Одурманенный
(Intoxicated)


АВТОР: valis2
ПЕРЕВОДЧИК: Джерри
БЕТА: Helga
ОРИГИНАЛ: здесь
РАЗРЕШЕНИЕ НА ПЕРЕВОД: получено.


ГЛАВНЫЕ ГЕРОИ/ПЕЙРИНГ: Северус
РЕЙТИНГ: NC-17
КАТЕГОРИЯ: slash
ЖАНР: pwp

КРАТКОЕ СОДЕРЖАНИЕ: Немного зелья и...

БЕТА АВТОРА: Odd Doll

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ АВТОРА: неконтролируемое желание (заклинание, зелье, и т.п.), почти публичный секс, вуайеризм, мастурбация (взаимная или соло), опьянение, смерть второстепенного персонажа. События происходят после «ГПиПП».


ОТКАЗ: Все права на Гарри Поттера принадлежат Д.К. Роулинг.




Собрание закончилось, и больше всего на свете Северусу хотелось уйти – и как можно скорее.

Возможно, потому что Беллатрикс исступленно накладывала Круциатус на Шизоглаза до тех пор, пока тот, наконец, не сошел с ума. Возможно, потому что последним осмысленным выражением в обращенном к нему взгляде Моуди было осуждение.

Возможно, во всем виновата разорвавшая ночную мглу зеленая вспышка.

Так или иначе, но Северус чувствовал себя совершенно разбитым. Моуди никогда не доверял ему и всегда относился с презрением, но сегодня вечером, в то время как он от боли выл и корчился на полу, когда кто-то раздавил ногами его волшебный глаз, Снейп не испытал удовлетворения. Лишь привкус пепла во внезапно пересохшем рту.

Люциус наблюдал за ним, и Северусу пришлось скрыть обуревавшие его эмоции под маской живого интереса и удовольствия от происходящего. Малфой улыбнулся и повернулся к Рудольфу. Освобожденный из Азкабана и вернувшийся в ряды Упивающихся, он стоял неподалеку рядом с Драко.

Желание уйти стало еще сильнее, и Снейп сжал кулаки. Моуди в неестественной позе лежал на земле, устремив невидящий взгляд в небо. Из угла его рта тонкой струйкой стекала пена, и Северус почувствовал приступ тошноты.

Ему срочно требовалось выпить. И не имеет значения, что он в розыске и авроры могут его арестовать. Слишком много свалилось на него сегодня вечером. Парочка заклинаний и подходящий бар – все, что нужно, чтобы спокойно выпить в одиночестве.

Он осторожно огляделся по сторонам. Люциус и Драко уже аппарировали. Большинство Пожирателей Смерти расходились, гул голосов постепенно затихал. Снейп нетерпеливо дождался момента, чтобы улизнуть, умело отклонив предложение Долохова поразвлечься.



В «Жаждущем Псе» было очень жарко и полно народу. Северус с трудом отыскал за стойкой бара единственное свободное место. Волшебник, сидевший рядом, покосился на него, и Северус уже подумывал о том, чтобы незаметно наложить на него заклятие Забвения, но тот вернулся к своей выпивке.

Снейп заказал огневиски и одним махом осушил стакан, пытаясь избавиться от привкуса сожаления во рту. За первым стаканом последовал еще один, и еще, и еще – пока стены бара не начали приятно расплываться у него перед глазами, а руки – расслабляться. Другие волшебники не обращали на него внимания, за что стоило благодарить Скрывающее заклинание, которым он воспользовался. Кроме волшебника слева, который иногда поглядывал в его сторону. Каштановые волосы, карие глаза – ничего примечательного. Северус его не узнал, но было в нем что-то знакомое. Служащий Министерства? Бывший студент, возможно... Или новый член Ордена?

Мысли его переключились на членов Ордена и на то, как они воспримут смерть Моуди. Минерва будет потрясена и разгневана, Ремус – раздавлен, Кингсли... Кингсли Шеклболт. В его воображении возник образ аврора. Образ Кингсли, затаскивающего его – шепча непристойности и расстегивая на ходу мантию – в маленькую комнатушку в доме на Гриммаулд Плейс. Его бархатистая кожа. Минуты наслаждения, островок счастья в воспоминаниях.

