Стол по случаю
(Occasional Table)


АВТОР: Predatrix
ПЕРЕВОДЧИК: Ольга и Kitty
ОРИГИНАЛ: здесь

ГЛАВНЫЕ ГЕРОИ/ПЕЙРИНГ: Гарри, Северус
РЕЙТИНГ: R
КАТЕГОРИЯ: slash
ЖАНР: humour, romance

КРАТКОЕ СОДЕРЖАНИЕ: Снейп открывает в себе новые, уникальные способности.

СОАВТОР: Fuchsia




“I’ve got an occasional table
That’s it, over there
It’s just an occasional table
Usually it’s a chair.”

Les Barker, An Infinite Number of Occasional Tables

Я приобрел еще один стол,
И в угол его затолкнул.
Конечно, он только по случаю стол,
Обычно-то это стул.

Les Barker, Безграничное множество дополнительных столов.


Между преподавателями Хогварца всегда существовало полу-шуточное соперничество. Разве что только яркая индивидуальность Флитвика позволяла ему не проповедовать преимущества Чар перед другими науками, да Директор считал подобные споры ниже своего достоинства. Остальные же делали все возможное, чтобы доказать особые преимущества и жизненную необходимость их предмета.

Соперничество МакГонагалл со Снейпом балансировало на грани вражды. Снейп был готов признать, что оказывает особое покровительство студентам своего колледжа (хотя несравнимое с тем, как Минерва балует своих Гриффиндорцев), но вопрос научных дисциплин оставался открытым. МакГонагалл разделала всеобщее предубеждение против Зелий.

Как-то раз, в среду, Снейп разозлился сильнее обычного. В тот день он тихо потихоньку подкрался к двери класса Преобразований и услышал. – "Для сегодняшнего урока нам понадобится Фотографическое Зелье. Оно поможет нам разобраться в базовых принципах процесса анимации, широко использующегося в Преобразованиях. Кто-нибудь желает сходить к профессору Снейпу и попросить его выделить нам немного этого зелья? Желающих нет?" – Снейп так и представлял себе, с какой понимающей улыбочкой МакГонагалл произнесла это "Нет". – "Ну что ж, тогда приготовим его сами. В конце концов зелья – это всего лишь неприятные на вид и на запах смеси. Это не настоящая магия. В отличие от Преобразований, для которых нужны ум, колдовская сила и хороший контроль.".

Снейп подошел к вопросу об анимагических Преобразованиях с умом, колдовской силой и контролем, в которых МакГонагалл ему так упорно отказывала. Ему не нравилось уже сама мысль о том, что МакГонагалл умеет делать нечто, на что он не способен. И уж совсем ему не нравилась мысль, что его в чем-то превосходит Сириус Блэк. Преобразования были не самым сильным его местом, однако просить совета у МакГонагалл не хотелось. Тщательно проштудировав литературу, он решил первый эксперимент провести вне замка – логичная предосторожность на случай, если он превратится во что-нибудь по-настоящему большое. Самым подходящим Снейпу показалось квиддичное поле. И ночью, чтобы никто его не увидел. Еще он решил ничего не надевать под мантию – одежда усложнит и без того непростой процесс.

Внезапно он почувствовал головокружение, сопутствующее смене формы.

Кем он станет? Котом (черным)? Змеей (черной c легким ромбовидным зеленым узором)? Очень крупным, лоснящимся вороном (черным)? Огнедышащим драконом (черным)? Снейп любил черное. Черное ко всему шло и не пачкалось. Поэтому ему отчаянно не хотелось превратиться во что-нибудь яркое.

Он открыл глаза и обнаружил, что глаз-то у него, собственно, и нет. Лучше сказать – он сосредоточился, сфокусировался на своей сущности и понял, что стал…шкафом из черного дерева, полным книг (черных).

Что ж, это было неожиданно, но не более того. Снейп даже почувствовал прилив гордости: анимагов много, а вот инанимагов до сих пор еще не было. Если это не является незаконным, он напишет монографию. И если задуматься – это не может быть незаконным. Раз никто не знает, что подобное превращение возможно, его еще не успели запретить.

Снейп постарался разглядеть собственное содержимое (по ощущениям это было похоже на разглядывание спины через плечо). Итак, что мы имеем: Самые Впечатляющие Несчастные Случаи с Зельями (в зеленой обложке, с которой все время что-то капало), Наиболее Могущественные Зелья, Это забавно (похоже, одна из кошмарных маггловских кулинарных книг), История Квиддича (о Мерлин, эта-то что делает на моих полках? подумал Снейп, продолжая изучать все двадцать домов), "Туда и обратно" (а как среди моих томов затесался порнографический журнальчик?!), масса других изданий, так или иначе связанных с Зельями (включая Зелья с Удовольствием) и 101 вариант применения слизи (весьма полезное, и в то же время – отталкивающее издание).

Снейп хотел было как-то выкинуть с полки “Туда и обратно” и был практически уверен, что сможет это сделать, но не решился. Возможно, этот предмет соответствует какой-либо части организма – пусть и не часто используемой, но это не значит, что от нее стоит избавляться. А может это его либидо. Возможно без него можно будет немного проще сосредоточиться на работе, но внутренний голос подсказывал Снейпу, что не стоит прощаться к ним навсегда.

К тому же оно давно под полным контролем и…

Под контролем... Снейп задумался, попытался принять естественный облик, и с ужасом понял, что не может этого сделать. Он застрял в этой проклятой штуке! Обратное превращение должно инициироваться мыслью, потому что Блэк не таскает в лапах никакой палочки, и среди книг ее тоже нет. Вот дьявол, не могу же я преподавать, оставаясь шкафом! Я даже Зелье приготовить не могу! Какой смысл в том, чтобы жить, если не можешь приготовить зелье? Вообще-то, он не хотел знать ответ на последний вопрос.

Всю долгую холодную ночь он простоял на поле, оставаясь шкафом. У него было много времени, чтобы подумать, в чем он ошибся. Конечно, он был слишком занят мыслью превратиться "во что-нибудь черное", недостаточно сконцентрировался, и вообще должен был детальнее разобрать обратное превращение, прежде чем решиться на эксперимент. Как он мог быть таким неосторожным, зная, что Преобразования – его слабое место! И ведь он сам говорил, что когда заклинание сработает неправильно – поздно виноватого искать!

Отбушевавшись, он обнаружил, что тишина, нарушаемая только тихими ночными звуками, замечательно успокаивает, и решил, что раз уж все равно сейчас он не в состоянии ничего изменить, стоит отдохнуть.

Ближе к утру, когда Снейп уже начал засыпать, прилетел черный дрозд, и устроившись прямо на шкафу, начал распевать во все свое маленькое горло.

О, Господи, а вдруг он совьет на мне гнездо? Снейп сам не до конца понимал, почему его так расстраивает эта мысль, но факт оставался фактом. Он не желал, чтобы крохотные птичьи коготки царапали его полировку, а клювики отрывали уголки страниц.

К счастью, дрозд улетел, не успев ничего натворить, зато подошло время тренировки по квиддичу. Хуч привела на поле Гриффиндорскую команду.

- А это откуда? – Хуч всегда отличалась любопытством. – Кому это пришло в голову оставить шкаф прямо посреди поля для квиддича? – Она внимательно изучила новый объект. – Скорее всего, он принадлежит кому-то из учителей.

Всегда ты у нас все знаешь, недовольно подумал Снейп, а Хуч тем временем достала с полки Кожные Заболевания, Вызванные Неудавшимися Зельями.

Это было удивительно необычное ощущение – чувствовать, как рука углубляется между его полками. Рука Хуч была сильной и теплой, но явно женской. Даже женственной. Как будто женская рука гладит твою грудь, постепенно спускаясь к животу… Он думал, что никогда не больше не испытает подобного ощущения после того, как напрямую заявил Нарциссе Малфой, что В Этом Смысле она его совершенно не интересует (Люциус был чрезвычайно благодарен).

В этом было что-то чрезвычайно интимное: отчасти потому, что Снейп был не вполне уверен, что символизируют книги – различные части его тела или его разума. Может она сейчас проникает ему под кожу (на мгновение ему стало щекотно, потом возникли неприятнейшие картины с участием содранной кожи…тьфу) или вторгается в его разум (в ту самую, полностью поглощенную Зельями, не склонную к компромиссам, не всегда разборчивую в средствах его часть). Лично он всегда гордился своим хладнокровием и отсутствием глупой сентиментальности, но это не значило, что он собирался рассказывать об этом мадам Хуч.

- Снейпу, скорее всего…, - предположила она, изучая книгу. – Тут почти все книги по Зельям, а все остальные Зелья терпеть не могут.

Рон достал книгу в зеленой обложке. – Ой, тьфу ты! Какая гадость!

Это часть моего тела или разума, Уизли. Немедленно поставь на место, подумал Снейп, содрогаясь от отвращения при мысли о пальцах Уизли, шарящих у него внутри (что может быть зеленым и сочащимся?Может желчный проток?).... Странно, кстати, что так много книг связано с состоянием кожи.

- Гляньте, а вон книга о Квиддиче, - встрял Гарри. – Не может быть, чтобы она принадлежала Снейпу. Он понятия не имеет, что такое развлекаться.

