Чары Иллюзии и некоторые аспекты работы с ними

АВТОР: Destri

ГЛАВНЫЕ ГЕРОИ/ПЕЙРИНГ: Гарри, Северус
РЕЙТИНГ: PG-13
КАТЕГОРИЯ: slash
ЖАНР: humour

КРАТКОЕ СОДЕРЖАНИЕ: испорченное заклинание и немного невезения… Или везения? В общем, все банально.

ПРИМЕЧАНИЕ: фик написан на снарри-фест-2 (9 ключевая фраза: "- Что, уже не тошнит? - Иди к черту, Поттер!") P.S. А еще это подарок для Яэль. С Новым годом, солнц!

ОТКАЗ: несчастных персонажей придумала Роулинг, а я, как и целая армия любителей, пытаюсь сделать их счастливыми.




Дневник Гарри Поттера.

«Без даты.

Сегодня один из самых неудачных дней в моей жизни. Какого тролля я послушался этих двух моральных уродов - понятия не имею. Почему они не могли это сделать без меня – тайна даже для них самих. Просто Рон привык за семь лет учебы и два года преподавания, что за моей спиной всегда отыщется достаточно места, чтобы спрятать там свое собственное долговязое тело. Малфой тоже хорош! «Пошли, Поттер, это же ради Рема. И совсем безопасно, Тонкс ничего не заподозрит, мы успеем снять заклинание до того, как она сможет определить автора. Давай, Поттер, сегодня День Победы, все собрались в Хогварсте и празднуют… Другого такого случая может долго не представиться… Закончится официальная часть, ты разыграешь свою традиционную роль скромного героя…». Бла-бла-бла… В итоге мы заперлись в кабинке в туалете Плаксы Миртл. Сама Миртл была водворена нами перед туалетом – стоять на стреме. Малфой, высунув от усердия кончик языка, сосредоточенно выписывал латинские слова на клочке пергамента, бормотал о каких-то векторах направления и углах применения – в общем обычную нумерологическую муть. Слизеринец всегда тащился от составлений заклинаний, чаще всего бесполезных. Ну кому, скажите, придет в голову снабдить будильник сканирующими чарами, чтобы он распознавал сон и будил максимально щадящим режимом, дабы не травмировать психику спящего! После чего с гордостью продемонстрировал мне компьютерную мышку, стилизованную под мордочку грызуна, из которой сперва раздалось щебетанье, потом звон колоколов, пятая симфония Бетховена, свист закипающего чайника, который оборвался почти на ультразвуке оглушительным кваканьем. А в завершении чудо колдовских манипуляций голосом разочарованного робота сообщило: активация завершена, все системы функционируют в рабочем режиме. На мой вопрос, из чьих снов он все это выудил, Малфой подозрительно порозовел и промолчал.

Рон стоял согнувшись и активно участвовал в процессе, предоставляя свою мужественную спину в качестве стола для священнодействующего Малфоя.

- Глупо вручную копаться с цифрами, - заявил внезапно слизеринец. - Нужно поскорее написать программу для анализа составляющих элементов заклинаний.

- Ты со своим компьютером совсем ума лишился, Хорек.

- Заткнись, Уизел, - Малфой пнул согнувшегося Рона под зад, - и прекрати дергаться, ты не даешь мне высчитать последовательность.

- Если ты еще раз ударишь меня, Хорек, я без всяких заумных заклинаний устрою сафари в твоей заднице, - низким шипом проинформировал Рон.

Малфой заинтересованно хмыкнул, но промолчал. Мне стало тоскливо.

- Слушайте, эту глупость придумал Рон. Ты, Драко, эту глупость воплощаешь. Зачем вам я?

- А если Снейп нас застукает?

Я поежился.

- Думаете, мое присутствие вас спасет?

- Ага, - Уизли украсился откровенно сальной ухмылочкой, - ты же – любовь всей его жизни.

- Рон, для него это не аргумент.

Малфой энергично поставил последнюю точку. Рон взвыл – перо проткнуло не только пергамент, кричаще-красный свитер вязки миссис Уизли, майку, но и четверть дюйма роновской кожи.

- Тихо, - Малфой предусмотрительно водрузил меня между собой и Роном. – Не ори так Уизел, полшколы соберется на твои вопли. Ну что ты раскричался, словно девчонка. Подумаешь, маленькая царапинка. Хочешь залижу?

Рон поперхнулся и сравнялся цветом со своей одеждой. Драко сунул мне в руку пергамент.

- Давай, Поттер, действуй.

