Приз

АВТОР: E-light

ГЛАВНЫЕ ГЕРОИ/ПЕЙРИНГ: Гарри, Драко
РЕЙТИНГ: NC-17
КАТЕГОРИЯ: slash
ЖАНР: romance, pwp

КРАТКОЕ СОДЕРЖАНИЕ: Гарри заработал себе приз!



ОТКАЗ: все принадлежит Дж.К. Ролинг



Две метлы взвились в воздух сразу же после свистка. Гарри Поттер и Рональд Уизли – два оставшихся претендента на победу.

Вжжжжик! Клинки скользнули друг по другу с легким свистом, и соперники разлетелись в стороны, исполняя фигуру древнего танца.

Когда-то этот танец был танцем смерти и кончался алым пятном крови на мантии. Когда-то один из соперников падал с метлы, кружась в воздухе и с каждой секундой приближаясь к земле, готовой принять его в твердые объятия и прижать к груди – навек. Когда-то… но это было давно.

Теперь же мрачная романтика героической смерти в воздухе отошла в далекое прошлое, оставив по себе лишь пышный антураж.

Ежегодный Турнир Прекрасной Дамы приближался к концу. Гермиона взволнованно выглядывала из ложи, наспех сколоченной из трибун квиддичного стадиона и занавешенной по такому случаю редкими гобеленами Эпохи Возрождения, следя за ходом разворачивающегося над головами зрителей поединка.

Густая, тонкая, как паутинка, но от того не менее плотная вуаль мешала смотреть, но снять ее было нельзя: таковы правила. Те же древние, проеденные молью обычаи заставляли ерзать в неудобном, стоявшем колом платье – кринолиновые обручи мешали сидеть, а жесткие пластины корсета вдавливались в грудь, прерывая дыхание. Не помогал даже изящный веер – бесполезная вещица, забава, дамская игрушка, созданная лишь для привлечения мужского взгляда к хрупким пальчикам, затянутым в черные перчатки. Герми предпочла бы вентилятор.

- Миона! – в ложу просунулась рыжая голова. И как раз в тот момент, когда ближайший родственник непрошенного гостя обозначил удар, и стадион взревел: «Рон! Рон!!».

- Чего тебе? – девушка недовольно повернулась к Джорджу, отпустив занавеску.

- Там с Косолапсусом… - пробормотал он страшным шепотом, – такооое творится…

- Что? – отчаянный крик Герми не всполошил всех зрителей лишь потому, что был заглушен мощнейшим усилием воли (поддержанным прижатой ко рту перчаткой). – Что с ним? Говори же, Джордж!

Испуганный остротой реакции рыжий вестник попытался дать задний ход:

- Да ничего, Герми, ничего страшного! Кажется, он съел что-то не то. Лежит и мучается теперь, бедняга.

- Почему ты не принес его сюда? Что сказала мадам Помфри?

- Мерлин, Миона, ты с ума с этой зверюгой сходишь. Только кота на финале Турнира и не хватало! Сбегай к нему сама, а Джинни посидит за тебя здесь.

И правда, в ложу за Джорджем протиснулись Фред и поддерживаемая им за талию Джинни в длинном темном плаще, укрывавшем ее с головы до ног. Под плащом оказалось такое же, как у Гермионы, платье, лицо закрывала точь-в-точь такая же вуаль. Со стороны и не отличишь.

Прекрасная Дама Хогвартса мысленно улыбнулась: неужели девочка надеялась получить поцелуй от Гарри? Так ведь неизвестно, кто выиграет: если Рон, можно и на орехи получить. Но все мысли были вытеснены беспокойством за Косолапсуса: она только посмотрит, как он там, и тут же вернется. Может, даже поединок еще не успеет закончиться.

- Я быстро… - сказала она торопливо и, накинув протянутый Фредом плащ, выскользнула из ложи. Джордж раздвинул занавески; ухмыльнувшись, потрепал Джинни по голове и покинул ложу Прекрасной Дамы вслед за братом.



