Охота на дракона

АВТОР: Belegaer
БЕТА: Рене

ГЛАВНЫЕ ГЕРОИ/ПЕЙРИНГ: Драко, Гарри
РЕЙТИНГ: NC-17
КАТЕГОРИЯ: slash
ЖАНР: pwp

КРАТКОЕ СОДЕРЖАНИЕ: охота на дракона, так проходит в Хогвартсе полевая практика.

ПРИМЕЧАНИЕ: Сюжет придумать не смогла, поэтому PWP
ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: сексуальное насилие, но они не виноваты.
ОТ АВТОРА: Читала два отличных фика. "Мне сносит крышу, и он знает точно, что сказать" в переводе Murbella и "Восемь раз" в переводе lilith20godrich.
Хотела написать, как я ими восхищаюсь, но не умею я ревью писать. Чем больше мне фик нравится, тем больше я хочу написать что-то подобное. Так, как у вышеупомянутых авторов, конечно, не получилось, но буквы есть, значит, будем считать написала.
Посвящение ставить не рискну, обидятся еще люди, что им такую ерунду посвятили. Поэтому без посвящения, просто с благодарностью за великолепные переводы, предлагаю вашему вниманию мое слабое подражание.

ОТКАЗ: я ни на что не претендую, я просто шалю.



Гарри и не думал бы, что эта полевая практика будет для него такой мучительной. А ведь по началу все звучало не так уж и плохо. Студентов послали на несколько дней, на драконологическую станцию у южной оконечности Запретного леса. На станции, в связи с эпидемией гриппа, катастрофически не хватало людей. А у драконов брачный период вот-вот наступит. В конце концов, работа наблюдателя не требует никаких специальных навыков, кроме элементарной осмотрительности.

Именно это подчеркивал на инструктаже Чарли Уизли, всего полгода как приведенный из Венгерского драконологического заповедника в Англию. Он защитил докторскую диссертацию и был назначен начальником этой станции.

- Так, запоминайте сразу, потому что дважды у меня повторять нет времени, – рыжий драконолог говорил резко и решительно. – Мы разбиваемся на группы, состоящие из одного специалиста и двух практикантов. Каждая группа будет отслеживать брачный полет драконов в определенном квадрате. Еще раз подчеркиваю для практикантов, ваша задача - заметить место оплодотворенной кладки, не более того. Ни при каких обстоятельствах вы не должны приближаться к спаривающимся драконам. Это запомните, пожалуйста, твердо.

- Д-драконы могут напасть? – голос Лонгботтома слегка дорожал.

- Напасть? Нет, это вряд ли, разве что наступить… Драконы в брачном периоде мало что замечают вокруг. Просто сперма дракона… ммм… токсична для человека. Даже запах, а уж если попадет на кожу…

- То что? – Симус как всегда бил все рекорды непосредственности.

- Семенная жидкость дракона вызывает у человека приступы неконтролируемого сексуального возбуждения, – не меняя каменного выражения лица, произнес начальник станции. – Совершенно неконтролируемого.

- Вау! – глаза Симуса горели восторженным фосфорическим огнем.

- Извращенцы, - с высокомерной, брезгливой миной откомментировал последнюю реплику Драко Малфой, который, скрестив руки на груди, небрежно прислонился к притолоке двери.

Гарри вообще-то тоже считал, что одержимость Финнегана сексом переходит границы разумного. Но соглашаться со слизеринцем почему-то не хотелось.

- Можно подумать, ты никогда не думал ни о чем подобном, Малфой!

- Поттер, эта ваша подростковая гипесексуальность тааак вульгарна… И вполне достойна Гриффиндора. Все эти ваши мокрые сны и прочее…

Гарри поспешно отвел глаза, отчетливо ощущая, что у него горят не только щеки и уши, но даже, кажется, колени. Тему эротических сновидений он определенно с белокурым слизеринцем обсуждать не собирался. Хватит того, что по ночам тот ему покоя не дает. В этих самых «мокрых снах». Ууу, змея самовлюбленная, ты-то наверно кончаешь, только если в зеркало смотришься!..


Их участком оказалось непролазное болото. Как говорил доктор Уизли, появление драконов здесь было маловероятным, огнедышащие рептилии предпочитают для устройства кладки места повыше и посуше. Но в принципе, все возможно, так что здесь тоже установили пост с группой наблюдателей. Их группа… Ах, да, их группа - это Гарри, Чарли и (закон подлости, самый непреложный из законов природы) Драко Малфой. Поттера совсем не прельщала мысль провести с героем своих излишне ярких фантазий, целую неделю бок о бок. Однако его мнения никто не спрашивал, группы формировались по жребию.

