Драко Малфой и Солнечный путь

АВТОР: Джуд
БЕТА: Марси, Njally

ГЛАВНЫЕ ГЕРОИ/ПЕЙРИНГ: Гарри, Драко
РЕЙТИНГ: NC-17
КАТЕГОРИЯ: slash
ЖАНР: romance, angst

КРАТКОЕ СОДЕРЖАНИЕ: сиквел к фанфику "Драко Малфой и Тайная Комната", в котором рассказывается о двух парнях Драко Малфоя, двух девочках Гарри Поттера, трех женщинах Северуса Снейпа и трех мужчинах Сириуса Блэка. Кроме того, будут драконы, неожиданные родственные связи, настырные привидения и много черной магии.

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: секс с несовершеннолетними, инцест, насилие, ГЕТ!!!

ПРИМЕЧАНИЯ АВТОРА: считаю своим долгом сообщить, что никогда не была нигде западнее Санкт-Петербурга. Так что если что-то не так - извините.

БЛАГОДАРНОСТИ: i-nessy за первое восхищение и эпиграф, Марси за бетство и размещение, любимой Rosine за вечное вдохновение, всем, кому понравился "ДМ и ТК", а также тем авторам, кого я уже успела и кого еще собираюсь ограбить.


ОТКАЗ: все права принадлежат Роулинг и Ко, денег не надо.



Часть 2
Зверь

I'm unclean, a libertine
And every time you vent your spleen
I seem to lose the power of speech
Your slipping slowly from my reach
You grow me like an evergreen
You never see the lonely me at all

"Placebo"

Школа чародейства и волшебства "Хогвартс", 1 сентября 1997 года, вечер.

От удара о каменный пол Драко ненадолго потерял сознание. Первым вернувшимся из пяти основных чувств было осязание - чьи-то руки поддерживали его сзади, мягко обнимая за талию, голова покоилась на чьем-то плече, чье-то дыхание касалось щеки. Вторым вернулось обоняние - ноздри даже слегка раздулись, вдыхая родной запах яблочного шампуня. Наконец, заработавший слух донес до Драко знакомый голос, тревожно вопрошающий прямо в ухо:

- Драко, ты как? В порядке?

- Ммм… - отозвался Драко и откинулся немного назад, подставляя Гарри лицо. От движения в голове что-то больно стукнуло, и вернулась память: отель, Вельгельмина, ночь, дождь, Майкл, записка, Снейп, нападение. Главным образом, конечно, Вельгельмина… - Я в порядке, Поттер, - холодно произнес он и сел прямо, стряхивая с себя руки Гарри. - Так что оставь свои нежности, ты меня дискредитируешь.

По возмущенному пыхтению над ухом Драко понял, что у Поттера найдется, что сказать по этому поводу. Но высказаться ему не дали - к Драко уже поспешали Дамблдор и МакГонагалл.

- Мистер Малфой, что случилось?

- Драко, где профессор Снейп?

- На нас напали… - начал Драко.

- Упивающиеся Смертью?! - ахнула профессор МакГонагалл.

- Не знаю, они не представились, - сухо ответил Драко. - Они окружили профессора Снейпа, и он бросил мне портключ, а сам остался… - он замолчал, глядя в пол. - Я не виноват… - тихо добавил он, и Гарри незаметно сжал его руку. - Я не знал… он бросил мне портключ, и я поймал… вот он, я могу показать…

- Драко, - остановил его Дамблдор. - Никто тебя ни в чем не обвиняет, - директор протянул руку, и, опираясь на нее, Драко встал. - Пойдем, нам надо поговорить в моем кабинете, - он махнул кому-то за преподавательским столом. - Минерва, закончите собрание.

Только когда они двинулись к выходу из Большого зала, Драко осознал, как тихо было до сих пор. Теперь же все заговорили разом; Драко увидел, как за столом хаффлпаффцев Финч-Флетчи что-то шипит на ухо первокурснику, косясь при этом на Драко, как группка рейвенкловцев, прикрывая ладонями неприятные усмешки, бросает взгляды то на него, то на Гарри, как за слизеринским столом Сольвейг сидит, стиснув ладони перед собой, а Блэйз с растерянным лицом гладит ее по спине. А еще он заметил, что стол преподавателей стал как-то больше, и, кроме профессоров, один из которых - Рем Люпин - поднялся на ноги и пробирается к выходу, за ним расположилась группа незнакомых молодых людей - человек пять или шесть.

Почти у самого выхода Драко окликнули:

- Малфой, мне пойти с тобой?

Драко оглянулся и холодно посмотрел на Гарри. "Уже заскучал без своей девки! - мелькнула в голове радостно-издевательская мысль. - Что ж, посмотрим, кто теперь главный".

- Развлекайся, Поттер, - надменно бросил он. - Ты же любишь…

И, ухмыльнувшись, отвернулся…

…И ему показалось, что перед ним зеркало. Светлые глаза смотрели с таким же вызовом и насмешкой, такая же ухмылка чуть кривила бледные губы, голова была так же чуть откинута назад в стремление смотреть на весь мир сверху вниз.

- Привет, - бросила она.

- Недавно расстались, - заметил Драко.

- Ты получил мое письмо?

- Ты не сказала, что тоже будешь здесь.

- Так я же написала - увидимся.

- Я думал, это просто означает "пока-пока, было очень приятно познакомиться".

- Ты не прав, брат, - улыбнулась Вельгельмина. - Это означает надежду на скорую встречу.

- Драко! - в голосе директора обозначилось легкое нетерпение. - Мы тебя ждем.

Драко прошел мимо Вельгельмины, но, уходя, все же обернулся и увидел, как она, послав легкую улыбку застывшему посреди зала Гарри, направляется к сидящим в конце преподавательского стола незнакомцам.

После того, как директор, профессор Люпин и Малфой вышли, разговоры стали еще громче. Бурному обсуждению последних событий не мешало даже то, что все рты были настолько же, насколько и разговором, заняты едой.

Во всем зале не ел только один человек. Все так же стиснув руки, Сольвейг Паркер молча, слегка хмурясь, смотрела в пустую тарелку.

- Сольвейг, - Блэйз обняла подругу за плечи. - Ну, пожалуйста, не молчи! Солли, все будет в порядке. Сейчас Дамблдор отправит за ним кого-нибудь… Ведь Драко только что вернулся, так что наверняка еще ничего не случилось… Это же профессор Снейп, он сильный маг… Они успеют…

- Блэйз, заткнись, - коротко бросила Сольвейг. Опешив, рыжеволосая слизеринка сняла ладони с плеч подруги.

- Ну… как скажешь…

Пенси Паркинсон коснулась руки Блэйз, привлекая ее внимание.

- Оставь, - сказала она, указав глазами на Сольвейг. - Нравится ей изображать вселенскую скорбь - хрен с ней. Все равно ты ее не утешишь.

Внезапно Сольвейг, как ошпаренная, сорвалась с места и выскочила вон из Большого зала.

- Она обиделась, - тихо сказала Блэйз.

- Забудь о ней, - отмахнулась Пенси. - Интересно, кого теперь нам назначат деканом?

- Думаешь, Снейп не вернется?

- Ну… не знаю… А если это Упивающиеся Смертью напали на него? Значит, - Пенси понизила голос, - их послал Господин. А с ним шутки плохи…

- Почему? - тоже шепотом спросила Блэйз. - Я имею в виду, он же… ну, с нами…

- Говорят, что он был шпионом Дамблдора, - зашипела Пенси на ухо подруге. - Отец как-то сказал, что Снейп - предатель. Я сама слышала. А у тебя дома… Что тебе? - рявкнула она на прислушивающегося к их разговору Малькольма Бэддока.

- Да ничего, - пожал плечами мальчик. - Видели ее? - он кивнул в сторону преподавательского стола.

- По-твоему, мы слепые? - спросила Пенси.

- Она так похожа на Драко, - заметил Малькольм. - Что-то я не слышал, чтобы у него была сестра.

- По-моему, вовсе она на него не похожа! - фыркнула Блэйз. - Драко красивый, а эта… кикимора какая-то!

- А вот Поттеру, похоже, она кажется красивой, - заметила Пенси, сверля глазами Гарри. - Он на нее так смотрит - глянь, Блэйз. Бе-е-едный Драко, - насмешливо пропела она.

- Почему бедный? - удивился Малькольм.

- Ну, как же… - отозвалась Блэйз. - Весь прошлый год Поттер и Малфой были любовниками. Потом поругались - мы это видели, помнишь, Пенси? - и Драко наговорил Поттеру такого!.. Ну, а потом там была какая-то темная история, вроде бы Поттер убил Уизли…

- Поттер? Уизли?! - недоверчиво фыркнул Малькольм. - Что ты несешь, Блэйз?

- Это правда! - поддержала подругу Пенси. - Может, впрочем, и не Поттер. Может, это Драко его пришил… Но дементору никого не скормили - это факт. Наверное, все-таки это был Поттер, потому что Драко вряд ли бы кто-то стал отмазывать, - Пенси вздернула нос. - Он же слизеринец.

- А может быть, Уизли убил Драко, а Поттер взял его вину на себя, - с романтической улыбкой на губах произнесла Блэйз. - Говорят, у них была такая любовь…

- Любовь, Блэйз, что ты! - фыркнула Пенси. - По-моему, у них был простой трах, и ничего больше. Это же Малфой и Поттер, какая у них может быть любовь!..

- Короче, не знаю, - не стала спорить Блэйз. - Но летом они все же где-то пропадали вместе - я слышала от Сольвейг. Может, у них было свадебное путешествие?

- Что?! - с неприкрытым отвращением в голосе воскликнула Пенси.

- А представь себе… - Блэйз закатила глаза. - Тайная свадьба где-нибудь в тихом месте, брачная ночь среди розовых лепестков, и романтическое путешествие - двое на мотоцикле.

- Господи, гадость-то какая… - Пенси наморщила нос.

- Что гадость?! - вспыхнула Блэйз. - Ты ведешь себя как тупая гомофобка!

- Ну, тебе, как бывшей, - Пенси язвительно выделила это слово, - подруге Паркер, только и защищать этих… Впрочем, - она ядовито рассмеялась, - даже хорошо, что все именно так. Теперь, похоже, Поттер втрескался в эту девицу. Нашему всеобщему любимцу Драко придется немного пострадать.

- С чего ты взяла, что он в нее втрескался? - равнодушие, прозвучавшее в голосе Малькольма, было настолько показным, что Пенси поневоле усомнилась, а действительно ли Малькольму настолько безразлично предполагаемое чувство Гарри к очаровательной блондинке.

- Достаточно обратить внимание на то, как он смотрит.

- Она похожа на Драко, - сказал Малькольм. - Этого достаточно, чтобы привлекать внимание. И не смей говорить о Драко плохо. Если он не переспал с тобой, это не характеризует его с дурной стороны. Скорее, наоборот…

И он залился краской по самые уши. Взбешенная Пенси, казалось, готова была растерзать дерзкого мальчишку, но тут Блэйз, громко рассмеявшись, произнесла:

- Смотрите-ка, Малькольм влюбился в Драко!

Несколько слизеринских голов немедленно развернулись к ним, а Милисента Бычешейдер меланхолично пожала мощными плечами.

- А кто нет? - спросила она.

- Хмм… - Блэйз окинула задумчивым взглядом стол и неуверенно произнесла: - Винсент и Грегори?

Винсент Крэбб моментально покраснел не хуже Малькольма. Разница была только в том, что нежному, почти девичьему личику Малькольма и его теплым голубым глазам румянец на щеках шел, а вот покрасневшее от лба до подбородка лицо Крэбба и цветом, и формой напоминало вареную свеклу.

Малькольм уткнулся в свою тарелку под злобным взглядом Пенси и насмешливыми - всех прочих сидящих за столом. Он не был хладнокровным и сдержанным, каким подобает быть истинному слизеринцу, каким являлся Драко Малфой, лучший слизеринец, красивейший юноша, и зазвучавшие со всех сторон шуток грозили вот-вот довести его до слез. Совсем как в прошлом году, когда он превратился в главную мишень для насмешек из-за своей привязанности к Шеймусу Финнигану.

И, как и с Финниганом, с блестящим Малфоем у него, Малькольма, не было ни единого шанса. Шеймус просто развлекся с ним, а Драко, скорее всего, даже не удостоит своим вниманием. Вот интересно, а он вообще знает, что слизеринском факультете есть такой Малькольм Бэддок?

- И все-таки мне очень интересно, - прозвучал у него над ухом голос Блэйз, - что это симпатичные молодые люди сидят за преподавательским столом?

В этот момент профессор МакГонагалл постучала вилкой по ножке бокала и встала. Шум в Большом зале постепенно затих.

- Дорогие ученики, сейчас вы разойдетесь по своим спальням, но прежде позвольте сказать вам еще несколько слов…

- А слова мои будут такие: тютя, рева, рвакля, цап! - пробормотал Гарри себе под нос и глянул на Гермиону. Она, пытаясь сложить губы в улыбку, смотрела на него, и неожиданно Гарри порадовался тому, что это его последний пир перед началом учебного года. Все происходящее слишком болезненно напоминало, что его лучшего друга здесь больше нет…

- В этом году, - продолжала профессор МакГонагалл, - в замке введены дополнительные меры защиты. Весь учебный год, а может, и не один, нас будут охранять драконы.

Восторженно-удивленный гул, последовавший за ее словами, заполнил зал. Заместителю директора пришлось трижды призывать к тишине, прежде чем ученики успокоились.

- Наши гости, - продолжала она, указав на группу за преподавательским столом, - это группа драконозаводчиков. Я прошу вас отнестись к ним с уважением и симпатией. Позвольте также представить вам руководителя группы - мистера Чарльза Уизли.

Рыжеволосый молодой человек поднялся на ноги, смущенно и неловко поклонился всему залу и сел на место под бешеные аплодисменты, большая часть которых исходила, конечно, от гриффиндорского стола.

- Вау! - восхищенно протянула Блэйз. - Ка-а-акой красавчик!

- Он же Уизли! - наморщила нос Пенси.

- Что с того? - Блэйз передернула плечами. - Чем плохи Уизли? Они чистокровные маги, не хуже Малфоев.

- Они бедные.

- Ну, это издержки. Потом, драконозаводчики не бывают бедными.

- Почему это?

- Потому что они тайно приторговывают драконьими яйцами, всем это известно.