Северус отогнал от себя эти мысли и заказал еще огневиски. В этот момент около двери возникла суматоха, и он оглянулся посмотреть, что происходит. Двое волшебников яростно спорили друг с другом и уже собрались пустить в ход волшебные палочки, но толстяк в изрядно заляпанном фартуке вовремя разнял их. Снейп повернулся к стойке; он ощущал приятное опьянение. Бармен снова наполнил его стакан. Благодаря алкоголю его до предела натянутые нервы понемногу расслабились. Каковы шансы, что авроры найдут его здесь? Казалось почти невозможным, что они станут искать его в захудалом баре, набитом Темными магами. Северус осушил стакан, и в голове промелькнула вялая мысль, что он пьет слишком много и слишком быстро.

Много времени минуло с тех пор, как он посещал бары.

Он рассеянно облизнул губы и нахмурился. Несмотря на характерный резкий вкус огневиски, он смог уловить странный специфический привкус. Яд? Мысли лениво ворочались в мозгу.

Он не мог распознать с точностью, но этот привкус не принадлежал ни одному из известных ему ядов.

По лбу заструился пот, его всего словно бросило в жар. Казалось, будто одежда внезапно стала ему тесна; губы покалывало. Грубая ткань задела соски, и Северус вздрогнул.

Возбуждающее зелье. Сидящий слева волшебник лениво обводил пальцем край своего бокала. У Северуса в запасе было не больше минуты, потом он уже не сможет себя контролировать. Желание уничтожит его.

– Ты… – пробормотал он. Волшебник повернулся к нему, улыбаясь:

– Прямо здесь или желаешь уединиться?

На правое запястье Северуса легла чья-то рука, он повернулся – и, задохнувшись от удивления, увидел Кингсли Шеклболта.

– Нам нужно поговорить, – сказал Кингсли, с яростью глядя на Снейпа. – Сейчас, – и дернул его за руку.

– Я... – Снейп с трудом ворочал языком. Захват стал крепче, и Северуса буквально оторвали от стула. Волшебник слева попытался протестовать, но тут же умолк, когда, обернувшись, Кингсли одарил его гневным взглядом.

– Пойдем, – сказал Шеклболт, бросая на стойку несколько монет. Он выпустил запястье Северуса, но взгляд его однозначно дал понять, что возражения не принимаются. Он махнул рукой, делая Снейпу знак следовать за ним.



Идти было трудно. Количество выпитого и так мало способствовало твердой походке, а Возбуждающее зелье только осложняло ситуацию. Каждый нерв словно оголился. Северус споткнулся. С каждым шагом штаны терлись о промежность, и Снейп мог чувствовать, как увеличивается его член. Каждый дюйм его кожи пылал.

Дверь перед ним расплывалась. Он долго не мог повернуть ручку и чуть не упал, но Кингсли схватил его за руку и сам открыл дверь. Они вышли на улицу, в ночную тьму, и Снейп снова споткнулся.

– Ты предал его, – певучим голосом произнес Кингсли. – Ты предал нас. Ты предал меня.

Все завертелось у Снейпа перед глазами, и он медленно повернулся. Кингсли спокойно смотрел на него.

– Я... – Северус облизнул губы. Кингсли был похож на ожившую эротическую фантазию – мускулистый, излучающий силу; взгляд черных глаз завораживал. Осекшись, Снейп рванулся к нему, схватил за шею и притянул к себе, вовлекая в умопомрачительный поцелуй. Возбуждающее зелье душило, наполняя вены огнем, а у Кингсли был такой восхитительный вкус...

Шеклболт отступил, он казался смущенным.

– Что ты делаешь? – снова схватив Северуса за руку, он потащил его в переулок за баром. – Почему ты здесь? Я хочу, чтобы ты ответил. Ты же знаешь, я могу отправить тебя прямиком в Азкабан, – похоже, он был потрясен до глубины души.

Только последние остатки самообладания позволили Северусу не наброситься на Кингсли и не начать бесстыдно тереться об его ногу.

– Ты... – начал он, сжав кулаки.

– Я жду, – спокойно сказал Кингсли.

В течение длительной паузы Северус боролся с действием зелья, но то было заведомо проигрышное сражение. Он снова метнулся к Кингсли, но тот остановил его, вытянув руки.