Так что маленькие неожиданности походной жизни были им обеспечены. Малфой, голый по пояс, умывающийся утром у ручья. Сонное дыхание Драко, отделенного несколькими дюймами кромешной тьмы, в палатке. Полуобъятье злого как черт слизеринца, помогающего подвернувшему ногу гриффиндорцу добраться до лагеря. Самое обидное, что белокурый красавчик, похоже, ровным счетом ничего не замечал. Постепенно Гарри пришел к выводу, что Драко Малфой может быть влюблен только в Драко Малфоя. Но скажите, что здесь удивительного? Зеленоглазый парень и сам разделял эти чувства.

Пару раз Поттер ловил на себе задумчивый взгляд Чарли, и ему приходило в голову, что Уизли догадывается, что творится у него в голове (собственно, главным образом не в голове, но это неважно). Однако драконолог молчал, не считая нужным или возможным, вмешиваться.


Они прожили на маленьком болотном островке уже пять дней и были почти уверены, что настоящей работы не будет. Как вдруг однажды утром, переговорив через хрустальный шар с наблюдателями на других постах, Чарли объявил, что сегодня можно ожидать пару драконов. Гарри аж подскочил на месте, а Малфой, занятый приведением в идеальный порядок своих пепельно-белокурых волос, только кивнул, не отрываясь от зеркала.

Старший драконолог был недоволен - болота крайне неподходящее место для наблюдения за драконами. Все открыто, надежное убежище не построишь. И что прикажете делать, если непредсказуемые рептилии начнут свой брачный танец прямо у вас над головой? Куда бежать прятаться?

Гарри же просто изнывал от любопытства, ему случалось читать о брачных полетах гигантских огнедышащих змеев, но увидеть такое самому… Он отчаянно надеялся, что драконы прилетят делать кладку на их участке и можно будет полюбоваться.

Один немецкий философ сказал, что нет ничего хуже, чем получить именно то, что ты хотел. В этот день Гарри было суждено постичь всю глубину этого афоризма. Драконья пара появилась около четырех часов после полудня. Они неслись по широкой дуге над кромкой Запретного леса. Поттер не отрывался от видоискателя магической фотокамеры. Малфой, у которого был самый лучший почерк, строчил в блокноте, записывая краткие комментарии Чарли. Сам драконолог следил за рептилиями в бинокль, отмечая особенности брачного полета (от них зависит качество кладки).

Гарри был потрясен, ни одно книжное описание не могло подготовить его к созерцанию буйной красоты любви в поднебесье. Такие огромные и грозные на земле, в небе драконы обретали легкость снежных хлопьев, стремительность молний, грациозность стрекоз. Они скользили навстречу друг другу, кружились и радостно взмывали в недосягаемую вышину, все необъятное небо было в их распоряжении.

Драконы мчались по пологой спирали, точка схождения которой была где-то рядом, где-то совсем недалеко. Это было так красиво, что не только Гарри, но и Чарли, для которого такое зрелище отнюдь не было новостью, замер в немом восхищении. Неизвестно, чем все это кончилось, если бы не крик Драко: «Бежим скорее, сейчас он ей вставит!!!». Слизеринец с неизвестно откуда взявшейся силой, почти швырнул Уизли и Поттера с клочка твердой земли в заросшую ряской заводь.

А в следующее мгновение на то место, где находился их лагерь, стояло исследовательское оборудование и, самое главное, они сами, спикировали два покрытых сияющей чешуей тела. В воздухе разлился резкий и одновременно сладкий аромат, и наблюдателей окутало облако ртутно-сверкающих брызг.

- Ну вот, – мрачно сообщил Чарли, стирая драконью сперму с лица – теперь мы точно знаем, где у них будет кладка.

* * *

- А ты молодец, парень… - задумчиво протянул драконолог, пристально глядя на белокурого слизеринца. – Реакция у тебя отличная…

Драко только слегка пожал плечами, но Гарри мог поклясться, что он был польщен похвалой. Однако не Малфой был бы Малфоем, если бы показал это.

- Эээ… Ну нам просто повезло… О, черт, какой же я грязный! Мне немедленно нужно это смыть.

Он принялся скидывать изорванную одежду, морщась от отвращения. Раздевшись донага, блондин решительно направился в ту сторону, где весело журчал небольшой ручеек. Гарри проводил его взглядом, разумеется только потому, что перемазанная в глине и ряске ослепительно белая кожа выглядела…. Эээ… Ну… забавно она выглядела. Из глубокой задумчивости его вывел голос Чарли, смотревшего в ту же сторону, что и гриффиндорец.

