Маленькие трагедии: Душа и тело

АВТОР: Galadriel
БЕТА: pool

ГЛАВНЫЕ ГЕРОИ/ПЕЙРИНГ: Гарри, Альбус
РЕЙТИНГ: PG-13
КАТЕГОРИЯ: gen
ЖАНР: angst

КРАТКОЕ СОДЕРЖАНИЕ: у Дамблдора есть умение и опыт, а Гарри защищает магия его матери. Они смогут победить только вместе.

Спасибо Hedwig за первое впечатление и исправление недочетов.


ОТКАЗ: все принадлежит тому, кому принадлежит. Я выгоды, увы, не извлекаю.



- Сэр, простите за опоздание, я только…

- Я ничего другого и не ожидал, Поттер. С вас станется опоздать даже на собственные похороны. Впрочем, вы все равно пришли зря. Я не буду больше заниматься с вами окклюменцией. Можете быть свободны.

Прошло несколько секунд, прежде чем Гарри решил робко возразить:

- Но профессор…

- Что еще, Поттер? – Снейп, перебиравший какие-то колбы и банки, резко развернулся к нему, не скрывая своего раздражения.

- Но вы не можете так просто… - Гарри не находил слов. Он не понимал, что такого сделал, чтобы вынудить Снейпа отказаться от занятий с ним. В последнее время окклюменция наконец начала даваться ему, и, хотя Снейп никогда не хвалил его, особого недовольства профессор тоже не высказывал. Да и сейчас в его голосе было только раздражение, не гнев.

- Кто вы такой, Поттер, чтобы судить, что я могу, а чего нет? – прошипел Снейп.

Но Гарри был готов идти до конца. Еще недавно он отдал бы многое, чтобы избавиться от этих ужасных уроков. Поначалу, казалось, они приносили ему только вред: Волдеморт легко пробивался через тоненькую иллюзию его защиты, и Гарри мучили кошмары. Но от твердо помнил, что профессор Дамблдор считал обучение окклюменции необходимым. И, переступив через свою ненависть к Снейпу, Гарри поклялся себе, что научится, несмотря ни на что. Теперь же сам Снейп отказывался учить его…

- Вы не можете просто так отказаться! Профессор Дамблдор хотел, чтобы я учился! – почти выкрикнул Гарри. Он все еще не был уверен в Снейпе, и имя Дамблдора звучало для него почти как заклинание, способное вернуть на путь истинный бывшего Жреца Смерти.

- А с чего вы взяли, что это я отказываюсь, Поттер? – вкрадчиво спросил Снейп.

В первую секунду Гарри не понял его. В маленьком мирке все было стабильно и логично: профессор Дамблдор хотел, чтобы он научился окклюменции. А злой Снейп не пытался ничему его научить, а то и вовсе отказывался давать уроки. В одночасье этот мирок оказался на грани краха.

- Но как же?.. – Гарри все еще цеплялся за соломинку, надеясь, что недослышал, недопонял.

- Профессор Дамблдор считает, что ваше дальнейшее обучение нецелесообразно.

Все. Гарри задохнулся от такой несправедливости.

- Но почему?

- Спросите его сами, Поттер, - устало бросил Снейп. – Возможно, он наконец-то прислушался к моим словам.

- Но сэр! Вы же сами говорили, что пошло лучше, в последнее время я делаю успехи!

- Ну, я бы не стал называть это успехами, - криво ухмыльнулся Снейп. – Но вы действительно стали делать меньше ошибок. Кажется, в вашем случае поговорка «повторенье – мать ученья» себя оправдала.

- Почему тогда Дамблдор не хочет, чтобы я продолжал заниматься?!

- ПРОФЕССОР Дамблдор, - с нажимом произнес Снейп. – Полагаю, ему виднее.

Гарри повесил голову и не ответил. Наблюдавший за ним Снейп произнес:

- Тяжело привыкнуть, что мир вертится не вокруг вас, да, Поттер? Что не все зависит от ваших желаний?

