Цепи
(Chains)


АВТОР: Maya
ПЕРЕВОДЧИК: lilith20godrich
ОРИГИНАЛ: здесь
РАЗРЕШЕНИЕ НА ПЕРЕВОД: запрос отправлен.

ГЛАВНЫЕ ГЕРОИ/ПЕЙРИНГ: Гарри, Драко
РЕЙТИНГ: PG-13
КАТЕГОРИЯ: slash
ЖАНР: pwp

КРАТКОЕ СОДЕРЖАНИЕ: Нет ничего лучше для зарождения светлого и прекрасного чувства, чем цепи, наручники, подземелья и одержимый мегаломаньяк.

Перевод был сделан на Конкурс Переводов 2005





Криков моих отчаянных звук
Отлетает от стен подземелья.

Я и представить не мог,
что когда-нибудь это
Случится со мной.

Не шевельнуться,
Руки не поднять,
Все бесполезно.

Цепями окован,
Я никогда не признаюсь тебе,

Что люблю.

В глубине замка, сразу под общежитием слизеринцев, располагались хогвартские подземелья.

Солнечный свет никогда не проникал сквозь железные решетки, пухлые детские ножки никогда не ступали по этим плитам. Только камень, и сумрачный свет гаснущего факела, и заставляющий стынуть кровь в жилах звон цепей существовали в этих подземельях.

Правда, в данный момент к ним добавилось ворчливое нытье Драко Малфоя.

- Это ты во всем виноват, Поттер.

Гарри напряг всю силу воли, заставляя свой голос звучать как можно более спокойно. В результате его слова были больше похожи на рычание:

- Пошел к черту, Малфой.

Какая наглость! Значит, это он виноват?

Он на это точно не напрашивался. По правде говоря, он отдал бы все, лишь бы Дамблдор больше времени проводил в школе. И уж точно не был в восторге от назначения Аргуса Филча на должность ответственного за поддержание дисциплины в школе на время отсутствия Дамблдора.

- Я не могу никуда пойти, - ответил Малфой монотонным голосом, от одного звука которого Гарри хотелось выбить ему все зубы, - Я вообще-то скован цепями, если ты не заметил.

И конечно, Гарри не мог выбить ему все зубы. Потому что он тоже был скован цепями.

Он попытался игнорировать голос Малфоя, но это не помогло унять бушевавшую в нем ярость.

В голову вернулись воспоминания о том, что произошло меньше часа тому назад – в те благословенные времена, когда мир еще сохранял некое подобие нормальности.

Малфой был виноват гораздо больше, чем он.

* * *

Гарри возвращался из Совятни, занимаясь своими делами и никому не мешая. Он просто отправил письмо Сириусу. Он не делал ничего противозаконного.

Ну, разве что написал разыскиваемому особо опасному преступнику, но не в этом суть.

Он уж точно не сделал ничего Малфою, который пристал к нему, ухмыляясь и размахивая этим проклятым Ежедневным Пророком прямо у него перед лицом.

- Чего надо? – рявкнул Гарри.

- Просто хотел тебе помочь, - с невинным видом ответил Малфой, - Подумал, что тебе будет интересно узнать, с кем ты завел роман на этой неделе.

- О, отвали!

Но Малфой уже развернул газету и начал читать нарочитым фальцетом:

- Близость Гарри Поттеру к семейству Уизли давно не является ни для кого секретом, но в последнее время появились основания предполагать, что, вполне возможно, эта связь станет еще более крепкой. По слухам, он находится в весьма близких отношениях с единственной дочерью Артура и Молли Уизли. Обаятельная и жизнерадостная Джиневра Уизли поведала нам в эксклюзивном интервью: «Я не его девушка, но… - ну, конечно, мне он очень нравится, и я не отказалась бы…». Она покраснела, и ее девическое смущение ясно демонстрировало, что определенное понимание между очаровательной девушкой и ее отважным темноволосым героем действительно существует.

- Заткнись, Малфой.

Гарри чувствовал, как покраснели уши.