- Тише! - громко произнесла МакГонагалл. - Я еще не закончила. Поскольку драконы - существа немного непредсказуемые, я бы попросила всех учеников не приближаться к драконьему загону без сопровождения кого-нибудь из группы господ драконозаводчиков. Также в этом году всем будет введен специальный курс драконографии. А теперь поздравляю вас с началом нового учебного года и желаю спокойной ночи. Старосты, проводите первокурсников в спальни.

Большой зал зашуршал мантиями, поднимаясь на ноги. За слизеринским столом возникло смятение - обоих старост не было, и МакГонагалл поспешила к ним. Гермиона покачала головой.

- Не завидую слизеринцам, - сказала она. - Декан исчез, одна староста теперь будет пребывать в беспокойстве за него, а второй, похоже, в расстроенных чувствах, - она посмотрела на Гарри. - Что у вас произошло?

- Ничего, - коротко ответил Гарри.

- Но вы разобрались со своими чувствами?

- Гермиона, прости, но нам не с чем было разбираться. Никакой путаницы в чувствах у нас, уверяю тебя, не было, - слегка раздраженно ответил Гарри.

- Ну, как знаешь, - пожала плечами Гермиона. - Прости, мне надо проводить первокурсников. Увидимся завтра.

- Хорошо, до завтра, - отозвался Гарри, обшаривая глазами толпу. Вельгельмины видно не было. Гарри показалось, что он увидел платиновую макушку у двери, и он рванул туда, почти стряхнув с руки Шеймуса, которому безумно хотелось узнать, как же Гарри и Драко провели время в своем совместном путешествии.

* * *

Малькольм Бэддок оторвался от группки своих однокурсников, и, опередив всех прочих слизеринцев, пришел в гостиную первым. Ему хотелось, чтобы его оставили в покое; в любом случае, он ни с кем не общался - однокурсники отвернулись от него в прошлом году, когда узнали про Шеймуса, старшие с ним не разговаривали, потому что он был мелким, а с мелкими он не разговаривал сам, по той же причине. Сейчас он рассчитывал добраться до своей спальни и помечтать в одиночестве.

- Змеиное жало, - сказал он Черному рыцарю. Портрет пополз в сторону, и чей-то голос манерно протянул:

- Интере-е-есно, кто только придумывает эти пароли?

Тени в углу шевельнулись, и Драко Малфой появился в полосе неяркого света, льющегося из слизеринской гостиной.

- Я минут пятнадцать перебирал все возможные вариант на тему "Да здравствует Слизерин", - произнес он, насмешливо поглядывая на Малькольма сверху вниз, и мальчик почувствовал, как от этого чувственного даже в насмешке взгляда у него подгибаются колени. - Однако такой пароль мне совершенно не приходил в голову. Большое спасибо, Бэддок.

Сердце трепыхнулось в попытке выскочить из груди. "Он знает мое имя!" - радостно заорал кто-то в голове Малькольма.

- Да ничего, - пробормотал он, опуская глаза и отчаянно краснея.

- Молодые люди, - Черный рыцарь сурово смотрел на них с высоты своего портрета. - Вы собираетесь входить или нет?

Драко сделал рукой приглашающий жест.

- Проходите, юноша, - произнес он и легонько подтолкнул Малькольма в плечо. Тот, едва не споткнувшись, вошел в гостиную, Драко вошел следом, и проход за ними закрылся.

Малфой оказался почти вплотную к нему, и Малькольм подумал, что надо, надо хотя бы посмотреть ему в лицо, а не стоять, потупившись и краснея, как барышня. Он начал тихонечко сходить с ума по Драко прошлой весной, после того, как заглянул к лежащему в коме слизеринцу в больничное крыло, и его поразила невероятно красота спокойного, расслабленного, почти безжизненного лица. Нет, он, конечно, и раньше знал, что Драко Малфой - самый красивый парень в Хогвартсе, а возможно, в мире, что он невероятно красив, но еще никогда он не воспринимал эту красоту как нечто, принадлежащее живому человеку. До сих пор Малфой был для него неким символом - гордость и краса факультета. Вся эта темная история с Поттером и болезнь Драко словно приблизили его к земле, сделав его - нет, не приземленным, а человеком, которого можно было любить, о котором можно было мечтать, а не просто восхищаться. Кроме того, Малькольму до смерти хотелось избавиться от своей несчастной зависимости от Шеймуса.

Малькольм стал бывать у постели Драко каждый день. Однажды, когда рядом не было никого, даже мадам Помфри, он набрался смелости и поцеловал неподвижные бледные губы. Они были теплыми и чудесно пахли.

После того, как Драко пришел в себя, Малькольм заглянул к нему раз или два… Он не был уверен, что Драко помнит эти короткие визиты…

- Да, Бэддок, - произнес вдруг Драко, прищелкнув пальцами с таким видом, будто он только что вспомнил нечто важное. - Я хотел сказать тебе спасибо за то, что ты навещал меня весной.

- О… - растерялся Малькольм. - Не… не за что…

Ну вот, опять он краснеет!

Неожиданно Драко слегка наклонился к нему, и Малькольм растерянно вскинул на высокого юношу глаза. И покраснел еще гуще, увидев на нежных губах понимающую усмешку.

- Есть за что, - ласково возразил Драко, почти неуловимым жестом проведя ладонью по щеке Малькольма. Рассыпался в легком смешке, развернулся и исчез в темноте лестничного пролета. Потрясенный Малькольм так и стоял посреди слизеринской гостиной, и сердце его трепыхалось в груди быстро-быстро.

* * *

Гарри не догнал Мину, только без толку пробежался по замку до гриффиндрской башни, влекомый призраком белокурой головы. Наверное, в этом был смысл, потому что, отворив дверь в спальню мальчиков, над которой теперь красовалась табличка "Седьмой курс", он увидел ее, сидящую на его кровати.

- Привет, - улыбнулась Мина. - Милая, но чрезвычайно лохматая девушка сказала мне пароль.

- Привет, - Гарри опустился на кровать рядом с ней и нежно поцеловал губы девушки. - Это Гермиона. А я за тобой гоняюсь.

- Я поимела наглость распаковать твои вещи, - она кивнула на платяной шкаф и на сундучок. - Не сердишься?

- Рад, - улыбнулся Гарри. - Теперь мне не придется все это развешивать.

- В какой-то момент я поняла, что распаковываю твои подарки, - на малфоевском лице появилось немалфоевское смущение. - Я остановилась, но, кажется, поздно… Ты ведь не обидишься на меня?

- Если ты не съела конфеты от миссис Уизли - не обижусь.

- А там не было конфет! - моментально среагировала девушка.

- Ты съела мои конфеты! - Гарри закатил глаза. - Как ты могла…

- Гарри, Гарри, за кого ты меня принимаешь! - вскинула брови Мина. - Клянусь своей невинностью, я не ела твоих конфет!

- Есть только один способ проверить, - решительно сказал Гарри и, уронив девушку на кровать, завладел ее губами.

- Ммм… - губы Вельгельмины расползлись в улыбке под его собственными. - Объясни-ка мне, что мы проверяем - ела ли я конфеты или искренность моей клятвы?

Гарри рассмеялся.

- Насчет искренности твоей клятвы двух мнений быть не может, - он вновь потянулся к ее губам, но девушка легко выскользнула из его объятий.

- Не хочешь дораспаковать свои подарки?

- Они могут подождать.

- Нет.

- Вельга…

- Не-е-ет, - она взъерошила его волосы. - Сейчас обязательно притащатся твои друзья. Терпеть не могу экстремальный секс.

Гарри сел и уныло посмотрел на Вельгельмину. Она уселась на коврик возле кровати, поглядывая на него из-под челки и весьма смахивая на лукавого котенка.

- Вельга, у меня нет своей комнаты.

- Это пло-о-охо, - насмешливо протянула девушка и сложила губки бантиком.

- Вельга…

- Драконий загон? - она развела руками. - Твои предложения?

- Астрономическая башня, - пожал плечами Гарри. - Но там всегда куча народу.

- Дом свиданий? - понимающе кивнула Вельгельмина. - Что, во всем замке нет укромных уголков?

- Нет, - после небольшой паузы сказал Гарри.

- Тогда драконий загон, - вздохнула девушка. - Там очень мило.

- Угу, - сказал Гарри и занялся своими подарками.

Большую часть из них Вельгельмина уже распаковала. Набор сладостей от миссис Уизли оказался нетронутым; Гермиона, не оставляющая надежд приучить Гарри к чтению, подарила ему очередную книгу, на этот раз "Историю древних семей" - бегло просмотрев ее содержание, Гарри понял, что это сборник монографий, описывающих самые древние волшебные фамилии. Статьи располагались в алфавитном порядке, и было их там чуть больше десятка. Разумеется, на букву "М" шли Малфои, а на букву "С" - Снейпы. Своей фамилии Гарри в книге не обнаружил.

- Наверное, у меня недостаточно древний род, - сообщил он Вельгельмине и занялся другими подарками. Верный своим принципам Шеймус подарил ему набор для душа, в который входил восковой депилятор, - Гарри покраснел и быстренько убрал подарок; Билл и Чарли совместно преподнесли ему серьгу, очень похожую на ту, что была у Билла, тоже с клыком дракона. Серьга смотрелась так эффектно, что Гарри решил непременно проколоть ухо, тем более что Мина пришла от подарка в неистовый восторг. От Сольвейг он обнаружил маленькую скульптурку из дутого стекла, которая изображала двух дракончиков, черного и белого, нежно льнущих друг к другу. Был еще подарок от Джинни - трогательно безобразный совенок из меха, наверняка ею самою сделанный и очаровавший Мину, неожиданно полезный подарок от Невилла - футляр для очков, подарок от Фреда и Джорджа, который Гарри на всякий случай решил не открывать при Мине, подарок от профессора Люпина - книга "Пособие по аппарированию для начинающих", подарок от Сириуса - настоящий и очень красивый кинжал в ножнах, и подарок от Дина - папка с рисунками. Рисунки Дина - черно-белые, как будто небрежные, но с необыкновенной точностью схватывающие главное в людях и вещах - всегда очень нравились Гарри. Дин преподнес ему набор портретов, и изучением этого подарка Гарри решил заняться подробнее. Вельга села вплотную к нему, через его плечо рассматривая портреты - Гарри в полупрофиль, задумчиво посасывающий кончик пера, Гермиона в кресле с книжкой, склоненные друг к другу головы Фреда и Джорджа, квиддичная команда Гриффиндора состава 1993-1994 учебного года, томный Шеймус перед зеркалом, Рон, в небрежной позе присевший на подлокотник кресла… На эту картинку Гарри смотрел долго, неосознанно гладя кончиком пальца лицо друга.

- Кто это? - тихо спросила Мина ему в ухо.

- Рон, - ответил Гарри. - Мой лучший друг. Он умер.

Мина потерлась носом о его шею, и Гарри почувствовал прилив благодарной нежности к этой девушке, которая так удачно умела заменить сложные слова простыми жестами.

Последняя картинка была цветной, и Гарри сразу узнал того, кто на ней был изображен. Воображение Дина одело Драко в черно-белый наряд средних веков - узкие штаны, камзол, плащ и остроносые ботинки, а в руки ему художник вложил длинные тонкий меч. Светлые волосы были коротко острижены и растрепаны. Драко сидел на парапете башни, согнув одну ногу в колене - совсем как он сидел на подоконнике там, в тайной комнате, кольнуло Гарри воспоминание. Закат подсвечивал его хрупкую фигуру.

- Почему цветная? - спросила Мина.

- Дин как-то объяснял, что черно-белым он рисует то, что видел, а в цвете - то, что придумал, - ответил Гарри.

- Он красивый, да? - после небольшой паузы произнесла Мина. Гарри перевел на нее взгляд.

- Ты красивая.

Мина вздохнула, обняла его и уткнулась носом в шею.

- Я ему завидую, - призналась она. - Это ужасно.

- Завидуешь? Почему?

- У него было все, чего не было у меня. Впрочем, что я? Не было - есть. Вряд ли отец признает меня, как ты думаешь? Возможно, даже запретит мне носить эту фамилию…

- Ты ничего не потеряешь, уверяю тебя, - твердо сказал Гарри. - Я знаю Люциуса Малфоя, и я такого отца врагу не пожелаю, не то что тебе. Что он делал с Драко - об этом даже говорить противно.

- Как ты думаешь, мы плохо поступили, что бросили его там? - неожиданно спросила Мина. Гарри вздохнул.

- Да, - честно признался он. - Просто я так рассердился на него за его выкрутасы… С ним невозможно общаться - ты еще намучаешься! А сейчас я думаю - если бы мы остались, возможно, вместе мы сумели бы помочь профессору Снейпу.

- Извини, - сказала Мина.

- Ты тут ни при чем.

Гарри уложил рисунки в папку и, развернувшись, обнял девушку крепче и привлек ее к себе.

- Я посмотрел подарки, - сообщил он. Мина рассмеялась и ухватила Гарри за нос.

- И что?

- Отпусти нос, - Гарри замотал головой. - Бессовестная!

- А будешь приставать - не только за нос ухвачу, - сообщила девушка и, отпустив нос Гарри, чмокнула обиженное место.

- Вот как? - вскинул брови Гарри. - А эта мысль мне нравится…

- Тьфу! - Мина вновь расхохоталась и попыталась выбраться из объятий Гарри. - Поттер! А ну, отпусти меня!

- Вот еще! - он повалил девушку на кровать, но Мина, ловко высвободив руки, пробежалась пальцами по ребрам Гарри, и он уже сам рванулся из ее объятий.

- Вельга! Я боюсь щекотки!

- Знаю! - рассмеялась Вельгельмина, продолжая щекотать его. Руки у девушки были сильными, а пальцы - цепкими, и сколько Гарри не вырывался, высвободится он не мог. Вельга подмяла его под себя, навалилась сверху, и, задыхаясь от смеха, Гарри все-таки нашел в себе силы высвободить руки из недевичьей хватки, запустил пальцы ей в волосы и притянул голову отчаянно сопротивляющейся Мины к себе.

- Нечестно! - завопила Мина.

- Что нечестно? - удивился Гарри и, не дожидаясь ответа, поцеловал ее. Ни он, ни она не заметили, как открылась дверь.

- Вот ни хрена себе! - раздался изумленный голос Шеймуса. Вельгельмина моментально скатилась с Гарри, и тот сел. Глаза Финнигана были совершенно круглыми.