- При чем тут мои желания! – взорвался Гарри. – Мне тысячу раз повторяли, что эта проклятая окклюменция необходима, и толком не объясняли, зачем. А теперь, когда наконец появились результаты, заставляют бросить ее. Зачем все это?! Мне надоело быть марионеткой, которую не считают нужным ставить в известность, за какую ниточку сейчас дернут.

- Право на это нужно заслужить, - холодно произнес Снейп. – Я вторично предлагаю вам обратиться за разъяснениями к самому профессору Дамблдору. А теперь убирайтесь, у меня и без вас занятий хватает.

Гарри заикнулся было, что не знает пароля в кабинет директора, но Снейп проигнорировал его слова, так что юноше оставалось только вернуться в гриффиндорскую гостиную и сообщить друзьям, что вечера понедельников теперь свободны.

* * *

- Старик умирает, - эти слова были произнесены будничным, даже скучноватым тоном, но по толпе Жрецов Смерти прошел шепоток. Все они привыкли бояться Дамблдора едва ли не больше, чем Темного Лорда уже потому, что тот был не только великим магом, но и директором школы, в которой они все когда-то учились. Никто не мог представить, что неизменная улыбка может поблекнуть, а взгляд врага – утратить непоколебимую уверенность. Тем не менее, слова были сказаны. А сомневаться в словах Темного Лорда не приходилось.

Волдеморт краем глаза наблюдал за своими сподвижниками, отмечая отразившуюся на их лицах гамму чувств. Кто-то был испуган, кто-то испытывал явное облегчение, но большинство пребывало в растерянности. Чего Лорд, собственно, и ожидал от этих несчастных, которым не доводилось заглянуть за грань жизни. Сам он, когда до него дошли слухи о состоянии Дамблдора, был, разумеется, рад. Когда же слухи окончательно подтвердились, он испытал скорее разочарование – как приготовившийся к поединку боец, которому не дали нанести удар.

- Он уже давно и серьезно болен, друзья мои, - мягко, чуть с укоризной произнес Лорд. – И его болезнь не поддается магическому лечению. Он обречен.

Кажется, они выдохнули все разом. Вот Люциус Малфой, чье лицо исказила брезгливая гримаса. Вот Северус Снейп, хмурящий брови; надо будет отозвать его из Хогвартса сразу после похорон: вряд ли найдется кто-то другой столь наивный, чтобы давать работу Жрецу Смерти.

- Господин, - даже в подобострастном тоне Малфой умудрился использовать холодные нотки, - а нам позволено узнать, насколько верны сведения о болезни и что она, собственно, собой представляет?

Шепотки, косые взгляды. Наглец. Впрочем, скрывать совершенно нечего. Главное – чтобы это выглядело как продолжение речи, а не как ответ на вопрос.

- Источник надежный, - сухо сообщил Волдеморт, - наш человек в св. Мунго. А болезни этой имя – старость.

Тишина. На удивление расслабившийся Снейп. Чего он ждет – что старик будет медленно угасать еще лет десять? Он не знает, как уходят великие волшебники, не знает, что до последнего момента их держит сила их магии, а потом они рассыпаются в прах.

* * *

До недавнего времени Северусу Снейпу казалось, что он понимает все планы своего Лорда, способен угадать за разнородными поступками общую цель. Не так-то сложно, казалось бы, понять мысли одержимого – если бы он не был так умен. Именно Снейп сумел настолько проникнуть в его мысли, что выработал безошибочную модель поведения, балансируя на грани верности, но никогда не опускаясь до лизоблюдства.

Теперь же радость Лорда была ему совершенно непонятна. Старость профессора Дамблдора не секрет ни для кого. В чем же подвох? Или это очередной тонкий ход, чтобы вывести предполагаемых шпионов на чистую воду? Нужно будет спросить Дамблдора об ощущениях Гарри; если Лорд действительно испытывает ту радость, какую демонстрирует, мальчик обязательно должен это почувствовать.

Как же неудачно Дамблдор прекратил занятия окклюменцией! А ему начало было казаться, что парень овладел основами и удачи нельзя списать на случай. Страннее всего то, что Дамблдор не стал объяснять причин. «Ты поймешь в свое время», - грустно произнес он и как-то слишком поспешно ушел. И это никогда не торопящийся директор!