– Да что с тобой?! – нахмурившись, спросил он. – Это не... – Шеклболт облизнул губы, и Северус с замиранием сердца увидел, как и в его глазах зажглись искры страсти. Кингсли на мгновение опустил веки, а когда снова их поднял, то притянул Северуса к себе и прильнул к его губам в жарком, опьяняющем поцелуе. Руки, удерживающие его за плечи, спустились ниже, и он застонал, прерывая поцелуй.

– Северус, – смущенно начал Кингсли, – я думаю... Черт возьми, что я делаю?!

Но в голове Снейпа не было ничего, кроме яростного, всепоглощающего желания, и он толкнул Кингсли к стене и настойчиво припал к его губам. Очень долгое время он чувствовал только эти горячие губы и исследующий его рот гибкий язык – до тех пор, пока рука Кингсли не опустилась и не погладила через одежду его член. Северус застонал, и внезапно все поменялось местами – теперь он очутился в ловушке и стоял, ощущая спиной холод кирпичной стены.

– Ну же... – умоляюще простонал Снейп.

Кингсли все еще казался растерянным, но Северус мог видеть, как и его охватывает желание.

– Что ты хочешь, Северус? – хрипло спросил аврор.

– Ну же... – повторил он, не в состоянии яснее выразить свои мысли. Его трясло от возбуждения. Кингсли стал целовать его – мягко, отстраняясь всякий раз, когда Северус пробовал углубить поцелуй. Губы нежно прошлись по щеке; зубы легко сжали мочку уха. Кингсли укусил его за ключицу и накрыл рукой возбужденный член. Северус подался навстречу, требуя большего.

Кингсли облизал место укуса и хихикнул.

– Ты не был таким в прошлый раз, – мягко сказал он, – старался держать себя в руках...

– Сейчас, – простонал Северус невпопад, уже не владея собой. Единственное, что в этот момент имело значение – рука на его члене.

Кингсли снова поцеловал его – на этот раз страстно, кусая губы, чем еще больше распалил его. В венах все еще горел огневиски. Северус яростно рванул мантию, пытаясь освободиться от нее и коснуться себя. Застежка на брюках не поддавалась, и Снейп недовольно зарычал, когда ладонь Кингсли легла на его запястье.

– Давай я тебе помогу, – прошептал тот, и внезапно брюки исчезли, а рука Шеклболта накрыла его руку, лаская, и это было нечто невероятное. Его кожа горела от прикосновения мозолистой твердой ладони Кингсли. Тот уверенно обхватил напряженный член Северуса и принялся медленно двигать рукой по всей длине. Снейп заскулил. Возбуждающее зелье завладело им всецело, и он отчаянно нуждался в разрядке. Сейчас он хотел только этого. Накрыв ласкающую член руку Кингсли своей и зарычав, попытался ускорить ритм движений и усилить давление. Но Кингсли не собирался отдавать инициативу.

– У меня есть идея получше, – прошептал он на ухо Снейпу, убирая его руку и разворачивая Северуса лицом к холодной кирпичной стене.

– Кингсли… – начал тот протестуя. Прижатый к стене, он стоял, опираясь на руки, от выпитого кружилась голова и стена расплывалась перед глазами. Он слышал, как Кингсли медленно – слишком медленно – снимает одежду, и чувствовал, как голые ноги начинает покалывать от холода. Горячие руки принялись ласкать его тело, а потом внезапно стало жарко, когда Кингсли прижался пахом к его ягодицам и стал тереться о них возбужденным членом. От прикосновения жестких волосков по рукам Северуса побежали мурашки.

Быстро произнесенное заклинание – и вечерний воздух наполнился ароматом, в котором, хотя он тут же рассеялся, Снейп безошибочно распознал аромат смазки.

Он почувствовал, как пальцы Кингсли скользнули в расщелину между ягодицами. Удовольствие было почти запредельным, и Снейпу, чтобы сдержать крик, пришлось до боли стиснуть зубы.

– Раздвинь ноги пошире, – велел Шеклболт, и Северус изменил положение, вытянув руки и распластавшись по стене. Его член настойчиво пульсировал. Снейп оглянулся назад – посмотреть, как Кингсли подготавливает себя, неторопливо водя рукой вверх-вниз по члену – и от увиденного едва не лишился рассудка. Он снова отвернулся к стене и не смог сдержать стон, когда влажные пальцы коснулись его ануса, нанося смазку.