На этот раз рука, определенно, было не женской. Сильная, уверенная рука игрока в квиддич. От проникновения этой руки Снейп почувствовал нарастающее желание. “Туда и обратно” начал разбухать, выпирая между двух стискивающих его томов, и Снейп уже начал опасаться, что произойдет нечто, ставящее его в неудобное положение, когда пальцы Гарри уцепились за книгу по Квиддичу. Это как-то помогло Сенейпу взять свои чувства под контроль.

Гарри начал перелистывать книгу, оказавшуюся справочником по правилам игры, списком наиболее распространенных нарушений и несчастных случаев.

- Эта книга не из развлекательных, - уныло подытожил Гарри.

- Давайте, наконец, заниматься, - Хуч все же вспомнила, зачем они сюда пришли. – Чем бы это ни было, оно может подождать. – Она наложила на шкаф Пружинные Чары, чтобы никто не сломал его, случайно упав с метлы.

Вот за это Снейп был ей благодарен. Все и так пошло не лучшим образом, так не хватало еще детишек, подающих прямо на голову. Правда это была последняя приятная мысль до конца игры: Снейп упорно пытался вздрогнуть каждый раз, когда мимо него со свистом проносилась метла, и тут же понимал, что вздрагивать ему нечем. Он никогда не был уверен, что Поттер в состоянии справится со своим Всполохом, или, точнее сказать, что кто-либо может чувствовать себя в безопасности, если эта штука то и дело просвистывает прямо мимо уха.

После игры, показавшейся ему бесконечной, Хуч вместе с командой удалились, на ходу обсуждая игру (Снейпу показалось, что в ней не было абсолютно ничего интересного) и загадочное появление шкафа прямо посреди поля.

Снейп ждал. Он устал, страшно устал. И неожиданно для себя, несмотря на холод, он заснул.

Проснувшись, Снейп обнаружил, что лежит, промокший, замерзший и несчастный, на поле для Квиддича и понял, почему книги советуют экспериментировать с анимагическими трансформациями людям, у которых есть друзья. Больше друзей, чем у Снейпа. То есть, хотя бы один друг. Который мог бы прижать к себе, подать теплое полотенце…

Он вздохнул и отправился в подземелья. Там, хотя бы, можно будет принять горячую ванну. К счастью, среда была у него отведена для научной работы, так что до ланча никто и не ожидал его увидеть.

* * *

Через две недели у него появилось назойливое, зудящее беспокойство, странным образом казавшееся знакомым. Оно напоминало ощущение, появившееся в прошлый раз перед превращением. После сдвоенного зельеделия у третьего класса Снейп проверил расписание. Отлично, у него есть пара свободных часов. Он зашел в пустой заброшенный класс, прислонился к стене, закрыл глаза и приготовился превратиться в шкаф.

Вместо этого, к своему величайшему изумлению, он стал настенным зеркалом в раме из черного дерева.

Он мысленно выругался и решил, что для волшебника, не особо интересующегося Преобразованиями, решение стать Анимагом было не очень-то разумным.

С другой стороны, с такими способностями можно отлично шпионить. Он мог слышать и видеть практически все. Вот если бы удалось еще как-то контролировать процесс…

Снейп открыл глаза.

И тут вошел Гарри Поттер.

— Хм… Новое зеркало. Интересно, — сказал он. — Может быть, это одно из волшебных зеркал вроде Зеркала Еиналеж, которое показывает тебе то, чего ты хочешь? Это интересно.

Идиот, подумал Снейп. Я просто зеркало. Ни малейшего намека на магию. Вдруг ему пришло в голову, что предположение мальчишки было не таким уж глупым, учитывая, что вообще-то Снейп был колдуном.

— Никогда не знал, что у меня такая глупая улыбка, — разочарованно сказал Поттер, глядясь в Снейпа.

Идиот. Ты не настолько плохо выглядишь. Просто я не склонен к лести.

Поттер стер со щеки чернила. — Я всегда такой грязнуля?

Ему определенно неплохо бы принять ванну. Снейп полюбовался на взъерошенные волосы Поттера и яркий блеск его зеленых глаз. Выглядит неплохо. Если бы я не был учителем и помолодел бы раза в два, я бы сам тебя вымыл. Тщательно. И не один раз.

— Я думал, кого бы пригласить на бал в этом году, но не уверен, что мне вообще хочется туда идти. Совершенно не интересно стоять в стороне, пока остальные пялятся на тебя, как на Известнейшего Британского Идиота или соглашаются с тобой потанцевать только из-за шрама. Я просто хочу быть самим собой. Неужели я прошу так много?

Идиот. Разговариваешь, как будто ты Слизеринец, оскорбленный в эстетических чувствах. По крайней мере, в твоем возрасте я смирился со своим носом. Может, стоит сказать Бычешейдер, что с годами она станет привлекательнее? Нет, поверь мне, как человеку опытному – из отталкивающей внешности тоже можно извлечь пользу.

— И чего это я так на себя уставился? — пробормотал Поттер. — Это Снейп у нас специалист по таким взглядам.

Снейп ухмыльнулся.

— Ну вот, так уже лучше.

Идиот. Хватит любоваться собой.

— Это, наверное, игра света, — вздохнул Поттер.

Вошли Рональд Уизли и мисс Грейнджер. — Чем это ты тут занимаешься? — поинтересовался Уизли. — А, снова магическое зеркало!

Уизли! Убирайся отсюда и больше никогда не оскверняй меня своим отражением.

— Черт, я снова вырос из своей одежды, — пробормотал Уизли. — Так что, оно магическое? — спросил он у Грейнджер.

Грейнджер вздохнула. — А я-то думала, что выпрямила зубы, — печально сказала она. — Нет, оно не магическое.

Я всегда знал, что твои интеллектуальные способности явно преувеличиваются, Грейнджер.

— Знаешь, есть зеркала, в которых ты всегда хорошо выглядишь, как будто только что приоделся на вечеринку, ты счастлив и все кругом сияет,— продолжила она. — Но это не такое зеркало.

Ну разве что немного природной сообразительности, вынужден был признать Снейп.

— Это зеркало Темных Сил? Оно может призывать злых духов? — взволнованно спросил Рон.

О, боже мой! Надо же быть таким идиотом!

— Нет, — неуверенно ответила Грейнджер. — но мы на всякий случай можем попросить учителей проверить его.

— Это очень красивое зеркало, — задумчиво сказал Поттер. — Жалко, что оно показывает все в дурном свете.

— Красивое? Мне кажется, оно мрачное.

— Темное, блестящее, внушительное, странно притягательное, — ответил Поттер.

От неожиданности Снейп даже забыл сердито на него посмотреть.

— Оно ужасное, — фыркнул Уизли.

— Давайте спросим МакГонагалл, что она об этом думает. Вдруг оно магическое, — предложила Грейнджер. — Мне оно не нравится.

— Я приду через минуту,— сказал Поттер.

Двое его надоедливых приятелей вышли, захлопнув дверь.

Поттер стоял, вглядываясь в глубину Снейпа, как будто хотел запомнить его до мельчайших деталей. Снейп почувствовал легкое покалывание в своем серебряном покрытии.

— Кто ты? — прошептал Поттер. — Или мне лучше спросить "кто я?", потому что здесь никого больше нет?

Пощипывание усилилось. Снейп поежился.

— Как будто вместо моего отражения на меня смотрит кто-то другой.

— Привет, я, — расцвел в улыбке Поттер и протянул руку, чтобы коснуться поверхности Снейпа.

Дорогой Я. Я нашел себя без слов.

— Если ты магическое, я думаю, что учителя придумают, что с тобой сделать.

Особенно учитывая способность Альбуса брать на работу идиотов, способных заблудиться в собственной кровати, не говоря уже и Хогварцких коридорах.

— По крайней мере, я на это надеюсь. Пока! — сказал Поттер и ушел.

МакГонагалл подготовилась к проверке. — Ну-с, кто ты? — спросила она, глядя на Снейпа.

Северус Снейп. Отполированный и готовый увидеть темную сторону.

Она вздохнула. — Есть в нем что-то странное. Это не обычное зеркало, но я не вижу, где здесь магия. Будьте осторожны, дети, — сказала она. — Мы заберем его в учительскую до тех пор, пока не разберемся, в чем тут дело.

Снейп злобно посмотрел на нее. Он не любил учительскую, стараясь проводить там как можно меньше времени. Не в силах что-либо сделать, он позволил, чтобы его подняли и отнесли ("Mobilispeculum!") в учительскую.

— Ну и что вы думаете об этом зеркале? — спросила МакГонагалл у коллег, когда все были в сборе. Кроме Снейпа, конечно.

— Я думаю, что мое отражение в нем выглядит немного безумным, — ответил Дамблдор. — И цвет моего галстука не улучшает ситуацию.

Ничуть не улучшает, согласился Снейп. Еще как не улучшает.

Следующим был Флитвик. — Боже! — воскликнул он. — я вижу только свою макушку, но даже она выглядит довольно странно.

Купи себе лестницу, — усмехнулся Снейп.

— Кажется, у меня что-то растет на воротнике, — сказала Спраут.

Неудивительно. У тебя на шее можно картошку выращивать.

— Выглядит так, будто я цельный день возился с Мантикрабами. Волосы спалил, — пожаловался Хагрид.

Может быть, лысина как-то сгладит этот дефект, хотя я в этом сильно сомневаюсь.

Тут подошла Трелани. — Я могу попробовать несколько способов Гадания с этим зеркалом.

Сибилла, да ты настоящее-то с трудом видишь, что ж тут говорить о будущем? С другой стороны, может тогда ты хоть ненадолго заткнешься.

