Драко Малфой и Тайная Комната

АВТОР: Джуд
БЕТА: Марси

ГЛАВНЫЕ ГЕРОИ/ПЕЙРИНГ: Гарри, Драко
РЕЙТИНГ: NC-17
КАТЕГОРИЯ: slash
ЖАНР: romance, angst

КРАТКОЕ СОДЕРЖАНИЕ: Седьмой год обучения в Хогвартсе. Произошло нечто странное, и теперь Драко и Гарри не могут понять, ненавидят они друг друга или любят.

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: инцест, насилие, смерть персонажа.

ПРИМЕЧАНИЕ: оригинальные персонажи.

ОТКАЗ: все права - у Роулинг, мне принадлежит только Сольвейг Паркер.



Глава 2
Братские Чары

Нечего делать внутри, я стою на пороге
Жду, когда кто-нибудь треснет мне дверью по морде
Жду, когда кто-нибудь переломает мне руки
Или попросит войти, или выгонит нафиг
Кто я такой - наркоман, алкоголик, бродяга
Женщины смотрят в глаза мне и плачут от жажды
И половина из них чтит меня как героя,
Другие же чтут как отъявленного негодяя.

”Пацифист”, А. Васильев

Единственным местом в Слизеринской гостиной, где не стоял собачий холод независимо от времен года, был коврик за каминным экраном. Драко сидел там, поджав ноги и глядя в огонь; было уже заполночь, но ему не хотелось идти спать, хотя теперь у него была отдельная комната, и он мог больше не слушать храп Крэбба и Гойла.

Нет, конечно, он никогда и не слушал их храп. Он будил их, смотрел на них взглядом голодного удава и запрещал храпеть. Он так развлекался в первый свой год в Хогвартсе, когда опьянел от неожиданной свободы, без отца и давящих сводов Имения, от собственной значимости, от ощущения власти, от возможности приказывать… Крэбб и Гойл могли не спать всю ночь, опасаясь потревожить повелителя, и хотя каждый из них мог переломить Драко пополам одной левой, они боялись его.

Не его. Его имени. Его отца. Того, кто был правой рукой Вольдеморта, а после его смерти оказался самым влиятельным волшебником в Англии. Драко всегда гордился своим отцом - его хитростью, его умом, его умением обаять и умением унизить. Драко мечтал походить на отца. Так было всю его жизнь. Что же с ним происходит сейчас?

Драко боялся отца. В этом не было ничего неправильного - он боялся своего отца, но кто его не боялся? Его мать боялась Люциуса Малфоя, слуги боялись Люциуса Малфоя, министерские чины - и те его боялись. Дети должны бояться своих родителей, особенно если это плохие дети. Как он, Драко. Он плохой сын.

Отец впервые ударил его в день, когда ему исполнилось три года. До этого Драко общался в основном с матерью - может, отец считал, что он еще слишком мал, чтобы его воспитывать по-мужски. На третий день рождения Драко отец забрал его из маминой комнаты и привел в другую, в одной из башен Имения, где было чертовски холодно и где, сказал отец, Драко теперь будет жить.

Комната ему не понравилась - она была холодной, пустой, и окно было страшно высоко над землей. Драко попросился назад, к маме. Отец отказал. Тогда Драко заплакал. Отец ударил его два раза - по правой щеке и по левой, и сказал, что он плохой сын, потому что он плачет. А Малфои не плачут никогда…

Драко дернулся и придвинулся ближе к огню, так близко, что языки пламени почти коснулись его рук. Он жил в той комнате до сих пор; он ненавидел ее, он ненавидел холод, который с тех пор преследовал его всю жизнь…

Наказания свои Драко поделил на несколько степеней. То, которому его подвергли в три года, было наказанием первой степени; кроме ударов по лицу от двух до пяти раз оно включало в себя суровый выговор. Наказание второй степени носило название "порка легкая" - ничего страшного, обычные воспитательные меры с участием отцовского ремня и некой мягкой части тела. Дальше шла "порка жесткая" - розгами по спине; как правило, это заканчивалось содранной кожей, окровавленной спиной и слезами матери. В четвертую степень входила "порка жесткая" с добавлениями - лишение ужина, стояние на холоде или заключение в чулане.

Но было еще наказание пятой степени, которое Драко пока получал лишь дважды. Первый раз даже не был наказанием - это был эксперимент его отца. Драко было одиннадцать, было лето, он готовился к первому году в Хогвартсе. Они вернулись из Лондона, с Диагон-аллеи с горой школьных принадлежностей, и Люциус, очень довольный сыном, повел его туда, где Драко еще не был - в лабиринт в подземельях замка. Там все и случилось.

Когда Люциус открыл дверь, ведущую в лабиринт, и Драко вошел внутрь, какое-то существо вдруг свалилось ему на голову, скатилось на плечо и вцепилось коготками в кожу сквозь тонкую ткань футболки. Драко повернул голову - и увидел крысу.

Он заверещал от ужаса и завертелся на месте, пытаясь стряхнуть ее с себя. Внезапно отец схватил мерзкую тварь за хвост, сдернул ее с плеча Драко и поднес к самому его лицу. Драко шарахнулся назад, но рука отца легла ему на шею, удерживая. Крыса пищала, извивалась, и Драко почувствовал, что его сейчас вывернет от страха и отвращения.

- Ты боишься крыс, Драко? Это плохо. Нельзя бояться такой ерунды. Я отучу тебя.

В тот же день он запер Драко в тесном чулане в подземелье. Там было полно крыс - вполне возможно, что отец пригнал их туда каким-нибудь заклинанием. Драко кричал и колошматил в дверь, пока не сорвал голос и не разбил кулаки в кровь. Он не мог вспомнить, когда он еще так кричал. Потом он потерял сознание.

Отец не отучил его бояться крыс, зато он нашел самое страшное наказание для Драко. И применил его второй раз - меньше года назад, когда Драко приехал домой на пасхальные каникулы, и отец сказал, что он плохой сын и плохой слуга для Господина, потому что не добил Поттера.

