал ей Снейп.

Гермиона недовольно фыркнула. - Здесь нет ценника, профессор. Я даже не представляю, сколько это стоит, но держу пари, что дороже 10 галлеонов!

Снейп посмотрел на нее так, как обычно смотрел на уроках, но она не шелохнулась. - Я не могу купить ничего столь дорогого! – упрямо шептала она.

- Мне казалось, что сегодня по счету плачу я, Гермиона. Она берет розовую и черную, - громко произнес Северус, заметив, что продавщица вернулась с новой партией мантий в руках. - Эти вам тоже нравятся, мисс Грейнджер?

Принимая ее страдальческое молчание за согласие, Северус взял с кресла еще две мантии. - Прекрасный выбор. Мы возьмем все, - закончил он, и ведьма растерянно моргнула, прежде чем взяла одежду из рук Снейпа. Она обворожительно улыбнулась ему, но ее взгляд вернулся к Гермионе, перебегая с ее талии на руки.

- Мисс Грейнджер, - растягивая слова, произнесла ведьма, неприятно ухмыльнувшись, прежде чем снова снисходительно улыбнулась. - Есть еще что-нибудь, что Мисс желала бы увидеть?

Это намеренное подчеркивание слова «мисс» заставило Гермиону насторожиться, и она поняла, что ведьма заметила отсутствие кольца на ее левой руке.

- Нет, спасибо, - ответила девушка с достоинством. Демонстративно подхватив свою мантию, Гермиона накинула ее на плечи. - Думаю, здесь мы потратили достаточно денег на сегодня, - добавила она. Продавщица презрительно хмыкнула.

Жертва собственных благих намерений, Северус, удивленно посмотрел на Гермиону, не ожидая услышать от нее подобных реплик, но промолчал и прошел за продавщицей к прилавку. Покупки быстро и небрежно были свалены в коробку с названием магазина. Северус нахмурился, недовольный неаккуратностью упаковки, но подписал чек и взмахнул палочкой, подтверждая перечисление денег со своего счета в Гринготсе.

Мужчина помрачнел еще больше, когда ведьма не ответила на «спасибо» Гермионы, взявшей у нее покупки. Все бы ничего, но продавщица снова хмыкнула и предложила им пройти в другой магазин, ниже по улице, который больше подойдет молодой мисс, и Северус все понял. Неодобрение в ее голосе было почти осязаемо.

Только Невилл Долгопупс удостаивался чести вызвать у него подобный гнев.

- Нет, - тихо сказал Гермиона, придержав его локоть, когда Северус открыл было рот. Он повернулся к ней, и девушка вздрогнула, ощутив этот гнев. - Ничего страшного. Мадам Помфри предупреждала, что такое может произойти.

- Как она смеет! - прогрохотал он, кинув убийственный взгляд на ведьму за прилавком, которая, повернувшись к ним спиной, демонстративно игнорировала их.

- Бессмысленно, - многозначительно произнесла Гермиона. - Вы хотите сообщить ей, как я оказалась в нынешнем положении? Лучшее, что она подумает - я ваша любовница. И эта новость быстро разлетится по округе.

- Смысл в том, мисс Грейнджер, - отчеканил он. - Что я потратил в этом заведении сотни галлеонов, и это создание должно верещать в экстазе. Как эта корова посмела смотреть на вас свысока?

- Как она смеет осуждать моего незаконнорожденного ребенка? - отступив, спросила Гермиона. - Это нелегко принимают и в маггловском мире. Я все еще не знаю, как сообщить об этом родителям. А время уходит.

Отказавшись отвечать, Снейп взял коробку из рук Гермионы и вывел девушку обратно на шумную улицу. Через несколько шагов он успокоился и сконцентрировался на текущей необходимости сводить Гермиону по магазинам. Очень по-мужски он открывал перед Гермионой дверь, давал ей минуту на размышления, что выбрать, и быстро расплачивался.

Когда она поскользнулась на корке льда, он, увидев, в каком состоянии ее обувь, затащил Гермиону в обувной магазин. За несколько минут он выбрал ей новую пару, заставил одеть, заплатил за все, не слушая возражений, и девушка снова оказалась на улице, не имея возможности изучить остальной товар.

Около витрины, полной пикантного женского белья, Снейп растерялся, но затем предложил ей выбрать все, что она пожелает самостоятельно, а он придет и выпишет чек. На мгновение Гермиона представила, что он одолжит ей свою палочку, но это было также неправдоподобно, как если бы он лично зашел и помог ей выбрать новые бюстгальтеры.