Идиотский преподаватель Защиты От Темных Искусств сказал. — Его нужно протереть.

Я счастлив, что традиции преподавания Защиты остаются незыблемыми. Если ты протянешь дольше двух недель, я даже выучу твое имя. Что же, похоже, опасность миновала?— Снейп усмехнулся.

Он подождал, пока все выйдут из комнаты, после чего сконцентрировался и постарался уснуть. Похоже, что он может трансформироваться обратно только во сне. На этот раз он не очень устал, поэтому сон пришел не сразу.

* * *

Несколько недель спустя он снова почувствовал знакомое ощущение подкрадывающегося превращения. Все книги по Анимагическим трансформациям уверяли, что это ощущение должно быстро стать привычным. И правда, оно уже начало казаться довольно приятным, к тому же… ему было чрезвычайно любопытно, во что он превратится на этот раз.

Конечно, еще приятнее было бы оказаться в каком-либо укромном месте, где можно было бы экспериментировать без помех.

Но Снейп с ужасом понял, что явление, которое он называл "одним из этих забавных превращений" (не забывая даже в мыслях заключать это выражение в кавычки), настигло его прямо на пути по коридору. Подобно некоторой разновидности магической эпилепсии, оно не давало человеку возможности сопротивляться.

И надо же – это случилось прямо перед портретом Толстой Тети. К счастью сторож Гриффиндорской гостиной отлучилась на минутку поболтать с кем-то из соседей, а коридор был пуст.

Снейп съежился, начал быстро уменьшаться в размерах, и наконец упал, слегка колыхаясь на легком сквозняке.

Некоторое время не происходило ничего, достойного упоминания. Единственным, что беспокоило Снейпа, оставалась мысль об утреннем уроке, который, судя по всему, он не сможет провести. Потом появился озабоченный домовый эльф, внимательно изучил его, обратив особое внимание на метку под воротником, и сообщил обычным для этих созданий писклявым голосом, что собирается вернуть его законному владельцу. С этими словами эльф потащил Снейпа в Гриффиндорскую гостиную, а потом в одну из спален.

Снейп был мантией. Элегантной черной струящейся мантией. Он изо всех сил скосил глаза, стараясь разглядеть метку. "Г. ПОТТЕР".

Он заколыхался от смеха. В чем тут дело? В зловредном обаянии длинноногого зеленоглазого обормота? Нет! Это всего лишь образец черного юмора, которым славится мироздание.

И тут наступила кульминация.

В комнату вошел Поттер, на ходу разговаривая с Уизли. – Ты не одолжишь мне чистую мантию? Эта вся мокрая, квиддичные в грязи, а остальные я отдал в стирку.

- Нет проблем, только я в обоих запасных мантиях ходил отрабатывать взыскания.

- И что?

- Ну, теперь одна в какой-то слизи, а другая в паутине. Думаю, я лучше надену ту, которая в слизи.

- Знаешь что, спасибо, но похоже я обойдусь, - с облегчением сообщил Поттер, разглядывая разложенного на кровати Снейпа. – Одну из моих мантий уже вернули.

- Я никогда бы не поверил, что чей-то урок по Зельям может оказаться хуже Снейповского, - вздохнул Уизли.

- Угу, - согласился Поттер, стаскивая грязную промокшую мантию. – По крайней мере он никогда не позволил бы Невилу затопить подземелье.

- Да, он всегда старался, чтобы от Невиловских ошибок было плохо только самому Невилу, - подтвердил Уизли, который как-то исчез из поля зрения – наверное менял одну грязную мантию на другую.

Снейп давно вырос из того возраста, когда человеком правят гормоны. С другой стороны, он никогда не обладал свойственной Рону непритязательностью к быту. Вот уж точно, худшее из двух зол, подумал он, и потянулся к Поттеру всеми фибрами своей души. Учитывая, что сейчас он весь состоял из этих самых фибров, он прямо-таки прильнул к парню.

- Ух ты, шелковая! – Удивленно прошептал Поттер, поглаживая Снейпа по груди. – Откуда это?

Что-то из области моего подсознания, подумал Снейп, слегка подрагивая. Не было ни одного разумного объяснения тому, что Снейп превратился в тяжелый натуральный шелк, и он даже ухитрился не заметить этого, пока не услышал восторги Поттера.

Мальчишки не были настолько осторожными, чтобы заподозрить в незнакомом предмете ловушку. Нет, он, конечно, не был ловушкой, но ведь мог быть! Судя по всему Поттера ничему не научило происшествие со Всполохом (ладно, Всполох тоже не был ловушкой, но с таким же успехом мог ей оказаться). Если бы у Поттера было что-то в голове, он мог бы подумать, что ему на кровать подкинули Смертофалд. Если только Поттер когда-нибудь слышал о таких тварях.

Он сосредоточился, надеясь создать булавку в подкладке, чтобы проучить Поттера, но у него ничего не вышло.

- Пошли, Гарри. Или ты собираешься весь день разглаживать свою мантию?

- М-м-м, - рассеянно отозвался Поттер, кружа пальцем вокруг воображаемого соска Снейпа. – Готов поспорить – она будет приятной на теле.

Снейп почувствовал внутри себя незнакомое теплую тяжесть, давящую на каждое их чувствительных местечек. Он никогда не подозревал, что чувствовать, как в тебя проскальзывает Гарри Поттер, настолько приятно. Хотя, все-таки лучше бы не таким образом и не среди дня.

Он беспокойно зашевелился, пытаясь ухватить Поттеровскую ягодицу без помощи несуществующих рук. – Такой впечатление, что эта хреновина шлепнула меня по заднице. Но зато такая приятная ткань… - Поттер перешел на шепот и прикрыл глаза.

Уизли вздохнул. – Правду говорят о подростках. Мы всего-навсего ходячее скопище бурлящих гормонов.

Конечно. Особенно, если судить по твоим братцам. Тогда ничего другого просто в голову не придет.

Поттер полностью ушел в свой маленький мирок. Пальцы продолжали скользить по плотной ткани, задевая горячие, возбужденные соски мальчишки. Это рождало странное ощущение – Снейпу казалось, что он был одновременно и собой и Поттером. Удовольствие удваивалось, отражалось, возвращалось с новой силой…

- Знаешь, я пожалуй подожду тебя снаружи, - вздохнул Уизли.

- А-а-а, что? Ну да, хорошо, спасибо.

Дверь за Уизли захлопнулась.

Поттер отбросил остатки смущения и, застонав, рухнул на кровать, продолжая гладить мантию. Снейпу показалось, что его соски вдруг превратились во впадинки, и соски Поттера попали точно в них. Вообще-то этот необычный эротический опыт невозможно было описать словами. Подходящих слов просто-напросто не было, потому что никто до сих пор…

Потом рука Поттера скользнула к паху, и Снейп сделал еще одно маленькое открытие. Его подкладка была бархатной. Не везде, но в наиболее ответственных местах…И каждая ниточка была мягкой и в то же время возбужденной, и старалась плотнее прижаться к такому же возбужденному и бархатному члену Поттера. Шелк его внешней части заскрипел, отзываясь на мысленные стоны Снейпа.

Он чуть не сходил с ума, и понимал, что ничем не может себе помочь.

Бог мой, в состоянии, близком к истерике, подумал он, Я…я же выдам себя!

Каждый нерв (точнее нить) его тела был натянут, мозги плавились, пара пуговиц с треском отлетела в сторону и наконец безмолвный крик чуть не разорвал благородный шелк, когда Гарри Поттер забился в сладких судорогах.

Снейп слегка заколыхался, расстроенный, что все так быстро закончилось, жадно впитывая в себя сперму Поттера.

Не в силах двигаться, он лежал, ласково обнимая Поттера, и удивляясь, что остался цел после подобного безобразия, а не распался на отдельные нитки.

Он услышал, как внизу Грейнджер о чем-то спрашивает Уизли. Должно быть, интересуется, куда пропал Поттер.

- Гарри? Наверное, метлу полирует, - заорал в ответ Уизли.

Поттер хихикнул. – Надо же сразу все замыть, - пробормотал он, и удивленно пощупал Снейпа.

- Да ты сухая! – Воскликнул он.

Как всегда, подумал Снейп, только на этот раз в его внутреннем голосе слышалось мягкое мурлыканье. Очевидно, мозги у него все же расплавились, а то откуда бы взялось это чувство, подозрительно напоминающее нежность.

Он услышал, как Уизли преувеличено громко топает по ступеням.

- Что, все же понадобится моя мантия? – Поинтересовался он.

- Нет, все сухо. Хотя понятия не имею, как это получилось.

- Это несложное заклинание, - объяснил Уизли. – Я видел его в маминой книге. "Ненавижу заклинания" – кажется так она называлась. Защищает вещи от промокания.

- А, тогда понятно, - Поттер потерял интерес к проблеме пятен и начал рассеянно поглаживать Снейпов рукав.

Ну конечно. Ты никогда не обращал особого внимания на необходимость убирать за собой. Ты оставлял это на долю тех, кто ниже тебя. Или, точнее сказать, просто бросал, не задумываясь, кто сделает черную работу.

Это было странно – ощущать Поттера внутри себя. Как будто держишь кого-то на руках. Мечтал ли он когда-нибудь об этом? Вряд ли.