- Э-э-э… мисс…

- Это Вельгельмина Малфой, - поспешно сказал Гарри. - Сводная сестра Драко. Мина, это Шеймус Финниган, Дин Томас и Невилл Лонгботтом, мои сокурсники и соседи по комнате.

- Очень приятно, - почему-то уныло сказал Шеймус, протягивая Вельге руку. - Вы ведь из драконозаводчиков, да?

- Да, - согласилась Мина, поднимаясь на ноги.

- А мы ходили смотреть драконов, - сообщил Невилл. - Они такие… такие…

- Красивые, - мечтательно сказала Мина. - Гарри, я пойду, пожалуй. Увидимся завтра.

- Я тебя провожу, - Гарри встал, но девушка покачала головой.

- Не беспокойся, дойду, - она улыбнулась. - Спокойной ночи.

- Спокойной ночи, - вразнобой ответили парни, и Мина вышла. Наступила драматическая пауза. Нарушил тишину напряженный голос Шеймуса:

- Гарри, только честно - ты встречаешься с ней не потому, что она девушка, похожая на Драко Малфоя?

- Нет, - сердито сказал Гарри. - Она мне нравится, а Драко тут ни при чем.

- Значит, с ним все, да?

- Да.

- То есть, вы сбежали, чтобы выяснить отношения?

- Шеймус! - Гарри закатил глаза. - Наши отношения закончились уже давно!

- Черта с два! - жестко перебил его Шеймус. - Я видел его лицо сегодня. И я уверен, что ты обошелся с ним как последняя скотина. И знаешь, что еще? Не удивлюсь, если ты встречаешься с этой девицей исключительно потому, что хочешь поддержать имидж Мальчика-Который-Выжил-И-Который-Должен-Быть-Нормальным. Надеюсь, она того стоит, - Шеймус развернулся и гордо удалился к своей кровати. Дин смущенно прокашлялся.

- Ну… ты извини его, ты же его знаешь…

- Да… - расстроено кивнул Гарри. - Знаю… Спасибо за подарки, - спохватился он. - Я как раз посмотрел.

- Как тебе рисунки? - приподнял брови Дин. - Я взял на себя смелость…

- Спасибо, Дин, все чудесно, - перебил Гарри. - Спасибо за футляр, Невилл. У меня теперь новые очки, так что футляр им не повредит.

- Да что ты, пустяки, - смущенно пробормотал Невилл. - Ну, я пойду… в смысле, спать…

- Угу, я тоже… - сказал Дин, почему-то отводя глаза.

- Конечно, - ответил Гарри. - Спокойной ночи.

Приятели разбрелись по кроватям. Гарри переоделся в пижаму и нырнул под одеяло. Свечи погасли.

Свежее белье приятно похрустывало, постель была теплой, а губы все еще хранили нежное прикосновение губ Мины. Но что-то грызло Гарри, не давая успокоиться. Слова Шеймуса? Странное поведение друзей? Воспоминания о выражении лица Драко сегодня и тогда, в отеле, когда он так робко поцеловал его в последний раз? Или то, что он почему-то - он сам не мог понять, почему - не сказал Мине о тайной комнате?

"Что я сделал не так?" - мысленно спросил Гарри, глядя в темноту над головой. Ответа не было. Нет, впрочем, ответ был, но настолько ужасный, что Гарри не мог его принять.

* * *

Ветер, задувавший в открытое окно, добрался до самого его нутра, выстудил и выдул все то теплое, что еще там оставалось, и теперь в нем было пусто, холодно и темно. Ни о чем не буду думать, - сказал он себе, и теперь эта мысль носилась по кругу в голове, не пуская другие. Ну и слава Богу… Ни о чем не буду думать… ни о чем не буду думать…

Странно… Там, в Каринтии, он еще ничего не знал, но уже оставил надежду. Он не знал, что она будет здесь. Он мог бы предположить, что за учебный год еще сможет затащить Гарри в свою постель. В конце концов, совы от любимой девушки - плохое подспорье, когда речь идет о некоторых физиологических особенностях организма.

Просто ты все понял, сказал кто-то в его голове. Ты понял, что Гарри вернулся к своему статусу. То, что было между вами, было случайностью. Или даже ошибкой. Разве не тебе он говорил, что не хочет быть героем, не хочет быть и не будет последней надеждой волшебного мира? Разве не с тобой он хотел бежать, бросив все - войну с Вольдемортом, людей, которые на него рассчитывали? Эти слова не могли принадлежать Мальчику-Который-Выжил. Это ли не доказательство того, что ваша связь была ошибкой?

Ненавижу слово "связь", возразил Драко. Я любил его. Я оставил надежду, потому что мне не нужен Гарри Поттер в моей постели. Мне нужно сердце Гарри Поттера. Его чувство ко мне. Вот, я это сказал.

Тогда почему ты говоришь, что любил его, спросил голос. Значит, ты любишь его по-прежнему.

Нет, ответил Драко. Довольно. Я хочу с этим покончить. И я покончу. Я уже начал. Я могу обойтись без Поттера. Он не последний парень на земле.

"Тогда почему ты сжимаешь в руке это кольцо?" - прозвучал в голове неожиданный вопрос. Драко разжал ладонь и увидел кольцо - то самое, что в качестве портключа бросил ему Снейп. Острые грани стеблей из черненного серебра, переплетенные с изумрудами в виде листьев, впились в его ладонь, оставив на ней глубокие вмятины.

"А при чем здесь кольцо? - удивился Драко странному повороту мысли собственного внутреннего голоса. - Это кольцо Снейпа".

"Нет, - ответил голос. - Это мое кольцо".

Я сошел с ума, мелькнула в голове Драко не то чтобы грустная мысль. Впрочем, она еще не успела как следует оформиться, как воздух перед Драко сгустился, замерцал, и взору изумленного слизеринца явился Рон Уизли.

* * *

Городок на юге Австрии, Каринтия, отель,
1 сентября 1997 года, несколькими часами раньше.

Северусу Снейпу не было даровано такой милости, как Авада Кедавра. Потерять сознание ему тоже не дали.

В силу, видимо, природной скромности он полагал, что шайка, пафосно именующая себя "Упивающиеся Смертью", охотится за Поттером или за младшим Малфоем; отправив Драко в Хогвартс, он ждал немедленной смерти и жалел только о том, что не сумел передать с Драко последний привет Сольвейг. Но, с другой стороны, чтобы он мог сказать? "Передай Сольвейг, что я люблю ее"? Наверное, это весьма насмешило бы и Драко, и эту шайку. Или "Скажи ей, что я ее настоящий отец"? Довольно глупо, если собираешься умереть - кому нужен отец-покойник? Пожалуй, надо было крикнуть "Передай Сольвейг, что все деньги в правом углу подвала, в сундуке". Она бы оценила…

Но, похоже, его скромная персона была нужна Темному Лорду сама по себе. После того, как Драко исчез, нападающие не сделали попытки убить Снейпа. Десяток огненных шаров, выпущенных одновременно из десяти палочек, растворил его защиту, и кто-то ударил по нему Круциатусом. Боль сбила профессора с ног; он упал, и чей-то тяжелый ботинок ударил его по пальцам, выбивая из них палочку. А потом Снейп увидел около своего горла трепещущее, как жало змеи, острие тонкого меча.

Пару секунд он соображал, что же это ему напоминает. Память никогда не подводила Северуса Снейпа.

Он знал только одного человека во всем волшебном мире, который предпочитал палочке меч. "Меч, - говорила она, - это совершенное оружие. Меч - продолжение руки, а значит, он часть человеческого тела. Магглы стремятся переплюнуть самих себя в попытках создать совершенное орудие убийства, но ничто не может быть совершеннее клинка. И чувство, которое испытываешь, когда под твоим клинком расступается плоть, скрипят кости, разрываются кровеносные сосуды твоего врага, не сравнимо даже с твоей первой Авада Кедаврой".

Снейп неторопливо поднял глаза, разглядывая знакомое, еще больше похудевшее и побледневшее, но все такое же красивое и невозмутимое лицо, льдистые синие глаза, о которых так часто напоминали ему глаза его девочки, гладкие черные волосы, блестящие, как лакированное дерево, уложенные в тугой узел на затылке, и самое привлекательное в этом лице - тонкий, хищный, увенчанный легкой горбинкой нос.

- Мисс Паркер, - произнес Снейп.

- Северус Снейп, - в тон ему ответила она. - Ты рад меня видеть?

Снейп невесело рассмеялся.

- Ну, как тебе сказать?.. Безумно!

* * *

Хогвартс, 12 сентября 1997 года, вечер

- Клюква в сахаре!

Горгулья неодобрительно посмотрела на Гарри с высоты своего нешуточного роста и поехала в сторону, открывая проход. Гарри мимоходом подумал, что ей, наверное, не нравятся дамблдоровы пароли.

Перед дверью в кабинет директора он остановился, набрал в легкие воздуха, выдохнул и постучал.

Полчаса назад профессор МакГонагалл сообщила ему, что его хочет видеть директор. Вид у декана Гриффиндора был, по обыкновению, суровый, и Гарри моментально почувствовал себя виноватым. Хотя и не мог припомнить, в чем.

Заканчивалась вторая учебная неделя, а Снейп так и не появился. Не было также и Люпина, наверное, он участвовал в спасательной экспедиции. Естественно, не было занятий ни по Защите от Темных Сил, ни по Зельеделию.

Ученики со свойственной детям жестокостью радовались такому повороту событий. Во-первых, не было ненавистного профессора зелий. Во-вторых, возникла масса свободного времени. Вовсю тренировались квиддичные команды, и Гарри разрывался между игрой и Миной.

Визит в кабинет директора не радовал Гарри. С одной стороны, его посещения дамблдорова кабинета не всегда были связаны с проступками. С другой стороны, даже и в этом случае ничего хорошего они не несли.

Интересно, если проступок, то какой? За прошедшие двенадцать дней не было ни одного, чтобы он не поцапался с Малфоем. Точнее, Гарри не хотел с ним ругаться, но слизеринец словно с цепи сорвался и не мог пройти мимо Гарри без того, чтобы не сказать какую-нибудь гадость. Гарри старался не отвечать, старался обратить все в шутку, но Малфой не желал налаживать отношения.

Итак, Гарри постучал, дверь открылась, и Дамблдор, по обыкновению улыбаясь, произнес:

- Проходи, Гарри, не стесняйся. Хочешь чаю?

"Ругать не будут, - пронеслось в голове Гарри. - Значит, что-то стряслось".

Он обогнул одно из кресел с высокой спинкой, но прежде, чем сесть, краем глаза заметил, что в соседнем кресле тоже кто-то есть. Брови Гарри против воли хозяина поползли вверх. Утонув в глубоком кресле всем своим тонким телом и невозмутимо поглощая засахаренную клюкву, там сидел Драко Малфой.

- Эээ… Драко?

- Поттер, - холодное замечание при желании можно было расценить как приветствие. Дамблдор через стол левитировал Гарри чашку с чаем.

- Ты любишь клюкву в сахарной пудре, Гарри? Маггловская сладость, очень приятная.

- Спасибо, сэр, - Гарри сделал маленький глоток, отставил чашку и вопросительно посмотрел на директора. Тот, как ни в чем не бывало, пил чай, заедая его засахаренной клюквой. Гарри услышал, как Малфой чуть слышно хмыкнул. Гарри послал ему доброжелательную улыбку и получил в ответ яростный и непримиримый взгляд.

- Итак, молодые люди, - заговорил наконец Дамблдор, - ситуация, как вы сами знаете, такова, что мы остались без преподавателя зельеварения и слизеринского декана. Я поговорил с профессором Люпином, он согласился временно исполнять обязанности декана…

Драко фыркнул, и Гарри поспешно и, наверное, излишне громко спросил:

- Сэр, а что с профессором Снейпом? Спасательная экспедиция организована?

- Спасательная экспедиция… - Дамблдор кивнул, задумчиво теребя ус. - Гарри, Драко. Вы уже достаточно взрослые и достаточно пережили, чтобы понять то, что я вам скажу. Мы попытались помочь профессору Снейпу. В тот же вечер, когда вернулся Драко, мы отправились к Северусу на помощь. Мы задержались вряд ли больше, чем на час. Но никого не застали. В отеле пусто, вся администрация отеля и постояльцы перебиты… Похоже, магглы вызвали полицейских, началась бойня, - лицо директора вдруг посуровело, он заговорил резкими отрывистыми фразами. - Убивать магглов - их любимое развлечение… Разнесли и сожгли полгорода… Горы мертвых тел…

Драко дернулся и вскинул голову.

- Сэр, там… там был мальчик?

- Что? - директор повернулся к нему. - О чем ты, Драко? Какой мальчик?

- Мальчик лет пятнадцати, темноволосый… - директор смотрел на него непонимающе и с сочувствием, и Драко махнул рукой. - А, ладно… Неважно…

- Профессора Снейпа мы не нашли, ни живого, ни мертвого, - продолжил Дамблдор. - Сейчас профессор Люпин, Сириус Блэк и их друзья-авроры ищут профессора Снейпа и не собираются сдаваться, хотя профессору Люпину придется вернуться к своим обязанностям… Беда в том, молодые люди, что эти поиски - исключительно на добровольных, частных началах, и друзьям Сириуса и Рема могут запретить их продолжать. Тогда Сириус останется один, а что он может сделать в одиночестве?

- Подождите! - Гарри вскинул руку, перебивая директора - это, конечно, было не очень вежливо, но сейчас Гарри было не до хороших манер. - Но почему нельзя организовать официальные поиски? Разве Министерство…

- Они думают, что он Упивающийся, да? - спросил Драко. Дамблдор кивнул.

- Да. Они не верят ни моим словам, ни твоим показаниям, Драко. Они считают, что профессора Снейпа не могут найти, потому что он присоединился к Вольдеморту. - Драко вздрогнул и съежился при звуках этого имени. - Более того, Драко, они считают, что ты и профессор Снейп пытались похитить Гарри. Ты обманом увез его из дома, а Северус привел Упивающихся. Так мне сказали - разумеется, в частном разговоре. Официально ты все еще числишься спасителем Мальчика-Который-Выжил.

- Бред какой! - воскликнул Гарри. - Но ведь Фудж под арестом, неужели…

- Гарри, к сожалению, Фудж в Министерстве не единственный… - Дамблдор замолчал, словно подыскивая слово, и Драко подсказал:

- Идиот.