- Подожди, сейчас будет самое интересное, - ответил Малфой, который явно получал огромное удовольствие от всего происходящего, - Насколько нам известно, они были сладкой парочкой с самых юных лет. Когда Джиневра попала в плен Сами-Знаете-Кого, доблестный Гарри отправился в ужасную Тайную Комнату на спасение юной возлюбленной. Размахивая своим мощным орудием.… Как же – так я и поверил…

- Прекрати читать этот вздор, Малфой!

- Да ладно, Поттер, это все же лучше, чем та статья двухнедельной давности, - растягивая слова, ответил Малфой, - Насколько я помню, тогда репортеры заподозрили, что у тебя роман с Колином Криви. Скажи, он действительно целовал твои фотографии…

- Заткнись, а! Я так долго вытеснял из сознания эти воспоминания!

- Конечно, конечно, - любезно согласился Малфой, - Так, на чем я остановился? О да, на твоем – хммм – мощном орудии…

- Дай сюда, - он толкнул Малфоя.

Ладно, возможно, это была ошибка. Потому что Малфой чуть не споткнулся, и когда он поднял взгляд, то в нем кипело возмущение:

- Опустился до драки кулаками? – осведомился он, - Возможно, тебе действительно стоит войти в семейку Уизли. Только они могут пасть так низко.

- Не смей так говорить о Уизли!

- Заставь меня!

И в этот момент Гарри ударил его.

Ладно, возможно, и тут он погорячился.

Особенно учитывая, что Малфой посмотрел на него взглядом, холодным как лед, и Гарри вспомнил первый год учебы в Хогвартсе, когда Рон набросился на мальчишку, которого застал врасплох – и которому не довелось вырасти в компании пяти старших братьев, однако каким-то образом этот мальчишка смог отбиться от куда более мощного Рона и наградить его разбитым до крови носом.

Малфой размахнулся, и в голосе Гарри зазвенели боль и ярость, и они просто набросились друг на друга….

Гарри чувствовал, как бешено пульсирует кровь, и ему казалось, что он словно отключается каждую секунду – в такой он был бешеной ярости, так устал от всего этого…

Они с Малфоем катались по полу, и удары кулаков перемежались ударами их тел о каменные стены и пол. Гарри слышал неровное дыхание Малфоя у себя над ухом, когда вдруг прямо над ними замаячила сумрачная фигура Филча.

Они застыли в ужасе.

- Встаньте, мистер Поттер, - ледяным голосом произнес Филч.

- Ладно, - ответил Гарри, чей голос звучал как-то приглушенно и сбивчиво, - Только снимите с меня Малфоя для начала.

* * *

Их обоих затащили в кабинет Филча, в котором многое изменилось с того момента, как Гарри имел счастье посетить его в последний раз. Самое главное – в нем больше не было цепей. Зато вместо них появилось огромное черное кресло, украшенное острыми шипами.

Филч уселся на него, словно на королевский трон, и начал гладить миссис Норрис, довольно удачно изображая воплощение вселенского зла.

- Старосты затеяли драку, моя сладкая… Можешь себе это представить? Какой позор.

- Вы что, разговариваете с кошкой? – спросил Малфой, который за всю свою жизнь так и не смог выучить, когда следует держать язык за зубами – и вряд ли сможет, учитывая, что Гарри поклялся прикончить его при первой же возможности.

- Вдобавок проявляют неуважение к ассистенту главного лица, ответственного за дисциплину…, - мрачно отметил Филч.

Гарри уставился на миссис Норрис, после чего они с Малфоем обменялись взглядами, полными ледяного ужаса.

- Думаешь, у них есть какое-нибудь оправдание, моя дорогуша? – погрузился в размышления Филч, который явно готовился побить мировой рекорд Вселенной по ненормальности.

- Мы не сошлись мнениями по вопросу мощности поттеровского ору…

- Заткнись, Малфой! – рявкнул Гарри, который не был готов к тому, чтобы Филч осматривал его орудие и делал какие-то выводы о его мощности

И искренне сомневался, что когда-нибудь в своей жизни будет готов к подобному.