Тяжело захлопнув дверь, Снейп торопливо проверил свои комнаты. Незваных гостей не наблюдалось, замок на кладовке с ингредиентами был на месте. Снейп слишком устал и, размышляя, стоят ли новости того, чтобы отправиться к Дамблдору немедленно и пожертвовать сном, на несколько секунд застыл у камина. Как в поговорке про черта, камин вспыхнул зеленым пламенем и послышался до боли знакомый голос:

- С возвращением, Северус.

«Интересно, откуда он знает?» - с некоторым раздражением подумал Снейп. Впрочем, он уже давно перестал по-настоящему удивляться способности директора знать всегда и все.

Из вихря зеленого пламени появилась стремительно вращающаяся фигура. Через несколько секунд Дамблдор отряхнул золу с халата и радостно улыбнулся.

- Добрый вечер, сэр, - ответил Снейп холодновато. – Вернее сказать, уже добрая ночь.

- Ну, что нового на этот раз?

Снейп на секунду смешался. Рассказать директору, что тот стар? Он и сам прекрасно это знает. Рассказать, что тот умирает? Немыслимо.

- Я действительно стар, Северус, - внезапно произнес Дамблдор, все это время тайком наблюдавший за ним. Снейп вздрогнул. – И скоро умру. Возможно.

Наконец Снейп осмелился поднять взгляд на директора. Тот рассматривал стеллажи с книгами, а скорее – просто глядел в никуда. Но прервать паузу первому было… немыслимо. В горле встал ком.

- Я хотел бы попросить тебя об одном, Северус, - очень тихо начал Дамблдор. Снейпу показалось, что время на миг задержало дыхание, а потом полетело с немыслимой скоростью, в такт биению его собственного сердца. – Можешь рассматривать это как мою последнюю просьбу… - директор сделал паузу.

- Я сделаю все, что в моих силах, - выдавил Снейп.

- Будь помягче с Гарри Поттером. Он это заслужил. Особенно… сейчас. В эти дни.

- Что вы имеете в виду? – Не будь Снейп истинным слизеринцем, он не осмелился бы задать второй вопрос. – В какие дни?

Дамблдор не ответил, лишь покачал головой. Сейчас, в неверном утреннем свете, он казался особенно старым: кожа отливала серым, сухие, как у покойника, пальцы сжимали край каминной доски. Даже веснушек не было видно на его руках.

- Впрочем, ты сам поймешь, как себя вести, - проговорил Дамблдор в пустоту. – Я уверен, что ты справишься. Приятных снов, Северус. Я договорился, чтобы тебя заменили на завтрашних уроках.

С этими словами он ушел.

* * *

Ты бы понял меня, я уверен. Ты – мой друг, слава Мерлину, что нам никогда не приходилось воевать вместе, поэтому мы смогли сохранить нашу дружбу.

Вот видишь, ты оказался прав: я вспомнил о тебе.

Ты говорил, что я вспомню о твоем отвергнутом подарке, когда почувствую, как время утекает сквозь пальцы.

Но тогда я был уверен в собственной правоте. Философский камень – слишком сильная магия, слишком заманчиво. Такое не оправдывает никакая Цель. Я и сейчас отказался бы от него. Но всему свое время.

Эта проклятая война научила меня тому, что цена в одну жизнь – меньшее зло. Сам ты никогда так не считал, ты, ценивший жизнь (в том числе свою) превыше всех благ.

Я менее эгоистичен, Николя. Я готов пожертвовать собой, если бы от этого была хоть какая-то польза. Но кому нужна жизнь старого человека?

Оно ведь того стоит, даже в твоих глазах? Безоговорочная победа, избавление всего магического мира от проклятия столетия. Никаких сомнений нет.

Только некому это сделать. Я знаю врага, как никто, но я бессилен. Не успеть, не суметь, не выстоять. Худшая из мук – смотреть, как на твоих глазах рушится мир, знать, как спасти. И не иметь на это сил. Рушится мир, рушатся судьбы. Лонгботтомы, Уизли, те же Поттеры – где они теперь?

