Я люблю тебя…

АВТОР: Telwin
БЕТА: нет, но огромное спасибо Надин за исправление некоторых ошибок

ГЛАВНЫЕ ГЕРОИ/ПЕЙРИНГ: Гарри, Драко
РЕЙТИНГ: R
КАТЕГОРИЯ: slash
ЖАНР: romance

КРАТКОЕ СОДЕРЖАНИЕ: Что делать, если двое любящих расстались, да еще один из них искренне полагает, что этим защищает другого? Единственный ответ: обратиться за помощью к «фее-крестной».

БЛАГОДАРНОСТИ: Тацуе за подаренные фанфики и возрожденный интерес к чтению, Айе Фуджимие за пинки, любимой Toruviel за вдохновение и комментарии, а также всем, кого я ограбила.


ОТКАЗ: все принадлежит JKR и ее издателям.




Драко

За окном лил дождь, не переставая уже которые сутки.

Вообще-то я люблю летний дождь. Падающие с небес серебристые струи поют свою особую симфонию жизни, крупные капли разбиваются о землю хрустальными брызгами…. Дождь напоминает кружевные занавеси легкого шелка. А над всем этим великолепием переливается многоцветьем радуга.

Но в этот раз все было иначе. Дождь был монотонный и серый, солнце не выглядывало сквозь разрывы в тучах, а струи, обычно легкие и чистые, казалось, стремились продолбить землю. Ветер не унимался ни на секунду. Иногда он был слабым, иногда – таким, что ломал ветки деревьев.

Квартира была погружена в сумрак: свет отключили еще два дня назад, а запас свечей подошел к концу. Я смотрел в окно, и тоска медленно заползала в мое сердце, мешаясь с переполнявшей его безнадежностью. Память подсовывала картинки, такие же серые, как и дождь за окном. На них мы еще были вместе, еще были счастливы….

Не думать об этом. Не вспоминать страстные поцелуи, яростные ссоры и еще более яростные ласки. Не видеть прекрасные глаза цвета изумруда, золотистой кожи изящных рук, таких нежных…таких сильных….

Захотелось взвыть в голос, но железный самоконтроль, выработанный за годы жизни в родительском доме, взял верх. Все прошло. Унеслось в безвозвратную даль, и нет смысла бередить старую, но так и не затянувшуюся рану. И все-таки я не мог полностью отказаться хотя бы от воспоминаний.

Вот уже пять лет прошло с тех пор, как я распрощался с волшебным миром. Теперь я живу как самый обычный маггл. У меня другое имя, другая фамилия, другая национальность. В мире больше нет Драко Малфоя, избалованного эгоиста, сынка богатых родителей, всегда получавшего желаемое. Мне хотелось Его, и я получил, что хотел. Но слишком поздно понял, в какую ловушку попал. Я влюбился, нет, я полюбил Его. Он стал для меня важнее всего: карьеры, верности Господину, жизни, даже души. Он тоже полюбил меня. Вряд ли также как я его, но сильно.

Мы прятались, скрывая наши чувства от моих родителей и его друзей, от Господина и Дамблдора, от всего мира. Мы не думали о последствиях, которые неизбежно должны были наступить, когда все раскроется. Мы были счастливы, бессмысленно, по животному счастливы….

Но пришло время, когда я очнулся. Я помню то утро до мельчайших деталей, хотя всеми силами стараюсь забыть. Помню, как лежал на кровати, как Его голова прижималась к моему плечу, а теплое дыхание щекотало шею. Помню, как перебирал рукой темные волосы, а в разуме крутилась одна единственная мысль: «Что же мы творим? Что же Я творю?! Придурок!».

Вслед за этим пришло осознание того простого и, в общем-то, очевидного факта, что мы принадлежим к разным лагерям, что если о нашей связи станет известно, нас просто убьют. Его убьют, на себя мне было плевать. Я был готов и к тем пыткам, что ожидали меня, и к смерти, долгой и мучительной. Еще об одном, наиболее вероятном, развитии событий мне не хотелось даже думать: его любовь ко мне могли использовать против него самого в идущей полным ходом войне. Это было страшно. Я не хотел причинять ему боль, не хотел видеть его мучения и смерть, но еще больше я не хотел служить цепью, на которую бы его посадили.

И я ушел. Тихо, стараясь не потревожить Его сон, выполз из постели, оделся, собрал вещи. Единственное, что я позволил себе – укрыть его одеялом да поцеловать спутанные волосы. Он улыбнулся во сне и пробормотал мое имя. Сердце пронзило острой болью, но я должен был быть сильным. Ради него. Тенью я выскользнул за дверь, чтобы больше уже никогда не вернуться.

С тех пор прошло пять лет. Пять долгих лет, наполненные тоской и одиночеством. Я умудрился выторговать у Господина свободу. Ушел из дома. Поменял имя. Но прошлое все равно не отпускало: я все еще любил Его также сильно, как и раньше.

Я оделся и вышел в непогоду. Нужно было развеяться, отвлечься, и я знал, как. В конце концов, я больше не мог быть один. А верность прошлому никогда не была отличительной чертой моего характера.

Я четко знал лишь одно: я должен быть сильным. Ради него.