Поскольку школьную форму тоже нужно было поменять, в завершение они зашли к мадам Малкин. Когда Гермиона выбрала несколько просторных форменных свитеров, мадам Малкин, заметив растущий животик Гермионы, деликатно упомянула, что у нее есть несколько подходящих моделей. Портниха быстро достала комплект с юбками без тугого пояса. Если сверху накинуть свитер, не будет видно живота.

- Вы не первая молодая девушка, попавшая в такую ситуацию, - произнесла женщина вполголоса. - Мир продолжает вращаться. Многие из них пишут мне.

* * *

После того, как Гермиона неоднократно повторила, что купила все, что нужно, она наконец убедила Снейпа закончить шоппинг. Он настоял на том, чтобы нести большинство ее покупок, хотя розовая коробка из магазина белья была отвергнута. Он также пропустил мимо ушей ее предложение купить что-нибудь и для него. Что-нибудь не черно-белое.

- Вам, конечно, не стоит резко менять имидж, - уговаривала Гермиона. - Может, что-нибудь похожее на эту рубашку, - она показала на витрину, где висела светлая рубашка. – Слишком яркая расцветка может вызвать у вас шок.

- Ха. У меня есть полосатый серебряно-зеленый шарф Слизеринской команды. Этого достаточно. И, между прочим, мой плащ серый.

- Серый не считается! Давайте, купим Вам зеленый шейный платок.

- Мисс Грейнджер, - буркнул он и получил в ответ улыбку.

- Ну, давайте.

Снейп проигнорировал ее и зашагал по Косому переулку, сохраняя достоинство, несмотря на множество пакетов в руках. Около одного довольно темного магазинчика он остановился и посмотрел на Гермиону.

- С вашего разрешения, мисс Грейнджер, я бы хотел задержаться здесь. Это ненадолго.

Увидев рисунок ступки и пестика на вывеске, Гермиона охотно согласилась. Внутри магазина на стеллажах были выставлены банки и пузырьки всех размеров, и девушка глубоко вдохнула, почувствовав смесь экзотических запахов, наполнявших алхимическую лавку. Снейп сложил все пакеты на стул у окна и начал методично просматривать полки.

Гермиона брела за ним, слушая его комментарии и задавая редкие вопросы. Он дошел до конца самой последней полки и разочарованно произнес: - Очень плохо. Это новый магазин, но у них нет ничего интересного, кроме обычных товаров.

- А вы спрашивали?

Снейп прищурился. Подобный взгляд всегда заставлял ее дрожать от страха, но сейчас, кажется, он не сработал. Гермиона лишь вызывающе посмотрела в ответ, а затем отвернулась, намеренно выглядывая продавца.

- Извините, - обратилась она к неуклюжему молодому человеку, расставляющему пузырьки. - Профессор Зельеварения хочет знать, есть ли у вас что-нибудь более интересное, кроме того, что выставлено на полках.

- Профессор Зельеварения, - повторил юнец, нервно сглотнув, когда заметил внушительную высокую мрачную фигуру Снейпа. - Одну секундочку, пожалуйста.

Парень исчез в глубине магазина, и Снейп бросил на Гермиону еще один уничтожающий взгляд. Скоро продавец вернулся не один, а с пожилым седым мужчиной.

- Это Вы профессор, желающий увидеть все мои запасы? - проскрипел старик. Когда Северус кивнул, старик опустил руку в карман фартука и достал ключи. - Сюда, пожалуйста.

Ключ и заклинания открыли тяжелую дверь в глубине магазина. Шагнув внутрь, Гермиона поняла, что здесь хранится что-то особенное, поскольку Северус резко вдохнул, а появившиеся морщинки вокруг глаз сделали его похожим на хищника, почуявшего кровь.

- Не трогайте ничего, что не узнаете, - бросил он, и они углубились в лабиринт петляющих коридоров, освещенных масляными лампами. Перед Гермионой предстало такое, чего она никогда не видела прежде, только читала об этом, а в некоторых случаях даже не знала, что подобное существует. Снейп расспрашивал о чем-то старика-алхимика, и владелец магазина, взяв Северуса за локоть, шептал что-то о каждом образце, его свойствах, способах использования и хранения.

Гермиона потеряла счет времени, наблюдая за двумя мужчинами, обсуждавшими зелья и свои эксперименты. Но когда она вступила в разговор, то была полна гордости, что они отвечали на ее вопросы, соглашались с ней или поправляли ее быстрые предположения по сочетаниям, технологии приготовления и побочных эффектах зельев. Снейп попросил сложить в пакет некоторые образцы растений, другие же просто показывал ей, перечисляя различные методы использования каждого.