Я тоскливо посмотрел на своих мучителей: Рон уставился на меня с нетерпением, в глазах Малфоя полыхала фанатичная жадность исследователя. Все ясно, Уизли – генератор идей, Малфой – их реализатор, а я – подопытная свинка.

- Ну хорошо, - сдался я. – Но с Тонск будете разбираться вдвоем, без меня!

Рон кивнул. Малфой прикинулся глухим. Я сосредоточился и, держа палочку наготове, медленно прочел заклинание.

- Infans illusio concinnare…

В ту же секунду дверь распахнулась и мне в лицо уставилась черная палочка, которую я слишком хорошо знал. Сев стоял с перекошенным лицом и переводил взбешенный взгляд с меня на Малфоя.

- Veritas! – обжигая меня заклинанием, внес свою лепту мой любимый.

- Северус, - невольно прошептал я, и контур заклинания замкнулся. Полыхнуло ярко-синим, раскатистый гром и свежее дуновение озона завершило картину апокалипсиса в отдельно взятом туалете. Но, когда мы проморгались, никаких видимых разрушений заметно не было. Сев очухался и, наконец, заметил, что нас трое. Выражение его лица не поддавалось описанию: от шока - «в туалете втроем!!!», до подозрения - «они опять затевают, что-то, нарушающее правила!». То, что мы давно уже преподаватели – мы с Роном, если быть точными – и сами правила устанавливаем, он, как обычно, забыл.

- Что вы здесь делаете?

- Рону стало плохо. Мы помогаем, - блеснул интеллектом Малфой

- Это правда, Поттер?

- Ага, - я кивнул с максимально честным лицом. А сам задумался: Сев использовал заклинание правды, и оно попало в меня. То, что эти чары не подействовали должным образом, знаю я, но не знает он. Это хорошо. Но то, что так полыхнуло при этом, наводит на подозрения. Это плохо.

- Как ты посмел применить ко мне заклинание правды?! – лучшая защита – это нападение, и я ринулся в атаку. – Немедленно отмени!

Я протиснулся мимо Малфоя и выскочил из кабинки. Встал напротив Северуса, изо всех сил стараясь придать своему лицу выражение оскорбленной невинности.

- Хорошо, - внезапно покладисто согласился Снейп. – Finite Inkantatum!

Не знаю, подействовало ли это на те чары, что мы с Севом сварганили. Лично я ничего не почувствовал. Наверное, заклинание не получилось из-за его вмешательства, ведь имя Тонкс я так и не успел произнести».

* * *

Сорбонна, Франция
Колдомедицинский факультет
Студентке 3 курса
Гермионе Грейнжер

«Привет, Герм. Спасибо за открытку. Прости, что так долго не писал – времени совсем нет. Наш бывший учитель и мой нынешний мучитель совсем меня загонял. Ну, ты же знаешь этот его пунктик о том, что преподаватель непременно должен быть профессором. Моя аттестация будет перед началом следующего учебного года. До нее еще восемь месяцев, а он гоняет меня, словно мне завтра в последний бой! Ой, и тебя с Днем Победы. Жаль, что ты не смогла выбраться в Хогвартс. Мы неплохо повеселились. Даже Малфой приезжал. Правда, лучше бы он не появлялся. Его модифицированное заклинание дорого обошлось моему здоровью. Ведь ты сама учила меня, что нервные клетки не восстанавливаются. И хотя ты так и не сказала мне, где они расположены, я догадался о месте моей наибольшей их потере. Не хочу писать о грустном.

Как сама? Как твои успехи с проектом? Когда свет узнает о гениальном открытии Гермионы Грейнжер в области генетики и применении в ней магических преобразований?

Жду ответа.

С любовью, Гарри
Хогвартс, 5 января 2000 года.

P.S. Ты не удивляйся, я не запомнил название дипломной работы, просто нашел твое старое письмо двухгодичной давности и списал оттуда».

* * *

Дневник Гарри Поттера

«29 января 2000 года. Что в последнее время творится с Северусом, я понять не в силах. Несколько дней назад, на педсовете по совершеннейшему пустяку сорвался на Минерву. А она просто предложила перенести матч Гриффиндор-Равенкло на следующую неделю, потому что снежная буря не утихает уже пять дней, и играть при такой погоде могут только дементоры, при условии, что они лишились не только души, но и рассудка. А Сев взвился, что она предоставляет условия наибольшего благоприятствования для своего факультета. И ни о какой честной игре не может быть и речи, так как он не припомнит, чтобы Дамблдор хоть раз отказал в чем-либо старейшему представителю кошачьих Гриффиндора. Бедная Минерва! Впервые видел, чтобы она была на грани слез. А Дамблдор только весело похихикивал в бороду и смотрел на Сева с такой заинтересованностью, что это меня встревожило гораздо сильнее явного срыва Снейпа. Педсовет закончился сумятицей, но матч все-таки перенесли. Все последствия бешенства моего любимого, мы не ликвидировали до сих пор.