Не помогли ни оправдания, ни истерики, ни слезы матери. Он просидел в чулане с крысами всю ночь; сначала он, как и в одиннадцать лет, кричал и умолял его выпустить, потом застыл, забившись в угол, и пытался не сойти с ума, слушая, как они стучат по полу острыми коготками, и как шуршат их отвратительные хвосты. Он вспомнил, что он пытался отвлечься тогда, думая о чем-то другом, и, конечно же, начал думать о Поттере.

Поттер был во всем виноват. Сначала шел Поттер, а потом наказание пятой степени. Как и тогда, в одиннадцать, когда он вернулся из Лондона - тогда он встретил в магазине мадам Малкин Поттера, увидел его впервые в жизни, этого худенького, бледного, растрепанного и растерянного мальчишку, который чем-то сразу зацепил Драко, хотя он еще не знал, с кем разговаривает.

Он думал о Поттере всегда, но он никогда не думал о нем так, как сейчас. Может быть, втайне чувствовал, но не думал, нет. С сожалением. О возможной близости. О возможной дружбе.

Если только его отец узнает об этом… У Драко было страшное подозрением, что отец решил преподавать в Хогвартсе, чтобы следить за ним. Если он узнает… Тогда крысы отлично развлекутся.

* * *

- Вот! - Хагрид, весьма довольный собой, поставил на землю большую деревянную коробку.

- Это что? - брезгливо осведомился Малфой. - Очередная партия соплохвостов? Учтите, я больше с этим зверьем играть не намерен. Мне вашего гиппогрифа на всю жизнь хватило.

- Ему тебя тоже, - заметил Рон.

- Я не спросил тебя, Уизли, - Малфой даже не повернулся.

- Тихо, тихо, - Хагрид отстранил Рона. - Эти не соплохвосты. Эти… они вам понравятся. Эта… Дамблдор велел с вами про драконов начать. Драконография, значит… Книжки-то у вас с собой?

Рон гордо заулыбался. В этом году в список обязательной литературы входила "Драконография: вводный курс" за авторством Ч.А. Уизли.

- Так там… дракон? - с опаской спросила Гермиона, указывая на коробку. Хагрид расплылся в улыбке.

- Сейчас увидите.

Он открыл коробку и аккуратно разгреб песок. Ученики несмело подошли - гриффиндорцы чуть ближе слизеринцев. В коробке, полузарытые в песок, лежали яйца размером чуть больше куриных.

- Огневики, - голос Хагрида дрожал от счастья. - Драконы… они ведь немножко того… непредсказуемые…

- Я бы сказал, кто здесь немножко того… - протянул тихий голос над ухом Гарри.

- Заткнись, Малфой, - автоматически откликнулся Гарри.

- Хоть бы придумал что-нибудь посмешнее и пообиднее, Поттер. Или Грейнджер попроси.

- …потому будете изучать их на огневиках. Эти совсем как драконы, только маленькие, - Хагрид показал ладонь.

- Это маленькие?! - прошелестел все тот же голос.

- Малфой, я тебе зубы выбью, и ты не сможешь шипеть, - предупредил Гарри.

- О! Вот это посмешнее!

Гарри оглянулся и увидел, что Малфой стоит почти вплотную к нему. Это почему-то беспокоило - наверное, потому, что Малфой неожиданно оказался сантиметров на пять выше Гарри.

- Отойди, Малфой, - сквозь зубы произнес Гарри.

- Стою где хочу, Поттер, - сверкнул глазами Малфой. - Что, беспокоит?

- Наверное, тебя беспокоит, если ты стоишь, где хочешь, - проговорил Гарри, выделив последние слова. Он сам от себя не ожидал подобного, и уж тем более не ожидал подобного Малфой - он совсем не по-малфоевски захлопал глазами и даже дар речи потерял, что само по себе было очень приятно.

- Здесь шестнадцать яиц, как раз, сколько вас тут, - продолжал тем временем Хагрид. - Каждый возьмет себе по одному, и будет присматривать. Огневичка надо кормить - маленькие, они не могут добывать себе еду сами, еще его надо купать и чистить шкурку, смазывать, когда они начнут расти, чтобы шкурка не трескалась...

- Надо же, Поттер, а ты, оказывается, умеешь грубо хамить, - прошипел Малфой. - Не ожидал…

- Твои уроки, Малфой.

- Я, наверное, должен быть рад, горд и счастлив, - ядовито процедил Малфой. - Но я предпочел бы целоваться с дементорами, чем учить чему-то такого тупицу, как ты.

- Я могу устроить.

- О, ты и у дементоров любимчик!

- Выбирайте себе по одному малышу, - командовал Хагрид. - К следующему уроку они дозреют, а пока я расскажу, как мамаши ухаживают за яйцами.

Гарри вместе со всеми подошел к Хагриду, чтобы получить у него из рук горшок с горячим песком, в который надо было положить яйцо огневика. Он был рад оказаться подальше от Малфоя. Он, вообще-то, всегда был рад этому. Но сейчас… у него было странное ощущение, что причины, по которым он хотел оказаться как можно дальше от Малфоя, стали иными. Какими - Гарри даже думать не хотел.

* * *

Сдвоенный Уход за волшебными существами, потом обед, потом сдвоенные Зелья. Одна мысль назойливо крутилась в голове Драко: "Плохо. Очень плохо".

Плохо было все. Понедельник - весь с гриффиндорцами - грозил вырасти в гриффиндорский вторник - Защита, как выяснилось, в этом году тоже преподавалась слизеринцам и гриффиндорцам вместе. И это было плохо. Очень плохо.

Драко метнул на Поттера быстрый взгляд. Черноволосый очкарик о чем-то беседовал с Грейнджер. После дурацкого разговора на уроке Ухода Драко успел еще дважды прицепиться к Поттеру и компании: первый раз - сразу после хагридового урока, второй раз - пять минут назад, когда они столкнулись перед входом в класс Снейпа. Все без толку. Нет, конечно, Уизли и Грейнджер реагировали как положено: грязнокровка сжимала губы в полоску и вздергивала нос, Уизли багровел и стискивал огромные костлявые кулаки, но Поттер был какой-то не такой. Какой-то… не такой. Но не это напрягало больше всего - напрягал Драко себя сам. Он буквально выдавливал из себя гадости в адрес Поттера, у него не получалось быть злобным. И он первым обрывал их склоки - чего раньше не было никогда, - потому что чувствовал, что еще слово - и их с Поттером перепалка превратится в… дружескую шутливую ссору.