Когда все закончилось, Северус расплатился по счету со стариком и пожал ему руку, благодаря за великолепный ассортимент. Гермиона спрятала улыбку. Сейчас ее профессор был похож на третьекусника, впервые посетившего «Сладкое королевство». Она подошла к забытым покупкам и наклонилась, чтобы взять пакеты, но внезапно почувствовала сильное головокружение.

- Гермиона! - Снейп подхватил ее и перенес на ближайшую скамейку.

Девушка слабо вздохнула, мир перед глазами окутала красная пелена. Она ощущала только сильные руки, которые крепко обнимали ее, а где-то вдалеке Снейп коротко попросил что-то.

Острый, резкий запах ударил в нос, добираясь до самого мозга и приводя ее в чувство. Первое, что различила Гермиона - движение руки Снейпа, когда он убирал нашатырь. Второе - осознание того, что она прижимается к нему, а он обнимает ее.

- С вашей дамой все в порядке, сэр? - спросил алхимик.

- Думаю, все хорошо, - рассеянно ответил Снейп, внимательно разглядывая глаза Гермионы. - Боюсь, я заставил ее слишком много ходить сегодня, - он нежно погладил ее по щеке. - Ты же сказала, что почти ничего не ела на завтрак, а уже час дня. Несомненно, тебе нужно пообедать.

Она согласно кивнула, все еще чувствуя слабость во всем теле. Алхимик предложил отправить покупки им домой, и Гермиона краем уха услышала, как Снейп назвал ему адрес Хогвартса и имя мадам Помфри. Все ее чувства сосредоточились на том, что одна его рука придерживала ее за плечи, а друга легла на живот. Сейчас девушка хотела одного: уткнуться в его плечо и забыться в этой безопасной гавани.

С большой осторожностью Снейп помог ей подняться и поддерживал под руку всю дорогу до «Дырявого Котла». Через минуту перед ней стояла чашка чая с гораздо большим количеством сахара, чем она предпочитала. К счастью, он не настаивал на заказе для нее, но под его строгим взглядом она выбрала мясной бульон с сандвичем и картофель. Появился стакан воды, и Гермиона беспрекословно выпила весь.

В течение обеда Снейп, погруженный в свои мысли, произнес лишь несколько односложных фраз. А девушка, жутко смущенная собственным обмороком, не решалась завести разговор. По лицу мужчины пробегала тень, когда его испытующий взгляд останавливался на ней, и Гермиона чувствовала себя неуютно. Доев свой обед, она принялась изучать остальных посетителей, избегая встречаться глазами со своим спутником.

- Мисс Грейнджер?

Гермиона собрала рассеянные мысли и посмотрела на Снейпа, отметив, что он закончил есть. Она нервно сглотнула и, отложив остатки сандвича, произнесла. - Если вы готовы, мы может идти.

- Гермиона… - он поймал ее руку, когда девушка собралась выйти из-за стола. Несколько секунд Снейп сосредоточенно смотрел в пустоту перед собой.

- Ты выйдешь за меня замуж?





Глава 11

Северус Снейп едва видел дорогу перед собой, когда сопровождал Гермиону в «Дырявый Котел». Несмотря на попытки думать о чем-нибудь другом, он упорно возвращался к молодой девушке.

В наказание самому себе он шесть недель проработал с Гермионой Гренджер, заставляя себя сдерживаться от резких замечаний. Боль усиливалась, когда он видел, что она не относится к нему с тем презрением, которое он заслужил в ее глазах. Тем не менее, скоро он привык к этому до такой степени, что ему действительно понравилась ее компания. Однако это только доказало, что человек приспосабливается со временем ко всему.

Его мнение о Гермионе сильно изменилось, когда он узнал ее ближе. То, что раньше казалось ему неприемлемым - излишняя самоуверенность и самомнение - на деле обернулось попыткой блестящего ума выжить в незнакомой культуре. Ее интеллект подходил для Равенкло, но Сортировочная Шляпа определила ее в Гриффиндор.

Северус, как и все люди его склада, мало ценил храбрость: он видел слишком много глупцов, безрассудно влезающих в неприятности, которых они даже не могли представить. Яркий пример - отец Поттера, поплатившийся за это жизнью. Но Гермиона Грейнджер перенесла такое, с чем не должна сталкиваться ни одна женщина, и ее непоколебимая уверенность жить с этим была просто удивительна. Решение девушки оставить ребенка ошеломило его.