Свежая кровь. Все так просто: юная, бурлящая, сильная кровь. Удивительно, почему это не пришло мне в голову раньше. Магия, замешанная на крови. Магия рождения и судьбы. Тело, а не душа – вот что главное. Наверное, вначале я возлагал на парня неоправданно большие надежды. Но чтобы победить, одной избранности недостаточно (представляю, как удивился бы Северус, услышав эти слова от меня).

Ошибки старого человека. Я считал его слишком юным для всего груза ответственности. Увы, я ошибался. Он никогда не вырастет до него. Не достигнет уровня молодого Тома Риддла. А иначе победить не удастся.

Знаю, ты сделал бы все, чтобы остановить меня и спасти мальчика. Но не моя вина, что ты умер. Теперь никто не сможет ничего поделать. Я слишком остро чувствую, как Волдеморт набирает силу, а у меня время словно утекает сквозь пальцы. А это значит, что Гарри Поттер обречен.

* * *

- Я не понимаю вас, директор.

Их спор продолжался уже Мерлин знает сколько времени. Снейп пришел вечером в кабинет Дамблдора с твердым намерением выяснить причину странного поведения директора. Но вот уже час шел неторопливый разговор ни о чем; Дамблдор изящно пресекал все попытки Снейпа перевести разговор на Поттера. Снейпу подливали чай, подкладывали печенья и вежливо спрашивали о здоровье. Наконец, он просто не выдержал.

- Что именно ты не понимаешь, Северус? – Дамблдор превосходно изобразил удивление.

- Какого черта вы велели прекратить занятия окклюменцией с Поттером? Почему весь последний месяц вы настойчиво пытаетесь ввести меня в курс дел в Хогвартсе? С чего бы Темному Лорду рассуждать о вашем возрасте? Что вообще происходит?! – взорвался Снейп. С директором он мог позволить себе не сдерживать эмоции.

- Тише, тише, - Дамблдор чуть приподнялся с кресла и сделал предостерегающий жест. - Не все сразу.

Снейп откинулся в кресле и, сцепив пальцы, внимательно посмотрел на директора.

- Видишь ли, - Дамблдор глянул на него из-под очков и отвел глаза, - все мои последние действия вписываются в общую картину единого плана, задуманного еще очень давно, – он сделал многозначительную паузу, но Снейп не двинулся с места и не спросил, о каком плане идет речь. Они оба прекрасно знали правила этой игры.

- Ты мог бы догадаться, почему я прекратил ваши занятия окклюменцией.

- Неужели? – притворно удивился Снейп.

- Гарри это умение больше не понадобится, я надеюсь. А сам я владею им в совершенстве.

- При чем тут вы, директор?! Темный Лорд пытается вломиться в мысли мальчика, и пока он не научится их закрывать, все мы в опасности.

- Вот именно. Под ударом – только Гарри. Со мной Волдеморт связываться не станет.

- И?

- Гарри не выдержит целенаправленную атаку Волдеморта, когда тот соберется с силами. Я смел надеяться, что ему удастся чему-нибудь научиться, но теперь понимаю, как ошибался.

- В прошлом году вы были более оптимистичны, - ядовито заметил Снейп. – И что же теперь делать? Вы же сами настаивали на том, чтобы посвятить Поттера во все тайны Ордена.

- В прошлом году я был на год моложе, - ответил Дамблдор. – А ему эти знания в любом случае не повредят.

Снейпу показалось, что они опять ходят вокруг да около. Но он не мог решить, какой вопрос будет правильным, а Дамблдор, очевидно, не хотел ничего говорить сам. Только сейчас Снейп заметил, что в комнате жарко натоплено и у него кружится голова. Откуда-то издалека донесся голос Дамблдора:

- Все дело в молодости и силе, Северус.

Снейп поднял взгляд и поискал глазами директора. Тот стоят у дальней стены кабинета, к которой были прикованы большие ножны с мечом.

- Я не понимаю вас, директор, - повторил Снейп, поднявшись и подходя к нему.

- Все просто. Скажи, ты можешь вынуть этот меч из ножен?