- Видишь, они не отвечают, моя лапочка. Это подозрительно, - продолжил Филч, не прекращая гладить миссис Норрис, - Думаю, их надо как следует наказать.

- Его первым, - сказали Малфой и Гарри в унисон.

Филч скорбно вздохнул:

- Если бы только Дамблдор позволил мне возродить старые традиции и использовать дыбу…

- Его первым, - опять одновременно произнесли Малфой и Гарри, и обменялись недовольными взглядами.

- Но к счастью, теперь у меня есть прекрасная альтернатива, - продолжил Филч, - Дни моего безвластия сочтены. Теперь то я заставлю вас дрожать от страха!

Гарри и Малфой снова обменялись взглядами, и Гарри увидел отражение собственной паники в холодных глазах Малфоя.

И эта паника только усилилась после того, как Филч залился в приступе маниакального смеха.

- Наконец-то у меня достаточно власти, чтобы заставить вас подергаться, - торжествующе провозгласил Филч, вставая с кресла, - Отныне я не буду мучиться от чувства вины перед этим портретом.

Он подошел к огромному рисованному маслом портрету мужчины, больше смахивающего на взбешенную обезьяну, измазанную нефтяной пленкой, и уставился на него с почти религиозным пиететом.

- Мой предшественник, - пробормотал он благоговейно, - Он оставлял на учениках шрамы, от которых они не могли избавиться до конца своих дней. Он был так могущественен, что если кто-то из учеников и осмеливался произнести его имя, то только едва слышным голоском, полным страха…

- А орудие у него было мощ…

Ботинок Гарри совершенно случайно и со всей силы опустился на ногу Малфоя.

- Аполлон Прингл! – выдохнул Филч, и прижал портрет к своей груди, - Я продолжу твое святое дело во славу имени твоего!

Мда.… Сначала кошки, теперь – неодушевленные предметы.

Филч повернулся к ним, глаза его превратились в узенькие, но совершенно безумные, щелочки.

- Я приготовил комнату, пока жил в ожидании этого шанса. Я знал, что рано или поздно он представится…, - прошептал он, - И перенес туда все мое оборудование.

Только в этот момент Гарри пришло в голову задуматься о том, куда подевались все цепи.

Но было уже поздно, и вскоре он оказался в промозглых подземельях, прикованный к стене, не имеющий ни малейшего представления о том, когда его освободят – и вынужденный терпеть компанию Малфоя.

И тупому придурку хватило наглости сказать, что это была его вина!

* * *

- Просто… не разговаривай со мной, - произнес Гарри ледяным голосом.

Малфой презрительно посмотрел на него, но на протяжении пары минут не сказал ни слова. Потом он начал что-то тихонько бормотать.

Гарри зло уставился на склоненную голову Малфоя. Его волосы казались еще более белоснежными в полумраке подземелья.

- Я сказал, не разго…

- А я и не разговариваю с тобой! – рявкнул Малфой, - Я играю сам с собой.

Воцарилась немая пауза.

Потом Гарри произнес очень осторожно:

- Ладно, во-первых, - фууу, а во-вторых, Малфой, мы же скованы цепями, как ты умудрился…

- Боже милосердный, Поттер, вытащи свой хилый разум из канавы, пока он не захлебнулся в похотливых мыслишках! – Малфой презрительно вздернул нос, - Я играл в особую слизеринскую игру – просто чтобы развлечься.

- О…

Гарри задумчиво уставился во тьму.

Через пару минут это занятие стало невероятно утомительным.

В конце концов, он не был героем викторианского романа – а всего лишь современной серии фэнтези.

- Ну… может, скажешь, что это за игра?

- Она называется Да Здравствуют Сексуальные Намеки!

Гарри потрясенно моргнул:

- Про-прошу прощения?

- Ты фокусируешься на каком-либо аспекте окружающего мира, и пытаешься выискать в нем сексуальные намеки, - Драко Малфой удовлетворенно изогнул губы, - Ты не поверишь, насколько это легко.