Картинно приземлившись на землю, Гарри утер пот со лба. Восторженные девицы махали платочками, сочувствующие зрители мужского пола ревели: «Гаррр-ри! Гаррр-ри!!», Рон вяло пожал руку, поздравив с победой, и удалился с поля, оставив победителя наедине с призом. Гарри кинул взгляд на ложу. Нет, Герми не махала платком и вообще не делала никаких ободряющих жестов: не кидала вниз розу, не слала воздушных поцелуев… Гарри слегка растерялся. Неужели она дает так понять, что предпочла бы победу Рона?

Говоря откровенно, Гарри и сам бы предпочел. Ну, что за гонор, что за детское тщеславное желание быть первым везде… Что ему стоило уступить другу приз? Но цепкий глаз углядел дыру в защите, и рука сделала свое дело, обозначив смертельный удар.

Сейчас, когда горячка боя прошла, Гарри почувствовал, как дрожат его колени. Но традиции есть традиции, и он неохотно сделал шаг к ложе.

«ПО-ЦЕ-ЛУЙ! ПО-ЦЕ-ЛУЙ!», - скандировали зрители. Победитель Турнира взошел по ступенькам, закрыл за собой дверь и опустил занавески.

Гермиона по-прежнему не двигалась. Гарри обернулся к ней (черт, под этой вуалью и лица не разглядишь… о чем она думает, интересно?) и неуверенно начал:

- Герми, прости, я знаю, ты хотела бы, чтоб победил Рон. Это случайно вышло, клянусь! Романтический вечер за вами, я даже не претендую на бутылку вина от ужина…

- …Герми?

Никакая злость на провинившегося Гарри не заставила бы говорливую Гермиону так упорно молчать. Скорее, она засыпала бы его многословными фразами, предлагающими сто один вариант выхода из создавшегося положения. Похолодевшими руками Гарри взялся за кончики вуали и приподнял густую сетку, открывая лицо загадочной Прекрасной Дамы.

- МАЛФОЙ???

Бледное, словно припудренное (на самом деле это был естественный цвет) личико под вуалью было прекрасным… да только даме оно не принадлежало никак. Треугольный подбородок, губки бантиком и яростные серые глаза, прожигавшие победителя Турнира ненавидящим взглядом… м-м-м, как это все тут очутилось?

- Что ты здесь делаешь? Где Гермиона??

Молчание. За занавесками беснуются зрители, а Гарри стоит тут над Малфоем в Гермионином платье и ничего, ни-че-го не может понять. Чья-то глупая шутка? Ясно было только одно: старинный враг к ней отношения не имеет, иначе не сидел бы тут безгласный и неподвижный.

- Finite Incantatem! – решение оказалось верным.

Бледные губы шевельнулись, и первым словом, которое прошипел Малфой, стало не очень-то удивившее гриффиндорца («спасибо» он и не ожидал):

- Убью…

Слизеринец резво вскочил, но руки Гарри оказались быстрее. С силой надавив на хрупкие плечи, нынешний триумфатор усадил свой приз обратно в кресло и придавил его – для верности, чтоб не дергался.

- Где Гермиона?

- Спроси у своих рыжих дружков! – строптивый приз все же дернулся, но Гарри не зря последние года два занимался бодибилдингом («В волшебнике все должно быть совершенно: и колдовское искусство, и физическая форма, и одежда, и мысли», - повторял непрестанно новый учитель ЗОТИ, заставивший их пожалеть о Квирреле, Локхарте и даже Умбридж, вместе взятых).

- Каких? – тупо спросил Гарри, прежде чем догадался, что речь идет о новых рыжих помощниках тренера хогвартской квиддичной сборной. – Оу… это они тебя так?

Он указал взглядом на платье, и Малфой залился краской от унижения.

- Убью… - еще раз прошипел он. – А ну, пусти!

- Ну, допустим, - Гарри, усмехнувшись, убрал руки с плеч и настороженный столь легкой уступкой Малфой подавил позыв вскочить. – Я тебя отпущу. Выйдешь к зрителям в этом?

Слизеринец оглядел свой наряд, уделив особое внимание пышным юбкам, из-под которых кокетливо выглядывал краешек кружевных панталон… и уставился на Поттера ожидающим взглядом.

- Накинешь вуаль, выйдем вместе, - скомандовал Гарри, с удовольствием полюбовавшись растерянным лицом блондина.