- Сладкий мальчик. Он тебе нравится?

Такой вопрос мгновенно выбил почву из-под ног.

- Ч-что?..

- Нравится, – констатировал Уизли. – Тогда чего ты тут сидишь?

- А что делать?

Гарри решил отложить выяснение того, что имел ввиду Чарли на потом. Сейчас у него возникли другие вопросы. Поинтереснее. Ответ на некоторые из них он получил немедленно.

- Пошли.

Малфоя они обнаружили в маленькой заводи, он уже успел смыть грязь и сейчас в расслабленной позе медитировал в прогретой летним солнцем воде. Гарри невольно залюбовался, среди цветущих кувшинок Драко казался этакой мужского пола русалкой. Внезапно гриффиндорец ощутил как щеки ему заливает жаркая волна, он заметил что рука блондина, ясно видимая в прозрачной воде, покоится чуть ниже его плоского живота и… Нет, не покоится! Слизеринец, не открывая глаз, ласкал себя медленными ленивыми движениями. Будь Гарри один, он, вероятно, замер бы на берегу, молясь всем святым, чтобы Малфой не успел заметить его идиотского выражения лица.

Однако у его спутника были несколько иные планы, помимо получения чисто эстетического удовольствия. Или, во всяком случае, он не собирался ограничиваться исключительно визуальным контактом. Рыжий драконолог решительно вошел в воду. И когда это он успел раздеться, интересно? Не иначе, пока Гарри тупо пялился на плавающего Малфоя.

Гарри с почти священным ужасом наблюдал как Чарли, совершенно спокойно и без малейших колебаний, подошел к сероглазому красавчику и, одним рывком поставив его на ноги, не говоря ни слова, поцеловал. Опс… Похоже, у слизеринской язвы пропал дар речи, а может, язык был слишком занят?

- Что… что вы делаете… Ааах…

Слабый стон Драко сообщил Гарри, что рыжеволосый на время оставил в покое рот слизеринца, вылизывая его соски. Эти решительные действия возымели успех, Драко, уже не возражая, со вздохом откинулся назад, подставляя свое тело чужим губам. Чарли снова приник к полураскрытому рту блондина с такой же похвальной старательностью. При этом он успел подмигнуть Гарри поверх гладкого белого плеча. А какого черта? Гриффиндорец решительно шагнул в заводь, распугивая кувшинки. И попытался пристроиться к сплетающимся между собой белому и бронзовому телам.

Поскольку с фронта позиция была занята, Гарри совершил фланговый обход, и мысленно попросив у Мерлина Всемогущего помощи и защиты, положил руки на бедра Драко там, где выступали косточки. Тыл у слизеринца был ничуть не хуже фронта и даже сулил некоторые дополнительные возможности. Для начала можно просто провести губами по его шее. Вкус речной воды и пота. Ммм… очень, очень неплохо, особенно вот тут, под самым ухом. Ах, какое ушко, его непременно нужно облизать!

Почувствовав на своем теле вторую пару рук, блондин протестующее дернулся, но освободиться уже не смог. Гарри был слишком возбужден, чтобы отступить или думать о последствиях. При воспоминании о том, как Малфой ласкал самого себя несколькими минутами раньше, кружилась голова и руки, касавшиеся влажной кожи на бедрах слизеринца, обретали собственную волю. Пальцы сами собой скользнули в ложбинку между упругими ягодицами. Драко протестующее вскрикнул и слабо попытался оттолкнуть его. Безуспешно.

- Ай, Поттер, не наааадо… что ты дееелаешь, оооххх

Неужели это голосок Малфоя? Ну надо же, трудно поверить… Знал бы раньше, что нужно делать, чтобы он перестал язвить и издеваться, не мучался бы пять лет. Надо делать вот так и вот так, и наша белокурая змея превращается… превращается в очаровательно мурлычущего котенка. Правда, остается придумать, как устроить, чтобы можно было вылизывать и покусывать Драко лопатки, скажем, на уроке по алхимии, но это уже чисто технический вопрос.

- Ребята, не надо… Мне же помыться надо… ааааххх…

- Ручей не твоя собственность, Малфой, нам тоже надо…. мммм…. мыться.

Тут главное, быть твердым. Ну, в некоторых местах по крайней мере, твердым. И крепко стоять на ногах. Особенно когда Драко, у которого, похоже, подкашиваются колени, приваливается к этим твердым местам своей упоительно упругой задницей. От соприкосновения тел у Гарри в паху, словно огонь вспыхнул, и перед глазами поплыло.