- И что с того? - спросили слева от Драко, и юноша вздрогнул - ему показалось, что кто-то прочитал его мысли. - В чем проблема, Блэйз? Мне всегда нравились драконы.

Говорила Сольвейг Паркер.

- Да, но Хагрид… - сморщила тонкий носик красавица Блэйз. - И Уизли…

- Что? - спросил Драко.

- В Хагриде есть свой прикол, - возразила Сольвейг. - А потом, он прав. Все эти тварюшки такие забавные.

- Причем здесь Уизли? - настойчиво спросил Драко - очень он не любил, когда его игнорировали.

- А Уизли мил, - добавила девушка, а потом перевела на Драко тяжелый взгляд. - Чего тебе?

- Хагрид задержал после урока своих студентов, - вмешалась Блэйз. - Тех, кто пишет ему курсовик. Оказалось, что Солли - одна из них.

- Нас мало, нас адски мало, - меланхолично сказала темноволосая слизеринка. - Я, кажется, запретила звать меня Солли. И ты, конечно, извини меня, Блэйз, но не прорицаниями же мне было заниматься.

- А Поттер? - спросил Драко.

- Поттера не было, - ответила Сольвейг. - Я бы его заметила.

- Прорицания - проще пареной репы, - возразила Блез подруге. - Весь курсовик можно попросту сочинить - главное, побольше ужасных бед. Нам, кстати, Трелони велела сделать гороскоп кому-нибудь из однокурсников противоположного пола. Драко, не возражаешь? Кстати, - она внимательно посмотрела на Драко, - разве Поттер не на Защиту пошел?

- Теперь - вряд ли, - фыркнул Драко.

- А куда?

- Почему я должен знать?

- Ну, ты все знаешь о Поттере…

- Снейп, - сказала Сольвейг, и все замолчали. Профессор Снейп ворвался в класс, кажется, еще более злобный, чем раньше. Со своего места Драко видел, как напряглись гриффиндорцы, как задрожал Невилл Лонгботтом, как окаменело лицо Поттера.

- Рефераты сдать, - приказал Снейп. - Приступить к работе по домашнему проекту.

Драко поднял руку.

- Профессор…

- Да, я помню, Малфой, - голос Снейпа чуть смягчился, когда он обратился к любимому ученику. - Возьмите свои вещи и пересядьте, пожалуйста, сюда, на первую парту. Поттер, - всякий намек на мягкость тут же исчез, - вы тоже.

На лице Поттера не было ни удивления, ни возмущения, словно ничего неожиданного для него не произошло. Он покорно встал, сгреб свои вещи в котел и пошел к первой парте. Драко был так изумлен, что даже забыл, что и ему тоже надо пересесть, и пялился на Поттера, пока Блэйз не ткнула его локтем в бок.

Класс зажужжал, глядя на то, как два злейших врага усаживаются за одну парту, как они устанавливают рядом котлы и раскладывают вещи, соприкасаясь рукавами роб. Впрочем, одного зловещего взгляда Снейпа оказалось достаточно, чтобы жужжание тут же сменилось деловитым шуршанием - началась работа.

- Рефераты сдать, - приказал Снейп двум юношам за передней партой. - Свои домашние проекты покажете мне позже. Пока - это вам, - он положил на стол толстую ветхую книгу. - Ее не было в списке литературы, так как это очень редкая вещь. Но если вы хотите стать настоящими зельеварами - она вам понадобится, - судя по тону Снейпа, он всерьез сомневался, что кто-то из них двоих способен стать настоящим зельеваром. - Это - моя личная. Если с ней что-нибудь произойдет - я из вас самих зелье сварю, - даже когда Снейп произносил угрозы, которые сын Люциуса Малфоя с полным на то правом мог назвать неосуществимыми, голос зельевара был таким, что Драко верил - он сделает, как сказал. - Читайте.

И профессор отошел. Драко открыл книгу. Для того, чтобы читать ее вдвоем, им - ему и Поттеру - приходилось едва не касаться головами. Драко подумал, что к концу урока шея его задеревенеет; близость Поттера его страшно раздражала, и он прилагал все усилия, лишь бы не коснуться его. Или он так старался, потому что близость Поттера его странно тревожила?

- Я не верю себе, Поттер, - тихо проговорил Драко. - Ты решил стать зельеваром! Я-то полагал, что большее, на что ты способен - это убирать навоз за чудищами твоего человека-слона.

- Брось, Малфой, ты здесь только потому, что папочка замолвил за тебя словечко перед Снейпом, - буркнул в ответ Гарри. - Кому из преподавателей нужен такой тупица, как ты?

- Ты меня с кем-то путаешь, Поттер, - мягко отозвался Драко. - Неужели я так похож на какое-нибудь Уизли?

Гарри уткнулся в книгу. Драко практически слышал, как он скрипит зубами. "Что хоть за книга-то?" - неожиданно Драко сообразил, что даже не знает, что он читает. Без лишних церемоний Малфой перевернул страницу, чтобы взглянуть на титульный лист.

- Знаешь что, Малфой… - зарычал Поттер. - Я, между прочим, читал!

- А мне что! - фыркнул Драко. "Производные зелья", было написано на обложке. Больше ничего. Драко показалось, что обложка гораздо моложе самой книги.

- Тебе что? - завелся Поттер. - Знаешь, Малфой, если ты и дальше будешь так себя вести…

- То что? Ты пожалуешься Снейпу?

В этот момент черная тень упала на их парту.