- Примерно так, - согласился директор. - Более того, он не худший представитель общества министерских работников, уверяю тебя, - он вздохнул. - Но не отчаивайтесь. Поиски профессора Снейпа все же будут продолжены, пока мы не найдем его или не убедимся, что искать больше некого.

- Значит, вы не верите, что он с Вольдемортом? - в голосе Драко, как показалось Гарри, прозвучало огромное облегчение.

- Разумеется, - твердо ответил Дамблдор. - Я слишком долго знаю Северуса, - он немного помолчал, а потом заговорил совсем другим тоном: - Однако вас, молодые люди, я позвал вовсе не затем, чтобы обсуждать судьбу профессора Снейпа и политику Министерства. Дело в том, что школа столкнулась с серьезной проблемой - у нас нет преподавателя зелий. Учебный год уже начался, и найти нового преподавателя очень сложно. Я попытался. Кроме того, многие из тех, кому нужна такая работа, не хотят идти преподавать в Хогвартс.

- Почему? - искренне удивился Гарри. Глаза Дамблдора весело замерцали.

- По многим причинам, Гарри. Во-первых, в этой школе преподают оборотень и полувеликан. Во-вторых, в ней нашел приют ужасный преступник, единственный, кто смог сбежать из Азкабана…

- Но ведь Сириуса оправдали! - в два голоса закричали мальчики. Под веселым взглядом Дамблдора - очевидно, его позабавило это неожиданное единодушие, - Гарри залился краской по самые уши, и даже на бледных скулах Малфоя появились розовые пятна.

- Оправдали, - согласился директор. - Но общественное мнение - штука суровая. Ну, а кроме того, в этой школе учится мальчик, про которого до конца не ясно, то ли он всеобщее спасение, то ли Наследник Вольдеморта…

- Ну-ну… - отчетливо произнес Драко.

- А также сын самого известного из Упивающихся Смертью, - восстановил справедливость директор. Драко прикусил губу. - Это не упоминая таких мелочей, как драконы и сумасшедший директор.

Гарри заулыбался.

- Так что, молодые люди, профессор зелий - наша большая проблема, - продолжал Дамблдор. - Я не могу позволить, чтобы материал остался непройденным. Как правило, если кто-то из профессоров вынужден был внезапно отлучится, и мы не могли найти ему замену, его ученик вставал на его место.

- Что-о-о?! - воскликнул Драко. - Вы предлагаете нам преподавать зелья?!

- Именно так, Драко. Вам и Гарри.

- Но, сэр… - Гарри встревожено посмотрел на Дамблдор, пытаясь на глаз определить, как далеко зашло директорское безумие. - У нас ведь есть занятия… мы учимся…

- Мы с профессором МакГонагалл постараемся перекроить расписание так, чтобы вы как можно меньше потеряли из школьного материала, - сказал директор. - Впрочем, вполне реально освободить, например, тебя, Гарри, от Прорицаний. Кроме того, курс Зельеделия - общий для всех, так что мы объединим все факультеты; таким образом, вам надо будет провести семь занятий в неделю на двоих.

- Отлично… - пробурчал Драко.

- Конечно, вы будете очень заняты, - продолжал Дамблдор. - С учетом того, что вы оба - квиддичные капитаны. Так что я пойму, если вы откажетесь. Однако я рассчитываю на вас.

Наступило выжидательное молчание. Гарри опустил голову, размышляя о том, как бы ему половчее отказаться, при этом чтобы никто - особенно Малфой - не понял, что его до тошноты пугает сама мысль о преподавании. "Я на вас рассчитываю…" Черт! Дамблдор слишком хорошо знает, какие слова ему надо говорить…

- Я бы дал вам время на размышление, - мягко нарушил молчание директор, - но уже на следующей неделе нужно начать. А до этого времени необходимо переделать расписание, а вам - приготовиться. Если вы согласны.

- Да, - наконец произнес Драко. - Я согласен.

- Я тоже, - чуть слышно сказал Гарри. Пути назад уже не было.

- Отлично, - Дамблдор улыбнулся. - Я полагаю, что каждый возьмет по курсу…

- Поттер пусть берет нечетные, а я - четные, - перебил Драко. - Наш курс будем вести вместе, по очереди.

- Я предполагал что-то в этом роде, - согласился директор. - Гарри?

- Да, - кивнул тот, поднимаясь на ноги. - Это нормально. Я могу идти?

- Минутку, Гарри, - остановил его директор. - Пароль в лабораторию профессора Снейпа вы знаете, если вам понадобятся какие-нибудь ингредиенты или редкие книги, или просто тихое местечко, я думаю, вы можете воспользоваться его кабинетом. Послезавтра утром профессор МакГонагалл даст вам ваше новое расписание. И еще - если вам понадобится лишнее время - обратитесь опять же к профессору МакГонагалл. А теперь вы можете идти. И большое вам обоим спасибо.

Что-то пробормотав, Гарри выскочил из кабинета. Он услышал, как Драко ровным и вежливым голосом отвечает: "Не за что, сэр", а потом слизеринец вышел и окинул скептическим взглядом прислонившегося к стене Гарри.

- Ты, никак, струсил, Поттер?

- А ты нет? - огрызнулся Гарри. - Черт побери, придется стоять перед кучей учеников и что-то там им объяснять, да еще чтобы они поняли…

- Отлично, Поттер, - ухмыльнулся Драко. - Такой шанс выработать актерские способности и воспитательные инстинкты. Девочки это любят, - подарив Гарри еще одну уничижительную усмешку, Драко пошел вниз по лестнице. У горгульи Гарри нагнал его.

- Драко, нам нужно поговорить.

- Говори, Поттер, кто тебе мешает.

- Ты так ведешь себя в последнее время…

- О, тебе не нравится мое поведение? Что же ты молчал пять лет?

- Мне казалось, теперь все изменилось…

- С чего бы вдруг, Поттер? - Драко продолжал шагать по коридору, ни на мгновение не замедляя шаг. - С того, что мы пару раз трахнулись?

- И пару раз спасли друг другу жизнь, - возразил Гарри.

- Как-то запамятовал…

- Драко, ну почему ты так ведешь себя? - Гарри обогнал слизеринца и остановился, преградив ему путь и положив ладони Драко на плечи. Тот скрестил руки на груди и попытался заморозить Гарри ледяным взглядом. - Почему мы не можем быть друзьями?

- Интере-е-есно… - протянул Драко. - И что, в Гриффиндоре принято бросать своих друзей, сбегая с первой же симпатичной девицей?

- Я не сбежал! - рассердился Гарри. - Черт, ты сам не захотел возвращаться!.. Ты… ты сказал, что не хочешь… ты… ты сказал, что останешься, ты не хотел объяснить мне, как уехать… а Мина…

- Да, я хотел остаться! - с лица Малфоя внезапно слетела его вечная маска ледяного спокойствие, серые глаза вспыхнули, и Гарри словно ошпарило от этой внезапной, яростной красоты белокурого слизеринца. - Но я хотел остаться с тобой! И я никак не заслужил, чтобы ты сбегал от меня, не сказав - и даже не написав! - ни слова!

- Ты ведешь себя так, будто ревнуешь, - произнес Гарри растеряно. Лицо Драко моментально окаменело.

- О, у меня нет такого права, - холодно произнес он, развернулся и пошел было прочь, но, сделав пару шагов, остановился и ядовито произнес: - Между прочим, если бы ты не сбежал, Поттер, мы бы вместе смогли помочь Снейпу. Подумай об этом на досуге… если он у тебя будет, конечно.

- Драко… - Гарри снова загородил ему дорогу. - Нам же придется работать вместе, ведь лучше будет…

- Черта с два! - перебил Малфой. - У тебя свои ученики, у меня свои. Так что не рассчитывай на мою помощь. Обратись к своей грязнокровке.

- Я просил тебя, Малфой…

- А мне плевать! - отрезал Драко.

- Малфой, - Гарри схватил его за руку и получил еще один убийственный взгляд. - Что это был за мальчик, о котором ты спрашивал?

- Проститутка, - ответил Драко, оскалившись. - Нежная и отзывчивая шлюха. Я провел с ним ночь накануне первого сентября. И он обалденно отдавался. Гораздо лучше, чем ты, Поттер. Я бы, конечно, мог высказать надежду, что ты лучше сверху, но увы, мой опыт показывает, что это совсем не так, - он улыбнулся с издевательским сочувствием. - Переживаю за Мину, все-таки она моя сестра…

И, обогнув опешившего Гарри, он ушел.

- С-с-скотина… - прошипел Гарри почти машинально.

- Кто? - Гермиона, прижимая к груди две книги и небрежную кипу свитков, выходила из класса Трансфигурации.

- То ли Малфой, то ли я… - ответил Гарри, автоматически забирая у нее свитки. Таскать за Гермионой часть ее ноши уже стало для него второй натурой. - Черт… Если он ревнует, мог бы сказать…

- Как бы это прозвучало, интересно? - фыркнула Гермиона, приноравливаясь к его широкому шагу. - "Гарри, не встречайся с Миной, а то я ревную"? Не беги так…

- Глупо, - согласился Гарри, немного замедляя шаг. - Но… он бы мог мне сказать до того, как она… в общем, что все по-старому…

- Это же Малфой…

- Это же Малфой, это же Малфой! - неожиданно вспылил Гарри.

- Тише! - шикнула на него Гермиона - они как раз вошли в холл, эхо усилило голос Гарри, и на них обернулись. Гарри автоматически понизил тон, но ярость никуда не делась.

- Только и слышу. Что, только от того, что он, видите ли, такой весь из себя сложноорганизованный Малфой, я должен все время делать первый шаг? Выпрашивать его внимание? Терпеть его оскорбления?

- А что, ты все время делал первый шаг? - спросила Гермиона.

- Я не помню, - Гарри погас так же неожиданно, как и вспыхнул. - Тогда… в какой-то момент мне показалось, что все по-прежнему, а потом появилась Мина, и… понимаешь, я люблю ее. Ну, что мне делать?

- Ладно, успокойся, - Гермиона остановилась перед доской объявлений и, балансируя книжкой, полезла в сумку за очками. - Может, с Малфоем все в порядке. Нам все равно не понять, что он думает или чувствует. Привет, Деннис.

- Квиддичный чемпионат начнется десятого октября, - сообщил Деннис Криви из-под локтя Гарри. - Помочь тебе, Гермиона?

- Подержи это, - Гермиона сунула ему в руки толстую книгу, которая едва не придавила маленького Денниса к полу.

- Я понял, Дамблдор - это Вольдеморт под Всеэссенцией, - мрачно сказал Гарри. - Поняв, что убить меня не удастся, он решил меня заморить.

- А что такое? - спросила Гермиона, нацепив наконец очки.

- Дамблдор попросил меня и Драко временно заменить Снейпа.

- Вау! - ахнул Деннис. - Гарри, ты будешь вести у нас?

- А ты на каком курсе?

- На четвертом.

- Нет, у вас будет Малфой.

Деннис скривился.

- То-то Бэддок обрадуется…

- Бэддок? - переспросил Гарри. - Это тот шеймусов мальчик? Он еще играет за команду Слизерина…

- Он. Только он уже не шеймусов. И вздыхает по Малфою.

- Я не скажу, что он большой оригинал, - сухо заметила Гермиона. - Могу помочь тебе с проверочными работами, Гарри, или еще с чем-нибудь. Правда, зелья не мой конек…

- Спасибо, - с огромной благодарностью в голосе ответил Гарри. - Не прибедняйся - ты все знаешь. Дамблдор даже намекнул, что при случае можно обратиться к МакГонагалл за хроноворотом.

- Лучше не надо, - содрогнулась Гермиона. - С ума сойдешь… Гарри, - она коснулась руки юноши, - не хочешь выпить чаю? У меня есть тортик…

- Тортик? - задумчиво повторил Гарри. - Тортик - это…

- Гарри!

В дверях холла, опершись на косяк, в ореоле солнечного света стояла Вельгельмина; на губах ее цвела чуть насмешливая улыбка - "доктор Джекилл" вечной злой малфоевской усмешки.

- Ну, я пойду, пожалуй, - Гарри не глядя сунул свитки в руки Денниса и рванул к девушке.

- Влюбленные слепы и глухи, - заметила Лаванда.

- И страшные эгоисты, - добавила Парвати. - Правда, Гермиона?

- Угу, - Гермиона сгребла рассыпавшиеся свитки и запихала их в сумку, которая и без того напоминала запасливого хомяка и наотрез отказывалась застегиваться. Плюнув, Гермиона протянула руку за книгой.

- А тортик? - спросил Деннис немного обиженно.

- Забудь.

- Зачем тебе "Справочник начинающего анимага"? - сменил тему Деннис.

- Догадайся, - огрызнулась Гермиона и, выхватив у Денниса книгу, стремительно унеслась прочь.

- Еще немного, - произнесла Лаванда, - и я начну думать, что Грейнджер влюбилась в Гарри

- Уже хорошо, что ты начнешь думать, Браун, - желчно бросила проходившая мимо Сольвейг.

* * *

Ближе к десяти вечера Гермиона выбралась из гриффиндорской гостиной и пошла искать тихое убежище. Просто удивительно, насколько она успела за лето отвыкнуть от своих шумных сокурсников. Отвыкнуть от Хогвартса. Отвыкнуть от мысли, что Рона больше нет.

Дома еще можно было представить, что они просто расстались на каникулы. Но в Хогвартсе о нем напоминало все, вплоть до огня, горящего в гостином камине: в последнее время - их последнее время - она полюбила сравнивать огонь с его волосами.

Мне кажется, я пальцы обожгу
Едва дотронусь до твоих волос
И больно мне, и страшно мне до слез
И не касаться тоже не могу.

Так себе. Несколько слабо срифмованных фраз и назойливый мотивчик, вертящийся в голове. Глупость. Она даже не сможет это выразить…

Она полагала, что ее и Гарри что-то связывает. Но оказалось, что этим чем-то был Рон. Втроем они были друзьями. Вдвоем они были… товарищами. Пожалуй, Гермиона состояла при Гарри чем-то вроде старшей сестры. А сестры не обязательно должны быть друзьями. Как правило, нет. Скорее всего, нет…

У Гарри есть человек, который ему сейчас дороже всего мира. А она… она осталась одна. Это не огорчало, не было неожиданностью или чем-то непривычным. Собираясь в Хогвартс в первый год обучения, она ничего другого и не ожидала. Она всегда была одна. Кому нужна подруга-зубрилка? Только законченным двоечникам-подлизам, но такие люди были не нужны ей самой.