Нет, пожалуй несколько раз он просыпался, сжимая в руках одеяло – как будто тщательно игнорируемая часть сознания хотела кого-нибудь обнять. Он не хотел даже задумываться об этом. Конечно же, тут нет ничего осознанного и эмоционального. Примитивные инстинкты, только и всего.

Тем не менее сейчас он чувствовал себя сексуально удовлетворенным и уставшим. Ему было тепло и приятно.

Снейп зевнул. Поттер пожаловался, что ему дует в шею.

Заткнись, мальчишка, подумал он, устраиваясь поудобнее, пока Поттер решил поплотнее завернуться в новую приятную мантию. Причем здесь сквозняк, если ему так хорошо, комфортно и хочется спать.

Он почти не замечал, что делает внутри него Поттер. Какие-то обычные ежедневные школьные дела.

Наконец, Поттер бросил его на спинку стула и лег в кровать. Снейп понял, что ему наконец представилась возможность нормально отдохнуть и провалился в глубокий сон. Проснулся он часа в два ночи в идиотской позе – руки и ноги упираются в пол, заднее место в воздухе.

Пары несложных заклинаний оказалось достаточно, чтобы незаметно выскользнуть из спальни Поттера и из Гриффиндорской башни. В такой ситуации трудно было придумать что-нибудь лучше горячей ванны.

Но, добравшись до родного подземелья, он буквально рухнул в постель.

* * *

На следующее утро он со смешанным чувством злорадства и вожделения представлял, как Поттер выйдет к завтраку, ничего не надев под плащ.

— Северус? — окликнула его МакГонагалл, — Почему ты вчера утром не появился на уроках?

— Это тебя касается?

— На протяжении тридцати лет ты не разу не пропускал уроки Зелий, как в качестве учителя, так и студента, — вмешался Альбус. — Даже когда был болен.

— У меня аллергия на некоторые ингредиенты. Не исключено, что она снова обострится, — ответил Снейп. — Не стоит беспокоиться, Альбус. — Он сердито посмотрел на директора. Похоже, тот решил, что со Снейпом все в порядке, раз он не потерял способности к убийственным взглядам.

— Может, стоит подыскать временную замену? — спросил он МакГонагалл. Минерва кивнула в сторону идиотского учителя Защиты.

— Нет, — возмутился Снейп. — Здесь нужен кто-то более компетентный.

— Необязательно, — ответила МакГонагалл. — Думаю, что высший уровень зелий и требует определенных знаний и умений, но в школе любой идиот сможет в течение часа или полутора приглядеть за детьми.

Снейп поморщился. Даже ему с трудом удавалось не дать Лонгботтому разрушить школу. Он уже было хотел сказать об этом, как вдруг его отвлекло чье-то прикосновение к руке.

Снейп оглянулся, но никого не увидел. Через пару секунд кто-то снова провел по коже кончиками пальцев, однако рядом никого не было.

Этот маленький нахал спрятался под своим плащом. Он обнажен! — понял Снейп, разрываясь между гневом, страстью и изумлением. Такие искатели приключений, как Поттер, могли развлекаться весьма опасными играми, и ему вполне могла прийти в голову идея погулять обнаженным перед Снейпом в то время, пока сам Снейп его не видит или понятия не имеет о том, что он обнажен.

Он был очень рад, что Поттер не знал о том, что занимался сексом со Снейпом. Он может зайти слишком далеко в своих играх. Перед глазами тут же появилось видение обнаженного, изгибающегося Поттера… черт, нужно думать о завтраке.

К тому времени, когда Снейпу удалось справиться со своей реакцией, тема разговора уже сменилась.

Ему определенно нужно обрести контроль над своими превращениями. В противном случае он может лишиться своих замечательных подземелий, если его временный заместитель не справится с классом.

Прошло около двух недель, прежде чем снова появилось уже знакомое чувство. Интересно, у анимагов есть подобные циклы?

После завтрака возникло непредвиденное обстоятельство. Перо Поттера вдруг загорелось прямо в кармане.

Поттер поднял вокруг этого абсолютно ненужный шум.

Зелье Отсроченного Возгорания. Неплохо, — подумал Снейп. Он заметил, что Малфой подбирал необходимые для его приготовления ингредиенты.

— Попроси у профессора МакГонагалл запасное перо, — предложила Грейнджер.

Снейп вздрогнул и потянулся за кофе.

Кофе ненадолго мог успокоить его, но это лишь вопрос времени. Он смотрел на свою черную чашку. Можно сделать так, чтобы на столе оказалось две черных чашки, но скрыть такой трюк будет непросто.

Снейп с тоской посмотрел на МакГонагалл. Он ни за что не стал бы просить у Минервы совета, но у нее в кабинете немало весьма полезных книг, и пока она завтракает, можно ими воспользоваться.

Он поднялся, едва не уронив стул, и вышел. Никто никогда не говорил ему "привет" или "до свидания", и этот раз не стал исключением.

В кабинете МакГонагалл сопротивляться трансформации было труднее. На него как будто что-то нашло. Снейп напрягся, пытаясь остановить превращение, но почувствовал, как он уменьшается в размерах. Он знал, что нужно немедленно что-то сделать, быстро и уверенно.

Вот черт! — быстро и уверенно подумал он.

Голова закружилась от возбуждения. Чем он станет на этот раз? Ноги вдруг начали вытягиваться, становясь все тоньше и длиннее. Открыв то, что должно было быть глазами, Снейп увидел, что он превратился в тонкое черное перо.

А. Перо.

Открылась дверь, но это была не МакГонагалл.

Поттер. — Профессор МакГонагалл?

Как ты уже мог заметить, ее здесь нет.

Поттер нерешительно вошел. — Ага, ее здесь нет, зато на столе есть перо.

Он поднял Снейпа, поглаживая его по спине до тех пор, пока Снейп едва не начал мурлыкать от наслаждения.

— Хорошее перо, — мягко сказал Поттер. — Как будто создано для меня.

Страшно подумать.

— Посмотрим, как оно пишет, — протянул Поттер, ища кусочек пергамента.

Снейп коснулся бумаги, и Поттер начал писать. "Быстроногая рыжая лиса"

Снейп перечеркнул это жирной чертой.

— Твое последнее перо определенно умерло от скуки, — написал он. Интересно, кажется, он утратил свой привычный четкий острый почерк.

Поттер разинул рот от удивления, и отшатнулся, все еще держа Снейпа у пергамента.

— Я не чертов Том Риддл, и ты прекрасно знаешь, что он умер! — нацарапал Снейп, поскрипывая от возмущения.

— Может быть и нет, но от этого не становится понятнее, кто ты. Второй раз я на этот трюк не куплюсь. Отец Рона говорит "никогда не доверяй вещи, если не можешь понять, где у нее мозги".

— Да? — со всей любезностью написал Снейп. — А у тебя мозги где?

Поттер фыркнул. — Вовсе необязательно меня обижать.

— Почему?

— Может быть, я и знаменитость, — ответил Поттер, — Но подобно Римским императорам, которые держали специальных рабов, чтобы те напоминали им, что они не боги, у меня есть учителя. И они прекрасно умеют напоминать мне, что я не особенный.

Поттер вздохнул. — Итак, кто же ты?

— Твое перо, идиот, — написал Снейп.

— Это я вижу. Но обычно перья не такие общительные.

— А я такое, — ответил Снейп.

— Понятно.

Снейпа снова подняли. Он почувствовал странное ощущение, когда к его волосам прикоснулись губы Поттера. Дыхание взъерошило его бородки, вызывая весьма необычное возбуждение.

— Пожалуй, мне лучше идти, — сказал Поттер. Он сунул Снейпа в карман и вышел из кабинета.

Путешествие в кармане Поттера Снейпу не понравилось. Там было полно хлама, обычно наполняющего карманы восемнадцатилетних мальчишек. Конфетные обертки. Совиный корм. Полироль для метлы. Деревянные стружки. Рядом со Снейпом бился снитч, неприятно царапая его крылышками.

В конце концов Снейп оказался весьма помятым. К тому же он проткнул кончиком маггловский конверт.

Поттер осмотрел перо и вздохнул — Ну прямо как мои волосы. Они и пяти минут не могут полежать ровно.

Снейп с помощью Поттера освободился от конверта и начал на нем писать. — Можешь попробовать привести меня в порядок и завернуть.

Поттер очистил Снейпа от крошек и уложил в деревянную коробочку, приятно пахнущую сандалом.

Снейп лег поудобнее и наконец-то расслабился.

До конца дня он дремал, пока Поттер не решил начать делать уроки.

* * *

Первое сочинение, которое Поттер должен был написать новым пером, предназначалось Флитвику. "Общие черты и различия в использовании магии контроля температур в Чарах Охлаждения и Чарах Огнетушения".

Они очень похожи, - написал Поттер.

Снейп решительно зачеркнул написанное, заменив его собственным вариантом: Не смотря на то, что Чары Охлаждения и Чары Пожаротушения очень сходны на первый взгляд, между ними существует несколько существенных отличий.

- Кем ты было в предыдущей жизни? – Поинтересовался Поттер. – Занозой в заднице?

Нет, идиот, таково мое амплуа в этой жизни! Подумал Снейп, и продолжил писать: В то время, как Чары Пожаротушения в сущности безопасны и могут применяться даже детьми и полными идиотами, Чары Охлаждения должны постоянно оставаться под контролем подготовленных колдунов, способных нести ответственность за свои действия. Их неправильное использование может повлечь за собой тяжелые последствия и побочные эффекты.

- Например?