- Вы, двое! - ледяной голос преподавателя зелий заставил обоих втянуть головы в плечи. - Будьте любезны оторваться друг от друга и слушать меня внимательно. Ваше послеобеденное время в среду принадлежит мне. Еще у вас будут дополнительные часы в пятницу после ужина. Заниматься будете в моей лаборатории, в подземельях. И если вы будете вести себя подобным образом, вы не то что курсовую работу не напишете - вы вообще не сможете сдать ни одного экзамена. И лучшее, что с вами произойдет - вы будете учиться на шестом курсе еще как минимум три года. И вам не поможет ни всеволшебная слава, - он метнул яростный взгляд на Поттера, - ни родовое имя! - такой же взгляд достался Драко. Он опустил голову, внезапно почувствовав себя униженным. Всеволшебная слава и родовое имя… Принципиальная разница между Гарри Поттером и Драко Малфоем.

Снейп отошел, чтобы заняться любимым делом - третированием Невилла Логботтома, и две головы - угольно-черная и платиново-белая - снова склонились над "Производными зельями". Книга оказалась интересной, Драко увлекся так, что, дочитав страницу, перевернул ее без единой мысли о том, чтобы досадить Поттеру. Протеста не последовало - то ли Поттер прочел быстрее, то ли они работали в одном темпе, или он вовсе не читал… Драко поднял глаза на самого неожиданного соседа по парте, которого он только мог себе вообразить. Гарри склонил голову, его глаза за стеклами очков быстро бежали по строчкам. Их головы были совсем близко, так, что непослушные, вечно растрепанные черные вихры касались аккуратных светлых прядей. Внезапная мысль, пришедшая в голову Драко, поразила его самого - как это, должно быть, красиво!

- Ты прочел? - Гарри поднял голову и увидел, что Драко смотрит на него. - Ты что?

- Нет, - промолвил Драко чуть слышно. Он вдруг поймал себя на мысли, что никогда еще он не смотрел Гарри прямо в глаза. Ну и глаза! Цвета-то такого в природе не бывает…

- Малфой? - осторожно произнес Гарри.

- Да… - Драко сморгнул и отстранился. - Нет, я… Перелистывай.

Еще пару секунд Гарри смотрел на него все так же пристально, словно пытался прочесть его мысли. Потом он опустил голову, перевернул страницу и стал читать дальше. Драко тоже попытался. Но его мысли метались от глаз и волос Гарри Поттера к тому, какого черта он, Драко, вообще о нем думает, и никак не хотели возвращаться к "Производным зельям".

* * *

- Ну давай, рассказывай, - сказал Рон.

- Рон, - Гарри поднял мученические глаза на приятеля. - Мне надо завтра отдать эту книгу, - он продемонстрировал "Производные Зелья", - Малфою. А до этого мне надо прочитать главу. Можно, я почитаю?

- Ой, да брось! Малфой перебьется.

- Малфой не перебьется, во-первых, а во-вторых, Снейп снимет мне голову, если я обижу его любимчика.

- Гарри! - Рон вскинул руки. - Кой черт понес тебя на эти галеры?!

Гермиона хихикнула. Рон проигнорировал ее смешок, а Гарри не понял причины.

- Я хочу сказать, почему ты не пошел ну хотя бы на Уход? Ты даже не представляешь, что ты потерял!

- Потрясающее по приятности общение с очередными хагридовыми монстрами?

- Вот, - горестно заметил Рон. - Всего лишь посидели урок за одной партой, а юмор у тебя уже вполне малфоевский. Эх, ты, Гарри! Если бы ты только знал…

- Да говори уже, не томи!

- У Хагрида совсем мало студентов, поэтому, - Рон лукаво ухмыльнулся, - шестой и седьмой курсы занимаются у него в одно и то же время…

- Что с того?

- А то, балда, что твоя Чоу Чэнг пишет курсовик по Уходу! Если бы ты пошел на Уход, ты бы проводил время с ней! Но ты, по всей видимости, предпочитаешь общество Малфоя, - с неподражаемым сарказмом закончил Рон.

- Во-первых, я не знал, что Чоу пишет курсовик по Уходу…

- Интересно… Ты же встречался с ней весь прошлый год!

- Мы говорили… о других вещах! Рон! Хватит скалиться! И вообще, это Дамблдор мне посоветовал…

- Дамблдор? - вмешалась в разговор Гермиона. - Он что, знал про Малфоя-старшего еще в прошлом году?

- Не знаю, может, и знал. Нет, он сказал, что мне Защита не нужна… что у меня большая практика, - Гарри усмехнулся. - Сказал, что мне стоит избрать самую трудную и самую полезную отрасль магических учений, которую я никогда не смогу изучить самостоятельно. Зелья, в общем. Пока у меня есть возможность учиться у лучшего зельевара Европы. И все в этом духе.

- Может, Дамблдор и прав, - судя по голосу, Гермиона в этом серьезно сомневалась. - Но тебе следует быть острожным. Если Малфой - я имею виду младшего - задумает какую-нибудь пакость, у него будет масса возможностей. И Снейп всегда будет на его стороне.

- Снейп был весьма серьезно настроен, - заметил Гарри. - Кажется, он всерьез собрался быть справедливым… или несправедливым, но к нам обоим.

- Снейп и справедливость несовместимы, - отрезал Рон. - Остается надеяться, что он не станет тебя использовать как подопытного кролика для Малфоя.

- А вам не показалось… - начал вдруг Гарри - и не договорил.

- Что нам не показалось? - спросил Рон. Гарри огляделся, словно в поисках подходящих слов.

- Насчет Малфоя… Драко Малфоя, я имею в виду… что он какой-то… не такой… и…

- Мне показалось, что он пытается наслать на тебя какие-то чары, когда он пялился на тебя сегодня на Зельях. Взгляд у него был какой-то… нехороший, - Рон встал и потянулся, как огромный рыжий кот. - Ночь уже, господа гриффиндорцы. Кстати, вы знаете, что у нас Защита теперь вместе со Слизерином? Так что завтра мы вновь увидим наших милых маленьких друзей. Слышь, Гарри, тебе не дадут скучать без Малфоя!

* * *

Люциус Малфой вошел в класс, и гомон немедленно стих. Все смотрели на нового учителя: гриффиндорцы - настороженно и с опаской, слизеринцы - с обожанием и гордостью. Не смотрели на Малфоя только двое - его сын, который опустил голову и изучал свою парту, и Гарри Поттер, который смотрел на Малфоя-младшего. Это не очень понравилось Люциусу, но… может, Поттер просто наблюдает за реакцией его сына?