Друзья в Хогвартсе - это стало полной неожиданностью. Друзья-мальчики - двойной неожиданностью.

Наверное, стоило научиться дружить с девочками. А теперь уже поздно.

Гермиона остановилась перед дверью, из-за которой неслись завывающе-рыдающие звуки. Ах, ну да, усмехнулась она. Дом скорби. Туалет Плаксы Миртл. Мне сюда, решила она, и толкнула дверь.

Миртл рыдала громко и настойчиво, но какой-то еще звук примешивался к ее трагическим рыданиям. Обойдя кабинки, Гермиона увидела, что рядом с раковинами, совсем близко к тому месту, где раньше был вход в Тайную комнату, сидит на небрежно брошенной на пол мантии Сольвейг Паркер и наигрывает грустный мотивчик на большой шестиструнной гитаре.

Друг мой, проснись
И слезы вытри с глаз
Сегодня сбежим,
Мы сбежим
Эй, соберись,
Пока нас не застали
Пока не пошло все к чертям.
Только дыши
Только останься со мной
Глубже дыши
Мне не суметь одной.

Пела она совсем тихо, словно стесняясь собственного голоса, а меж тем, думала Гермиона, стесняться было нечего - голос был хороший, низкий, иногда немного отдавал в хрип, но это не портило звучание.

- Грейнджер, - имя тяжело упало в тишину, совсем как если бы его произнес Малфой. Их, наверное, в Слизерине специально тренируют, подумала Гермиона.

- Извини, что помешала, - Гермиона сделала небольшой шажочек в сторону Сольвейг. - Я иногда прихожу сюда, чтобы побыть одной. Я думала, никто здесь не появляется, кроме Миртл.

- Мой ранг как раз между "никто" и Миртл, - спокойно отозвалась Сольвейг. - Так что ты не особенно ошиблась.

- Что ты здесь делаешь? - задала Гермиона глупый вопрос и тут же поправилась: - В смысле, почему ты сидишь здесь?

- Мне стало слишком весело в слизеринской гостиной, и я решила придти сюда, чтобы Миртл привела меня в чувство, - ответила слизеринка. - Мы хорошо звучим вместе, тебе не кажется?

- Пожалуй, - согласилась Гермиона, наколдовывая себе циновку и садясь на нее.

- Собираешься заниматься? - Сольвейг покосилась на "Справочник начинающего анимага" в руках у Гермионы. - Ладно, было невыразимо приятно пообщаться.

- Ты мне не мешаешь, - запротестовала Гермиона. - Просто… у нас слишком буйно. А мне нужно сконцентрироваться, чтобы определиться с выбором, - она показала слизеринке обложку книги.

- Ясно, - сказала Сольвейг. - Надеюсь, что у тебя не будет следов от очков вокруг глаз. Такое сходство с МакГонагалл было бы слишком утомительно. А я тебе не помешаю концентрироваться?

- Если будешь дальше исполнять что-нибудь в этом духе, это даже поможет мне помедитировать.

Что-то напоминающее улыбку промелькнуло на мрачном лице Сольвейг.

- А я и не знала, что ты остроумна, Грейнджер.

- Всегда рада угодить, - отозвалась Гермиона. - Что это ты играла?

- Это Радиохед, "Мелодия выхода", - ответила Сольвейг, небрежно перебирая струны.

- Красиво, - сказала Гермиона.

- Да.

Струны снова запели нежным перебором, а Гермиона уткнулась в справочник. Миртл безутешно завывала в кабинке.

Гермиона подняла голову от книги.

- А у меня сегодня день рожденья, - с легким удивлением сообщила она.

Гитара тихо протренькала в ответ.

- С днем рожденья тебя, - голос Сольвейг в сопровождении воя Миртл звучал так траурно, словно она пела похоронный марш, и Гермиона не сдержала улыбки, - с днем рожденья тебя, с днем рожденья, душка Грейнджер, с днем рожденья тебя.

- У меня есть тортик, - сказала Гермиона, когда Сольвейг замолчала. Слизеринка посмотрела на нее задумчиво.

- Ты всегда так отмечаешь свой день рождения?

- Нет. Если понравится, буду.

- Ну, тогда Ассио тортик, - сказала Сольвейг, и снова улыбка, как лучик солнца, мелькнула на ее пасмурном лице.

- Ассио тортик, - согласилась Гермиона.

* * *

Хогвартс, гостиная Слизерина, 14 сентября 1997 года, вечер

- Ну, ты же понимаешь… - Генри Причард искательно посмотрел на Драко. - Мы не можем позволить себе проигрыш…

- То есть, вы не можете позволить себе взять меня в команду, - ледяным тоном поправил его Драко. - Интересно. Позволь уточнить, Генри - это решение никак не связано с тем, что мой отец вне закона? Предположительно, - добавил он, и этого короткого слова оказалось достаточно, чтобы с лица Причарда сошли все краски.

- Ну… - он перевел дыхание. - Ты… то есть… ну…

- Малфой, - более решительный Охотник Жан Розье пришел на помощь приятелю. - Давай будем честны - с тобой мы ни разу не выиграли Кубок школы, а Бэддок принес нам удачу в первый же свой полет в качестве Ловца. Какие тебе еще нужны основания?

Драко пристально посмотрел на Малькольма, и мальчик сжался под холодным презрительным взглядом светлых глаз.

- Вы считаете, что этот, - Драко кивнул в сторону младшего игрока, - может устоять против Поттера?

- Против Поттера никто не устоит, - буркнул Розье. Ответный взгляд Драко был так ужасен, что Жан, слизеринец с поистине гриффиндорской смелостью, непроизвольно втянул голову в плечи.

- Что ты сказал, Розье? - тон Драко был спокоен. Совершенно спокоен. Слишком спокоен.

- Что слышал! - огрызнулся Жан. - Сколько раз ты обыграл Поттера, Малфой?! Один раз в жизни ты сыграл с ним вничью, и черт меня побери, если тому не было причин, не имеющих никакого отношения к квиддичу!

- Намекаешь, что Поттер поддался? - глаза Драко сузились.

- Намекаю, что он не захотел, чтобы его любовник проиграл, - нагло ответил Розье. Рука Малфоя сжалась в кулак, но он тут же овладел собой и надменно усмехнулся.

- Думай что хочешь, Розье. Посмотрим, что ты запоешь, когда этот мальчишка будет играть против Поттера.

Малькольм прокашлялся.

- Драко… Жан… я хотел сказать… весной мы выиграли у Хаффлпаффа, конечно, но ведь и Драко обыгрывал Хаффлпафф, даже когда Ловцом был Диггори. Если бы Драко не сыграл осенью вничью с Гриффиндором, мы бы не взяли Кубок…

- Малфой не может играть Ловцом! - воскликнул Причард. - Да он просто слишком высокий для Ловца!

- Обожаю, когда обо мне говорят так, будто меня нет, - сухо заметил Драко.

- Короче, у нас к тебе деловое предложение, Малфой, - заговорил Розье. - Мы предлагаем тебе место в команде на позиции Отбивалы или Охранника - выбирай сам, у нас сейчас две свободных. Но… ты сам понимаешь - "Нимбус-2001" - уже не самая лучшая метла…

- То есть, ты предлагаешь мне купить место в команде? - медленно произнес Драко.

- Тебе ведь не впервой, верно? - усмехнулся Розье.

- А мне не нравится твое предложение, Розье, - улыбка Драко была почти ласковой. - Давай поступим иначе - я уйду из команды, а вместе со мной уйдут "Нимбусы". А мадам Хуч выделит вам пару-другую "Чистометов". Как тебе?

- Не думаю, что у тебя что-нибудь получится, - нахмурился Розье.

- А я думаю, что у меня как раз все получится, - сладко улыбнулся Драко. - Эти метлы - собственность Малфоев. Полагаю, ты должен знать, Розье, что это не пустой звук.

Нависло молчание. Враз помрачневший Розье сверлил невозмутимого Драко взглядом. Причард обеспокоенно поглядывал на друга. Малькольм выглядел так, словно собирался заплакать.

- Я… - он запнулся, прокашлялся и продолжил. - Драко лучший ловец, чем я… так что мне не стоит…

- Я вот что думаю, - неожиданно вступила в разговор Блэйз, до этого молча сидевшая углу - про нее уже успели забыть, - Драко непременно должен остаться: он, во-первых, самый опытный игрок в команде, а во-вторых, может потренировать Малькольма. Дополнительные тренировки, - она нежно улыбнулась, - это как раз то, что нужно Мэлу, чтобы ни в чем не уступать Поттеру.

В этот момент что-то произошло с лицом Розье - со стороны могло показаться, что у него внезапно свело челюсть, а глаза стали резко косить. Причард же состроил еще более жуткую гримасу - он зачем-то втянул губы в рот, отчего его лицо стало похоже на посмертную маску - точнее, стало бы, если бы не отчаянно бегающие глаза. Малькольм покраснел в десятый раз за вечер. Блэйз невозмутимо продолжала улыбаться.

Оглядев весь этот театр пантомимы, Драко повернулся к Блэйз.

- Твои слова должны что-то означать, Забини?

- Я всего лишь хочу, чтобы самый красивый игрок в команде по-прежнему был с нами, - с обворожительной гримаской отозвалась рыжая.

- Драко, но ведь ты будешь так занят в этом году, - предпринял последнюю попытку Причард. - Уроки по Зельям, дипломный проект…

- Благодарю за заботу, - очень вежливо отозвался Драко. - Но не стоит обо мне беспокоиться. Я найду время. И на тебя тоже.

Возможно, в звучании последних слов, обращенных к Малькольму, было что-то необычное, потому что теперь покраснел не только Бэддок, но и Причард с Розье. Драко же - сама невозмутимость - спокойно продолжал:

- Тренироваться будем по вечерам в пятницу, субботу и воскресенье, начнем со следующей недели. Думаю, этого времени нам хватит. Кстати, который час?

- Восемь, - ответил Розье, слегка ошалевший от того, как стремительно и безвозвратно улетала капитанская власть из его рук.

- Очень хорошо, - сказал Драко. - Розье, к пятнице найди нам нового Отбивалу - я буду играть вратарем. Пойдем, Бэддок.

Малькольм подскочил на месте.

- К-куда?

- На квиддичную площадку, разумеется, - раздраженно отозвался Драко. Малькольм поспешно поднялся и подошел к Малфою. Тот махнул рукой в сторону проема и сказал, обращаясь к Розье: - А насчет метел я подумаю.

* * *

Хогвартс, 15 сентября 1997 года, гриффиндорская башня, утро

Не хочу вставать.

Будильник заверещал дурным голосом ровно через секунду после того, как эта мысль разбудила Гарри. Впрочем, разбудила - это сильно сказано. Гарри почти не спал ночью, а когда засыпал, ему снилось, что он стоит перед сотней галдящих первоклассников и не знает, что им говорить.

В субботу вечером, за ужином, они с Драко получили расписание. В понедельник, после обеда, Гарри должен был провести двойные занятия у первоклассников. Во вторник утром стояли занятия у второго курса - для Драко. В этот же день, но после обеда - третий курс у Гарри. В среду утром - пятый курс, опять же у Гарри. В среду вечером - четвертый курс у Драко, и шестой курс у него же - в четверг утром. И завершали этот марафон пятничные зелья у седьмого курса.

Гарри поднял на Малфоя затравленные глаза. Тот внимательно изучил свое расписание, свернул бумажку и убрал ее в сумку. Все это - без единой человеческой эмоции на лице.

Весь воскресный день Гарри провел в библиотеке, изучая заново материал первого курса по зельям. Выяснились две вещи: во-первых, то, что Гарри неплохо учился в первом классе - спасибо Снейпу, а во-вторых, все тот же Снейп пишет, оказывается, неплохие методические рекомендации для преподавателей. Просто удивительно. Снейп кругом выходил молодец. Если бы не исчез еще так не вовремя…

Гарри не мог припомнить, когда еще он так переживал. Ну да, в ожидании первого своего матча по квиддичу он тоже жил с ощущением, словно наглотался змей, но ведь ему приходилось летать до этого, и Гарри уже знал, что летать он умеет. А преподавать?

- Не переживай, - сказала Гермиона. - Ты же Гарри Поттер, они буду слушать тебя хотя бы поэтому.

Это вовсе не утешило Гарри.

Ближе к вечеру Гермиона отняла у него все книги и заявила, что он должен отдохнуть, иначе из-за нервного перенапряжения случится как раз то, чего он боится. Гарри провел вечер у Мины в драконарии, и девушка, смеясь, говорила, что если он выдержит завтрашнее испытание первоклассниками, его можно будет запросто пускать к драконам.

- А можно сразу к драконам, а? - жалобно простонал на это Гарри.

- Все будет нормально, - сказала на это Мина. - Успокойся.

Но он не мог успокоиться. При мысли о завтрашнем дне его начинало выворачивать наизнанку, и он был близок к тому, чтобы пойти к Дамблдору и отказаться. Помешала мысль о Малфое - мысль о том, какое у него будет выражение лица, когда он узнает, что Гарри Поттер испугался первоклассников.

Драко смог бы успокоить его. Он высмеял бы страхи Гарри, от души повеселившись, что человек, переживший Авада Кедавру, сражавшийся с драконам, василиском, дементорами и самым страшным черным магом столетия, боится преподавать. Сказал бы что-нибудь вроде того, что теперь боггарт при виде Гарри будет превращаться в толпу первокурсников, жаждущих учительской крови. Он смог бы успокоить Гарри, если бы захотел.

Но он не захочет.

Гарри огляделся. Незаметно для себя он оказался в слизеринском подземелье.

Он хотел увидеть Драко. Он скучал по Драко. Скучал по их разговорам, по малфоевских насмешкам, по его дурацким шуточкам и внезапной нежности… ну да, он скучал - по его лицу, глазам, волосам, рукам… по резким переменам настроения тоже почему-то скучал.

Прекрати, сказал Гарри себе. Это же попросту безнравственно. Ты любишь Мину, Мина любит тебя. Ты же не можешь любить сразу двоих!

Мне просто хочется с ним общаться, возразил он сам себе. Хочется, чтобы он относился ко мне по-доброму.Почему он не хочет?

Может, он по-прежнему любит тебя? Представь, каково ему это - видеть тебя с Миной.