А вчера днем к нам в подземелья ввалился Рон. У нас с ним в занятиях было окно, а Сев ушел проводить уроки у четвертого курса Пуффендуя и Равенкло.

- Гарри…Гарри, – Рон задыхался, - ты не поверишь…

- Мерлин! Да что случилось? – Я не на шутку встревожился: Рон был бледен, как полотно, крохотные веснушки бодро маршировали на его лице – так его перекосило.

- Снейп… Только что…

- Что?! Что случилось с Севом?!

- Он начислил двадцать баллов за домашнюю работу Ванессе Робинсон пятикурснице Гриффиндора!!!

Я молчал. А что я мог сказать? В шоке обычно молчат.

- И еще назначил отработку Стивену Флинту, ну ты знаешь, младшему брату этого слизеринского ублюдка! – Рон с непонятной жадностью воззрился на меня. – Что ты с ним сделал?

- Ничего, - промямлил я, - с ним вообще в последнее время что-то творится…

- Жизнь налаживается, старик, - Рон хлопнул меня по плечу и торжественно удалился. А я в прострации уставился на захлопнувшуюся дверь, в бесплодной попытке убедить свое сознание заняться анализом подозрительного поведения Северуса. Сознание не отзывалось».

* * *

ICQ

Герой квиддича: Сначала Минерва, теперь баллы Гриффиндру и отработка Слизерину! Ты что-нибудь понимаешь?

Серебряный принц: Время паниковать, Герой. Я еще в пеленках слышал шипение крестного о «Гриффиндоре и безнадежных тупицах, обитающих в нем».

Герой квиддича: это еще не все…

Серебряный принц: выкладывай.

Герой квиддича: вчера было полнолуние, и к нам через камин пришел Рем за Аконитовым зельем, и Сев не только был с ним любезен…

Серебряный принц: я уже испуган!

Герой квиддича: он предложил ему остаться, и они вылакали на двоих почти целую бутылку виски!!!

Герой квиддича: и ему стало плохо!!

Серебряный принц: Снейпу???

Герой квиддича: ты спятил?? Когда это ему было плохо от виски?! Рему, конечно. А Сев предложил ему остаться!

Серебряный принц: О! Старые угли вновь разгораются?

Герой квиддича: идиотские намеки!!!!

Серебряный принц: а что тогда?

Герой квиддича: вежливость? Не нравится мне это! Да, Принц, а что это было за заклинание? То, которые мы использовали, чтобы помирить Рема и Тонкс?

Серебряный принц: О! Это производное от заклинания, работающего с иллюзиями.

Герой квиддича: Северус вмешался в него и, судя по всему, изменил. Я хочу, чтобы ты просчитал последствия применения Заклинания Правды в совокупности с этими чарами.

Серебряный принц: Уговорил, Герой. Только сначала закончу проект.

Герой квиддича: КАКОЙ ПРОЕКТ??!! Я тебя убью, Малфой. НЕМЕДЛЕННО начинай расчеты!!!!

Серебряный принц: ладно-ладно, не нервничай так. Все я рассчитаю.

Серебряный принц: кстати, проект очень интересный! Представляешь… Эй, Поттер, не уходи!!! Кретин!!! Надеюсь, эти чары сделают тебя импотентом!!!

* * *

Дневник Гарри Поттера

«4 февраля 5.30 утра. Как же все замечательно начиналось! Сев был таким нежным, таким внимательным. Мерлин! У него совершенный рот, особенного, когда он не изрекает колкости. И ночью он продемонстрировал свои особенные таланты. А потом все пошло наперекосяк. Глупо так. Началось все с того, что Северус ни с того, ни с сего вдруг захотел клубнику «купающуюся в сбитых сливках». И это в два часа ночи! Я уже засыпал и потому слегка тормознул…

- Поттер, - ткнул меня в бок мой любимый, - я хочу клубнику… засахаренную, или нет, хочу клубнику, купающую в сбитых сливках.

- Посмотри в холодильнике, - сонно пробурчал я.

- Поттер в Хогвартсе нет холодильников! И у нас нет клубники, я ее всегда терпеть не мог. И тем более нет сливок, ненавижу все эти дурацкие дамблдоровские сладости!