Они собирались заботиться о ребенке вместе. Только никакого “вместе” для них не было. Ее ожидали унижения и борьба, а его, в худшем случае, небольшие затруднения. Ведьмы не заводили детей вне брака, и поведение продавщицы в магазине - яркий пример отношения к ним в обществе. Конечно, подобное иногда случалось, но обычно семья была в курсе, быстро подбирая девушке мужа, либо ребенок представлялся как кузен или дальний родственник.

Положившись, как всегда, на холодную логику, Северус понял, что единственным выходом для Гермионы являлось замужество. Но кто? Рональд Уизли? Явный, но смехотворный выбор. Даже если парень согласится, один взгляд на его рыжие волосы делает очевидным бессмысленность всей затеи. И к тому же, он не мог даже подумать о том, что его ребенок будет носить имя Уизли. Он должен носить фамилию Снейп, и был только один способ сделать это.

Сначала поговорить с Дамблдором? Нет необходимости. Директор четко высказал свое мнение. Как только она согласится, они зайдут в ювелирный магазин, выберут кольцо и завершат все праздничным ужином. И, задав вопрос, Северус мог только смотреть на молодую ведьму, ожидая ее ответа.

Гермиона опустилась на стул и недоверчиво уставилась на мужчину. Множество ответов пронеслось в ее голове, но «извините?», заставит его повторить вопрос, который она прекрасно слышала, а на «вы шутите?» она получит лишь ехидное замечание.

- Зачем? - недоверчиво спросила она. - Профессор, я не поверю в то, что вы неожиданно влюбились в меня.

- Любовь здесь не при чем, - отрезал он. - Вы носите моего ребенка. И принимая во внимание предложение, которое я сделал, ты могла бы называть меня по имени.

- Любовь еще как при чем, профессор. В маггловском мире.

- Гермиона, ты ведьма. Ты живешь в волшебном мире, и, очевидно, что хочешь остаться здесь. Если ты не передумала, то должна принять его правила, иначе он раздавит тебя.

- Я хотя бы нравлюсь вам? - спросила она, и тут же пожалела об этом, уверенная, что он ответит безжалостно откровенно.

- Я не испытываю к тебе неприязни, - ответил он. - Мы хорошо работаем вместе, ты быстро учишься. И я думал предложить тебе стать моей ассистенткой, в дальнейшем это многое упростит для нас.

- Замуж не выходят из соображений удобства, - сообщила она раздраженно.

- Раз уж зашел разговор. Гермиона, я сомневаюсь, что проживу слишком долго, что бы доставить тебе неудобство.

Двусмысленный ответ Северуса был ясен, даже если он доживет до конца войны, что маловероятно, он не будет возражать, если она заведет любовника. К несчастью, такой ход был ошибкой.

- Не говорите так! - возмущенно воскликнула девушка, швырнув салфетку на стол. - Никогда не говорите так. Я слышала это нытье от Гарри чаще, чем мне хотелось, и сыта по горло! - Гермиона в ярости вскочила из-за стола.

Снейп, бросив на стол несколько сиклей, поймал девушку за руку уже в холле. Заметив, что все наблюдают за ними, считая их поссорившимися любовниками, он затащил ее в тихий угол.

- Это истинная правда, и не смей сравнивать меня с Этим Чертовым Гарри Поттером, особенно после того, что я предложил тебе, - прошипел он, едва разжимая губы. - Теперь отвечай на вопрос!

- Нет, сэр. Я не выйду за вас, - отрезала она. - Вы были бы счастливы оказаться в Средневековье, но я родилась в двадцатом веке, и скоро наступит двадцать первый. То, что вы предлагаете, очень похоже на брак по расчету.

- А что в этом плохого? Я сам вырос в таком браке.

- И как, счастливы? Тортики на дни рождения, семейные обеды и визиты любящих внуков по праздникам?

Лицо Снейпа застыло, и Гермиона поняла - удар был точным. Однажды Дамблдор рассказал ей, что Северус Снейп был единственным ребенком и прекрасно представляет себе, что значит, когда твои родители не любят друг друга. И хотя девушка понимала, что он защищался, его ответные слова прозвучали беспощадно.

- Мисс Грейнджер, скажите, главная причина, по которой вы решили оставить ребенка - страх никогда не влюбиться, никогда не выйти замуж? Ведь правда, вы так боялись одиночества, что ухватились за возможность завести ребенка?

Гермиона почувствовала, как кровь отлила от лица. - Это невероятно жестокие слова, даже для вас, - прошептала она, и высвободила свою руку из его пальцев. - Мы оба знаем, я не смогу возместить вам расходы за покупки, поэтому не собираюсь бросаться необдуманными обещаниями. Но я хочу, чтобы вы немедленно вернули меня домой и никогда больше со мной не разговаривали.