Хотя, с другой стороны, может быть на ногах стоять не так уж и необходимо, тут же мелко! Чарли довольно сильно толкнул Малфоя, в результате чего, студенты Хогвартса повалились друг на друга в теплую взбаламученную их возней воду. Точнее, это Малфой с размаху уселся Гарри на колени (и не только на колени). Ерзающие движения слизеринца заставили его товарища по выполнению исследовательской миссии резко втянуть воздух сквозь сжатые зубы и обхватить Драко поперек скользкого, восхитительно напряженного тела.

Ууу… это на кого же у Малфоя так классически встал? Неважно, совершенно неважно. Главное, что можно обхватить твердую горячую плоть рукой, и тогда белокурая голова закидывается Гарри на плечо, а из приоткрытого рта рвутся мучительные стоны. Сладкий, такой сладкий рот и эти, беззащитно раскинутые руки, вздрагивающие в такт движениям пальцев Гарри на члене слизеринца. Еще, еще…

Наслаждение было слишком острым. Он прикрыл глаза, почти потерявшись в ощущении упругой плоти зажатой в руке, в жалобных всхлипах Драко, утратившего всякую способность к сопротивлению. Гриффиндорец почти забыл о том, что их здесь трое, когда почувствовал, как поверх его пальцев легли другие, сильные, чуть загрубевшие пальцы с короткими ногтями.

- Давай, сильнее… ему нравится… пусть покричит… вот так!

Ладонь драконолога резко надавила, заставляя Гарри из-за всех сил стиснуть возбужденный член Малфоя, и грубо провести по нему сверху вниз, оставляя легкие царапины и прижимая пальцами головку. Вдвоем они, в считанные секунды сумели вырвать у блондина целую серию невразумительных воплей. Гарри опустил между бедрами Драко вторую руку и, продолжая ласкать его член одной рукой, второй начал гладить и царапать нежные бархатистые яички. Какие восхитительные, беспомощные стоны…

Чарли опустился коленями на светлое галечное дно ручья, пробормотав:

- Еще немного, Гарри, он уже почти готов…

Он начал выкручивать пальцами и больно кусать шелковистые выпуклости сосков слизеринца. Дрожь, сотрясавшая тело Драко, стала совсем уж неуправляемой. Он бился между их телами так, как будто через его плоть пропускали электрический ток. Гладкая спина, прижатая к груди Гарри, выгнулась в последней, особенно сокрушительной судороге, и гриффиндорец ощутил на пальцах горячую струю. Малфой кончил ему в ладони, сведенные мускулы обмякли, серые глаза закатились.


Но собственное возбуждение Гарри было еще очень далеко от удовлетворения. Так же как и у рыжеволосого мужчины, делившего с ним эти мучительно блаженные мгновения. Но тот явно знал, что по этому поводу можно предпринять.

- Отлично… Давай сюда нашего сладкого мальчика.

Поттер уже ни о чем не спрашивал, полностью доверив доктору Уизли свои отношения со старым врагом. Соединенными усилиями они наполовину вывели, наполовину вынесли покорно подчинявшегося Малфоя на маленький галечный пляж в излучине ручья. Глаза блондина были закрыты, на теле выступала испарина. От прикосновения их рук он вздрагивал и слабо стонал.

- Помоги ему встать на колени… аккуратно… Вот так, вот так, радость моя! Гарри, придерживай его за бедра… Ты сзади…

Опять сзади? Хотя… почему бы и нет. Чарли мягко, но решительно надавил руками на плечи слизеринца. Лишь небольшое усилие оказалось необходимым, чтобы заставить Драко опуститься на четвереньки. Широко раскрытыми глазами Поттер наблюдал, как мужчина поднес свой член к губам Малфоя. А потом провел по ним крупной головкой, заставив Драко дернуться. Но попытка отпрянуть привела только к тому, что блондин сильно прижался ягодицами к бедрам Гарри. Тот в свою очередь невольно качнулся вперед, стремясь продлить восхитительное соприкосновение. И толкнул белокурого юношу к напряженному члену перед его лицом.