- Добрый день, господа. Прошу прощения за небольшую задержку - я забыл о своеобразном характере здешних лестниц, - он улыбнулся всему классу. Реакция его позабавила: слизеринцы слегка увяли, на лицах гриффиндорцев - недоумение, Драко еще ниже опустил голову и прикусил губу, а Поттер… что ж, Поттер слишком хорошо его знает. Но это не страшно.

Люциус присел на край собственного стола.

- Мне бы хотелось, чтобы вы кое-что записали, прежде чем мы начнем практиковаться. Итак, в этом году вы будете изучать Братские Чары…

Сын вскинул на него полные изумления глаза. А взгляд Поттера - пристальный, острый - полон недоверия. Хочешь разгадать мою игру, мальчик? Не выйдет.

- Кто-нибудь может мне что-нибудь рассказать о Братских Чарах?

Только одна рука - это, конечно, грязнокровка-которая-знает-все.

- Да, мисс Грейнджер?

- Братские Чары, - заговорила Грейнджер высоким уверенным голосам, - это три защитных заклинания, которые можно использовать, только чтобы защитить кого-нибудь другого, не себя.

- В целом верно, мисс Грейнджер, - мягко сказал Люций, - только две небольшие неточности, которые, впрочем, встречаются почти во всех книгах, описывающих действие Братских Чар. Прежде всего, только два заклинания из трех - защитные, третье - это оружие. И, во-вторых, защитить эти заклинания могут не кого-нибудь другого, а только очень близкого и дорогого вам человека - друга, брата, любимого. Да, мистер Лестранг?

- Я слышал, - начал сын Лестрангов, глядя на Люциуса со смесью недоумения и тревоги в маленьких бледных глазках, - что эти заклинания могут использоваться как защита против Непростительных Заклятий?

- Не вполне верно. Давайте начнем с начала - тогда все станет ясно, и все нерешенные вопросы будут решены, - и он снова улыбнулся. И увидел, как две гриффиндорские девочки улыбнулись в ответ. "Работает", - подумал Люций.

- Итак, Заклятие Щита, - начал он, и перья заскрипели по пергаменту. - Самое простое и распространенное из трех. Действует как Барьер, но защитный эффект Заклятия Щита сильнее. Это заклинание можно применять только в паре. Два волшебника одновременно произносят заклинание, и их окружает защитное поле, практически непробиваемое для любого проклятия.

Гарри Поттер поднял руку:

- Даже для Авада Кедавра?

- Все зависит от того, - приятно улыбнувшись Мальчику-который-выжил, ответил Люциус, - кто противник. Насколько он сильнее тех, кто создал Заклятие Щита. Слова заклинания такие - "Адельфо Эгидос".

Класс забормотал, одновременно записывая слова. Люциус посмотрел на своего сына - тот сидел, опустив голову, рука сжимает перо, но не движется.

- Если кому-то кажется, - мягко продолжил Люциус, не отрывая взгляда от Драко, - что записывать то, что я говорю, необязательно, то он ошибается.

Класс замер. Сын поднял голову, и в его глазах Люциус прочел ответ: "Может быть, это кто-то, кому никогда не придется воспользоваться этим заклинанием". "Я с тобой позже разберусь", - взглядом пообещал ему Люциус.

- Заклятие Меча, - продолжил он, - используется как оружие. Здесь тоже нужно участие двоих. Один - ведущий, другой - ведомый. Ведущий направляет действие заклинания, ведомый использует свою силу, чтобы заклинание сработало. Для достижения максимального эффекта волшебники обычно используют физический контакт.

- То есть? - спросила темноволосая слизеринка на последнем ряду.

- Как правило, ведомый кладет руку на плечо ведущего. На схемах обычно именно так, - Люциус улыбнулся. По рядам слизеринцев прокатился смешок. Та же девочка подняла руку снова.

- Сэр, а вам доводилось использовать эти заклинания?

- Мисс… э-э-э…

- Паркер, сэр.

Люциус прищурился, глядя на девочку. Мисс Паркер - это говорило о многом, и, пожалуй, ему следовало догадаться… хотя, кто, глядя на это невзрачное существо, смог бы предположить, что это дочь одной из самых красивых ведьм слизеринского выпуска тысяча девятьсот семьдесят шестого года.

- Мисс Паркер, не всем достается интересная жизнь, увы. Мне доводилось использовать эти заклинания только при сдаче экзаменов, как это ни грустно.

Поттер смотрел на него, прищурив глаза. Люциус читал его мысли так же легко, как если бы они были написаны большими буквами на классной доске: "Я нисколько не сомневаюсь, что это не те заклинания, которые ты использовал по приказу своего господина". Глупый ребенок.

- Слова заклинания звучат как "Адельфо Свордис". Первое слово произносит ведомый, второе - ведущий. Кстати, на экзамене в этом году вам предстоит продемонстрировать действия этих двух заклятий, так что будьте внимательны… и готовы.

- А третье? - спросила Грейнджер. - Его мы не будем демонстрировать?

Люциус внимательно осмотрел притихший класс. Он выдержал интригующую паузу, а потом негромко заговорил:

- Боюсь, мисс Грейнджер, это не то заклинание, которое можно продемонстрировать, потому что его произнесение чревато для мага очень неприятными последствиями. Самыми неприятными, я бы даже так сказал. Это заклинание называется Заклятие Жертвы. Он может защитить дорогого вам человека даже от "Авада Кедавра", но ценой будет ваша жизнь. И неважно, насколько ваш противник сильнее вас - если вы скажете "Эгидо Сакрифус" и назовете имя того, кого хотите защитить, Смертельное проклятие, ударив в этого человека, не причинит ему вреда, а срикошетит в мага, который наслал его, и он умрет, но и вы - тоже.

Он говорил, как бы отвечая на вопрос Гермионы и обращаясь при этом ко всему классу, но взгляд его - внимательный, многозначительный, - был устремлен на Гарри Поттера. И к концу его речи все взгляды сосредоточились на Мальчике-Который-Выжил-Ясно-Теперь-Почему.