* * *

У Северуса едва хватило выдержки и самообладания, чтобы перенести их обоих к воротам Хогвартса. Гермиона не оборачиваясь зашагала прочь, а он чуть не столкнулся со студентом, прежде чем набросил на себя чары незаметности.

Горгулья перед кабинетом Директора была практически сметена, потому что осмелилась задержать разгневанного профессора Зельеварения. Но на винтовой лестнице Северус оставил хорошие манеры, и Дамблдор услышал его громкие шаги задолго до того, как мужчина появился в дверях уютного круглого кабинета.

Директор вопросительно посмотрел на визитера, когда тот, сорвав с себя плащ, пересек комнату и остановился у окна. Северус, несомненно, был бы в ярости, узнав, что у того же самого окна, чуть раньше стояла Помфри, наблюдая за ними. Старый волшебник решил не заговаривать первым.

- Сегодня днем я предложил мисс Грейнджер выйти за меня замуж, - без обиняков заявил Снейп.

- Великолепно! - воскликнул Дамблдор.

- Она отказала! - прорычал Северус в прозрачное оконное стекло перед ним.

- Она что? - Дамблдор хмыкнул в бороду. - Надо же. Не совсем тот ответ, которого я ожидал.

- Я тоже! - резко произнес Снейп. - Умненькая соплячка-всезнайка. Гриффиндорцы! Слишком много сантиментов и мало здравого смысла!

- Действительно, они излишне чувствительны, - подтвердил директор.

- И упрямы! Боже! Я стоял там, как дурак, пытаясь объяснить ей суть дела, - Северус тряхнул головой, вспоминая собственную наивность. - Я хотел заставить ее признаться себе в том, что это единственный выход.

- Тот, кто заставит Гермиону Грейнджер изменить своим принципам, сможет побороть Волдеморта со сломанной палочкой, - произнес Дамблдор. - Возможно, тебе нужно спросить себя, почему ты хочешь жениться на ней.

- Она носит моего ребенка. Какие еще могут быть причины?

- Северус, - серьезно произнес Дамблдор. - А о ней самой ты подумал?

Северус открыл было рот, но так же быстро закрыл его. Чувства - весьма тонкая материя, а он слишком много времени оттачивал собственный интеллект, чтобы теперь позволить эмоциям сбить себя с толку. Несмотря на раздражение и досаду, он осознавал, что хочет только одного – чтобы у Гермионы Грейнджер все было хорошо.

- Итак, девушка не заинтересована в вас, это понятно, - продолжил Дамблдор, когда стало очевидно, что Снейп не собирается отвечать на вопрос. - Как путешествие? Известие о вашем появление в Косом переулке достигнет ушей Волдеморта к вечеру. Чары на метке еще действуют?

Северус инстинктивно потянулся к левому запястью, но удержался. - Он проверяет ее снова и снова, но ваше заклинание все еще действует.

Волдеморт вызывал Пожирателей Смерти, активизируя метки и также мог чувствовать их на расстоянии. После того, как Снейп выздоровел, Дамблдор наложил на метку такое заклятие, что она отражала только предсмертную агонию того дня. В течение нескольких недель Волдеморт пытался обнаружить местонахождение Северуса, но каждый раз чувствовал, что его слуга по-прежнему мучается нечеловеческой болью.

- Думаю, на следующей неделе тебе следует показаться в Хогсмите.

- Я пойду один, - предупредил Снейп, забыв, что молодая девушка ясно дала понять, что не желает общаться с ним. - Не хочу подвергать Гермиону опасности. Одного дня достаточно.

- У тебя был портключ, - напомнил Дамблдор. - Ты мог вернуть ее сюда в любую секунду.

Снейп рассердился. Старый волшебник был таким рыцарем, беспокоясь о безопасности Гермионы.

- Не важно. Ты можешь подумать о вечерней вылазке. Не ходи в «Три Метлы», выбери бар попроще, но не оставайся надолго, на полчаса максимум. Посмотрим, какой переполох это создаст среди приспешников Волдеморта. Чем больше сомнений и раздоров будет в их рядах, тем лучше.

- Как насчет Гермионы? - спросил Снейп. - Вы позаботитесь о ней, если что-то пойдет не так?

- О мисс Герйнджер не волнуйся, - спокойно ответил Дамблдор. - В конце концов, ты поступил как честный человек, и она отвергла тебя. Больше не о чем беспокоится, я прав? Если рыбка не попалась на крючок, зачем подсекать! - со смешком добавил он.