Северус вскрикнул, почувствовав, как член Кингсли надавил на его отверстие. Шеклболт опустил руки ему на бедра. Когда горячая влажная головка вошла в него, Северус попытался расслабиться. Это не было похоже ни на одно из испытанных им прежде ощущений. Алкоголь и Возбуждающее зелье образовали гремучую смесь, которая превратила в натянутую струну каждый нерв в теле, а когда член Кингсли оказался внутри и начал двигаться, Снейп забыл, что надо дышать.

Он чувствовал, как внутри все горит, невероятно растягиваясь – и все же не может принять член целиком. Воздух в легких неожиданно закончился, и Северусу показалось, что его полузадушенный всхлип прозвучал в пустынном переулке непристойно громко.

Руки оставили его бедра и теперь неспешно путешествовали по телу под одеждой. Кингсли погладил его грудь и дюйм за дюймом начал продвигаться вглубь Северуса, пока не вошел в него до конца – и остановился, продолжая ласкать. У Снейпа снова перехватило дыхание, потому что руки Шеклболта добрались до его сосков и, обведя, с силой их сжали.

Северусу показалось, что из переулка доносится какой-то шум, и на мгновение он подумал, как же нелепо выглядит сейчас со спущенными штанами и задранной мантией, с членом Кингсли в заднице; но тот начал двигаться, и все мысли вылетели у него из головы, потому что жжение внутри постепенно отступало, сменяясь немыслимым удовольствием. И когда Северус сам стал двигаться – медленно, размеренно – то услышал, как из груди Кингсли вырвался негромкий стон. Его руки продолжали блуждать по телу Снейпа. Где-то внутри зарождалось наслаждение, и каждый новый толчок вызывал дрожь. От удовольствия Северусу хотелось кричать.

– Ну... же... – задыхался он. Кингсли трахал Снейпа, каждый раз входя в него до самого основания; руки скользнули вниз, одна нежно обхватила яички. Северус застонал, когда другая рука принялась неторопливо ласкать его член. Полуголый, распятый у стены в пустынном переулке, он чувствовал себя сейчас абсолютно открытым и необычайно уязвимым.

Кингсли врывался в него короткими толчками, одной рукой сжимая яички, а другой все так же невесомо лаская член. Он был так близко...

– Кингсли, – задыхаясь, взмолился Северус. Действие Возбуждающего зелья достигло высшей точки.

– Я никогда даже не мечтал об этом, – соблазнительно прошептал его мучитель. – Северус Снейп в моих руках. – Он сжал его член. – Беспомощный. – Давление усилилось. – Полностью в моей власти.

Ногти Северуса царапнули по стене.

– Я вижу, кто-то подлил тебе Возбуждающего зелья, – продолжал Кингсли, – и ты передал мне немного через поцелуй. – Еще толчок. – Или, возможно, ты нарочно это сделал, беспокоясь, что тогда все было случайно. – Его губы едва не касались шеи Северуса. – Ты вспоминал тот раз? – Снейп мог чувствовать зубы, слегка задевающие горевшую от прикосновений кожу. – Я вспоминал. Я вспоминал ту ночь на двоих, ночь с тобой. Я вспоминал о ней каждый день. – Быстрый дразнящий укус вызвал во всем теле дрожь. – Ты вспоминал, Северус?

– Д-да, – ноги Северуса были готовы подкоситься. – Да... Кингсли...

Тот ускорил темп. Северус извивался, двигая бедрами, он отчаянно хотел большего, но Шеклболт, словно насмехаясь, лишь слегка скользил пальцами вдоль его члена. Снейп не мог оторвать руки от стены, он сразу упал бы. Внезапное грубое прикосновение к мошонке заставило его вскрикнуть.

– Чего ты хочешь, Северус? – спросил Кингсли, возвращаясь к прежнему неторопливому темпу. Мимоходом прикусив мочку, он принялся мучительно долго вылизывать ухо горячим влажным языком. – Я думал о тебе. И волновался. Я искал тебя... долго, очень долго искал. И вот ты появился, да еще и с Возбуждающим зельем. Ты думал, что я не захочу тебя после всего, что ты сделал? Ты думал, что я недостаточно умен, чтобы понять, где правда?

Сгорая от желания, Северус всхлипнул, когда язык Кингсли принялся за его шею.

– Ну же...

Кингсли остановился, нежно поцеловал его в подбородок и снова приблизил губы к уху.