- А теперь я хочу, чтобы вы все это записали, - мирным тоном закончил Люциус. - И к следующему уроку потренируйтесь в правильном произношении слов заклинания - пока без палочек. Все свободны, - он улыбнулся всем вместе и никому в частности. - Драко, задержись.

Когда ученики покинули класс, Драко подошел к учительскому столу. Его глаза были все так же устремлены в пол. Впрочем, этому его научил сам Люциус - ты не имеешь права смотреть мне в лицо, пока я не велю.

- Как тебе мой дебют? - спросил отец.

- Слишком много сахара, - ответил сын.

- Но работает, - мягко возразил отец. - Что с тобой происходит, мальчик?

- Тебе действительно интересно?

- Не разговаривай со мной в таком тоне, мальчик. Ответь мне.

Драко смотрел в пол.

- Посмотри на меня. Так. Ты недоволен, что я в школе? Тебя раздражает, что все глазеют на тебя, стремясь увидеть твою реакцию на мое преподавание? Но ты же знаешь, почему я здесь?

- Нет, - качнул головой сын. - Я предполагаю.

- Ты знаешь, - возразил Люциус. - Фудж не доверяет Дамблдору. Я наблюдатель из Министерства.

- Это отговорка. Ты здесь из-за Поттера.

- Шшш, - рука Люция мягко легла на губы Драко. - Вряд ли об этом стоит говорить вслух.

Драко отступил на шаг и вскинул на отца почти умоляющий взгляд.

- Можно, я пойду? У меня Арифмантика…

- Иди, - пожал плечами Люциус, и Драко пулей вылетел из класса.

* * *

Несколько дней все разговоры за общими трапезами в Большом Зале, в гостиных и в спальнях вертелись вокруг Люциуса Малфоя и его манеры преподавать. Люциус очаровал всех, не только, подобно незабвенному профессору Локонсу, девочек, но и ребят. Девочки млели от его голоса, улыбок, походки, парни - от того, что он "знает, каково это", несмотря на собственные признания Малфоя-старшего, что тех заклинаний, о которых он рассказывает, он никогда не использовал сам. Слизеринские второ- и третьекурсницы были близки к тому, чтобы открыть фан-клуб Малфоев - Драко, и так достаточно популярный среди юных слизеринок, теперь обрел дополнительную привлекательность. Рейвекловки, хаффлпафки и даже гриффиндорки вслух выражали свое недоумение по поводу того, как такой отвратительный тип, как Драко Малфой, может быть сыном такого обаятельного мужчины, как Люциус.

Тех, кто никак не желал попадать под обаяние Малфоя-старшего, Драко мог перечесть по пальцам. В них входили: Великое Гриффиндорское Трио, мелкая Уизли и почему-то, единственная из всех слизеринцев (не считая самого Драко, конечно) - Сольвейг Паркер.

Но Драко даже рад был тому, что все так увлечены обсуждением его отца. За этим делом его никто не терзал вопросами, как это они с Поттером оказались на одном факультативе и на что вообще это похоже - проводить два часа подряд бок о бок со злейшим врагом без возможности сделать ему гадость.

Драко думал, что это может быть весело - что бы там ни говорил Снейп, Драко провел пять лет, устраивая подлянки Поттеру на уроках зельеделия, и Снейп ни разу не сказал ему ни слова - хотя все видел.

Драко думал, что это может быть тяжело - что-то непоправимо изменилось в его отношении к Поттеру - то ли в тот момент, когда он тащил Гарри в больничное крыло в прошлом году, то ли позже… и он не был уверен, что это те чувства, которые он должен испытывать к злейшему врагу своего Господина.

Драко никогда не думал, что это может быть так… хорошо.

В среду после обеда он наткнулся на Поттера, выходя из Большого Зала.

- Малфой! - окликнул его Поттер. - Подожди.

Он как будто был слегка смущен.

- Что? - Драко ухмыльнулся. - Скучаешь без меня, Поттер?

- Ты мне не даешь такой возможности, - без улыбки ответил Гарри. - Я не знаю, где находится лаборатория Снейпа.

"Не мои проблемы", - собирался сказать Драко, но вместе этого вышло совсем другое:

- Пошли, - и поскольку он все-таки был зловредный Драко Малфой, он добавил: - И запоминай дорогу. Больше я тебя провожать не стану.

Они шли по слизеринским подземельям к лаборатории Снейпа, и Драко раздраженно думал, что пару лет назад он бы непременно воспользовался подобной доверчивостью Поттера и завел бы его в лучшем случае прямо в жаждущие гриффиндорской крови лапы своих телохранителей. Правда, пару лет назад Поттер бы, наверное, и не пошел бы с ним никуда.

Да нет, пошел бы… Чертов Поттер со своей дурацкой доверчивостью.

"Ладно, будем считать, что это все из-за Снейпа и факультатива. Нам придется как-то существовать вместе во время зелий. Я ненавижу Поттера, мне нравится доставать Поттера, я просто в восторге, когда мне удается довести Поттера до белого каления… но если наши занятия на зельях кончатся кровью, мне же будет хуже. Я умный мальчик. Мне не нужны проблемы".

Коридор кончился тупиком. Драко, подарив Поттеру снисходительную улыбку, постучал по стене палочкой и произнес:

- Мэллон!

Кирпичи дрогнули, задрожали, как потревоженная ветром водная гладь, начали блекнуть, и в конце концов в стене образовался арочный проход. Драко шагнул внутрь, не оглянувшись на Поттера.

Потолок лаборатории терялся где-то вверху, как небо тучами, затянутый дымом и паром. Лаборатория была такой же, какой Драко запомнил ее с тех пор, как побывал здесь впервые, на втором курсе, вместе со своим отцом. Полки вдоль стен, заставленные баночками, фиалами, колбами со всевозможными ингредиентами для зелий, огромный камин у северной стены, посреди лаборатории - фонтан в виде огромной мрачной жабы. И котлы, котлы, в которых что-то шипело, ворчало, дымилось… Все было так же, как раньше, кроме одной детали: прямо над камином, переливаясь в свете факелов всеми оттенками золота, бронзы и начищенной меди, висел огромный плакат в виде дракона, на котором было написано "Драконы рулят вечно!"