Если бы Северус отвлекся от личных переживаний, то он бы заметил хитрую улыбку и веселые искорки в глазах старика, который наслаждался происходящим. Но мужчина продолжал хмуриться, возвращаясь к одной и той же мысли. Черт, он сам, похоже, попался на крючок.

* * *

Гермиона стремительно пронеслась через Главный зал и преодолела несколько лестничных пролетов. В ярости она проскочила мимо толпы студентов, привлекая множество удивленных взглядов, вопрошающих, что так рассердило обычно спокойную старосту школы.

- Муаровая кошка! - рявкнула она Полной Даме, и та кинула на нее неодобрительный взгляд, прежде чем открыть дорогу.

Рон очень обрадовался, заметив, что девушка направилась к нему, но грозное выражение ее лица заставило его забеспокоиться.

- А...Гермиона, привет.

- Ты не видел Гарри? - требовательно спросила она.

- Наверное, полирует «Молнию», - ответил Рон. - Послушай… я подумал, если ты не против… может, мы поговорим? – запинаясь, спросил он.

- Извини Рон, но сейчас мне хочется наорать на кого-нибудь и Гарри первый в моем списке. Поговорим позже?

- Уф… конечно, - пробормотал Рон ей вслед.

Гермиона взбежала вверх по лестнице к мужской спальне и, даже не постучав, с громким хлопком, распахнула дверь.

- Гарри! Надеюсь, ты счастлив! Черт побери, он сделал мне предложение!

Гарри подскочил на своей кровати. Его черные волосы были всклокочены больше обычного. Моргая, он нащупал на покрывале очки.

- Я был счастлив, пока ты не ворвалась, - проворчал он.

- Кто сделал предложение? - спросила Джинни, сев рядом с Гарри. - Мой братец-идиот? - Длинные рыжие волосы девушки были растрепаны и только три пуговицы на ее блузке остались застегнутыми. Глаза Джинни светились, а щеки горели, также как у Гарри.

Замолчав на полуслове, Гермиона так и осталась стоять с открытым ртом, наконец, сообразив, что следует закрыть дверь и проверить, нет ли других мальчишек в спальне. «Дура. Честное слово», - подумала она. Вряд ли Гарри станет обниматься и целоваться с Джинни при свидетелях.

- Северус Снейп, - ответила Гермиона и сложила руки на груди, терпеливо дожидаясь, пока Джинни прекратит смеяться.

- Она не шутит Джинни, - заговорил Гарри. - Значит он в Хогвартсе?

- Да, я думала ты знаешь.

- Очевидно, не все, - пробормотал он, запуская пальцы в свои волосы, пытаясь пригладить их, но безуспешно.

- Чего ради Снейп захочет жениться на тебе? - непонимающе спросила Джинни.

Гермиона подошла к ним и села на край кровати. Взгляд ярких зеленых глаз встретился с ее, и Гарри кивнул, подтверждая, что Джинни можно доверять. Они рассказали девушке о том, что произошло в ночь на Хелловин. Она слушала, кусая губы, не отрывая испуганного взгляда от подруги, и когда рассказ был завершен, порывисто обняла Гермиону.

- О, Гермиона! - произнесла она, всхлипнув. - Это ужасно!

- Не совсем так, - ответила Гермиона. - Дело в том, что я совершенно ничего не помню. То есть, я знаю, что беременна. Чувствую, как шевелится ребенок. Я видела, как был болен профессор Снейп, но изнасилование… - она помедлила немного, прежде чем продолжить, - не кажется реальным. Я не ощущаю себя пострадавшей. И мне надоело то, что все носятся со мной как со стеклянной. Я устала!

- Тогда зачем ты наорала на меня? - спросил Гарри.

- Не знаю, - улыбнулась Гермиона. – Просто, я так разозлилась на Северуса, что хотела сорвать на кого-нибудь гнев.

- Северус? - повторил Гарри.

- Ладно, ладно, - оправдываясь, произнесла она. - Он просил, чтобы я называла его по имени. И учитывая, что у меня от него ребенок, я, вероятно, должна к этому привыкнуть. Вряд ли он решит исчезнуть только потому, что я накричала на него. С кем не бывает. - Гермиона погладила себя по животу, и Джинни радостно воскликнула, заметив округлость.

- Кажется, я здесь лишний, - сухо заметил Гарри. – Мне давно пора на тренировку, - он, быстро поцеловав Джинни, схватил свою метлу и форму. - Увидимся позже?

- Конечно, - бросила Джинни и тут же повернулась обратно к Гермионе. – Хорошо, - произнесла она тоном своей матери, не терпящим возражений. - Расскажи мне подробнее.