Снейп, почувствовав приток чернил, погрузился в привычное просвещение невежественного студенческого разума. Непривычным было только удовлетворение от процесса. Да, Грейнджер была умна настолько, что это практически соответствовало ее самомнению, а Малфой время от времени бросал на него недвусмысленные страстные взгляды, но Снейпу редко встречался ученик, поначалу буквально излучающий отчаянную скуку, а потом вдруг заинтересованно заявляющий "Кажется, я понял" и начинающий задавать вопросы.

У Поттера никогда не было проблем с умом и сообразительностью. Ему мешала только невнимательность. Исключив влияние личной неприязни, они начали быстро продвигаться в поисках истины.

Через полчаса плод их совместных усилий был готов, причем результат удовлетворил даже Снейпа.

- Замечательно, - улыбнулся Поттер. – Как ты думаешь, что мы за это получим?

Снейп повернулся к ненужному обрывку пергамента и нацарапал "С++".

- Что-то сомневаюсь, - возразил Поттер.

Снейп был всерьез озабочен, проснувшись утром все еще в виде пера и все еще в Поттеровском пенале. Обычно глубокий сон помогал обратному превращению, так почему же на этот раз ничего не вышло? Он навсегда остался Поттеровским пером? Разве это жизнь!?

Он полностью исключал тот вариант, что в глубине души тайно мечтал превратиться в пишущий инструмент Гарри Поттера. Он отказывался верить в подобную чушь. И то, что прошлым вечером он наконец по-настоящему почувствовал себя учителем, не мог играть никакой роли в происходящем.

Не то, что ему доставляло особое удовольствие терроризировать детишек, но временами казалось, что это единственное развлечение, которое ему доступно. Но чрезвычайно редко Снейп чувствовал, что кто-то из учеников действительно интересуется Ответом. Обычно дети хотели знать Ответ, чтобы понравится Снейпу (Малфой) или чтобы Снейп не слишком злился (остальные). Он искренне тосковал по ученику, которому доставлял бы радость процесс поиска Ответа, а эти детишки хотели найти готовый Ответ, чтобы наконец перестать думать.

Причем это было их нормальным состоянием – не думать.

- Знаешь, - сообщил Поттер, с улыбкой глядя в пенал, - ты правильно угадало оценку за сочинение. Я… точнее мы… получили С++. Похоже, у тебя здорово получается угадывать. Кем же все-таки ты было раньше?

Ну давай, давай, угадывай!

- Может… ты было… ручкой учителя? – Предположил Поттер, весьма довольный своей загадкой.

В некотором смысле. Согласился Снейп, стараясь не думать, что практически не огорчен перспективой еще на день остаться пером.

Денек оказался спокойным. Сначала Поттер оставил его спокойно полежать в пенале, а Снейпу всегда нравилось подумать наедине, не боясь быть прерванным и вовлеченным в разборки с окружающими. Еще у Поттера была привычка доставать перо и задумчиво поправлять бородку, добиваясь некоторого недостижимого совершенства, и эти действия странным образом успокаивали.

Ощущения от того, что Поттер водил оперенной стороной по губам, было волнующе эротичным, но оказалось, что все это мелочи. Вечером мальчишка разделся, и начал водить кончиком пера по своим соскам.

Из Снейпа начали протекать чернила, но мастурбировать в таком виде он не умел, и всю ночь не мог заснуть.

Его пенал был старым, украшенным изображением Гриффиндорского льва – явно работа самого Поттера, комбинация резьбы ножом и подрисовки красными чернилами.

Пока Поттер спал, Снейп изо всех сил старался сосредоточиться и превратить свои чернила в зеленые. Потом он изобразил змею. Предполагалось, что она будет бороться со львом, но Снейп был еще худшим художником, чем Поттер, и было больше похоже, что лев со змеей страстно обнимают друг друга.

Следующим вечером Поттер должен был написать сочинение для Хагрида: "Смертофалд – чрезвычайно опасное животное".

- Логичное утверждение, - нацарапал Снейп. Он никогда не любил монстров, к тому же из-за хронической сексуальной неудовлетворенности был в ужасном настроении.

Поттер сердито посмотрел на него. – Я не могу так написать!

- Ты вообще слышал хоть что-нибудь о Смертофалде, мальчишка? – Нацарапал Снейп на клочке пергамента, который Поттер подсунул ему специально для язвительных комментариев, чтобы не пришлось переписывать сочинение начисто.

- Название слышал. Но подробности никак не могу вспомнить.

- Это тварь, напоминающая по виду большой черный плащ. Оно подкрадывается к спящим людям, окутывает их, душит, и переваривает прямо в кровати, не оставляя никаких следов, - написал Снейп. Он уже собирался добавить. – Ты должен был подумать об этом, когда обнаружил на своей кровати странную черную мантию! – Но вовремя вспомнил, что перу Поттера неоткуда было знать об этом происшествии.

Поттер поежился. – А что-нибудь хорошее ты можешь о нем сказать?

- Только то, что у нас он не водится. Только в тропиках, - написал Снейп.

- Хорошо. Я, по крайней мере, рад это слышать.

После изложения подробностей, занявшего фута два, Снейп выскользнул из пальцев Поттера и смог, наконец, отдышаться.

- Ну и как ты думаешь, что мы получим?

- Е с минусом, - написал Снейп.

- Не думаю, что все так плохо, - возразил Поттер.

- Хагрид предпочитает, - крошечными буквами написал Снейп, - когда студенты видят странную красоту в созданиях, которых он называет "интересными зверушками".

- Ладно, завтра утром посмотрим, что там можно исправить, - зевнул Поттер.

Но несмотря на все свои усилия, они не смогли придумать ничего хорошего о Смертофалдах.

Поттер оставил сочинение без исправлений. После завтрака, он стоял в коридоре, задумчиво посасывая голову Снейпа. Было нечто чрезвычайно возбуждающее в том, что Поттер, по сути, облизывал грязные волосы своего ненавистного профессора Зелий. Нет, у Снейпа не было конкретного желания задеть чувства мальчишки – его вообще не касались чувства Поттера, хотя сам юный обормот (с общего одобрения окружающих) и считал себя пупом земли и центром мироздания.

Уизли раздраженно попросил. – Прекрати, Гарри. Вечно ты сосешь свои перья. Ты сделал домашнюю работу? – С надеждой спросил он.

Поттер вздохнул. – Опять ты успел спросить об этом первым.

- Если не сделал, мне все равно будет приятно об этом узнать. Для моральной поддержки.

В библиотеку вошла Грейнджер. – Вы сделали домашнюю работу? – Спросила она.

- Нет, - ответил Уизли.

- Нет, - из солидарности ответил Поттер, хотя держал в руках почти готовое сочинение.

Гриффиндорцы врут не меньше, чем все остальные! Возмущенно подумал Снейп, но потом вообще потерял способность к размышлениям, потому что Поттер машинально повернул его в руке и теперь посасывал кончик. С учетом нынешних размеров Снейпа, ощущение было по меньшей мере странным. Как будто Поттер медленно всасывал всю нижнюю часть его тела, причем кончик языка мальчишки задумчиво поигрывал с членом.

Это было блаженством. Прошли годы с тех пор, как с ним проделывали подобные вещи. И, не выдержав, он выстрелил в рот Поттеру струйкой синих чернил.

Поттер закашлялся и сплюнул в носовой платок.

Ну ладно. Я прошу тебя за то, что ты не проглотил. Но только на этот раз, — великодушно пообещал Снейп.

- Я не знаю, почему это тебя удивляет, Гарри, - заявила Грейнджер. – Мог бы уже привыкнуть, с такой-то глупой привычкой.

- Ужасная дрянь на вкус, - пробормотал Поттер.

Ничего подобного! Возмутился Снейп, но потом подумал, что в такой форме возможно и дрянь.

- Рон вообще жует свои перья, - продолжал защищаться Гарри. – Я же так не делаю.

И слава Мерлину! Поежился Снейп.

Усталый и опустошенный после долгожданной разрядки, Снейп продремал остаток дня, встряхиваясь только для самых необходимых язвительных реплик, или если от него срочно требовалась информация.

* * *

Следующим было сочинение по Зельям.

Снейп собрался с силами и начал писать, писать, и писать. Предмет был интересен, и он, конечно же, не упустил возможности найти три или четыре логические ошибки в постановке вопроса.

Когда они закончили, Гарри откинулся на стуле, потирая запястье.

— Кажется, я руку потянул, — пожаловался Гарри.— Никогда бы не подумал, что это возможно, когда делаешь уроки.

— Ха, — написал Снейп на листе бумаги, предназначенном для его комментариев. — Готовишься установить мировой рекорд по мастурбации, да?

— Ты же перо! — возмутился Гарри.

— Я знаю, — ответил Снейп.

— Ты не должно знать о грязных подростковых штучках. Интересно, а что ты думаешь о нашем ненормальном учителе Защиты. Похоже, в Зельях ты неплохо разбираешься.

Гарри пришлось достать новый листок пергамента, чтобы Снейп смог уместить на нем все недостатки идиотского учителя, начиная с "не способен поддерживать элементарный порядок" и заканчивая "не знаком с ингредиентами", "отвратительная техника" и "отсутствие элементарных знаний".

— Да уж, а по занудству почти такой же как Снейп. В классе постоянно что-то случается, но он никак не может привлечь к себе внимание.

— Думаю, что твой учитель Зелий скоро вернется, — написал Снейп, очень на это надеясь.