- Это что за фигня? - услышал Драко у себя за спиной изумленный голос Поттера.

- "Драконы", - хихикнул Драко. - Квиддичная команда из Ливерпуля. Четвертое место в Лиге.

-Я бы никогда не подумал, что Снейп - квиддичный болельщик, - произнес Поттер. Его голос был полон веселья. Оглянувшись, Драко увидел, что губы Поттера подрагивают, а в глазах пляшут искры смеха. Он, по-видимому, изо всех сил пытался не засмеяться, но, в конце концов, не выдержал, и смех его зазвенел, рассыпаясь эхом по огромной снейповой лаборатории.

Драко замер. Он еще не слышал, чтобы Гарри так смеялся. Он вообще не слышал, чтобы так смеялись - как будто ничего плохого в этом мире нет, и не будет никогда, как будто ни о чем не надо думать, как будто важно только здесь и сейчас, как будто можно смеяться, если тебе смешно, плакать, если тебе грустно, и целоваться, если любишь. И никто не скажет тебе, что ты ведешь себя неправильно.

Гарри сел на пол и закрыл лицо руками. Он весь трясся от смеха. Неуверенная улыбка коснулась губ Драко. Смех Поттера был так заразителен… но Драко не был уверен, что он сам сможет смеяться так, что он вообще умеет смеяться.

- А что такого смешного?

- Нет, подумай, - Гарри поднял на Драко блестящие глаза. - Снейп… он как вризрак! Смеяться над ним… ох, я обязательно расскажу Невиллу!

И он зашелся в новом припадке хохота.

В лабораторию вошел Снейп. Он внимательно посмотрел на Драко, на Гарри, умирающего от смеха на полу, и снова Драко - с сердитым недоумением.

- Поттер, - тихо сказал Драко. Гарри прекратил ржать, вскочил, увидел Снейпа - и снова прыснул.

- Мистер Я-тридцать-три-раза-победил-Сами-Знаете-Кого сошел с ума? - с опасным блеском в глазах спросил Снейп. Драко промолчал; что до Гарри, то он просто не мог ничего сказать. Снейп скользнул взглядом по лаборатории; глаза его сузились, и он прошипел:

- Аниллюмос!

Драко не видел, на что он указывал палочкой, но догадаться было нетрудно - Снейп, без сомнения, погасил надпись "Драконы рулят вечно!" Затем хищный взгляд профессора зельеварения остановился на Поттере.

- Так что же смешного вы здесь нашли, Поттер?

- Профессор, - неожиданно для самого себя заговорил Драко, - это я… я немного перестарался… с Хахачарами.

- Зачем вам понадобилось наводить Хахачары на Поттера?

- Э-э-э… у нас состоялось что-то вроде небольшой дуэли… - сказал Драко и моментально прикусил язык, припомнив все, что профессор сказал им во время урока по зельям. Снейп приподняв бровь, посмотрел на Драко, потом на Гарри - и кивнул.

- Ясно. Поттер, вы успокоились?

- Да, профессор, - Гарри отвечал Снейпу, но смотрел на Драко - удивленно и даже в некотором шоке.

- Тогда приступим, - Снейп прошел на середину лаборатории, где рядом с огромным столом чадил котел с неприятной на вид вязкой жидкостью. - Знаете, что это такое?

- Всеэссенция, - ответил Гарри. Снейп одарил его острым взглядом.

- Верно, Поттер, Всеэссенция. Почти готова. Зелье будет настаиваться еще неделю. И пока оно настаивается, вы двое займетесь созданием Производной Всеэссенции. Что такое Производные Зелья, вы, надеюсь, уже поняли?

- Это зелья, которые создаются на основе уже существующих, как правило, Сложных, - ответил Драко. - Зелью добавляются новые свойства или придаются противоположные первоначальным.

- Отлично, Драко, - похвалил Снейп. Гарри чуть слышно фыркнул.

- Что нужно сделать со Всеэссенцией? - спросил Драко.

- Увеличить срок ее действия вдвое. К следующей пятнице. Здесь, в лаборатории, вы будете заниматься практикой, теорию я вам оставляю на самостоятельное изучение. Книга, которую я вам дал, содержит достаточно необходимых сведений; кроме того, книги из дополнительного списка литературы, который вы получили летом, должны вам помочь. После того, как мы покончим с Производными Зельями, вы приступите к изучению Сверхсложных Зелий. И, наконец, ваш курсовой проект - собственное Производное Зелье. Выбираете любое Сложное Зелье и создаете свое на его основе. О проекте заявите мне через две недели. К концу года у вас должен быть готов реферат. Экзамен, естественно, практический, - Снейп окинул обоих юношей пронзительным взглядом. - Не забывайте, что от общекурсового экзамена по зельям вы не освобождены. И еще не забывайте о своем поведении. Пока что я вам рекомендую приступить к составлению списка ингредиентов для Производной Всеэссенции.

И он вышел из лаборатории, но не через арочный проход, а через почти незаметную невысокую дверцу за камином.

- Старый немытый сукин сын, - прорычал Гарри, как только Снейп скрылся.

- Попридержи язык, Поттер, - огрызнулся Драко.

- Я не тебя имел в виду.

- Пожалуй, стоило сказать ему, что тебя так развеселило.

- Ты думаешь, я буду тебя благодарить? Я не нуждаюсь в твоей защите, Малфой.

- Конечно. Ты же у нас Великий Поттер, Мальчик-Который-На-Всех-Положил!

- Заткнись, Малфой!

- Защитник униженных и оскорбленных, убогих и слабоумных!

- Надеюсь, что нет, иначе мне пришлось бы защищать тебя!

- Заткнись, Поттер!

- Ты не думаешь достать книгу, ты, белая моль?!

Драко моргнул.

- Почему моль? - с легким изумлением спросил он.

- Ну… - Гарри, судя по всему, слегка растерялся от неожиданного вопроса, - ты же блондин и… бледный, - и он отчего-то покраснел.

- Я не бледный, - Драко попытался обидеться, но у него не получилось. - Я аристократически белокожий.