- Тогда спокойной ночи, милый, - промурлыкал я.

Снейп не впечатлился:

- Поттер, немедленно принеси мне клубнику!

Я ошизел. Половина меня советовала покрутить пальцем у виска, убедиться, что Сев это видел, и с чувством глубокого удовлетворения от осознания выполненного долга сладко заснуть. Другая половина – та назойливая часть, что всегда посылала полезные сигналы во время холодной и горячей войны с его темнейшеством Вольдемортом I, и которая зря так заметно атрофировалась за время совместного проживания с его неверным слугой – настойчиво советовала поскорее разлепить глазенки и внимательнее посмотреть на соседа по постели, поскольку тот явно не в себе. Представить себе Сева, поглощающего клубнику и мурлыкающего от удовольствия, не получалось так же, как вообразить Волди, отплясывающего канкан. Вторая половина победила. Я сел, стряхнул вцепившегося в меня любимого и внимательно всмотрелся в него – Северус пыхтел, распространяя вокруг себя волны раздражения, нетерпения и гастрономической неудовлетворенности.

- Сев, ночь на дворе, где я тебе клубнику возьму?

- Ты меня любишь? – внезапный удар был особенно подлым, потому что использовался впервые.

Я хмуро поднялся и, напялив первую попавшуюся мантию – судя по длине Снейпову – молча вышел из апартаментов, смутно желая и спиной продемонстрировать своему мучителю, как я недоволен.

Дамблдор не обрадовался моему визиту. Пряча за спиной испачканные в сахарной пудре руки, он старательно улыбался обведенными земляничным джемом губами и притворялся, что рад моему визиту. Сортировочная шляпа сыто причмокивала, Фоукс увлеченно ковырял ватрушку, предательница Хедвиг преспокойно утаскивала впечатляющие куски из лакомства феникса и делала вид, что мы с ней не знакомы. И даже черный мрачный ворон Снейпа равнодушно взглянул на меня, подхватил пончик и нагло вылетел с добычей в распахнутое окно.

Я недоуменно оглядел арену ночных посиделок, злорадно пообещал про себя голодный паек одной вредной полярной сове и, скрестив пальцы в надежде на чудо, обратился к директору:

- Профессор, простите за вторжение, но у вас нет случайно клубники и взбитых сливок?

Дамблдор изумился, почесал сахарным пальцем седой висок и, просканировав меня голубым лазером своих рентгеновских глаз, направился к одному из бесчисленных шкафов. Сквозь распахнутые створки, я разглядел сияющую поверхность мыслеслива и с легкой тревогой поежился: «Он же не собирается за клубникой лезть в него? То есть, там, наверное, срок годности истек, и вообще – фи!» Но директор преспокойно отодвинул котелок в сторону, и моему взору предстало такое!!! Прежде скрытая глубокая ниша была под завязку завалена всевкусными орешками, плитками шоколада, лимонными леденцами в пакетиках, шоколадными лягушками, пачками печенья, пастилок и карамельных колечек. Дамблдор нырнул в эти сладкие завалы и, энергично работая руками от плеча, выудил-таки упаковку клубники в шоколаде и большущий тюбик взбитых сливок.

Посасывая совершенно случайно попавшийся по пути апельсиновый леденец на палочке, директор всучил мне откопанное добро и, причмокивая, добродушно вопросил:

- Ты решил покончить со своей диетой? Правильно, мой мальчик. И не слушай Северуса, когда он доживет до моих дней, то поймет, как сексуальны упитанные мужчины, - Дамблдор мечтательно прикрыл глаза, а я тихо ужаснулся странному выводу директора.

- Нет-нет, сэр! Это для Северуса! – я пылко постарался уверить его в своих твердых принципах относительно собственного телосложения.

- Вот, как, - восхитился сладкоежка,- но ведь Северус ненавидит сладкое!

Я мученически скривился:

- Не знаю, что на него нашло, только он разбудил меня и потребовал, чтобы я нашел для него эту чертову клубнику.

Помолчали. Я страдал. Директор изумленно-радостно улыбался.

- Ну, ты иди, мой мальчик, - вдруг спохватился он. – И еще, будь терпеливее с Северусом. Ему понадобится твоя помощь и твоя поддержка, особенно в моральном плане.

Напутствовав меня подобным образом, старый манипулятор, заговорщицки подмигнув на прощание, вытолкал меня из кабинета. Я в шоке посмотрел на захлопнувшуюся дверь и, полный неосознанных предчувствий, побрел в подземелья, бережно прижимая добычу к груди.