Последовала пауза.

— Забавно, — сказал Поттер. — Я скучаю по Снейпу.

— Что?!?!— изумился Снейп, трижды подчеркнув написанное.

— Да знаю, знаю. Я всегда думал, что я его ненавижу. Но он умный, у него хорошее чувство юмора, хотя и немного извращенное. И о нем можно пофантазировать.

— Нельзя так думать о своем учителе! — негодовал Снейп.

— Я знаю. Но не могу остановиться.

— О, да, — язвительно написал Снейп. — Правила не для Поттера.

— Да ладно, мне всего семнадцать, но я уже испытал многое, чего не испытывали другие в моем возрасте. Угроза смерти. Дуэли. Темные Колдуны, пытавшиеся меня убить. Насмешки всей школы. Смерть моих товарищей. Если это в моем возрасте позволено, — сердито продолжил Поттер. — Я не понимаю, почему запрещено то, что может доставить не удовольствие. К примеру, фантазировать о нем и думать, как я воплощу свои фантазии, если только он мне позволит.

— Он никогда этого не сделает, — настаивал Снейп.

— Может быть, ты и прав, — вздохнул Поттер, взъерошивая волосы. — Да ладно. Как ты думаешь, что мы получим? Ты всегда угадываешь лучше.

Угадываешь? — возмущенно подумал Снейп и написал. — Минус.

Гарри получил Д с припиской "Зайди ко мне!"

Так и выяснилось, что думает этот идиот о любых новшествах.

Пока Поттер был на тренировке по квиддичу, Снейп выбрался из коробки и написал ему гневное письмо, заметив в нем, что Поттер получает дополнительные уроки по Зельям. Он оставил письмо на столе, надписав соответствующий адрес. Убедившись, что домовой эльф позаботился о почте, Снейп отправился в кровать — точнее, в коробку.

Позже той же ночью, когда Снейп отдыхал в своей шкатулке, Поттер вытащил его. — Ты написало письмо учителю, замещающему Снейпа.

— Да, — написал в ответ Снейп.

— Спасибо, конечно, — сказал Поттер.— Но лучше бы ты этого не делало.

— Чего?

— Конечно, можно поверить, что письмо написал сам Снейп, учитывая, что ты чем-то на него похоже, но ведь все знают, что он не появлялся уже несколько недель.

Типичное подростковое преувеличение, — подумал Снейп. — Меня не было всего пять дней.

Это уже начинало его волновать. Прежде ни одно превращение не длилось так долго. Это странное обстоятельство вызвало у Снейпа неприятные воспоминания о том, что говорила его мать, если сын начинал корчить рожи. – "И ветер меняется, и ты когда-нибудь станешь другим".

— Я не хочу, чтобы тебя забрали в Отдел Сомнительных Артефактов. Странно, но ты мне почему-то очень нравишься, — сказал Поттер.

Если бы у Снейпа были глаза, он бы их закатил. Ох уж это гриффиндоцы!

— Судя по всему, тебя зачаровал Снейп, — заметил Поттер, зевая и потягиваясь.

Неужели тебе никогда никто не говорил о различиях между зачарованным предметом и превратившимся в него колдуном? — мысленно простонал Снейп. Хотя он был уникален в своем роде, поэтому вряд ли Поттер мог догадаться о его происхождении.

— Спокойной ночи, — пробормотал Поттер, отправляясь в постель. Снейп остался лежать на краю стола.

Он никогда не представлял, что может нравиться Поттеру, или что тот попытается его защитить. Почему же теперь у него было ощущение, словно достигнуто какое-то взаимопонимание? Снейпу вдруг расхотелось спать в коробочке. Проснувшись среди ночи развалившемся на поттеровском столе, Снейп даже не удивился. Он наложил заглушающие чары, чтобы никто из гриффиндорцев не услышал его шагов, и тихонько вышел.

* * *

Через пару недель он снова почувствовал приближение трансформации.

Ни одной мысли, твердо сказал он себе, которую можно было бы истолковать двояко. Он направился в библиотеку, по пути внушая себе: Книга. Солидный том в обложке из черной кожи. И с серебряной змейкой на корешке.

К ужасу своему, он превратился в черный, кожаный, элегантной формы… фаллоимитатор, украшенный, как и было заказано, серебристой змейкой, обвивающейся вокруг него. Ни один нормальный человек не поверит, что такую вещь просто оставили полежать. Надежды на то, что его не заходят использовать в извращенных целях, оставалось мало. Собственно, извращения были нормальным применением для подобной штуки.

В библиотеке появился Гарри Поттер. На его лице промелькнуло выражение "ой-что-я-нашел", и парень быстро сунул Снейпа в карман. – Вот повезло! – Радостно пробормотал он себе под нос. – Такую вещичку просто так по почте не закажешь, особенно на адрес школы.

Как я ухитрился вляпаться в такую историю? Пытался понять ошарашенный Снейп, пока Поттер тащил его в спальню, ощупывая по дороге.

- Кто еще опоздал на ужин? – Громко спросил Поттер, обращаясь к пустой гостиной. Ответа не последовало, и мальчишка, радостно присвистнув, поскакал по ступенькам, заставляя Снейпа почувствовать себя еще хуже.

Он собирается воспользоваться мною! Прямо сейчас! Снейп метался между паникой, возбуждением и любопытством. Действительно – каково это – быть эрекцией вместо того, чтобы просто быть с эрекцией.

Он с отчаянным усилием попытался трансформироваться в нормальный вид прямо в кармане у Поттера, но через минуту оказался в руках парня, от души смазанный каким-то жутким дешевым любрикантом. Он начал извиваться, пытаясь вырваться, но смог только шлепнуться на кровать.

- Он двигается! – Поттер чуть не задохнулся от восторга, с обожанием глядя на Снейпа. – Никогда еще не видел такой классной штуки!

Странно, но Снейп почувствовал себя польщенным. Потом Поттер начал раздеваться. Зрелище, надо признать, было увлекательным, но это не помогало отвлечься от ужасных мыслей. К тому же Снейп еще не готов был признать, что ему нравится вид голого Поттера, да и все равно его собирались засунуть в место, откуда ничего не будет видно.

Там темно, мрачно думал Снейп, и я глубоко сомневаюсь, что Альбус одобрил бы подобную форму факультативных занятий. Он представил себе улыбку Альбуса. Чрезвычайно глубоко сомневаюсь. И потом, все равно рано или поздно придется признаться во всем Поттеру, и он тоже вряд ли обрадуется.

И тут он похолодел от еще одной кошмарной мысли. А что произойдет, если он начнет обратную трансформацию в самый неподходящий момент? Ему нравилось доставлять людям мелкие неприятности, но сейчас по его вине мальчишка мог умереть такой смертью, что разве что только МакНейеру могло доставить удовольствие видеть это.

Он задрожал от ужаса, что только подстегнуло мальчишку.

- Тише ты! Интересно, у тебя есть какой-нибудь переключатель?

Снейп сражался, как мог. Несмотря на свое явное физическое возбуждение, он заставил себя стать мягким, буквально согнувшись в руках Поттера.

- Вот черт, теперь он вообще выключился, - раздраженно пробурчал Поттер. – Может тут нужно какое-нибудь заклинание? – Он нацелил на Снейпа палочку и пробормотал. - ?Transformeo,’ нет, это совсем не то… эй, что за ЧЕРТ!

Тут до Снейпа дошло, что он вернулся в нормальное состояние, оказавшись распростертым на спине прямо под Поттером, который с вытаращенными глазами сидел у него на бедрах, вцепившись побелевшими пальцами в полог кровати.

- Что… черт… что….

Поттер побелел настолько, что ему явно требовалась медицинская помощь, обычная при шоке. Снейп решил, что никакие слова в данном конкретном случае не помогут. Поттер несколько раз моргнул, потом медленно отпустил полог.

- Ничего себе.

- Это точно.

- Вполне.

- Ни хрена себе, сюрприз.

- М-м-м.

- Мне почти так же неприятно.

- Что вы имеете в виду, говоря "почти", Поттер? Меня только что чуть было не засунули в очень тесное место, причем последствия могли быть катастрофическими.

- В виде… той штуки … вы намного забавнее, чем в роди учителя, сэр, - с самым невинным видом заявил Поттер.

- Эти две роли отнюдь не исключают друг друга, - возразил Снейп, которому уже давно многочисленные комментарии по поводу выбранной им карьеры. Временами у меня в руках оказывается не черпак, а эрекция. И иногда даже не моя собственная.

- М-м-м, - Поттер бросил на него весьма двусмысленный взгляд и медленно провел пальцами по груди Снейпа.

- Поттер?

- Знаете, я немного не в себе от шока, к тому же я чувствую некоторую… потерю.

- И я могу ее возместить? – Ехидно предложил Снейп.

- О, я думаю ваша нога пока прекрасно с этим справляется, - Поттер прикрыл глаза и застонал, слегка двигая бедрами.

- Да что ты? – Удивился Снейп. – Которая?

- Левая? Или правая? Ох, как я не люблю выбирать. Я всегда стараюсь выбрать что-то между, - Поттер погладил выбранное место. Даже сейчас, когда рука не могла обхватить все тело Снейпа, ощущения оставались восхитительными.

Снейп издал какой-то звук. Но это не было словом.

- Извините, Профессор, я не понял.