Драко увидел, что губы Поттера расползаются в улыбке, совсем как тогда, когда он увидел снейпов плакат.

- Может, ты все-таки достанешь книгу, Малфой? Надо же выяснить, что нам делать с этой отравой, - он кивнул на Всеэссенцию.

Да, оказалось, что это - хорошо. Они снова, как и на уроке, голова к голове читали "Производные зелья", выписывали ингредиенты на кусочки пергамента, и Драко думал, что с Поттером удивительно легко, когда с ним не надо ругаться.

- И все-таки он старый немытый сукин сын, - мрачно заметил Поттер примерно через полчаса. - Тебе не кажется, что придумать свое зелье за неделю - это как-то чересчур?

- Тебе не надо придумывать свое зелье, - ответил Драко. - Тебе надо лишь улучшить существующее. И вообще, - Драко неожиданно вспомнил, с кем он разговаривает, - что ты сюда приперся?

- Тебя не спросил, - огрызнулся Гарри.

- А правда, Поттер, - Драко оторвался от своих записей и посмотрел прямо на Гарри, - как ты оказался на факультативе Снейпа?

- Дамблдор посоветовал, - коротко ответил Гарри.

- О, а ты всегда делаешь то, что советует тебе директор, верно? - скривил губы в усмешке Драко.

- Я что-то не припомню, чтобы ты блистал успехами в Зельеделии, - сдержанно ответил Гарри.

- Ты просто не знаешь, - почти пропел Драко, - а я был в снейповом списке студентов…

- Что? - удивился Гарри. - Что за список?

- О, ты не знаешь? Ты никогда об этом не слышал? Почему я не удивляюсь?..

- Ты не можешь заткнуться и просто ответить на вопрос?

- Прости, не могу, это два взаимоисключающих действия, - Драко улыбнулся тому, как потемнело от гнева лицо Поттера. - Впрочем, ладно, я даже не буду добиваться, чтобы ты попросил меня вежливо. Каждый профессор составляет список, записывая в нем имена тех студентов, которых предпочел бы видеть на своем факультативе. Тебя в снейповом списке не было… хотя я не уверен, что ты мог вообще быть в чьем-либо списке, разве только у твоего гигантского дружка…

- Скотина!

- Какая новость.

- Снейп сам показывал тебе список?

- Нет, разумеется, я выкрал его из кабинета Дамблдора.

- Зачем?

- Это все, что ты можешь сказать? Разве я не услышу лекции о том, как плохо красть из кабинета директора?

- Ты сказал, что никогда не стал бы меня чему-то учить - почему ты думаешь, что я буду?

- Ты - добродетельный гриффиндорец.

- Скажи Снейпу.

- Снейп пристрастен.

- Ты не ответил на вопрос.

- Когда?

- Сегодня!

Драко внимательно посмотрел на Гарри.

- Тебе не кажется, что это тупой разговор, а, Поттер?

- Да нет, даже смешно, - очень неожиданно ответил тот. - Так зачем ты спер снейпов список?

- О, не только снейпов. Я все украл. Там их была целая стопка - я их продублировал, а копии унес.

- А что ты делал у Дамблдора?

- А почему ты думаешь, что я тебе скажу? - после секундной паузы спросил Драко. Он внимательно изучал лицо Гарри - подозревает? Знает? Он до сих пор не знал, зачем Дамблдор вызвал его тогда в кабинет - тогда, на следующий день после того, как Поттер вернулся еле живой, и Драко тащил его в больничное крыло. Дамблдор вызвал его, но ничего не сказал, и задал всего лишь один вопрос: "Мистер Малфой, вы хотите мне что-нибудь рассказать?" Драко хотел очень - настолько сильно, что это желание было почти равно его страху, что кто-нибудь узнает… Страх все-таки победил. Но неужели Гарри помнит? И сказал директору? Или он…

Гарри смотрел на него своими огромными зелеными глазами, честными до отвращения. Пожалуй, этим глазам пошло быть чуть-чуть хитринки. Чуть-чуть золотистой хитрецы в чистом изумруде… Или не надо… Чистые, прозрачные глаза, как вода, такими и изумруды не бывают, если только очень редкие, очень дорогие…

- Не хочешь - не говори, - голос Гарри разбил мысли Драко. "Боже, о чем я думаю?!" - Но зачем-то же они тебе понадобились?

- Чтобы узнать, кто у кого любимчик, - резко ответил Драко. - Очень полезная информация.

- Частная информация.

- О, мораторий на лекции снят?

- Это твое "О" звучит просто омерзительно!

Драко, наполовину разгневанный, наполовину удивленный, огрызнулся:

- А я и не задаюсь целью очаровать тебя, Поттер!

- Слава Богу! Мне страшно представить, что бы мне предстояло пережить!

Оба замолчали, уткнувшись в книгу. Прошло еще полчаса. Гарри снова нарушил молчание первым:

- Снейп, наверное, имел в виду, что мы должны сделать каждый свою Всеэссенцию?

- Надо полагать, - ответил Драко. Он, к своему собственному удивлению, успел уже остыть. - Интересно, как мы будем ее проверять?

Драко поднял на Гарри глаза - и прочел в них отражение того ужаса, который только что почувствовал сам. -О, нет…

- Он не может так с нами поступить…

- Он бы мог нам дать лабораторных крыс или…

- Нет! - выкрикнул Драко прежде, чем успел остановить себя.

- Что? - Гарри поднял брови. - Ты… ты боишься крыс?!

Драко сгреб его за ворот и рванул к себе.

- Только попробуй - только попробуй хоть одной живой душе сказать об этом…

- Отпусти, - тихо произнес Гарри.

Его глаза были очень близко. Его губы… Его волосы… Его тело… Драко вдруг стало очень не хватать воздуха…

Он разжал кулаки и выпустил воротник робы Поттера.

- Никому я не скажу, - сердито произнес Гарри. - Хотя ты и заслуживаешь…

- Заткнись, Поттер! - огрызнулся Драко.

- Сам заткнись…

Глава 1Глава 2Глава 3


Оставьте свой отзыв:
Имя: Пароль:
Заглавие:
На главную
Замечания и поправки отсылать Anni