Снейп бросил взгляд на рубин на рукояти меча и начало рунической надписи на клинке. Гриффиндор.

- Нет, - просто ответил он.

- И я не могу.

Воцарилось молчание.

- Но Гарри Поттер сможет, - догадался Снейп.

Дамблдор медленно кивнул.

- Или любой человек, в котором течет та же кровь, который так же отмечен Волдемортом.

- Лонгботтом? – Нет, вряд ли, это было бы слишком просто.

- Ты все еще не понял, - директор вздохнул, - это буду я. Сила Гарри заключается не в его личности, а в необычной судьбе и наследственной магии. Магии, которой он, увы, не сумеет распорядиться. Я дальше тебя вижу будущее. Но если соединить мой опыт и его кровь, мы победим Волдеморта. Не по одиночке.

- Обмен душами? – Снейп не потрудился даже скрыть свое ошеломление.

Директор снова кивнул.

- А что же будет с Поттером?

- Ну, придется ему некоторое время поуправлять школой. И ты ему в этом поможешь. Ох, боюсь, в этом году Гриффиндор опять возьмет кубок домов.

- Постойте, сэр, - Снейп отчаянно пытался поймать какую-то мысль, которая не давала ему покоя, - что будет, если ваш план не удастся? Если вы погибнете, Поттер навсегда останется в вашем теле!

- А какое это будет иметь значение, если я погибну? – очень тихо спросил Дамблдор.

Снейп почувствовал, что по телу прошла волна дрожи. Ему показалось, что в глазах Дамблдора вспыхнул сумасшедший блеск, так не вяжущийся с ласковой улыбкой.

- А вам не кажется, что речь идет о предательстве, директор? – медленно произнес он.

- И ТЫ мне это говоришь?! – Дамблдор подчеркнул слово «ты», и Снейп понял, что ему нечего ответить. Его взгляд потемнел, и он поспешно вышел, захлопнув за собой дверь.

* * *

В центре пентаграммы вспыхнул столб света, ударивший в потолок и озаривший кабинет яркими, неземными красками. Так же внезапно вспыхнул и страх. Гарри захотелось немедленно убежать отсюда, спрятаться там, где Дамблдор никогда его не найдет. Он дернулся, но магия была слишком сильна и приковала его к месту на одном из лучей пентаграммы. Неожиданно рисунок взорвался снопом искр, окутавших мальчика. А потом была темнота.

- Ну вот и все, Гарри, - послышался ломающийся юношеский голос, - ты молодец.

Он поднял глаза и встретился взглядом с собой.

- Это ненадолго, уверяю тебя, - продолжило кошмарное видение напротив. – Мы победим Волдеморта, и я верну тебе твое тело.

Дамблдор говорил еще что-то, но Гарри не слышал. На него нахлынула такая тоска, что захотелось лечь на пол и завыть. Ощущение потери было слишком сильным. На ватных ногах он сошел с пентаграммы и подошел к окну. Он услышал свой голос, приглушенный, как под водой:

- Гарри, ты в порядке? Возьми себя в руки! Все уже закончилось.

Гарри посмотрел на свои руки. Испещренные морщинами старческие ладони были покрыты россыпью веснушек.



Эпилог

Сгорбившийся, постаревший Артур Уизли медленно кивнул на прощание сидящему за столом старику и повернулся к двери. Тот подумал, что его давний друг стал как-то внезапно меньше; лицо было как восковое, от живого веселого человека, которого он помнил, не осталось ничего. Гибель близнецов тяжело далась отцу. Неожиданное нападение на пл. Гриммоулд,12, погибли все члены Ордена, находившиеся в доме.

Как только захлопнулась дверь, старик сгорбился, уронил лицо в ладони, мгновенно растеряв уверенность и мудрость во взгляде.

Из темноты за ним мягко выскользнула черная фигура, шевельнув напоминающей крыло полой плаща. На плечо старику легла рука.

- Нам надо работать, Гарри, - сказал Снейп.



The end



Оставьте свой отзыв:
Имя: Пароль:
Заглавие:
На главную
Замечания и поправки отсылать Anni