- О, и это мне надо вытащить свой разум из канавы? – произнес Гарри, - И я тебе не верю.

- Придется поверить, - с невероятным самодовольством ответил Малфой, - Возьмем, например, Квиддитч. О, это даже слишком просто. Четыре вида шаров, я уж молчу про то, что всю игру мы скачем на палках

- Я не хочу это слышать!

- А ты когда-нибудь задумывался о том, почему форма для Квиддитча почти полностью состоит из обтягивающей кожи? Ты знаешь, как много профессиональных игроков в Квиддитч оказываются гомосексуалистами?

- Ля ля ля, я не слушаю тебя!

- Подумай только о Наборе для Полировки Метел! – крикнул Малфой.

- Заткнись, у меня самого такой есть!

- Ага!

- Заткнись, заткнись, заткнись!

- К примеру, вспомни Людо Бэгмена, - невозмутимо продолжал Малфой, - Как я слышал, он постоянно с тобой заигрывал. Ой, как странно - это ведь было как раз перед тем, как его уволили…

- Ты извращенец

Малфой улыбнулся так, будто ему только что отвесили приятный комплимент.

- И не будем забывать о Филче, - жизнерадостно продолжил он, - Представь, как долги, холодны и одиноки ночи человека, у которого в качестве компании только кошка да бездарно нарисованный портрет. Ты задумывался когда-нибудь о его странной склонности к сковыванию учеников цепями – может, мне стоит сказать, «о его фетише»? Так и представляю себе этого типа с хлыстом и в ажурных чулках на подвязках.

Ну, Гарри тоже представил – и понял, что до конца его дней этот чудовищный образ будет преследовать его в бесконечных кошмарах.

- На помощь! – отчаянно закричал Гарри, - Я прикован в подземелье с сексуальным маньяком!

- Да, так держать, Поттер, - пробурчал Малфой, - Теперь, если кто-то вдруг спешил нам на спасение, он просто скажет «Вот ведь везучий поганец!», и отправится восвояси.

- Поверь, если он услышит твой голос, то помчится ко мне на помощь со скоростью ветра.

- Мой голос? Это не я тут вопил, между прочим, - заметил Малфой, - Поттер, ты визжишь как девчонка. Джинни Уизли когда-нибудь…

- Ни слова о Уизли!

- И что ты сделаешь, Поттер? Ударишь меня?

Малфой повернулся, и его цепи звякнули. Гарри оглядел металлические наручники, охватывающие запястья Малфоя, и после этого вернулся к старому и проверенному опытом взгляду, полному презрения.

Малфой вернул его с интересом.

- Почему бы тебе не свалить куда подальше и там сгнить, - беспомощно прорычал Гарри.

Малфой, используя стену в качестве опоры, приблизил свое лицо к Гарри.

- Например, в подземелье, Поттер? - нежно предложил он, - Сиди смирно, держи язык за зубами и не забывай гнить, как послушный мальчик?

- Я всегда знал, что ты рано или поздно окажешься в наручниках, - нанес ответный удар Гарри, - ты, мелкий Грызун Смерти.

- Прошу прощения, - рявкнул Малфой, - Мне послышалось, или ты действительно предположил, что я имею какое-либо отношение к Темному Повелителю?

- Ты ненавидишь магглов!

- Кофе без кофеина я тоже ненавижу, - холодно информировал его Малфой, - Но я не планирую истребить всех сирых и убогих, которые его пьют.

После небольшой паузы он добавил:

- Разве что в исключительных случаях, когда они в придачу едят хлеб из цельного зерна.

- А как насчет твоего от…

- Замолкни, Поттер. У меня сложные отношения с отцом.

- Да неужели? – Гарри злодейски ухмылялся в темноте, - И что ты сделаешь, Малфой? Ударишь меня?

Малфой замолк на несколько долгих, взбешенных мгновений.

А потом с ледяным спокойствием он сказал:

- А вот что я сделаю, - с этими словами повернулся и укусил Гарри за плечо.