* * *

Когда Гермиона вернулась в свою комнату, то обнаружила, что все покупки уже доставлены и сложены у кровати. Косолапсус, занятый их изучением, терся рыжей мордочкой об углы коробок и играл с упаковочной лентой.

Гермиона скинула плащ и начала разбирать пакеты, с каждой новой вещью испытывая все большую неловкость, что так грубо отказалась от первого в жизни предложения замужества. Но немедленно в ответ вспыхнула досада на себя за то, что она позволила Северусу Снейпу хоть и скрыто, но манипулировать собой. В полном смятении чувств и мыслей, она развесила новые мантии, сложила новое белье и поставила новые туфли в шкаф. Ее бережливая натура подсказала не выбрасывать коробки, так как они могут пригодиться в дальнейшем, но для чего, она сказать не могла.

Поваляться в ванне – лучший способ успокоить расшатанные нервы. Одежда полетела в корзину для грязного белья.

Старое, поцарапанное зеркало на двери привлекло ее внимание, и девушка остановилась, изучая свое отражение. Обычная картина. Пышные каштановые волосы с рыжеватыми прядями, слишком кудрявые и как всегда непослушные. Лицо правильной овальной формы и светло карие глаза, сияющие из-под темных бровей.

Но ниже ключиц ее тело сильно изменилось. Грудь увеличилась и высоко поднималась над кромкой бюстгальтера, а обычно плоский живот заметно округлился. Все попытки втянуть его не принесли результатов. Гермиона провела рукой по его изгибу. Светло-коричневая полоска начиналась чуть ниже пупка и исчезала под трусиками, которые стали слишком узкими и оставляли следы на теле.

Несмотря на свой отказ Северусу Снейпу, она не могла удержаться от воспоминаний о его руке на своем животе и спрашивала себя, что теперь он будет об этом думать. Будет ли он восхищен так же, как прежде? Услужливая память напомнила, что она испытала от его прикосновений, и соски немедленно напряглись, когда по телу пробежала волна возбуждения.

- Хватит, - прошептала Гермиона и тряхнула головой, возвращая своенравные эмоции под контроль. Она сняла с себя белье и шагнула в ванную. У нее оставались все выходные, чтобы подумать о Снейпе, но только час до ужина.

* * *

Садясь за рабочий стол в лаборатории, Северус не сомневался, что Гермиона придет сюда в понедельник днем. Он был в этом уверен. У Помфри закончилось микстура от головной боли. Обычно он ненавидел выбрасывать хорошие зелья, но в этот раз не испытывал никаких угрызений совести, когда выливал ее.

Уже войдя в лабораторию, Гермиона все еще не была уверена, как вести себя со Снейпом. Он принял ее отказ и требование вернуться домой с коротким кивком, но она заметила, как напряглось его лицо. Северус Снейп был в ярости, но выполнил то, что она сказала - доставил их обоих в Хогвартс, не проронив ни слова. Привыкшая к гриффиндорскому взрывному темпераменту, она не знала, как выражают свой гнев слизеринцы.

Заняв свое место за столом, Гермиона начала подбирать компоненты для зелья. В свою очередь Снейп методично разбирал бумаги и не обращал на нее внимания. Она молчала, и он не предпринимал никаких попыток заговорить. Все ясно. Слизеринский путь борьбы с гневом - демонстративное молчание. К тому же, сегодня он был в полном облачении профессора Зельеварения: черная мантия, черный сюртук, наглухо застегнутый до верха и черный шейный платок вместо галстука.

Банка с цветочной пыльцой оказалась почти пустой, и Гермиона нахмурилась. У Снейпа на полках стояли те же запасы, что и у нее, но вежливость требовала спросить его разрешения.

- Могу я взять пыльцу? - спросила она отстраненно вежливо.

Несколько долгих минут в полной тишине Снейп смотрел на нее, а затем, протянув руку к ближайшему шкафу, снял с полки стеклянную банку, наполненную доверху, и, передав ее Гермионе, вернулся к бумагам.

Подозрения расцвели в ней пышным цветом. Гермиона грохнула свою пустую банку на стол и уставилась на Снейпа, сузив глаза. Эта банка была полной неделю назад, и девушка могла поклясться, что содержимое было похищено и перекочевало в его часть лаборатории.

Проделка была намеренной и, несомненно, Снейп понимал, что она легко догадается. Гермиона не знала, как относиться к этому - чувствовать себя оскобленной или польщенной. Независимо от того, какие цели преследовал этот мужчина, необходимо все немедленно выяснить.