- Да, да, конфетка моя, открой же ротик, – промурлыкал Чарли, резким нажатием на подбородок заставляя Малфоя разомкнуть губы. – Шире, шире, сладенький, не упрямься…

Гарри в совершеннейшей прострации наблюдал, как крупный, налитой член дюйм за дюймом исчезал во рту Драко. Сильные бронзовые пальцы зарылись в платиновые волосы, удерживая голову блондина. Зрелище гордости Слизерина, стоящей на четвереньках и покорно берущей в рот, было невероятно возбуждающим. Поттер почти неосознанно начал тереться бедрами о ягодицы Малфоя, чувствуя, что его собственное напряжение становится почти нестерпимым. Гарри не мог отвести глаз от розовых губ, с трудом охватывавших возбужденную плоть, от судорожных глотательных движений, волнами прокатывавшихся по горлу Драко, когда рыжеволосый мужчина с силой вталкивал свой член ему в рот.

- Давай, давай, Гарри, – скомандовал Чарли. – Доставь ему настоящее удовольствие, трахни нашу сахарную куколку!

Гарри машинально облизал пальцы и провел ими по ложбинке между гладкими белыми полушариями. Нет, этого мало, он быстро наклонился и повторил этот путь языком. Нежная теплая плоть, крошечное спазматически сжатое отверстие, нежелающее принять чужое проникновение. Почувствовав, как напряжен Малфой, гриффиндорец на мгновение остановился. Как же это… Но собственное тело уже не оставило Поттеру другого выбора. Если это возбуждение не получит выхода он с ума сойдет!

Взмолившись все святым, каких он знал, чтобы Драко было не слишком больно, гриффиндорец с силой втолкнул в узкое отверстие палец. Какой же он горячий внутри! Какие гладкие упругие мускулы! Ну давай, родной, расслабься, никто не хочет причинить тебе вред… Но ты слишком хорош, чтобы отказаться от тебя по доброй воле.

Гарри подвигал пальцем, сгибая его в разных направлениях, а затем так же резко ввел второй. Он пытался по возможности вынудить Малфоя расслабиться. Нетерпеливо поглаживал его изнутри, в поисках той точки, прикосновение к которой должно заставить Драко содрогнуться от наслаждения. Слизеринец снова сделал попытку высвободиться и слабо застонал переполненным ртом. Но руки Чарли уверенно удерживали светлые разметавшиеся пряди. Сквозь судорожные вздохи в такт рывкам, которыми драконолог вжимал белокурую голову себе в пах, Уизли произнес:

- Гарри, не увлекайся подготовкой… пусть ему будет немного больно… ему понравится, поверь мне…

Гарри не хотел быть грубым, но его желание овладеть своей мечтой было слишком велико. Он обеими руками впился в ягодицы Драко, стараясь раздвинуть их как можно шире. И резко, жестоко вошел в него по самое основание. Ооо… Тело Малфоя еще пыталось сжаться, воспрепятствовать вторжению. Но было уже поздно, ощущение горячей содрогающейся плоти вокруг члена, слабые жалобные крики, заглушенные телом Чарли, выгибающаяся от боли спина слизеринца, довели возбуждение Гарри до такого градуса, что он уже не смог бы остановиться, даже если бы захотел.

Пронзительно сильными ударами он входил на всю длину, безжалостно растягивая упругий жаркий канал. До крови раздирая ногтями сведенных пальцев шелковистую, чувствительную кожу, он рывками дергал беспомощное тело на себя, одновременно посылая собственные бедра вперед. И входил, и входил раз за разом, в сводящем с ума бешеном ритме. Ему казалось, что еще немного и он сможет заполнить покоренное тело до конца, не оставив ни единого уголка. Взяв его целиком и полностью.

Гарри и Чарли кончили одновременно, с двух сторон взрываясь в теле Малфоя спазмами наслаждения. Заливая ему лицо и бедра своей спермой. И повалились в изнеможении, продолжая стискивать нежное, истерзанное их плотью тело в судорожных объятьях.

Несколько минут они лежали, слушая затихающие рыдания Драко. В четыре руки нежно поглаживая плечи, спину, грудь, дрожащие обреченной испуганной дрожью. Гарри осторожно собирал губами с ресниц и скул своей белокурой жертвы горько-соленые слезы, непрестанно, как дождь, катившиеся из закрытых серых глаз.

Потом Чарли встал, сходил в разоренный лагерь и принес два одеяла. Больше ничего не удалось найти на том месте, где порезвились драконы. Они легли на одно одеяло, по-прежнему зажимая Драко между своими телами, согревая и успокаивая его, сверху укрылись вторым. Усталость постепенно брала свое. Стихли безнадежные всхлипывания и утешающий ласковый шепот, замерли на белом теле бронзовые и золотисто-загорелые руки, обхватившие его собственническим жестом.

Завтра… завтра будет новый день.



The end



Оставьте свой отзыв:
Имя: Пароль:
Заглавие:
На главную
Замечания и поправки отсылать Anni