– Я верю тебе, Северус, – прошептал он. – Я могу тебе помочь. Ты разрешишь?

От нахлынувших эмоций перед глазами Северуса все поплыло, и он почувствовал, как сжалось сердце.

– Да! Черт возьми, да! – выкрикнул он, слыша, как бешено стучит кровь в ушах.

Еще один нежный поцелуй, и Кингсли сжал его член. Почувствовав обхватившие его горячие скользкие пальцы, Северус едва не закричал от невероятного удовольствия. Еще один яростный толчок – и Шеклболт стал двигать рукой быстро и почти грубо. Яички напряглись, невыносимое удовольствие почти сводило с ума. Кингсли стонал у него за спиной, и Снейп почувствовал, как вспыхнуло его лицо, как сладкой судорогой свело мышцы.

Дурманящий туман Возбуждающего зелья сгустился, и кирпичная стена закружилась перед его глазами, меняя цвета. Каждый толчок подводил его к краю, все ближе и ближе, – пока не перехватило дыхание от наслаждения, накрывшего его обжигающей волной.

Кингсли выкрикнул его имя, и Северус взорвался. Он глухо застонал, когда кончил; забрызгав мантию, пульсируя и изливаясь в руку не перестававшего его трахать Кингсли. И бессильно обмяк, насаженный на член. Бесстыдные стоны слетали с его губ, пока он бился в пароксизме наслаждения. Во рту пересохло, горло саднило, а ноги дрожали.

Кингсли хрипел; судорожно вцепившись в бедра Северуса, он врывался в него резко и быстро, пока сам не кончил с неистовым стоном. Снейп почувствовал, как его огромный член пульсирует внутри, и в этот момент Кингсли обнял его и поцеловал в шею почти невесомым поцелуем, от которого по позвоночнику пробежала дрожь. И осторожно отстранился, выходя из Северуса. Затем Шеклболт произнес Очищающее заклинание, и Снейп неожиданно почувствовал себя потерянным. Новый поцелуй в шею заставил его оглянуться.

– Боюсь, я уничтожил твои брюки, – улыбнулся Кингсли, – придется тебе аппарировать домой в одной мантии – с голой задницей.

– Что? – мысли Северуса словно впали в спячку. Он медленно оторвал от стены одну руку, затем другую. На ладонях осталась красная кирпичная пыль. Он осторожно выпрямился и попробовал привести в порядок порванную одежду. – Надеюсь, я смогу.

В переулке послышался какой-то шум, и они оба оглянулись и увидели того самого волшебника из бара, который поправлял одежду. Вкупе с разгоряченным лицом это не оставляло никаких сомнений в том, чем он занимался, подглядывая за ними.

– Весьма эротичное зрелище, – сказал волшебник. У них на глазах его волосы менялись, из коротких каштановых превращаясь в длинные светлые.

– Люциус, – простонал Северус.

– Одна из самых восхитительных вещей, которые я когда-нибудь видел. Северус Снейп, в глухом переулке, просит отыметь его... словно последняя шлюха... просто потрясающе! – его лицо казалось спокойным, но глаза сверкали, когда он смотрел на Снейпа.

– Жаль только, что ты не будешь это помнить, – ухмыльнулся Кингсли. – Obliviate!

Люциус стоял с широко открытыми глазами, глупо прижимая к груди палочку.

– Нам нужно уходить отсюда, – сказал Шеклболт. – Мы должны быть осторожны... Если кто-нибудь узнает о нашей связи, твоя легенда может быть подвергнута сомнению.

– Легенда? – смущенно спросил Снейп.

– Да, конечно, – нетерпеливо ответил Кингсли. – С этого момента ты будешь отчитываться передо мной. Я дам тебе знать, когда станет безопасно, и мы встретимся снова.

– Что ты имеешь в виду?

– Вот что, – Кингсли обнял Северуса и поцеловал его – так сильно, что у того снова подкосились колени. Когда Шеклболт наконец отстранился, у него в глазах Северус увидел нечто такое, что никогда не думал увидеть снова. Не забывай, – добавил он и аппарировал.

Наблюдая за тем, как постепенно приходит в чувство Люциус, Северус еще долго стоял в переулке.

– Не забуду, – спокойно сказал он сам себе и тоже аппарировал.



The end



Оставьте свой отзыв:
Имя: Пароль:
Заглавие:
На главную
Замечания и поправки отсылать Anni