- Вы просили меня выйти за вас замуж, - прямолинейно выпалила Гермиона.

- Не так старо, как Хогвартс, но весьма древняя история, - ответ Снейпа прозвучал невозмутимо, даже слишком учтиво для него. Он продолжал разглядывать свои бумаги, но низкие нотки в его голосе пронзили девушку насквозь, и буйные гормоны понеслись вперед сломя голову. Это только подхлестнуло ее.

- Значит, ваше предложение больше не в силе? - вызывающе бросила она.

- А Вы хотите сказать, что передумали? - парировал он скучающим тоном.

Гермиона подняла на него глаза: - Я отношусь к браку серьезно, профессор. Нас с вами объединяет только один кошмар, которого я не помню, и очевидный результат. Вы на двадцать лет старше. И кроме зелий и борьбы против Волдеморта у нас нет ничего общего.

- Вы забыли нашу ненависть к Невиллу Долгопупсу.

- Неправда. Невилл немного раздражает меня, как и вы, когда запугиваете его, - ответила Гермиона. - Люциус Малфой и его сопливый сынок - единственные люди, которых я ненавижу

- Что ж, это начало. И как я уже говорил, мы хорошо работаем вместе.

Гермиона подошла ближе к его столу и скрестила руки на груди. Жест выражал скорее неуверенность, чем вызов, она не осознавала, как он подчеркивал ее беременность.

- Не спорю, брак с чистокровным волшебником избавит меня от многих сложностей, но избавившись от одной головной боли, я заработаю другую.

- Я понимаю ваши опасения, мисс Грейнджер. Гермиона, - поправил он себя, - но и ты должна понимать, как тяжело одинокой ведьме растить незаконнорожденного ребенка, особенно если обстоятельства станут известны.

Она знала, Снейп не угрожает ей разоблачением, а пытается оградить от грубости, с которой она уже успела столкнуться. Гермиона вряд ли сказала бы это Северусу в лицо, но в глубине души она все еще верила ему, скучала по их разговорам и оплакивала потерянную дружбу.

- Оставить ребенка - мое решение, и я готова растить его одна. Но, если ты действительно хочешь жениться на мне, то мог бы найти какую-нибудь другую причину.

Снейп бросил перо и сурово посмотрел на нее. – Не жди, что я приду с цветами и шоколадными сердечками.

- У меня хватает шоколадных сердечек, - Гермиона вспомнила о шкафе, полном шоколада. Она невольно хмыкнула, представив Снейпа с лютней и в лавровом венке, подобно подвыпившему любовнику эпохи Возрождения с одного из портретов в Главном Зале. – Думала, ты знаешь меня лучше. Я хочу узнать, можем ли мы существовать вместе. Возможно, мы могли бы стать друзьями. Ты говорил, что хочешь участвовать в воспитании ребенка. А мне неприятна мысль о том, что ты будешь изредка приезжать по выходным, как любимый дядюшка.

- Так чего ты хочешь?

В горле Гермионы пересохло. Мужчина не шелохнулся, но девушка почти ощущала то напряжение, с которым Северус Снейп заставлял себя сохранять спокойствие. Его черные волосы, обрамлявшие лицо, усиливали темноту глаз, которые держали ее в плену, гипнотизируя. Он был опасен и восхитителен, и в этот миг девушка осознала, насколько он привлекателен, чего она раньше никогда не замечала.

- А чего хочешь ты? - спросила она в ответ, и заметила необъяснимый блеск в его черных глазах.

- Я хочу загладить вред, что причинил тебе. Хочу, чтобы наш ребенок, НАШ ребенок… - подчеркнул он, - жил в достатке, а его мать не беспокоилась о том, где раздобыть денег, чтобы накормить его. Я хочу, что бы он и его мать были в безопасности и счастливы.

- Тогда, думаю, мы должны продолжать как раньше, - предложила Гермиона. - И посмотреть, что получится. А после … - она не знала, что будет после.

Снейп поднялся со своего места и обошел стол. Ее тело откликнулось на его близость, и Гермиона с трудом заставила себя успокоиться, когда он подошел и, взяв ее руку, прижал ладонью к своей груди. Он слегка поклонился, напомнив ей манеры прошлого столетия, и девушка в очередной раз убедилась, что колдовская культура отличается от той, в которой она росла.

- Хорошо, мисс Грейнджер. Гермиона. Посмотрим.


Главы 1-6Главы 7-11Главы 12-14


Оставьте свой отзыв:
Имя: Пароль:
Заглавие:
На главную
Замечания и поправки отсылать Anni