- ОЙ! Малфой, ты… ты укусил меня, чертова ты девчонка!

- А что еще я мог сделать?

- Ну, я не знаю, например, не кусать меня?

- Я должен был причинить какой-нибудь физический вред, а я тут немножко скован, если ты не заметил.

И Малфой с самодовольной ухмылкой прислонился к стене.

Гарри окончательно потерял терпение, раскачался на цепях и со всей силы прижал своим телом Малфоя к стене. Кандалы впились в кожу, но потрясенное выражение на лице Малфоя стоило любой боли.

- Тебе не следовало меня кусать, - яростно рявкнул он, и хорошенько настучал локтем по пустой голове Драко Малфоя.

В ответ на что Малфой немедленно впился зубами в его руку.

- Ой… прекрати, мерзкий маленький…

Ну ладно, в этом не было ничего особенного. Просто взглядом Гарри уловил, что мантия Малфоя порвалась на плече. Наверно, он случайно порвал ее во время борьбы, и теперь белоснежная кожа сверкала сквозь дырку.

И Гарри со всех сил впился в нее.

Тело Малфоя напряглось от боли.

- О, - пробормотал он, его лицо было прижато к плечу Гарри, и потому голос звучал приглушенно, - О, это действительно больно, чертов дикарь…

И он снова впился в него зубами, заставив Гарри вскрикнуть.

- Да прекрати ты кусаться как девчонка!

Они были так близко друг к другу, что Гарри чувствовал, как Малфой вспотел, как сбилось его дыхание после недавней потасовки. У его кожи был солоноватый привкус.

Гарри с удовольствием отметил, что победа была за ним, потому что Малфою, чтобы укусить его, приходилось пробираться через несколько слоев ткани.

Малфой тоже это заметил, судя по тому, с какой решимостью он вцепился в его глотку.

В самом прямом смысле этого слова.

Гарри застонал от боли, и, чтобы скрыть это, еще сильней впился зубами в кожу Малфоя.

Но теперь у Малфоя было куда больше кожи под рукой – вернее, под зубами, чем у Гарри, и его голова была прижата к горлу Гарри, и его лицо было невероятно разгоряченным, и зубы Малфоя впивались в его кожу, тело было напряжено от шока и боли, и по вполне понятным причинам Гарри приходилось кусать Малфоя со всей силы, стараясь прокусить кожу до крови, и потом надо было лизнуть, чтобы понять, добрался ли он до крови, но нет, это был пот, и о Боже, у него был такой приятный вкус…

Малфой тоже застонал, и тоже не совсем от боли, продолжая впиваться в горло Гарри, и это было невероятно, незабываемо приятно, и теперь у Гарри было отчетливое ощущение, что происходит нечто не совсем обычное, потому что драка вообще-то не должна быть приятной, разве нет?

- Эээ… Малфой? – произнес он, и сам поразился, насколько вежливы были его слова, произнесенные хриплым от неожиданной страсти голосом, - По-моему, мы больше не деремся – это больше похоже на…

Он постарался не вздрагивать слишком сильно от ощущения жаркого дыхания Малфоя на коже, когда тот ответил:

- Да неужели, Поттер.

- Тогда наверно, нам стоит…, - он готов был поклясться, что собирался сказать «прекратить». Но в этот самый момент Малфой провел языком длинную влажную дорожку на шее Гарри, и его способность к рациональному мышлению решила уйти в долговременный отпуск.

Гарри смущенно застонал, прижался еще плотнее к Малфою, и когда Малфой прижался к нему в ответ, наклонил голову и осторожно прикусил зубами гладкую кожу на подбородке. Он искал, почти невидящий в полумраке подземелья, прижатый слишком близко, и не желающий отодвигаться ни на дюйм, предпочитающий просто исследовать лицо Малфоя в поиске его губ, и вот, наконец, он их нашел, и…

Его губы были теплыми, но сам поцелуй был жестким и отчаянным, и по-прежнему невероятно шокирующим, языки и зубы сталкивались, словно в борьбе, заставляя Гарри неистово стонать снова и снова. Малфой ласкал языком его рот изнутри, и это было слишком возбуждающе, чтобы не быть противозаконным, и Гарри неловко попытался ответить тем же, и …

После этого не было ничего, кроме прижимания друг к другу, и поцелуев, и укусов, и стонов, и звонкого бряцанья цепей в пустой темноте. Малфой со всей силы вжался в тело Гарри, а Гарри впился в его губы, столь же отчаянно вжавшись в ответ, и все это под аккомпанемент металлического звона, воцарившегося у него в голове.