Сев набросился на лакомства, как Робинзон после десятилетий воздержания на стакан рома. Вымазанный сливками по брови, он счастливо улыбался и слизывал шоколад с губ быстрыми движениями розового язычка. Я, словно зачарованный, следил за его развратной трапезой и, наконец, не выдержав, потянулся своим жадным ртом к его сладкому лицу. Я уже вылизал правую скулу и быстро спускался поцелуями к его губам, как вдруг Сев отстранился, уставился на меня своими глазищами с панически расширенными зрачками и, буквально зеленея, сорвался с постели и гигантскими прыжками устремился в ванную.

- Что случилось? – крикнул я в его паникующую спину.

- Мне плохо, - выдавил Сев, и дверь отсекла от меня его дальнейшие проклятия.

Я напряженно вышагивал перед закрытой дверью, сжимая в руке стакан воды и периодически прикладываясь к нему. Спустя бесконечный отрезок времени, Сев, наконец, выплыл и, гордо подняв голову с мокрыми прядями волос, прошествовал мимо меня, словно я придорожный столбик. Я проглотил свое возмущение и подкрался к любимому поближе. Протянул ополовиненный стакан и с взбесившими меня самого извиняющимися нотками в голосе участливо поинтересовался:

- Что, уже не тошнит?

- Иди к черту, Поттер!

Сказать, что Сев зол - было не сказать ничего. Его ноздри раздувались, руки слегка подрагивали, а на зеленоватых щеках особенно угрожающе выглядели два идеально очерченных круглых пятна яркого румянца.

- Это все твоя вина!

- Моя? – я растерянно отшатнулся от кровати. – В чем я виноват?

- Во всем! – совершенно нелогично заключил Северус и кинул в меня подушкой.

Я счел за лучшее ретироваться, и храбро поспешил покинуть спальню. При этом ни разу не споткнулся и с первого раза попал в дверь. И вот сижу теперь в холодном кабинете, мрачно уткнувшись в дневник. А ведь все начиналось так хорошо! Обидно».

* * *

Шотландия, Хогвартс
Преподавателю ЗОТС
Гарри Дж. Поттеру.

«Привет, Поттер. Уже целый месяц над Англией стоит просто отвратительная погода, не правда ли? Снег, ледяной дождь и проникающий всюду ветер – ужасает сама мысль покинуть уютную гостиную и кресло у камина. Но я все-таки набрался мужества (и не смей хихикать!). Когда ты получишь письмо, меня уже не будет на этом отвратительном острове. Правда я еще не решил, где задержусь надолго – хочется попутешествовать по теплым странам (говорят, что рай на земле все-таки существует и называется он Новая Зеландия). Я наложил Чары Ненахождения, поэтому не гоняй зря свою сову. Я сам напишу тебе, когда осяду где-нибудь. Передавай привет Уизли, скажи ему, что если он будет хороооошим, сладким мальчиком, я привезу ему сувенир (Мерлин, как же я люблю его… доставать!).

Ах да, Поттер, чуть не забыл! То заклинание, которое испортил Снейп… Я проанализировал его (с помощью новой программы, я все-таки написал ее... такой блеск!!!). Возможны два варианта последствий: или заклинание просто не удастся – в таком случае не будет никаких видимых проявлений, как и при обычной неудаче с неправильно произнесенными чарами. Или два совершенно разных заклинания при взаимодействии образуют новый неожиданный эффект, который будет сопровождаться огненным разрядом и громким звуком, что мы все собственно и наблюдали. В этом случае заклинание сработает, и вызываемая иллюзия будет создана. Правда, она перестанет быть просто иллюзией, ибо заклинание Правды сделает ее…. Правдой. Довольно необычный побочный эффект. Наверное, после отпуска я вплотную займусь изучением этой аномалии.

Удачи тебе, Гарри.

Драко Айвен Малфой
Имение Малфоев, 22 марта 2000 года

P.S. И еще одно, Поттер: прими мои поздравления!»

* * *

Дневник Гарри Поттера

«23 марта 4.00 утра. Надеюсь это не станет традицией: пробираться по ночам в кабинет и плакаться дневнику. Уже два месяца я плохо сплю по ночам, но после письма Малфоя я заработал стойкую бессонницу. Несмотря на то, что Северус меня сегодня просто укатал в постели, сна нет ни в одном глазу. Надеюсь, хоть он сейчас не проснется. И вообще в его положении вытворять такое! Все-таки у него железное здоровье, чего не скажешь о моих нервах! Хотя зачем нервы потенциальному покойнику? Та минута, когда я скажу Севу о причине его «недомогания» будет последней для меня. И мой любимый все-таки оправдает ожидания толпы, жаждущей крови этого «затаившегося Пожирателя Смерти». Не стоит рисковать Северусом, может самому повеситься? Нет… Это больно, наверное. Лучше отравиться. Точно, спрошу у Сева, какой яд он предпочитает, напишу предсмертную записку, типа «в моей смерти прошу никого не винить», тихонько засну и никогда не узнаю, что Северус сделает со мной, когда узнает правду.