У него не было палочки, чтобы трансфигурировать одеяние жертвы Уизлевского розыгрыша в то, чем оно являлось на самом деле – то есть робу и мантию, и (как он подозревал) у Малфоя ее не было тоже. Гарри протянул руку, помогая «даме» встать. Слизеринец сердито фыркнул и резко встал сам. Обручи кринолина, взметнувшись, болезненно щелкнули его по носу.

- Ненавижу… - прошептал блондин, когда рука Гарри после горячего требования немедленно убраться только сильнее обвилась вокруг его талии. А талия у него тоненькая… как у девушки, отметил про себя победитель, направо и налево раздаривая улыбки толпе восторженных зрителей.

Драко семенил рядом, скромно потупив голову, и, наверное, вовсе не так наслаждался их дефиле. Но попробуйте ходить быстрее в громоздком платье, тесном, не дающем дышать корсете и туфельках на каблуках! Единственное, что его пока спасало, так это то, что Миона и сама не была мастером подобных проходов. В сущности, это была единственная категория конкурса, в которой она проиграла Лаванде, Парвати, Панси и даже Милисенте Буллстроуд. Во всех остальных – таких, несомненно, типичных для средневековой дамы занятиях, как игра на арфе, стихосложение, вышивка крестом и генеалогия – она получила высший балл.

И наступил Звездный Час Гермионы Грейнджер – грязнокровки без роду, без племени, ставшей Прекрасной Дамой Хогвартса среди семикурсниц. Большинству претендентов на звание Победителя Турнира нечистокровное происхождение Дамы ничуть не помешало – биться за честь поцеловать нынешнюю королеву и отужинать с ней при романтичном свете свечей отказались лишь снобы-слизеринцы. И Малфой - в их числе.

Гарри подавил смешок, спуская ладонь чуть ниже. Черт, жаль, что юбки такие пышные и жесткие. Он не отказался бы полапать слизеринского сноба, пока тот находится в беспомощном положении. Подавленный возмущенный звук порадовал безжалостное сердце победителя: Малфой не выдаст себя перед всеми, чтобы те смеялись над униженным аристократом и расписывали будущим поколениям студентов этот случай как исторический анекдот. Так что пусть терпит.



- Куда ты меня ведешь? – яростный шепот обжег его ухо, когда Гарри повлек за собой свой приз в сторону Малого Парадного Зала, находившегося в противоположном направлении от слизеринских подземелий.

- Хочешь пройти в свою гостиную в этой одежде? – насмешливо спросил Гарри.

Малфой заткнулся, видимо, представив, какой фурор произведет там появление «грязнокровки» из Гриффиндора. Вопроса, почему же Поттер не ведет его в таком случае в гостиную гриффиндорцев, он так и не задал.

Вот на это Гарри точно бы не смог ответить. Палочка у него находилась в спальне… одежда, которую можно было дать на время, тоже там…

А в Малом Зале был лишь ужин и пресловутые свечи.

- И что мы здесь делаем? – Драко откинул, наконец, вуаль с лица и несколько нервно повертел головой по сторонам, оглядывая интерьер без малейшего признака платяных шкафов.

«Да, с вопросом ты явно опоздал», - подумал Гарри, запирая дверь на внутренний засов.

- Мы? Ужинаем, - Гарри обошел своего пленника и белозубо улыбнулся.

- Мы?? С ума спятил? Немедленно меня выпусти! – вот теперь в голосе слизеринца явственно зазвучала паника. Он повернулся и дернул засов, пытаясь его открыть.

- Успокойся, Малфой, никто тебя ни к чему не принуждает, - рассудительно сказал Поттер, проходя к столу и открывая бутылку. – Разделил бы со мной ужин, а потом я принес бы палочку и трансфигурировал твою одежду. Да она и сама превратится – вряд ли ее заколдовывали надолго. Ну, сам посуди, где ты будешь сейчас в таком виде шататься?

Малфой медленно повернулся и оперся спиной о дверь.

- У тебя что, компании нет, с кем ужин разделить? – насмешливо спросил он. Но паника из голоса ушла – остался лишь яд.

Гарри разлил вино по бокалам и спокойно ответил:

- Есть.

- И чего ж ты тогда хочешь от меня?