- Не называй меня "профессор", - сердито потребовал Снейп. Его учительская карьера относилась к печальной реальности, о которой сейчас вспоминать совершенно не хотелось. К тому же, его учительская карьера, возможно, на этом и закончится.

- Ладно, Сев.

- И не называй меня "Сев"! – Рявкнул Снейп.

- Ну не могу же я, в самом деле, обращаться к тебе "дорогой", - заявил Поттер, убирая руку и поднимаясь.

- Ладно, можешь звать меня "Сев". Если, конечно, вернешь руку туда, где она была.

- Да, дорогой, - быстро согласился Поттер, хлопая ресницами.

Снейп закатил глаза. – И как только я ухитрился в это вляпаться?

- Сначала ты одолжил мне…. – начал Поттер, нащупывая пуговицу на одежде Снейпа. – Я думаю, ты знаешь, как это расстегивается? Ведь вряд ли ты спишь одетым, прислонившись к котлу.

- Послушай, расстегни ее, и не болтай зря, Поттер!

- Только если ты будешь звать меня Гарри, - третья пуговица…

- Это действительно необходимо?

Поттер прекратил возиться с застежкой. – "Профессор" или "сэр" – хорошо на уроке, правильно?

- Правильно, - мрачно согласился Снейп.

- А мы сейчас не на уроке, правильно?

- Правильно.

Поттер ждал, поигрывая очередной пуговицей.

- Я понимаю, к чему ты клонишь, Поттер. – Но хотелось бы, чтобы ты делал это побыстрее.

- Ты совсем не хочешь мне уступать, Сев. Ни в чем. А хотелось бы договориться. – Ухмыльнулся Поттер, многозначительно приподняв брови.

- М-м-м. Я буду звать тебя Гарри, если ты пообещаешь хорошо себя вести.

- О, я обещаю вести себя просто замечательно, Севви.

- Если ты хочешь увидеть, как я вылетаю из двери, ты на правильном пути. – И расстегнутая мантия мне не помешает подумал Снейп, осознав, что неспешный стриптиз успел зайти уже довольно далеко.

- Хорошо, никаких "Севви", мой дорогой, но называй меня "Гарри".

- Думаю, в этом есть резон, - неохотно сдался Снейп, и подумал, что у него в голове начинает вырисовываться совершенно новая система правил и наказаний. Никаких "Профессор" или "дорогой", точно уж никаких "Севви". Вычитание баллов за слишком медленное раздевание. Эти размышления прервал Поттер… Гарри, начавший играть теперь уже не с пуговицей. Снейп захныкал.

- Это не слишком грубо? – Осведомился Гарри.

- Н-н-н-н, - ответил Снейп.

- Хорошо, - Гарри продолжал в том же духе, пока Снейп не скомандовал.

- Остановись.

- Конечно, - покорно ответил Гарри. Хотелось бы мне, чтобы он также охотно подчинялся на уроках. Подумал Снейп, когда Гарри убрал руку. Сейчас он чувствовал себя немного… обделенным.

- Подготовь себя, Гарри, - скомандовал Снейп. – Я надеюсь, что ты не собирался воспользоваться той штуковиной, не зная, что делать.

- Нет, что вы, сэр.

- И разденься, наконец.

- Да, сэр.

- И прекрати называть меня "сэр".

- Да… Сев.

- Ну и чего же ты ждешь?

Гарри снял очки, бережно пристроил их на тумбочке, и начал расстегивать мантию.

- А разве нельзя просто снять ее через голову, - спросил Снейп, начиная терять терпение.

- Можно, конечно, но так забавнее.

Снейп сердито взглянул на Гарри и скользнул рукой по ногам парня, подталкивая вверх его мантию. – Для тебя, возможно.

- Ты что, все время собираешься мной командовать?

- Да.

- Ну ладно.

- Поттер, ты маленький… ты что, всегда ходишь в таком виде? Чтобы ветерком продувало? – Внезапно Снейп вспомнил, каково было быть мантией, наброшенной на голое Гаррино тело, да еще в то время, как мальчишка ублажал сам себя.

- А ты? – Поинтересовался Гарри, покачивая бедрами так, чтобы рукам Снейпа доставалось как можно больше обнаженной кожи.

- Обычно нет, но, учитывая обстоятельства, сегодня это оказалось очень кстати.

- Раз уж ты упомянул – а с чего все началось?

- Я практиковался. Кажется, абсолютно всем известно, что я не особо силен в Преобразованиях.

- М-м-м… мне так не показалось, - кокетливо возразил Поттер.

- Должен заметить, что такую… необычную форму я принял непреднамеренно.

- Значит, это был несчастный случай? Удачно получилось.

- Вполне.

- А может было бы даже интереснее, если бы ты превратился потом. Ну после того, как…

- А если бы я задохнулся? Или начал превращаться прямо в процессе?

- Теперь, когда ты это сказал, я понимаю, что нам повезло, - Гарри казался обеспокоенным. Хотя Снейпу всегда хотелось, чтобы Гарри серьезнее относился к жизни, сейчас его вид, к его собственному удивлению, взволновал Снейпа.

- Я бы не позволил, чтобы что-то случилось, - пробормотал он. – В сущности, я это и сделал.

- Да, согласился Гарри. – Я не хотел бы, чтобы ты оказался внутри меня прямо весь. Если только соответствующая часть.

Соответствующая часть оживилась. -

Ему нравится моя мысль, - сообщил Гарри. -

У него плохой вкус, - заявил Снейп. -

Правда, что ли? Дай-ка мне попробовать, - и Гарри скользнул вниз. -

Ты с'в'шенно не п'ав, - невнятно сообщил он с полным ртом Снейпа. -

Что? – Несколько смущенно переспросил Снейп.

Гарри приподнял голову. – Я говорю, что мне понравилось. Вот попробуй, - предложил он, прокладывая вверх дорожку из поцелуев (живот, сосок, шея, рот).

Снейп застонал. Он действительно чувствовал на губах Гарри свой солоноватый вкус. Он всегда признавал справедливым правило о том, что нельзя совращать учеников. А были ли правила о поведении в ситуации, когда тебя самого совращают? Губы Гарри были такими пухлыми и мягкими, а язык так настойчиво изучал рот, что Снейп довольно быстро перестал думать о всяких мелочах.

Мантия Гарри была расстегнута и начала сползать с плеч, и Снейп смирился с мыслью о том, что скоро кончит прямо на горячее бедро или на эту чертову мантию, но проклятый мальчишка остановился и отодвинулся.

- Нет, не так.

Разум Снейпа снова начал функционировать. - У тебя есть опыт секса с мужчиной? - Спросил он напрямик.

- Достаточный.

- Очень растяжимый ответ. Может означать все, что угодно, от "один раз, с трудом", до "один раз даже со всей квиддичной командой". Подробности были бы не лишними.

- Два раза, - ответил Гарри. – Или, возможно, три.

- Не так много, чтобы не помнить – два или три.

- Просто я немного сомневаюсь, стоит ли считать первый раз? – объяснил Гарри. – Это было что-то вроде эйфории после выигранного матча. "Ты классный парень, но я не хочу впутываться во что-то серьезное". Мы быстро разбежались. А вторым был Фред. Или Джордж. Ну, кто-то из них.

Гарри поднялся и позволил мантии упасть на пол.

- Не уверен, который? - Ехидно осведомился он. Вообще-то я и сам не смог бы отличить одного от другого, но я не интересовался ими настолько, чтобы дойти до секса.

- Да вроде того. Они оба там крутились, и мы страшно напились. Все было как в тумане. – Он помолчал. – Это грустно, но сейчас я об этом жалею. Я хотел бы серьезных отношений, но никто не предлагает мне ничего более интересного, чем восхищение великим героем.

- Со мной таких проблем нет.

- Точно. – Подтвердил Поттер. По его виду было не похоже, что его слишком огорчает отсутствие преклонения со стороны Снейпа. – Так ты хочешь попробовать еще раз?

- Я и одного-то раза не должен был пробовать, Поттер, - сердито посмотрел на него Снейп.

- Я Гарри, мы же договаривались, - упрямо напомнил Гарри. Откинувшись на кровать, он начал медленно наносить на себя любрикант, следя за реакцией Снейпа.

У того пересохло во рту. Он не мог сказать ни слова.

— Я правильно делаю, сэр?

Снейп начал понимать, что есть вещи гораздо хуже, чем непослушание студента — а именно то, что вышеупомянутый студент вдруг начинает проявлять знания в ток области, о существовании которой он не должен даже догадываться.

— Я не уверен, что это достаточно глубоко, — сказал Гарри. — А вы как думаете, сэр? Попробуйте и скажите, как вам кажется?

* * *

Он был немного шокирован тем, насколько быстрыми и умелыми могли быть эти пальцы. Может быть, у Гарри было немного сексуального опыта, но он определенно знал, какие ласки ему нравятся, и не стеснялся в выражении своих эмоций.

— Не называй меня сэр, — приказал Снейп.

— Конечно нет, сэр.

Похоже, Гарри был уже неплохо подготовлен, поэтому Снейп начал наносить любрикант на себя. — Где ты достал эту гадость, Поттер? Она не подходит даже для мастурбации, не говоря уж о нормальном сексе.

Гарри вскрикнул.

— А теперь-то что? — рявкнул Снейп. Он подумал, что Поттер мог изменить решение, и эта мысль ему совсем не понравилась.

— Я просто представил, как ты прикасаешься к себе. Как все нормальные люди. Я хотел бы посмотреть, как ты кончаешь.