Ненавижу Уизли! Ненавижу Малфоя! С Роном, я еще поговорю… потом. А Бледный хорек вздумал сбежать от меня! Ну ничего! Отсроченные вопилеры – мое личное изобретение. Право, стоит меня серьезно взбесить, как во мне просыпается истинно слизеринская гениальность! Десять серебристо-зеленых конвертов в день, невинно поджидающих свою жертву, и дело сделано. Я подсчитал, что критическая масса, способная на разрушение даже Имения будет достигнута двумя тысячами моих модифицированных кричалок. А что вы думали? Не только Малфой способен на изобретение заклинаний. Так что дорогому Дракушке стоит укоротить свой отпуск, ибо (как он любит изящно выражаться) через шесть с половиной месяцев – как раз после рождения моего ребенка – он станет бомжом.

А мне надо придумать что-нибудь, что поможет моему организму пережить реакцию Сева на свою беременность …(клякса).

Эврика! Надо написать Гермионе!»

* * *

Шотландия, Хогвартс
Преподавателю ЗОТС
Гарри Дж. Поттеру.

«Гарри Джеймс Поттер! Каким местом ты думал, когда ввязывался в эту жуткую авантюру с заклинанием! Как вообще вам в голову пришло наводить на Тонкс иллюзию беременности?! И не важно, что так вы хотели помирить их с Ремом. Я, конечно, признаю, что подобное известие без всяких сомнений заставило бы их забыть о любых неурядицах, но все равно действовать подобным образом – подлость! И в любом другом случае я сказала бы, что ты наказан по заслугам, если бы все это не было настолько серьезно. Ты хоть понимаешь, что вы натворили?! Вы понимаете, что сотворили с профессором Снейпом?! И его реакцию на новость о своей беременности ты, надеюсь, можешь представить во всей красе!

Я не знаю, что можно предпринять в сложившейся ситуации. И думаю, что решать это теперь не тебе. Право выбора будет за профессором Снейпом (и да поможет тебе Мерлин в это время!). Единственная помощь, которую я в силах тебе оказать - это подборка книг, что я выслала специально для тебя. В посылке ты найдешь пособия по уходу за новорожденным, советы по воспитанию и образованию ребенка. А также несколько весьма нужных тебе книг по психологии и физиологии беременных. Изучи все внимательно, они тебе скоро понадобятся.

И еще, прими бесплатный совет – не говори пока ничего о происходящем Рону, если ты, конечно, не хочешь, чтобы профессор узнал о своем «интересном положении» от сплетничающих первокурсников.

С любовью, Гермиона.

P.S. Хоть я и сердита на тебя за твою бестолковость, все же прими мои поздравления с грядущим отцовством. Честно говоря, не представляла, что именно ты первым обзаведешься потомством.

Оревуар, папочка!

Сорбонна, Франция
27 марта 2000 года»

* * *

Дневник Гарри Поттера

«Без даты. Сегодня полдня бегал от Сева. Вчера вечером он схватил меня и заставил открыть Комнату Необходимости, чтобы, как он выразился, «немного потренироваться». Когда же я прошамкал мимо стены коридора в третий раз и указал своему извергу на появившуюся дверь, Сев восторженно взвизгнул и потащил меня внутрь. А внутри красовалась роскошная, оформленная в гриффиндорских цветах спальня. От увиденного у меня потекли слюнки, и очень захотелось помурлыкать в голос. Угадайте, кто испортил идиллию?

- Что это такое, Поттер? – Северус встряхнул меня, словно нашкодившего котенка.

- Спальня, - вяло трепыхаясь в мощной хватке, проинформировал я.

- А я о чем тебя просил?!

Голос моего любимого вибрировал, словно он еще не решил, что лучше: мужественного рявкнуть или скатиться в женскую истерику.

- Ты же просил помещение потренироваться? – я честными глазами уставился на мучителя.

Северус не впечатлился:

- Я просил помещение для тренировки в боевых заклинаниях, а не в боевой Камасутре!!!