Малфой начал медленно, осторожно, легко тереться об него.

- О Боже.… О Боже

- Мне нужно освободить свои руки, - выдохнул Малфой, - Мне нужно освободить твои руки… Черт побери…

- Ты и без них неплохо справляешься, - с абсолютной убежденностью ответил Гарри, и поднял взгляд на скованные запястья Малфоя.

Точнее, на замок одного из наручников.

- Малфой.

- Ммм? – ответил Малфой, легонько покусывая его ухо.

Гарри доблестно поборол внезапный порыв забыть обо всем на свете:

- Э… просто… ооо… ааа…. дааа… ключ вставлен в замок на твоих наручниках.

Малфой уставился на него:

- Что?

- Думаю…. Я могу дотянуться до него. Если я… эээ, - пришло и время Гарри покраснеть, - прижмусь к тебе совсем чуть-чуть…

- Будь так любезен, - со всей учтивостью ответил Малфой.

Гарри покорно послушался, непрерывно повторяя про себя, что он вовсе не трется о кое-кого разгоряченного и неотразимо привлекательного, и потому его это ни капли не отвлекает…

- Эй! Малфой, ты только что укусил мой…?

- Сосок? Совершенно верно. Какие то проблемы?

- Нет! Вовсе нет! Эээ, можешь повторить, если хочешь – я не буду возражать.

- Думаю, тебе стоит сосредоточиться.

- На чем? О, точно. Точно. Я должен достать ключ, да?

Он еще сильней вжался в Малфоя и вцепился в ключ зубами.

- Вот это да, Поттер, - насмешливо произнес Малфой, сопровождая слова движениями, которые никак не способствовали выходу из сложившейся критической ситуации, - Похоже, Ежедневный Пророк не так уж и ошибался по поводу мощности…

- Фаткнись, - приказал Гарри, по-прежнему сжимавший ключ в зубах.

Теперь поверни его, и вы оба сможете выбраться отсюда, сказал он самому себе, и осознал, что его одуревший от желания мозг вовсе не горит энтузиазмом при этой мысли.

Ну ладно, попробуем по другому.

Поверни, и у него освободятся руки.

Один из наручников распахнулся, и Гарри опустился, повиснув на цепях. Малфой быстро поднял освободившуюся руку, выхватил ключ и начал избавляться от сковывавших его цепей.

С практической точки зрения, это был умный и вполне ожидаемый ход. Но с точки зрения эстетической, Гарри не оставляла внушающая серьезные опасения мысль о том, что цепи очень хорошо смотрелись на Малфое.

За пару мгновений Малфой полностью освободился и приблизился к Гарри, подняв руку к одному из его запястий.

И замер.

- Подожди секунду, - произнес он, - Что мы здесь делаем?

- Ну.… В настоящий момент ты занят тем, что не освобождаешь меня!

- Я не об этом? – ответил Малфой, - Что ты планируешь делать дальше?

- Эээ, - промычал Гарри, - Я думал, что мы… ну, как бы … куда-нибудь пойдем, выпьем кофе и что-то типа того.

И займемся чем-нибудь жарким и увлекательным, с обязательным использованием рук и прочих конечностей, мысленно продолжил Гарри, решивший не озвучивать эту часть.

- Выпьем кофе?

- Ты же сказал, что любишь кофе!

- Поттер. С какой стати тебе в голову взбрела идея выпить со мной кофе? Да, конечно, я признаю, я феноменально целуюсь, но – будь повнимательней, сейчас будет Очень Важный Жизненный Урок – это вовсе не означает, что я перестал быть мерзким типом.