Как он может любить меня? Я же не сделал ему ничего хорошего. Я доставлял ему одни беды… Сейчас все могло бы быть так хорошо… Мы могли бы быть друзьями и перестать мучить друг друга. Просто друзьями. Хорошими друзьями. Он мне нужен…

- Поттер?

Гарри поднял голову. Эту неподражаемую интонацию он не мог перепутать ни с чем - только Драко так произносил его фамилию.

- Привет, - сказал Гарри, улыбаясь. - А я тебя жду…

- Вот как? - легкая недобрая усмешка тронула губы Малфоя, и только тут Гарри заметил, что Драко не один - рядом с ним стоял Малькольм Бэддок, и то, как близко он стоял, почему-то вызвало у Гарри смутное чувство протеста. - А я тебя нет, - и он властно, по-хозяйски приобнял Малькольма за плечи.

- Я хотел поговорить с тобой насчет завтрашнего дня…

- Не понимаю, о чем ты, Поттер, - холодно отозвался Драко.

- Я насчет зелий…

- Поттер, у нас разные курсы. Так что нам не о чем разговаривать.

- Драко…

- Поттер, когда ты перестанешь ныть мне об одном и том же? - нетерпеливо дернулся Драко. - И не смей трепать мое имя - в твоем исполнении оно звучит отвратительно.

- Что ты хочешь…

- Я хочу сказать, чтобы ты не смел называть меня по имени, Поттер, - ответил Драко, выделив последнее слово.

- Да, но…

- Мне некогда, - Драко решительно стиснул плечи молчаливого Бэддока. - Пошли, Малькольм.

Изумленный и расстроенный, Гарри смотрел, как два силуэта скрываются в глубине полутемного коридора.

- Он влюблен в тебя, что ли? - донесся до него удивленный голос Малькольма. - Почему он бегает за тобой?

Ответа Гарри не разобрал, но он различил интонацию - в голосе Драко прозвучала едкая насмешка. На мгновение Гарри почувствовал отголосок той боли, что Малфой причинил ему прошлой зимой, в декабре, когда отрекся от него на глазах у двух факультетов. "Ну и катись ко всем чертям, дурацкий гордец!" - яростно подумал Гарри. И еще мелькнула полумысль, получувство - Мина никогда не обидит меня.

* * *

На следующее утро было еще хуже. Гарри не смог завтракать. В этот день состоялся первый урок у профессора Люпина, но Гарри даже не понял, что за тему они проходят. Он сидел, словно в трансе, тупо глядя на стенные часы, что отсчитывали секунды до рокового часа. Все это тошнотворно напоминало Гарри Тремудрый Турнир.

Он пришел в себя, только когда Гермиона, сидящая рядом, ткнула его локтем в бок. Гарри вскинул голову и увидел, что профессор смотрит на него вопросительно. Гарри медленно поднялся, сообразив, что учитель только что задал ему вопрос. Ехидный смешок прокатился по рядам слизеринцев. Рядом зашептала Гермиона:

- Симпатическая магия предполагает использование одновременно двух видов…

- Простите, сэр, я не расслышал вопроса, - произнес Гарри.

- Я спросил, знаешь ли ты, что такое симпатическая магия, - ответил профессор Люпин, поглядывая на Гарри с беспокойством.

- Использование заклинаний одновременно с воздействием зелий. Вроде так, - сказал Гарри.

- Примерно так, - согласился Люпин. - Как я уже сказал, в этом году мы будем изучать Симпатическую магию…

- Сэр, могу я задать вопрос? - раздался протяжный, почти ленивый голос Драко. - При чем здесь Защита от Темных сил?

- Симпатические чары, Драко, как правило, используются в Черной магии, - ответил Люпин. - Белых симпатических чар гораздо меньше, обычно это заклинания Колдомедицины. Естественно, мы изучим и некоторые из них - они могут пригодиться как защита от злых симпатических чар. Есть еще вопросы?

- Есть, сэр, - за эти интонации Гарри резко захотелось свернуть Малфою шею. Да как он смеет разговаривать с профессором Люпином в таком тоне?! - Вы сказали, что мы будем изучать Симпатические чары. Означает ли это, что вы обучите нас Черной магии?

- Я расскажу вам, как они создаются и как действуют, - ответил Люпин. - Разумеется, я не буду учить вас практическому применению Симпатических чар. Что еще, Драко? - с легким раздражением спросил он, увидев, что рука белокурого слизеринца снова метнулась вверх.

- Приворотные чары тоже относятся к Симпатическим, сэр?

- Да.

- Спасибо, сэр.

- Можно подумать, ты этого не знал, - пробормотал Гарри.

После урока Люпин задержал его.

- Гарри, все в порядке?

- Да, сэр, - соврал Гарри, не глядя в глаза оборотню.

- Нервничаешь? - неожиданная лукавая улыбка осветила лицо Люпина. - Это бывает. Не бойся, это пройдет после первого же урока. Я думаю, у тебя получится преподавать. Ты для этого достаточно харизматичен.

- Это значит, что я смогу шипеть и держать всех в страхе, как Снейп? - усмехнулся Гарри.

- Нужно ли тебе это? - приподнял бровь Люпин. - Ладно, это был риторический вопрос. Гарри, ты не мог бы зайти ко мне как-нибудь вечерком? Скажем, в среду - в четверг ведь тебе не нужно преподавать.

- Для чего, сэр? - удивился Гарри.

- Хочу поговорить с тобой о Сириусе, - твердо ответил Люпин.

- Но, сэр, что…

- В среду вечером, Гарри. Я тебя жду.

* * *

На обед Гарри не пошел. Он не мог смотреть на еду.

Вместо этого он поднялся в гриффиндорскую башню, чтобы еще раз просмотреть свои конспекты. Но едва он заглянул в тетрадь, как ему стало физически плохо - совсем как перед экзаменом. И точно такое же ощущение, что в голове у тебя пусто, и ты абсолютно ничего не знаешь.

Когда пришло время, он, прижав к груди конспекты, спустился в гостиную. Гермиона ждала там - при виде Гарри ее губы против воли растянулись в улыбке.

- Не смейся.

- Прости, но у тебя такой вид, словно ты собрался на войну, - она рассмеялась. - Гарри, это всего лишь первоклассники. И они заранее в восторге, что им будет преподавать сам Гарри Поттер - особенно после того, как они наслушались ужасов о профессоре Снейпе. Они будут внимать тебе, открыв рты.

- Тебе легко говорить…

- Иди давай, - она легко подтолкнула его в спину.

В класс зелий Гарри пришел раньше учеников. Он разложил конспекты на столе, проверил наличие мела и ингредиентов для зелий, нервно прошелся по классу…

Дверь за спиной Гарри открылась, и он замер от ужаса.

- "Поскольку здесь нет ничего от глупого размахивания палочками, то многие из вас с трудом поверят, что это можно назвать магией. Я и не жду, что вы сумеете по достоинству оценить волшебную красоту тихо кипящего котла и мерцающих над ним испарений, деликатную силу жидкостей, прокрадывающихся по человеческим венам, околдовывающих ум, порабощающих чувства… Я могу научить вас разливать по бутылям славу, настаивать храбрость, готовить живую воду… если только вы не такие же непроходимые тупицы, как те, кого мне обычно приходится учить". Не собираешься начать с этого, Поттер?

- А я было обрадовался, что Снейп вернулся, - сказал Гарри, не оборачиваясь. - Не знал, что ты заучиваешь наизусть его фразы.

- Я их записываю. Издам после его смерти, - ответил Драко, усаживаясь на парту. - Не думал, что ты так мечтаешь увидеть Снейпа.

- Я влюбился в него с первого взгляда, - отозвался Гарри.

- Значит, я не одинок, - усмехнулся Малфой. После небольшой паузы Гарри спросил:

- Ты зачем пришел?

- Мешаю? - Малфой выгнул бровь.

- Нет, я просто спросил.

- Хочу посмотреть, как ты будешь это делать, - ответил Драко. - Буду набираться опыта. И в качестве группы поддержки. Чуть что - Круцио, Империо, Авада Кедавра… Современные дети невыносимы…

- Малфой, это не смешно.

- Я сказал, что шучу?

- Спасибо.

- О, не за что, - Драко с преувеличенным изяществом встал на ноги. - Я посижу там, на последнем ряду.

"Когда-нибудь, возможно, настанет день, и я научусь понимать его", - подумал Гарри, глядя на тонкого юношу, который прошел между рядами и сел за одну из последних парт.

Все оказалось совсем не так страшно. Прозвенел колокол, первоклассники вошли гурьбой, робко поздоровались с Гарри и расселись по местам. Некоторые с интересом, а другие - с опаской покосились на Драко, но все внимание вернулось к Гарри, когда он, прокашлявшись, произнес:

- Здравствуйте. Меня зовут Гарри Поттер, и я некоторое время буду преподавать у вас зельеделие. Это довольно сложная наука, потому прошу вас слушать и записывать очень внимательно. Мы начнем с зелья для лечения ожогов. Кто-нибудь может рассказать мне его состав?

Над первой партой моментально взлетела рука.

- Да, мисс?..

- Браун, сэр, - звонким, хорошо поставленным голосом произнесла девочка. - В состав зелья для лечения ожогов входит сушеная крапива…

* * *

- В каждом поколении есть своя Грейнджер, - задумчиво произнес Драко.

- Это плохо? - спросил Гарри. Драко промолчал. Гарри собирал со стола свои вещи, а Малфой все не уходил, и гриффиндорец терялся в догадках, чего же он хочет. Наконец Драко заговорил:

- Ты неплохо справился. Нечего было так трястись.

Гарри поднял голову, пытаясь понять, сказал ли ему Драко только что комплимент, или же это была насмешка. Однако выражение лица Малфоя было абсолютно непроницаемо.

- Неужели ты совсем не боишься?

Малфой пожал плечами, как показалось Гарри, раздраженно, и снова не ответил. Гарри застегнул сумку.

- Малфой, мне надо запереть класс…

- Придешь завтра? - неожиданно спросил Драко. Гарри недоуменно нахмурился.

- Куда?

- Сюда. Посмотреть, как я буду преподавать… Придешь?

- Если ты хочешь…

Фыркнув, Драко спрыгнул с парты, на которой сидел, и стремительно вышел из класса. Гарри перевел дыхание.

Во вторник утром Гарри отпросился с Трансфигурации у МакГонагалл и пошел в класс зелий. Второкурсники всех четырех факультетов уже встревожено галдели за своими партами, и Гарри пробрался в класс через заднюю дверь - она вела в маленький кабинетик, скорее, даже кладовку, где хранились старые робы, закопченные котлы и еще какой-то хлам. Гарри уселся на задней парте; почти тут же прозвонил колокол, и в класс вошел Драко.

Да, запоздало подумал Гарри, наверное, он волновался. Но не потому, что боялся выставить себя идиотом перед четырьмя десятками учеников, а потому, что должен был предстать перед ними в наилучшем виде. Надо полагать, свой выход он отрепетировал. Даже роба у него развевалась, как у Снейпа.

Драко остановился перед учениками, обвел аудиторию взглядом и негромко произнес:

- Доброе утро.

Внутри у Гарри что-то оборвалось и ухнуло вниз. Он вдруг осознал, что значит "прирожденный лидер", и смутное понимание того, как мог Вольдеморт увлечь за собой столько неглупых и даже не злых, в общем-то людей, возникло в его голове. Если бы даже Темный Лорд обладал лишь половиной той властности, что сейчас сквозила во взгляде, в голосе, в жестах и в позе Драко Малфоя, он и то смог бы завладеть душами многих. А он обладал и большим. И возможно, даже был красив когда-то…

- Меня зовут Драко Малфой. Моя задача - сделать так, чтобы к возвращению профессора Снейпа вы не растеряли знания, что он вложил в ваши головы в прошлом году. Если, конечно, там еще что-то осталось, - Малфой обвел аудиторию холодным властным взглядом и взял в руки журнал. - А пока познакомимся…

* * *

Хогвартс, 16 сентября 1997 года, вечер

Возле озера раскинулся огромный дракон. Гарри еще не доводилось видеть таких - чудовище было размером с небольшой самолет, не "Боинг", конечно, но больше, чем частные самолетики. Вдоль позвоночника протянулся гребень с острыми зубьями; одно нешуточных размеров крыло покачивалось на волнах. Из ноздрей дракона вырывались тонкие струйки дыма. Чудовище было цвета раскаленной меди; от него шел жар и пахло железной дорогой.

- Как прошло боевое крещение?

Гарри обернулся, обнял девушку, притянул к себе и зарылся носом в пушистые светлые волосы. От них тоже пахло железной дорогой.

- Я по тебе соскучился, - пробормотал он.

- Ты видишь меня каждый день за завтраком, - по голосу Мины Гарри понял, что она улыбается. - И мы виделись позавчера…

- Позавчера было давно, а за завтраком не считается, - Гарри попытался поцеловать Мину, но она с легкостью вырвалась из его рук. Она была изумительно сильной - наверное, сказывались воспитание и работа.

- Поттер, кругом люди!

- Малфои меня не любят, - скорбно сообщил Гарри небесам. - И называют меня "Поттер", как будто им трудно произнести мое имя.

- Малфои, говоришь, тебя не любят? - Мина прищурилась и стала еще больше похожа на Драко. - Гарри, милый, а не мог бы ты мне объяснить природу своих отношений с моим… хмм, братом. Я решительно не могу понять, кто вы друг другу. Мне говорили, что вы друг друга ненавидите, по школе ходят слухи, которые мне даже повторять не хочется, а что на самом деле происходит - я не знаю.

Гарри с ужасом понял, что краснеет. Ему очень не хотелось, чтобы Мина задавала этот вопрос. Потому на него придется ответить, и правду ответить: солгав, он, во-первых, обманет любимую девушку, а во-вторых, предаст Драко.

- Гарри!

Хвала небесам, Гермиона!

- Гарри! - встревоженная гриффиндорка подлетела к ним и едва не упала, запнувшись о драконоустойчивый ботинок Мины. - Гарри, Миртл!..

- Что за Миртл? - немедленно спросила Мина.

- Плакса Миртл!..

- Утопилась? - спросил Гарри.

- Она там воет в ужасе! Она говорит, что кто-то открыл Тайную комнату!

- Что за комната? - спросила Мина.