- Вау! – я воодушевленно поболтался в его руках. – А такая бывает?!

- Поттер! – рявкнул он.

У-уу садюга! Полигона ему захотелось. А то, что в его положении нельзя заниматься боевой магией, он подумал?! А вдруг это повредит ребенку?! Конечно, он еще об этом не знает. Но все-таки! Эх, делать было нечего. Я повторно шагал по ненавистному коридору, изо всех сил концентрируясь на спортивном зале и старательно выкидывая из мыслей грядущее посещение Севом Больничного крыла. Когда в стене появилась ручка, я резво подпрыгнул к двери и быстренько заглянул внутрь: видение боксерского ринга в центре зала в окружении высоких больничных коек, заваленных медикаментами, капельницами и градусниками, повергло меня в моментальный ступор. И только, когда Северус постарался отцепить меня от косяка, я вернул свое сознание из обморока и так захлопнул несчастную дверь, что стоящие рядом ржавые доспехи снялись со своего пьедестала и, придерживая железной перчаткой соскальзывающий шлем, рванули по коридору со скоростью хорошего спринтера, на ходу выкрикивая что-то о бомбежках и проклиная эту «паскуду-сквиба Гитлера».

- Опять не получилось? - подозрительно косясь на исчезающую дверь, поинтересовался мой любимый.

- Ага, - я шокировано смотрел вслед удаляющимся железякам.

- Ладно, Поттер, отойди, я сам попробую.

Я послушно отступил и, тоскливо подпирая противоположную стенку, грустно следил за пышущем энтузиазмом Снейпом. Надо признать, у него получилось с первого раза. Замечательный зал для тренировки – весь укрытый упругими матами, отдельно в стороне книжные шкафы, битком набитые книгами по заклинаниям, превращениям, темной магии и защите от нее. Отдельный шкаф был заполнен медицинскими препаратами и зельями, необходимыми для оказания первой помощи. Раньше его не было. Видимо это личный вклад Северуса.

Довольно напевая под нос веселенький мотивчик, Сев прошествовал по залу прямо к огромному сундуку. Я знал, что в нем находится: аккуратно лежащие в отдельных ячейках, там дожидались своего времени иллюзорные противники – специально зачарованные субстанции, оказывающие реальное сопротивление и способные наносить серьезные ранения. Конечно, убить они не могли, но все равно – тошнит меня от иллюзий!

Естественно, я не разрешил Северусу тренироваться с ними. Какие тренировки, ему колдомедицинское обследование необходимо! Впрочем, Сев не особо расстроился. Наоборот, даже не поинтересовался причинами моего яростного протеста, только вопросительно изогнул бровь, довольно хмыкнул и три часа валял меня по всему периметру зала всевозможными атакующими чарами, восторгался своими неожиданно увеличившимися магическими способностями, а потом еще час лечил все мои царапины, ожоги и синяки.

О моем плохом настроении он позаботиться не соизволил.

Сегодня он опять весь день намекал на «небольшую тренировочку». Сил на повторную экзекуцию у меня не было, поэтому я смылся с ужина, прихватил с собой дневник и первым занял Комнату Необходимости. Знаете, что я вообразил, чтобы Сев не догадался и не вошел ко мне? Мой старый чулан под лестницей. Где я сейчас сгорбившись и сижу.

Северус, любимый, пойти на это я могу только ради тебя и нашего малыша! Надеюсь, что когда-нибудь ты простишь меня и поймешь.

А еще я очень надеюсь, что ты простишь мне нашего ребенка. Это странно, но я его уже очень люблю. И очень-очень хочу, чтобы он родился!»

* * *

Дневник Гарри Поттера

«1 апреля. Сегодня едва не произошла катастрофе. Вообще, я этот день не люблю. В студенческую пору я всегда попадался на довольно тупые приколы близнецов и изощренные подставы Малфоя – большого любителя 1 апреля. Хотя сегодня он не проявился, трусливый гаденыш!

С чего же все началось? Северус проснулся поздно. Он вообще в последнее время намного больше спит. Ну мне-то понятно почему, а Сев бесится, ворчит что-то о старости и подозрительно поглядывает на меня, когда я вовремя прикусываю язык и не спешу разубеждать его.

Когда Северус, наконец, присоединился к нам в учительской, еженедельная утренняя планерка уже подходила к концу. Немногие оставшиеся учителя баловали себя десертом. Я нервно прихлебывал кофе – после очередной ночной трапезы Сева на сладкое меня уже не тянуло.

- Вы заметили, что Северус сменил рацион? – это конечно несносная Хуч. Только она из присутствующих не обладала инстинктом самосохранения.