Снейп отдернул руку.

Гарри хихикнул. — Как-нибудь в другой раз. А сейчас… — он накрыл Снейпа своим телом.

Снейп зажмурился.

— Не волнуйся, — сказал Гарри. — Думаю, я справлюсь. — Снейп уже хотел поинтересоваться, собирается ли Поттер вообще что-нибудь сделать, когда Гарри вдруг начал двигаться. Снейп почувствовал, как его напряженный член входит в теплую тугую плоть Поттера.

— Тебе… больно? — спросил Снейп, едва найдя в себе силы говорить.

— Не очень. Не двигайся пока.

— … не могу…

— Хорошо.

Дюйм за дюймом Гарри опустился на него. Снейп вынужден был признать, что мальчик прекрасно умеет себя контролировать, хотя его поведение за все эти годы говорило об обратном.

Все глубже и глубже. Что я сделал, чтобы заслужить это? — подумал Снейп.

Глубже.

— Ну вот, — пробормотал Гарри. — Теперь твоя очередь двигаться, Сев.

— … больно?… — снова спросил Снейп.

— Не знаю, — ответил Гарри, тяжело дыша.

Снейп осторожно обнял его.

Гарри вздохнул. — Обними меня крепче, Сев.

Снейп подчинился, но этого было недостаточно. — Я сказал, обними меня. Крепко.

Снейп послал к черту самоконтроль. Он обнимал Гарри. Может быть, он умел быть жестоким, но сейчас ему хотелось… да, страсти. Тепла. Снейп прижался к Гарри, и впился поцелуем в его плечо.

— Отлично, — сказал Гарри. — Продолжай. И трахни меня, наконец.

И вот я уже выполняю приказы Спасителя Магического Мира. Конечно, я не бессловесный раб, если это что-то еще означает…

— Ну давай же!

Снейп сделал толчок вглубь этого мягкого тела.

Гарри охнул. Снейп тоже. Потом Северус откинулся на спину, потянув за собой Гарри, так чтобы снова коснуться губами его плеча. Задыхаясь от желания, он попытался проникнуть еще глубже. Его член погружался в самое прекрасное, теплое и тесное место, в которое ему удавалось попасть за последние несколько лет.

Даже когда он сам был подростком, он ни разу не становился чьим-то предметом мечтаний.

— Я сейчас кончу, Сев, — задыхаясь, сказал Гарри.

— Вполне возможно, — подтвердил Снейп.

— Хорошо-о-о! — воскликнул Гарри и кончил.

Никакой тонкости, — подумал Снейп. Молодой, глупый, неотесанный и…

Он вскрикнул, сделав еще одно, последнее движение бедрами и излившись в глубину молодого тела.

… и чертовски хорошо трахается, если быть честным, — закончил он, блаженно расслабляясь.

Гарри откинул волосы с лица, пытаясь справиться с дыханием. — Как ты думаешь, ты сможешь превратиться во что-нибудь еще?

— Что именно ты имеешь в виду?

— Ну, учитывая, в каком виде я тебя нашел… — протянул Поттер с нехорошим блеском в глазах.

— Нет. Определенно нет.

— Ну это же не настолько будет отличаться от того, что мы только что делали.

— Я не собираюсь превращаться в извращенные игрушки ради твоего удовольствия, Поттер.

— Ой, ну почему бы нет?

— Для игр у меня есть специальная комната, — ответил Снейп, усмехнувшись.

— Комната для игр? Ты же не имеешь в виду шахматы, правда?

— Нет. Если кто-то живет и работает в подземелье, он определенно должен позаботиться о хороших декорациях.

— А все-то думают, что ты занудный, скучный, мерзкий старый…

Взгляд Снейпа заставил его замолчать.

— Ну кроме того, что ты удивительно привлекательный… (поцелуй) … чертовски сексуальный… (поцелуй)… соблазнительный мужчина, которому приходится заниматься скучной работой.

— Ну, возможно я мог бы тебя переубедить, показав, насколько возбуждающими могут быть зелья.

— Правда?

— Я так и знал, что ты удивишься.

— Ты прав, я удивлен и с нетерпением жду, когда ты мне это покажешь. Ну, как я тебе?

— Даже лучше, чем раньше, — рассеянно заметил Снейп.

— Что? — переспросил Гарри. — О чем это ты? Если бы я раньше занимался с тобой сексом, я бы определенно это запомнил.

Снейп усмехнулся своей особой усмешкой, приберегаемой для исключительных случаев. Он провел пальцем по губам Гарри, как всегда испачканным чернилами. — Я говорил тебе, что не вполне контролирую свои превращения. К примеру, пару недель назад я был твоим пером. Черным, прекрасно лежащим в твоей руке. Ты еще размышлял тогда о том, куда мог подеваться твой учитель Зелий.

— А, так это был ты! Но между сексом и рассеянным поглаживанием есть разница, — возразил Гарри.

Снейп рассмеялся. — Я сейчас не имею в виду твои руки на своем теле.

— А что же?

— Твой рот.

Гарри оторопел.

— Конечно, я предпочитаю, когда мой партнер глотает, — продолжил Снейп. — А ты выплюнул чернила.

Гарри неуверенно засмеялся.

— Думаешь, я шучу? Это весьма необычный способ достигнуть оргазма, но довольно приятный.

— Правда? — спросил Гарри. — И на что это похоже — кончить чернилами?

Снейп задумался. — Ощущение… чего-то очень синего.

— А кончик пера — это твои ноги или голова?

Снейп усмехнулся, наблюдая за попытками Гарри задействовать высшие мозговые функции. — Кажется, ноги вообще не участвовали в этом превращении… Осталась только нижняя часть тела.

— А как ты понял, что стал… пером, Сев?

— Я инанимаг. Насколько я знаю, до меня этого никто не делал.

— Это как "неодушевленный" и "анимаг" одновременно?

— Точно.

— А как это началось?

— Я услышал, как Минерва рассуждает о Зельях. "Любой может сварить неприятные на вид и на запах смеси, но настоящая магия требует больших способностей".

— Ты рассердился?

— Я рассвирепел, Гарри. Мне ужасно захотелось сделать что-то, чего я обычно не делаю. Если паршивая псина способна на это, почему я не могу?

— Это было очень плохо, Сев?

— Это немного отличалось от того, что я себе представлял. Возможно, мне не хватило врожденной способности к преобразованию, и я приобрел необычную форму.

— Неплохая способность для шпиона. Жаль, что тебе больше не нужно шпионить.

Снейп кинул на него свой лучший взгляд, говорящий "Какой идиот".

— Ну ладно, ладно. Волдеморт умер.

— Природа не терпит пустоты. Человеческая природа не терпит пустоты во власти. Думаю, что ты не забыл, что произошло, когда мы думали, что Волдеморт умер. Мне кажется, что прямо сейчас опасности нет, но не стоит забывать о ее возможности.

— Хватит рассуждать, Сев. Стоит подумать о природе твоих превращений.

Снейп вздохнул. — Я стараюсь, но это абсолютно новая форма магии, и Министерство точно ее не одобрит. Поэтому я экспериментирую довольно редко и в спокойной обстановке. — Он снова вздохнул. — Я всегда хотел заниматься научными исследованиями, а теперь, когда нашел тему, она оказалась запретной. Точнее, она станет запретной сразу, как только министерство узнает, что это вообще возможно. Как смешно.

— Ты можешь найти помощника, — предложил Гарри, прижимаясь к нему. — Сириус говорит, что всегда лучше работать вместе. Ты ведь возьмешь ученика?

— Тебя? — удивленно спросил Снейп.

— Ну не могу же я всю жизнь играть в квиддич, — пробормотал Гарри.

Снейп замер. Он-то как раз считал, что маленький негодяй хочет провести всю жизнь, играя в квиддич.

— Я люблю квиддич, — сказал Гарри. — Но все время играть было бы скучно.

— С чего это ты взял, что можешь быть полезным?

— Я умею выполнять инструкции, я умудрился сдать Зелья, не испытывая к ним ни малейшего интереса, могу помочь тебе с публикацией работ по Инанимагической трансформации.

— Потому что ты герой войны? — усмехнулся Снейп.

— Потому что я один из героев войны, — сказал Гарри. — И реакция на меня не будет такой резкой. Может быть, это и не честно, но я хочу принести пользу.

— Ты знаешь, что это означает? — серьезно спросил Снейп.

— Ага, — ответил Гарри. — Невероятный секс, долгие эксперименты с Зельями, снова секс, эксперименты и записи, еще раз секс, горячая ванна после того, как ты перестанешь быть предметом мебели, отличный секс со стонами и воплями, которые выведут из себя моего крестного, когда он узнает…

Гарри застонал, когда Снейп вдруг начал его целовать.

— Это значит "да"?

— Заткнись и дай Учителю поспать, мальчишка.

* * *

— Ой, та шелковая вещица! — воскликнул Гарри несколькими часами позже.

— Которую ты носил, — подтвердил Снейп.

— Я был в тебе, — пробормотал Гарри. — Я кончил.

— Заткнись, — ответил Снейп.

— Да, учитель, — согласился Гарри, хитро поглядывая на него.

Снейп решил не обращать внимания на дерзкий взгляд. Пока что.

— Отправляйся спать.



The end



Оставьте свой отзыв:
Имя: Пароль:
Заглавие:
На главную
Замечания и поправки отсылать Anni