- Мерлин, да ничего я не хочу, - это, конечно же, была ложь. Зато каким честным голосом! - Ты не считаешь, что кое-чем мне обязан? Хотя ждать от тебя благодарности… - фыркнул Гарри.

- Значит, правду о тебе говорят? – задумчиво протянул блондин, окидывая Поттера странным взглядом. Гарри с олимпийским спокойствием наложил себе на тарелку по ложке из каждого блюда и приступил к еде. – Ты засматриваешься на мальчиков?

- Кто бы говорил… - прошамкал Гарри с набитым ртом. – Ты ведь отказался от участия в турнире, потому что не увлекаешься девочками?

- Чушь! – вспылил Малфой. – Я отказался потому, что Грейнджер – грязнокровка, и я ей руки не подам, не то что биться из-за нее! И тебе об этом прекрасно известно!

- А еще говорят, - невозмутимо продолжил Гарри, словно не услышав прозвучавшего только что запредельного количества восклицательных знаков, - что ты просто струсил…

- Кретин!!! – выкрикнул слизеринец и, оторвавшись от двери, приблизился к столу. Гарри подняв голову, ухмыльнулся, - блондин возвышался над ним и явно не знал, что делать дальше: давать пощечину было слишком по-женски, а драться нормально в корсете и с обручами на ногах… ой-ей.

- Присаживайся, - широким жестом гриффиндорец указал на соседний стул. И, поколебавшись, Малфой последовал совету. – Салат, жаркое или торт?

- Салат, - буркнул Малфой неприязненно. – Я не ем ни жирное, ни мучное.



Эх, ну до чего ж неудобно, когда нет ни кровати, ни хоть какого-нибудь завалящего канапе! Где соблазнять мечту своих бессонных ночей - на полу? Там жестко, опомниться может… Гарри поискал глазами горизонтальную поверхность и внутренне подосадовал на несообразительных организаторов Турнира: приз – вот он, а воспользоваться им – никакой возможности. Губы Малфоя, сладкие от вина, пьянили похлеще любого «Совиньона» (правда, надо учитывать, что бутылка досталась блондину почти целиком – Гарри только усердно подливал); чудные серые глаза были закрыты, и целовался он потрясающе самозабвенно.

Гарри запустил руки под платье – чертовы юбки! – и попытался нашарить желанное тело. Драко лишь пьяно хихикал и вяло отбивался, когда нетерпеливые пальцы стали развязывать шнурочки, расстегивать застежки и освобождать крючки из петелек. Но он помог стащить с себя панталоны, приподнявшись с Гарриных колен, а затем устроился там поудобней, раздвинув ноги и охватив ими талию партнера.

Гарри высвободил член – он уже не в состоянии был соображать, ему хотелось лишь одного – войти поглубже и двигаться, не переставая. К счастью, здесь их желания, видимо, совпадали.

Драко мучительно застонал, когда любовник схватил его за бедра и опустил на себя. Он закрыл глаза, и Гарри усилием воли заставил себя остановиться. Но блондин дернулся, сам насаживаясь до конца, и все преграды были сметены.



Гарри плыл над землей, он был облаком, а Драко – луной, он окутывал его собой, очерчивая кругом объятий, сжимая в своих ладонях, поглощая его и растворяясь в нем… И вот облако взорвалось туманом брызг, разлетелось во все стороны, оставляя лишь чистый незамутненный свет…

- Да! – выкрикнул Гарри. – Да… - повторил он чуть тише, прижимая к себе обмякшего тряпичной куклой блондина.



Утром две пары встретились на пороге Большого Зала. Рука Гарри покоилась на талии Малфоя, одетого в свою, слизеринскую, робу и мантию, а Рон обнимал Гермиону, несущую на руках здоровенного рыжего кота (вполне себе живого и невредимого).

- Как спалось? – вежливо спросила Прекрасная Дама, аккуратно толкая локтем Рональда в бок – чтобы рот закрыл.

- Замечательно, - ответил Победитель Турнира, улыбаясь до ушей и крепко прижимая к себе свой ценный приз.

Малфой кисло улыбнулся в ответ. Но вырваться не попытался.



The end



Оставьте свой отзыв:
Имя: Пароль:
Заглавие:
На главную
Замечания и поправки отсылать Anni