Северус невозмутимо поглощал очень полезный витаминный салат из свежих овощей и даже не взглянул в сторону назойливой женщины.

- И характер стал намного мягче, - нет, она точно нарывается! – Что бы это значило, Сев?

Я поперхнулся от такой фамильярности.

- Я беременный, - невозмутимо ответил Снейп.

Ошеломленная тишина, последовавшая за этим заявлением, разбивалась только монотонным кап-кап-кап – это с моей опасно накренившейся чашки капал горячий кофе прямо мне на колени. Ожога я не замечал.

- С первым апреля, коллеги, - спокойно поздравил нас Северус, неторопливо поднялся и, прихватив ватрушку, величественно удалился.

То, что после этого мне пришлось воровать у мадам Помфри успокаивающее зелье, дополнительно упоминать не стоит».

* * *

Сорбонна, Франция
Колдомедицинский факультет
Студентке 3 курса
Гермионе Грейнжер

«Привет, Герм. Ты прости, что я сделал тебя своей жилеткой, но мне просто больше не к кому обратиться. Я такой трус! Мне надо давно все рассказать Северусу. По-моему то, что с ним не все ладно стали замечать другие преподаватели. После его первоапрельской выходки Минерва стала как-то подозрительно коситься на него при встрече. Позавчера он споткнулся при входе в кабинет Дамблдора, рядом стояла МакГонагл, ты бы видела, как она дернулась поддержать его! Словно он из фарфора. Причем из исключительно старого фарфора! «Тебе надо быть осторожнее, Северус», - ну ты можешь себе представить, что ответил Сев на ее заботу. А она только хмыкнула и потрепала его по плечу!

А все эти птичьи домогательства! Хедвиг и Черри – ворон Сева – взяли за привычку прилетать к завтраку и клянчить у него сладости. Представляешь, как весь Большой Зал дружно глазеет на него! Мне уже три месяца ничего в рот по утрам не лезет. Чего мне еще ждать?

Гермиона чем дальше, тем мне все труднее представить себе, как я говорю о беременности Северусу. Я погряз в своем молчании, и это хуже, чем ложь. Мне страшно, Герм, больше всего на свете я боюсь потерять его.

Я понимаю, что ты ничем не можешь помочь, но спасибо, что хотя бы выслушала меня.

Гарри Поттер,
Хогвартс, 11 апреля»

* * *

Дневник Гарри Поттера

«20 апреля 3.30 утра. Сегодня был редкий тихий вечер. Мы читали, и Сев задремал. Его голова покоилась у меня на коленях, волосы разметались, и я вдруг увидел, как он удивительно прекрасен. Я всегда считал его очень сексуальным мужчиной. Но такую уточненную, хищную красоту разглядел впервые. И такой безумной любовью вдруг кольнуло сердце. Теперь, когда нас может стать трое – теперь мы настоящая семья. Северус наверное даже не подозревает, как я хочу эту семью!!! Он, я и наш малыш! Он будет черноволосым и черноглазым, и белокожим, как Сев. Маленький Снейп!

Я не удержался и тихонько коснулся живота Северуса, пока он спал. Мне кажется или он на самом деле стал чуть-чуть заметен?

Я должен рассказать Северусу. Больше скрывать от него правду я не могу».

* * *

Дневник Гарри Поттера

«20 апреля 2000 года 15.00. Поттер, я всегда прощал тебе все твои истории, но то, что ты сделал на этот раз, выходит за привычные рамки шалостей! Поэтому и наказание будет соответствующим. Кстати, ты можешь не беспокоиться, я давно уже прошел обследование и могу тебе сообщить, что наш ребенок родится. И родится здоровым. Я почитал на днях кое-что из твоего дневника – очень мило. Твои мучения производят впечатление, но этого недостаточно для искупления. Поэтому я уезжаю. Я попросил у Альбуса отпуск, и в сложившейся ситуации он не посмел мне отказать. Изволь прийти 1 мая в 11.00 в кабинет директора и не смей никому об этом говорить. Мы с тобой обойдемся без свидетелей, а вся ваша остальная банда еще дождется моей мести. Хотя, как я понял, осознает это только Малфой – у него хватило ума на некоторое время исчезнуть. Не опаздывай. О кольцах я позабочусь сам.

И еще тебе стоит поменять местоимения в дневнике – у нас будет девочка.

Северус Снейп».



The end


09.01.2005


Оставьте свой отзыв:
Имя: Пароль:
Заглавие:
На главную
Замечания и поправки отсылать Anni