- Я в курсе, - проинформировал его Гарри, - Но… ну, ты сказал, что не поддерживаешь Вольдеморта, и мы иногда говорим в унисон, и ты придумал игру в сексуальные намеки…

- Как ты узнал, что это я ее придумал?

Гарри улыбнулся:

- Интуиция подсказала.

Малфой выглядел так, будто вот-вот улыбнется в ответ, но вместо этого принял разгневанный вид.

- Это был типичный – полный - сексуального – напряжения - момент – между – скованными – в - подземельях - заклятыми – врагами – подростками - с - бушующими – гормонами, Поттер, - надменно произнес он, - Не думаю, что стоит вмешивать сюда высокие чувства – и кофе. Ты сумасшедший, а я пошел отсюда.

И он действительно развернулся, когда Гарри заговорил:

- Трус, - мягко произнес он.

Как он и рассчитывал, Малфой резко развернулся:

- Что ты сказал?

- Ты убегаешь, - ответил Гарри, - И я пришел к логическому заключению, что ты струсил. Здесь я контролирую ситуацию.

- О, смелое заявление – из уст мальчика в цепях.

- Ты просто сбегаешь, поджав хвост. Тебе не хватает смелости, чтобы остаться. Я контролирую ситуацию, ведь я могу признать, что произошедшее здесь может что-то значить. Ты же просто не смеешь посмотреть правде в глаза. Ты боишься даже рассматривать такую вероятность. Ты…

Малфой подбежал к нему, притянул к себе, вцепившись в затылок, и впился в его губы отчаянным поцелуем.

Гарри резко потерял интерес к своим словам в частности – и к английскому языку в целом.

Значение слов слишком переоценивают, - думал он, ощущая, как сплетаются их языки, - Вполне можно обойтись несвязными стонами и мольбами.

И, конечно же, языком тела.

Нет, это здорово, что Малфой освободил руки – потому что теперь он мог использовать их, и он использовал их просто невероятно хорошо.

Английский язык покинул его навеки. Но зато у него остались фантастические руки Малфоя.

Гарри показалось, что в какой-то момент он почти взвыл, когда одна из этих рук продемонстрировала свою отчаянную смелость.

- О нет, - произнес Малфой глубоким, ласкающим голосом, который немедленно следовало объявить вне закона, - Похоже, Ежедневный Пророк ни капли не преувеличил.

- Пожалуйста…

Малфой улыбнулся, хотя его улыбка казалась почти вымученной, и за ней проглядывал необъяснимый испуг.

- Здесь я контролирую ситуацию, - с силой произнес он, - И есть одна вещь, которую именно я могу сделать.

Гарри нервно откашлялся:

- И что же это?

Малфой развернулся на каблуках и направился к двери. Стоя на пороге, он бросил на Гарри взгляд - точно такой же, каким он смотрел на него перед тем, как в первый раз укусить - и произнес:

- Вот что.

И ушел.

Гарри обмяк и повис на цепях под звуки раздающегося во тьме скорбного звяканья, и в голову ему пришла кошмарная мысль о том, что Филч может в любой момент придти и застать его в состоянии повышенного возбуждения.

А вдруг он забудет о своей преданности кошкам и портретам?

Но даже эта мысль не смогла унять его возбуждение. Не помогли и отчаянные размышления на тему собственной сексуальной ориентации, мысленный поиск способов поскорее выбраться отсюда – и вариантов того, как добраться до Драко Малфоя, уложить его на спину и совершить с ним серию на редкость развратных действий.

Вообще-то, последняя мысль была очевидным ответом на мысль первую. Что же до побега….

Гарри задумался о том, как именно стоит звать на помощь.

После минуты размышлений он решил, что призыв: «На помощь! Я прикован в подземелье БЕЗ сексуального маньяка!» может отлично подойти.



The end



Оставьте свой отзыв:
Имя: Пароль:
Заглавие:
На главную
Замечания и поправки отсылать Anni