- Это так… - Гарри махнул рукой, недоверчиво глядя на Гермиону. - Послушай, это бред, этого быть не может. Во-первых, там ничего нет, во-вторых, ее может открыть только змееуст. Да и заклинаний там поставлено три десятка, ты же знаешь!

Гермиона замотала головой.

- Нет там заклинаний, Гарри, нету! Я сначала не обратила внимания - ну, я иногда захожу туда, чтобы побыть одной…

- Одной?! - перебил Гарри с отвращением. - В туалете Плаксы Миртл?

- Это не школа, а дурдом, - встряла Мина.

- Неважно! - отмахнулась Гермиона. - Заклинаний нет. Я подумала, что они просто ослабли и не придала этому значения. А сегодня Миртл сказала, что кто-то открыл Тайную комнату.

- Да кто такая эта Миртл? - рассердилась блондинка.

- Плакса Миртл - это привидение из туалета для девочек, - ответил Гарри. - Из этого туалета открывается ход в Тайную комнату, где Лорд Вольдеморт, еще когда был Томом Реддлем, спрятал василиска…

- Гарри, предполагалось, что это тайна! - сердито сказала Гермиона.

- Ой, да ладно тебе! - раздраженно отозвался Гарри. - Об этой тайне вся школа знает. Так что Миртл - она видела того, кто открыл комнату?

- Говорит, что видела, но не скажет никому, кроме тебя.

- Боже, Гермиона! Она просто опять пытается меня закадрить!

Мина прыснула.

- Самый популярный мальчик в школе, да? Даже привидения не остаются равнодушными!

- Причем не только женские привидения.

Эта реплика принадлежала Сольвейг Паркер, которая поднималась к ним от озера. Лицо Мины моментально стало мрачнее тучи.

- Что ты там делала?

- Изучала драконов на натуре, - ответила Сольвейг. - Мой дипломный проект.

- Тебе это кажется забавным, да, Паркер? - губы Мины сжались в тонкую линию. - Только это вовсе не забавно. Драконы опасны, деточка, а этот опаснее всех прочих.

- Опаснее всех прочих в этом драконарии - ты! - неожиданно рявкнула Сольвейг, и Гарри с Гермионой изумленно воззрились на всегда такую хладнокровную слизеринку.

- Не смей разговаривать со мной в таком тоне, - яростно произнесла Мина.

- Изображаешь из себя Малфоя, да? - насмешливо скривила губы Сольвейг. - Зря стараешься. Грейнджер, - она перевела взгляд на Гермиону. - Эта рыдающая идиотка что, опять залила мой последний приют?

- Пока нет, - отозвалась Гермиона. - Но она близко.

- Разберусь, - кивнула Сольвейг и направилась к замку.

- Побыть одной, значит? - Гарри насмешливо посмотрел на Гермиону. - Ну-ну…

- Вот только не надо этих "ну-ну", - спокойно ответила Гермиона. - Возможно, ты будешь удивлен, но даже мне надо с кем-то общаться. Кстати, Сольвейг - куда как более интересное общество, чем ты.

- Подожди! - Гарри рванулся за уходящей Гермионой, потом притормозил и бросил виноватый взгляд на Мину. - Я сейчас выясню, что там с Миртл, и вернусь. Не обидишься?

- Конечно, обижусь, - улыбнулась Мина. - Уже обиделась.

- Малфой, - хмыкнул Гарри и помчался за Гермионой.

Он нагнал девушек на лестнице. Сольвейг одарила его фирменным мрачным взглядом а-ля профессор Снейп.

- Я тебя совсем забросил, - сказал Гарри Гермионе.

- И она связалась с кем попало, - вставила Сольвейг.

- Я этого не сказал, - возразил Гарри.

- Но подумал, - заметила Сольвейг.

- Прекратите, - улыбнулась Гермиона. - Я же понимаю, Гарри, ты занят…

- Да и девушки требуют внимания, это не то же самое, что с юношами, - опять вмешалась Сольвейг.

- За что ты не любишь Мину? - спросила Гермиона слегка раздраженно. Сольвейг приподняла брови.

- А за что мне ее любить? Потому что она девушка, что ли? Прости, моя любовь к собственному полу не распространяется на девиц, которые крадут у моих друзей имя, внешность и возлюбленных.

- Гарри не вещь, чтобы его красть! - рассердилась Гермиона.

- Насчет имени и внешности ты, значит, со мной согласна, - резюмировала Сольвейг.

- Паркер!

- Грейнджер!

- Лестница поменяла направление, - заметил Гарри.

- Не похоже, чтобы тебя это расстраивало, - буркнула Сольвейг.

- А мне нравится смотреть, как вы ругаетесь.

- Просто удивительно, как запросто ты это произносишь, Поттер, - фыркнула Сольвейг. - Надо полагать, предмет нашего спора тебе давно стал безразличен.

- Если ты о Мине, то…

- Я не о Мине, черт тебя подери! - вспылила слизеринка. - Я о Драко! О Драко, которого ты бросил!

- Ну конечно, тебе принципиально важно, чтобы все оставалось по-старому, верно? - прищурился Гарри. - Чтобы ты могла самой себе подтвердить собственную значимость, чтобы твои усилия не пропали даром…

Лицо слизеринки окаменело. Она отвернулась от Гарри и Гермионы и, скрестив руки на груди, стала ждать, когда лестница причалит. Гермиона сердито посмотрела на Гарри, и тот ответил ей не менее сердитым взглядом.

Наконец лестнице надоело болтаться в воздухе, и она подплыла к одному из этажей. В гробовом молчании троица ступила на твердый пол, и Сольвейг быстро зашагала к туалету Плаксы Миртл.

- Не смей с ней ругаться! - зашипела Гермиона на ухо Гарри. - Ты не видишь - она расстроена! У нее пропал единственный родной человек, и она даже не знает, жив ли он! А если бы не ваша с Малфоем дурацкая выходка, если бы не это ваше бегство, со Снейпом было бы все в порядке!

- Я-то тут при чем? - шепотом огрызнулся Гарри. - Не я же это затеял!

- Что вы там шипите? - рявкнула Сольвейг. - Ненавижу, когда шипят у меня за спиной!

И она с силой толкнула дверь в туалет. Гермиона увидела, как дверь открылась, но Сольвейг почему-то не вошла внутрь, а остановилась на пороге, как будто что-то забыла. А потом тихо произнесла нечто такое, от чего у Гермионы вспыхнули уши и лицо.

- Это тебя Малфой научил так ругаться, да? - спросил Гарри, подходя к Сольвейг. И тоже застыл на пороге. - Миртл… - произнес он наконец.

- Да что там?! - Гермиона почти оттолкнула Сольвейг и заглянула в туалет. Сначала она не поняла, что произошло - туалет был таким же, как обычно, только воплей Миртл не было слышно. Долей мгновения спустя она заметила какое-то движение под потолком и вскинула голову.

Метрах в двух над полом, почти под самым потолком в воздухе парила черная, как будто вымазанная в копоти, и совершенно неподвижная Плакса Миртл. Еще одной доли мгновения Гермионе хватило, чтобы вспомнить, где она уже это видела.

- Василиск! - воскликнула она. За ее спиной голос Сольвейг размеренно и даже как будто задумчиво произнес:

- Тайная комната вновь открыта. Трепещите, враги Наследника!

* * *

Неизвестно, где, неизвестно, когда

Его дорогая подруга всегда отличалась склонностью к садизму и неприятным шуткам. Еще она была вуайеристкой, но это к делу не относится.

Северуса крайне забавляло ее сходство с Люциусом Малфоем. Нет, не внешне, разумеется, - внешне они были разными, как ночь и день. Более того, на факультете Слизерин не нашлось бы других двоих учеников, которые ненавидели и презирали бы друг друга больше, чем Люциус Малфой и мисс Паркер. Малфой кичился чистотой крови, и потому девушка, чье происхождение было темнее, чем ее волосы, не могла не вызывать у него законного чувства презрения. Тем более что она, в силу непостижимых для омываемого чистейшей колдовской кровью малфоевского ума причин, попала на факультет Слизерин. На тот самый факультет, который основал приверженец чистой крови Салазар Слизерин; на той самый факультет, что выпустил из своих темных недр Лорда Вольдеморта.

Если бы Люциус имел привычку прислушиваться к чужому мнению, например, к мнению худенького черноволосого мальчика, слишком рано отправленного в школу, он, возможно, уяснил бы себе, что чистая кровь - это еще не все, что нужно Слизерину и Вольдеморту. Возможно, он вспомнил бы, что последний в той же степени Том Реддль, в какой и Лорд Вольдеморт. Самый страшный маг столетия - маг с нечистой кровью, вот что Люциусу следовало бы помнить.

Когда Северус присоединился к Вольдеморту, он узнал, что Лорд не гнушается услугами магглов и полукровок, если они могут принести пользу. Таким ценным приобретением была мисс Паркер, девушка без имени и сердца, хладнокровная, отважная, умная, отлично владеющая боевыми заклинаниями и практическими всеми видами оружия. Конечно, у нее был несносный характер, и она была никаким дипломатом - те черты, что сколько-то отличали ее от Малфоя. Но в жестокости, подлости, хитрости они были схожи.

Почему из всех слизеринцев мисс Паркер выбрала именно его, Северуса Снейпа, тощего, носатого, растрепанного и неухоженного - на этот вопрос Снейп не знал ответа. Классу к пятому женская половина школы разделилась на два лагеря - фанатки Люциуса Малфоя и фанатки Джеймса Поттера - иногда они даже устраивали бои без правил. Но мисс Паркер не принадлежала ни к одному из этих лагерей. Ей нравился Снейп.

Все первые шаги всегда были ее шагами. Приглашение на рождественский бал, на танец, поцелуй, назначение свидания, признание в любви… Да, она призналась ему в любви. Глядя сейчас в эти синие непрозрачные глаза, Снейп не мог поверить, что это было на самом деле, а не приснилось ему.

- Держу пари, ты вспоминаешь прошлое.

Собственная склонность к садизму не раз вызывала у Паркер раздражение. "Я похожа на какую-то картонную злодейку!" - возмущалась она. Это воспоминание насмешило Снейпа, потому что сейчас, облаченная в черную кожу, с забранными наверх волосами, с плетью в руке, мисс Паркер как раз и напоминала эту самую картонную злодейку.

- Я не стану держать с тобой пари, ты играешь нечестно, - губы не очень хорошо повиновались. Возможно, стоит попросить у нее воды…

- А чему ты сейчас улыбался?

- Тому, какой у тебя пошло злодейский вид, Паркер. Дай воды.

- В этом ты весь, Снейп, - фыркнула мисс Паркер. - Сначала хамишь, потом просишь помощи.

- Я не прошу помощи, - равнодушно отозвался Снейп. - Но ведь не ты моя хозяйка.

- А с чего ты взял? - хищно оскалилась Паркер. - Может, тебя подарили мне за хорошую работу?

- Когда это ты хорошо сработала? Когда сидела в Азкабане, когда проворонила юного Малфоя или когда пустила мне кровь?

- С-скотина! - с чувством произнесла мисс Паркер. - Для умирающего от жажды ты слишком много болтаешь.

- Ты похитила меня для Лорда, - Снейп прислонился головой к стене, внезапно почувствовав непреодолимую сонливость. - Не хочешь рассказать, что ему нужно от меня?

- Он сам тебе скажет.

- Не знаешь, значит, - удовлетворенно резюмировал профессор зельеделия. - Ну что ж, тогда дай мне воды и позволь уснуть.

- Обойдешься!

- Отлично, - пробормотал Снейп. - Тогда, если уж тебя приставили ко мне в качестве охраны, невзирая на все твои способности, которые можно было бы применить с большей пользой, будь добра, развлеки меня историей о том, как тебе удалось выбраться из Азкабана.

Сквозь ресницы он увидел, как на красивом холодном лице появилась усмешка.

- Это доставит мне невообразимое удовольствие, Северус.

* * *

Хогвартс, 21 сентября 1997 года, вечер

- Профессор, я могу войти?

Рем Люпин поднял глаза от контрольных работ хаффлпаффских первокурсников и посмотрел на Гарри. У мальчика был такой вид, словно он засыпает на ходу, и Рем испытал внезапное и очень жгучее желание убить Альбуса Дамблдора.

- Входи, Гарри, - он собрал контрольные в стопку и сдвинул их на край стола. - Чаю, может быть?

- Если можно, - отозвался Гарри, садясь в кресло и откидывая голову на спинку. Рем улыбнулся.

- Я ничего не буду иметь против, если ты уснешь. Но утром у тебя все будет болеть.

- Ох, простите, - Гарри постарался сесть прямо. - Профессор Люпин, я хотел зайти к вам в среду, как вы просили, но у меня не получилось, мы были на тренировке…

- В Слизерине новый ловец, ты знаешь? - Люпин поставил на стол чашки и принялся разливать чай. - Малькольм Бэддок.

Гарри поморщился.

- Да, я слышал.

- А что? Тебе не нравится Малькольм?

Гарри немного промолчал, а потом неожиданно выпалил:

- Я привык играть против Малфоя, - и покраснел.

- У Малькольма меньше опыта, чем у тебя, - дипломатично произнес Рем. Гарри потер глаза руками.

- Да, но… он хорошо летает, я видел, и Драко его тренирует. А я… мне не всегда хватает времени, - он виновато улыбнулся, - и еще я просто боюсь уснуть на метле…

Желание убить Дамблдора, причем предварительно как следует помучив, стало практически непереносимым.

- Ты можешь надорваться, Гарри. Может быть, тебе стоит отказаться от преподавания, как ты думаешь?

- Можно пирожное? - спросил Гарри.

- Конечно, зачем я их принес, по-твоему?

Гарри откусил сразу почти половину пирожного, отхлебнул изрядный глоток чая и произнес с набитым ртом:

- Почему-то все время ужасно хочется сладкого.

- Мозг требует сахара, - рассеянно отозвался Люпин.

- А я не могу отказаться, - Гарри облизнул палец. - Вы знаете, - он улыбнулся, но не Люпину, а своему воспоминанию, - во время Тремудрого Турнира я не знал, как мне продержаться под водой без воздуха. И наступила ночь накануне, а я еще не знал… Мадам Пинс выгнала меня из библиотеки, я просмотрел все книги, что взял с собой, а там ничего не было. И я решил, что завтра подойду к судьям и скажу им, что не могу, что отказываюсь… А потом представил, как Малфой выйдет и будет издеваться надо мной…

- И?.. - осторожно спросил Люпин.

- И я пошел в библиотеку снова, - вздохнул Гарри. - Такая вот фигня…

- Меня всегда удивляла природа человеческих чувств, - неожиданно произнес Люпин. - Как они иногда причудливы… И чем сложнее человек, тем причудливей путь его чувств, - он посмотрел на Гарри в упор. - Я хотел поговорить с тобой о Сириусе.

Гарри насупился.

- Я не хочу говорить о Сириусе.

- Гарри…

- Простите, но я не могу говорить о Сириусе. Вы, конечно, скажете, что нельзя верить словам Вольдеморта, и все в этом роде?

- Нет, Гарри, я…

- Я знаю, что он не лгал. А Сириус не опроверг… мы потом виделись, и он ничего не опроверг! Значит, это было правдой.

- Гарри, ты не можешь судить его за то, что он сделал очень давно, в порыве чувств, и в чем он раскаялся. Гарри, это все - между ним и твоим отцом. Сейчас ты ведешь себя совершенно как Снейп, который наказывал тебя за то, что когда-то сделал ему Джеймс.

- Это другое!

- Это не другое!

- Он предал моего отца, как я могу простить ему это?

Рем фыркнул:

- Не думаю, что твой отец остался недоволен.

- Что? - от изумления Гарри начал говорить шепотом. - Он обманул папу, обманул маму, он обманом заставил ее… с ним… переспать! - последнее слово Гарри выкрикнул. - И вы мне говорите, что мой отец остался доволен?!

- Подожди минутку, - изумленно перебил его Рем. - При чем тут?.. Ты думаешь, Сириус… был с Лили? Так сказал Вольдеморт?

- Да, - резко ответил Гарри. - Он не называл имен. Но суть была понятна.

- Но Сириус никогда не был влюблен в Лили, - возразил Рем.

- Отменно! - фыркнул Гарри. - Значит, он все это устроил, чтобы развлечься. Наверное, это шутка в духе Мародеров…

- Да нет же! - сердито воскликнул Люпин и внезапно осекся, прислушиваясь. Гарри удивленно посмотрел на профессора. Потом перевел взгляд на дверь в профессорскую спальню. Ему показалось, или он действительно услышал какой-то странный и вроде бы знакомый звук? Словно кто-то скулит или плачет…

- Что это? - спросил Гарри.

- Это? - бледный щеки Люпина покрыл легкий румянец. - А это мой… зверек… фамилиар… ты знаешь, ты иди, Гарри, договорим попозже, хорошо?

- Хорошо, - ответил Гарри и торопливо ушел.

* * *

С одной стороны, конечно, хорошо, что прервался неприятный разговор о Сириусе. С другой стороны, Гарри было ужасно любопытно, что же прячет Люпин у себя в спальне. Или кого? Фамилиар… ага, как же! Стал бы он так краснеть, если бы речь шла о простом фамилиаре. Нет, тут какая-то тайна? Интересно, имеет ли эта тайна какое-нибудь отношение к тому, что случилось с Миртл?

Ни о каком василиске, разумеется, не могло быть и речи. Так заявила приведенная Гермионой профессор МакГонагалл. Правда, завидев Миртл, она поначалу потеряла дар речи, но быстро пришла в себя, заявила, что с "несчастным случаем" разберутся, что всем давно пора быть в своих спальнях и что не стоит ни о чем распространяться.

Гермиона попыталась рассказать профессору МакГонагалл про слова Миртл о том, что Тайную комнату кто-то открыл, но профессор пресекла эту тему на корню.

- Тайная комната не была открыта, - безоговорочно заявила она и повторила все то, что раньше сказал Гарри: - Во-первых, ее некому открыть, во-вторых, незачем - там ничего нет. А в-третьих, директору Дамблдору точно известно - в Тайную комнату никто не заходил.

Спорить с деканом Гриффиндора было абсолютно бесполезно.

* * *

В гриффиндорской гостиной было пусто, только Шеймус сосредоточенно полировал ногти.

- Привет, Шеймус, - бросил Гарри на ходу, устремляясь наверх.

- Привет, - донеслось до него меланхоличное шеймусово. - Ты не пришел на ужин, а тебя спрашивали…

Гарри затормозил.

- Кто?

- Лошадь в кожаном пальто, - ответил Шеймус. - Как думаешь? Мисс Малфой, естественно.

Гарри хмыкнул.

- В чем дело? - слегка нахмурился Шеймус, не отрывая, однако же, взгляда от своих ногтей.

- Просто это так странно прозвучало - "мисс Малфой"… Я почему-то постоянно забываю, что она - сестра Драко…

- Может, она трахается не так хорошо?

Гарри стремительно развернулся, спустился вниз и подошел к Шеймусу.

- Финниган, мне бы не хотелось тебя бить…

- Ты не поверишь, но тут мы абсолютно солидарны, - Шеймус поднял на Гарри ледяной взгляд из-под высветленных прядей.

- Ты ведешь себя так, как будто ты - Драко, - сердито сказал Гарри. - Тебе-то я что сделал?

- А, значит, ты признаешь, что ты что-то сделал Драко…

- Это не твое дело! - вспылил Гарри.

- Ну, разумеется… - буркнул Шеймус. В этот момент окно что-то маленькое ударилось снаружи в оконную створку. Гарри, взбешенный идиотским поведением Шеймуса, пошел открывать окно.

В гостиную влетел огневик и маленьким ярким смерчем завертелся под потолком. На голову Гарри свалился клочок пергамента.

"Через полчаса у Золотой Принцессы вылупятся малыши. Хочешь посмотреть? И не забудь зубную щетку".

Гарри улыбнулся.

- Ты их хранишь под подушкой?

Вопрос Шеймуса, о присутствии которого Гарри уже успел забыть, прозвучал так резко и неожиданно, что Гарри чуть не подпрыгнул.

- Что?

- Как тебе рисунки Дина? - вдруг сменил тему Шеймус.

- Красивые, - удивился Гарри. - А что?

- Тебе они понравились?

- Ну да…

- Все понравились?

- Ну да!..

- Просто понравились?

- Шеймус, в чем дело?

- А она их видела?

- Ну да, видела?

- Что-нибудь спросила?

- Спросила про Рона. Шеймус, я не понимаю…

- Только про Рона? Она не спросила про тебя и Малфоя?

- Да при чем тут Малфой?! - закричал окончательно выведенный из себя Гарри.

- Тебе все равно, - Шеймус был просто белым от ярости. - Тебе офигительно все равно, Поттер. Жаль, что тебя дементор не сожрал.

От шока Гарри потерял голос и мог только смотреть на Шеймуса, хлопать глазами и зевать, как рыба, вытащенная из воды. Белокурый же гриффиндорец, не дождавшись комментариев к своему их ряда вон выходящему замечанию, фыркнул и исчез за портретом Толстой Тети. Только тогда Гарри обрел дар речи.

- Финниган! - он вылетел в коридор. - Какого черта?!

- Ты что орешь?

Шеймуса в коридоре уже не было; Гарри на полной скорости налетел на Джинни и чуть не сбил ее с ног.

- Ты не мог бы быть поосторожнее, Гарри?

- Какого черта, - взбешенно зашипел в ответ Гарри, - какого черта все указывают мне, как и к кому я должен относится?! Видите ли, я плохо обращаюсь с Сириусом, видите ли, из-за меня чего-то там с Малфоем… Почему все уверены, что лучше меня знают, как я должен себя вести?!

Джинни выгнула золотистую бровь.

- Может быть, потому, что ты ведешь себя как самовлюбленная скотина?

- Я не… - Гарри оборвал сам себя. - А, ладно…

Он махнул рукой и пошел прочь.

Джинни резко выдохнула воздух и провела рукой по лицу. Кожа под пальцами горела.

- Это нечестно, - сказала она вслух.

- Что именно?

Из тени, создаваемой огромным гобеленом, медленно выступила тонкая фигура, и сначала Джинни показалось, что она видит Драко Малфоя, и она вся сжалась от ужаса, с которым не могла бороться. Но мгновение спустя она поняла, что светлые волосы и стройный силуэт принадлежит вовсе не красавцу-слизеринцу. Это был Шеймус. Высветленный, а в последнее время еще и страшно похудевший, осунувшийся, утративший мягкость черт лица и фигуры, он стал очень похож на Малфоя. Только в Шеймусе не было той отточенной завершенности и пугающей красоты, что отличала светловолосого слизеринца. Шеймусу можно было ответить.

- То, что Гарри - с ней.

- Вот как? - Шеймус сел на пол. - А не ты ли протестовала против однополых отношений?

- Это нечестно! - перебила Джинни. - Как можно этого не видеть? Если бы это был другой парень или другая девушка - совсем другая девушка, понимаешь?! - но только не эта! Она же точная копия Малфоя! Это как… как упрощенная замена… как медь вместо золота!

- Вот, - произнес Шеймус так, как будто Джинни только что изрекла высшую истину.

- Гермиона этого не видит, - горько произнесла Джинни.

- Потому что она не любит его, - ответил Шеймус.

- Она любит Гарри, - возразила Джинни. - Он ее друг.

- Вот именно, - согласился Шеймус.

* * *

"Посмотрел бы я на тебя!.. - думал Гарри, кипя от ярости. - Дементор! Что ты знаешь о дементорах?! Что ты знаешь обо мне и Малфое, и о Мине?! Чертов сукин сын!"

Ну что, что он опять не так сделал? Сказал что-то, чем-то обидел Шеймуса? Ну какое Финнигану дело до него и Мины? Или даже до него и Малфоя? И все лезут, и все считают своим долгом что-нибудь сказать, прокомментировать, удивиться!

И еще Люпин этот чертов!..

"У меня вконец испортился характер, - подумал Гарри. - И меня все достали".

Он остановился у поворота к туалету Плаксы Миртл. Обычно именно в этом месте начиналось огромное озеро, нареванное девочкой-привидением. Сейчас пол был совершенно сухим. "Наверное, это Филч с ней что-нибудь сделал", - мрачно пошутил про себя Гарри.

Он не собирался идти в таком состоянии духа к Мине. Нечего надоедать любимой девушке своими дурацкими переживаниями. И, коли уж он все равно здесь, можно попробовать что-нибудь поискать в туалете Миртл. Улики какие-нибудь. Нет, он вовсе не собирался расследовать несчастный случай с Миртл, в конце концов, он ведь уже не ребенок, да и времени у него нет. Он просто посмотрит, заодно и успокоится…

Из-за прикрытой двери туалета доносились очень неожиданные звуки. Но пока Гарри пытался понять, что они означают, звуки стихли, и чей-то голос произнес:

- Не напрягай ладонь. Расслабь пальцы. Вот так. Ты ими цепляешься за гриф, понимаешь? Ты не держи гитару рукой, ты пальцами по струнам… вот. Большой палец для упора… Нет, если ты так будешь выворачивать кисть, тебе сведет руку. Грейнджер, не нужно напрягать все мускулы руки, чтобы зажать одну струну! Пальцем ее зажимай! Извини…

Затем раздалось какое-то бормотание, и снова раздались те же звуки. Теперь Гарри понял, что это - кто-то неуверенно перебирал пальцами по гитарным струнам.

Весьма заинтригованный, Гарри тихонько приоткрыл дверь и заглянул внутрь. Никого видно не было, и он, прокравшись вдоль ряда кабинок, заглянул за крайнюю.

Гермиона сидела на полу, скрестив ноги. В руках у нее была гитара, и девушка, закусив от усердия губу и внимательно глядя то на гриф, то на клочок бумаги, что лежал перед ней, одной рукой медленно и неуверенно перебирала струны, а другой в таком же темпе переставляла аккорды. В двух шагах от нее, опершись на край раковины, стояла Сольвейг и внимательно наблюдала за Гермионой.

Гриффиндорка закончила что-то вроде мелодии - Гарри готов был поклясться, что она замедлила темп раза в четыре, по меньшей мере, - и вопросительно посмотрела на слизеринку. Гарри на всякий случай схоронился за кабинкой.

- Вот что я тебе скажу, птица, - задумчиво произнесла Сольвейг. - Ты не безнадежна.

- Это радует, - Гермиона опустила гитару и помахала руками. - Как это можно не напрягать руки, я не понимаю?

- Дело практики, - буркнула Сольвейг. - Терпение и труд, и все прочее в этом роде… В идеале, чтобы научиться хорошо играть на гитаре, надо играть днем, по ночам, сидя на унитазе…

- А учиться когда? - с улыбкой спросила Гермиона.

- Учиться некогда, - согласилась Сольвейг. - Именно поэтому все великие рокеры прошлого и современности - двоечники. Взять хотя бы Джона Леннона…

- Для девочки из колдовской семьи ты удивительно хорошо разбираешься в маггловской музыке, - заметила Гермиона. Гарри подумал было, что вряд ли упоминание о Джоне Ленноне, про которого слышал даже Драко, может свидетельствовать о том, что человек хорошо разбирается в музыке, но потом сообразил, что разговор этот явно начался раньше.

- Я и для девочки из неколдовской семьи хорошо разбираюсь в музыке, - заметила Сольвейг. - Северус любит маггловскую музыку, - по голосу слизеринки Гарри понял, что она улыбается. - Он даже оборудовал в доме специальную комнату… Сначала там был только проигрыватель для пластинок - ну, старых таких пластинок, больших, сейчас уже таких не выпускают…

- Я знаю, - в голосе Гермионы прозвучало очень хорошо знакомое Гарри внимание и сочувствие, и еще какая-то интонация, которой Гарри никогда от нее не слышал.

- …Потом он купил магнитофон, а недавно я вынудила его разориться на лазерный проигрыватель. Там по стенам полки, и множество пластинок, кассет, дисков… Знаешь, стоит еще такой старый огромный магнитофон, на котором крутят бобины, и есть старая-старая пленка, на которую записан один из гамбургских концертов Битлз. У Северуса был дядя, младший брат его отца, жил в Ливерпуле, увлекался битлами, ездил за ними повсюду… Он записал эту пленку, а потом подарил ее Северусу.

- А что с ним сталось?

- Он был одним из Упивающихся Смертью, его убили авроры. Это случилось еще до моего рождения.

Гарри развернулся и тихонько вышел из туалета. Сегодня ему не удастся провести расследование, это уж точно.

Предисловие + Часть 1Часть 2(1)Часть 2(2)


Оставьте свой отзыв:
Имя: Пароль:
Заглавие:
На главную
Замечания и поправки отсылать Anni