Гарри

А ведь я любил его. Любил больше собственной жизни. Мне наплевать было на понятия чести и гордости, абстрактные, никому не нужные понятия. А он был живым, он был рядом. И вдруг стало абсолютно все равно, что о нас подумают, что будет дальше.

Разумом я всегда осознавал полную бесперспективность наших отношений. Это не могло продолжаться долго, рано или поздно он бы ушел. С самого начала я готовился к этому. Но все равно было больно.

Я часто вспоминаю то утро, когда проснулся один и понял, что все закончилось. В окно светило солнце, безудержно пели птицы, а я сидел на кровати и плакал. Плакал без слез, вцепившись зубами в запястье, чтобы не завыть в голос.

Я понимал, что мне придется вести себя, как обычно: шутить и смеяться, дружески препираться с крестным, поддакивать Гермионе и спорить со Снейпом…. Но все это не могло заменить одного искоса брошенного взгляда или невзначай оброненного слова. Не могло заменить надменного и прекрасного лица с огромными серыми глазами, ничего не выражавшими на людях, но так много говорящими наедине, платиновых волос, легких и нежных, как серебристая утренняя дымка, мраморно-белой кожи….

С тех пор прошло пять лет, но я больше не слышал о Драко Малфое. Куда он ушел? Как живет там? Я не знал. Но все это время, сходя с ума от неизвестности и одиночества, я не прекращал поисков. Которые так и не дали результата.

Мое сердце терзали ревность и обида. Я не понимал, как можно было уйти, даже не попрощавшись. Как? Быть может, я был всего лишь игрушкой для удовлетворения его минутных прихотей, его похоти? Или он нашел кого-то другого? С кем он проводит ночи?

Странно, но мысль о том, что Драко, мой Драко может быть мертв, даже не приходила в голову. Я знал, чувствовал, что он жив, что с ним все в порядке. Да иначе и быть не могло.

Пять лет прошли в беспрестанных боях. Кровь лилась рекой, умирали враги и друзья. Я научился убивать, научился быть жестоким, скрывать свои чувства и мысли. Я начал понимать Драко и мне становилось все страшнее: какой же ад прятался под его ледяной маской!

Но все когда-нибудь заканчивается. Закончилась и война. Мы победили, Темный Лорд был повержен, хотя это дорого обошлось нам: мир лишился одного из самых могущественных волшебников. Дамблдор, директор школы чародейства и волшебства «Хогвартс», глава Ордена Феникса и временно исполняющий обязанности министра магии трагически погиб, использовав все свои жизненные силы без остатка.

Участники событий разбрелись кто куда. Гермиона и Рон сыграли, наконец, свадьбу. Сириус смог оправдаться. В общем, жизнь шла своим чередом, у каждого – своя. А я…я как будто выпал из нее. Нет, друзья не оставили меня, но они были всего лишь друзьями, а мне нужен был Он.

Серые дни, серые ночи – все слилось в сплошную однотонную полосу. Я живу только воспоминаниями, только надеждой, что когда-нибудь я все-таки сумею отыскать его и рассказать о своей любви, о том, как он нужен мне.

Когда-нибудь….

Но снова приходит осознание несбыточности этих глупых, детских надежд.

В дверь звонят. Это, наверное, крестный. Он не оставляет попыток найти мне пару, наверное, хочет, чтобы род Поттеров продолжался. Что ж, должно быть, так надо. Я никогда не забуду Драко, но жизнь продолжается. Даже без него.

Я знаю, он хотел бы, чтобы я был счастлив. Я должен стараться. Ради него.

Сириус

Мотоцикл разрезал воздух, тревожа ночную тишину оглушающим ревом двигателя. Я наслаждался свободой, как дикий зверь, выпущенный в лес. Впрочем, так оно, наверное, и было.

Лишь одно омрачало безмятежность, и что с этим делать, я не знал. Мой крестник угасал с каждым прожитым днем. Я больше не видел в глазах Гарри того чистого света, что был в них раньше. Лет пять тому уже, как сияние погасло, и даже победа не смогла вернуть его.

Гарри не жаловался, он старался быть веселым и безмятежным, но как же часто я ловил выражение пустоты и горечи на его лице, если он был уверен, что никто не смотрит в его сторону.

Его ничто не интересовало. В первые пару лет он еще держался, и все искал и искал кого-то. Но, очевидно, поиски не увенчались успехом. Я часто думаю, что он любил этого человека. Я не знаю, кто это был, не знаю, что случилось. Но с тех пор я не оставляю попыток найти кого-то, кто вернул бы Гарри радость и желание жить.

В баре, куда я заглянул, царила полутьма, рассеченная редкими разноцветными лучами прожекторов. Кольца табачного дыма вязали вокруг них причудливые узоры. Ровный гул голосов не заглушал мягкую музыку.

Я плюхнулся за угловой столик и, заказав виски, лениво рассматривал небольшой, но весьма уютный зал. Несмотря на довольно ранее для таких заведений время, бар был заполнен людьми, преимущественно молодежью. Они пили, курили, болтали и смеялись, и в этой гамме общего веселья была лишь одна грустная нота – одинокий молодой человек за небольшим столиком в самом темном углу. Едва взглянув на него, я уже не мог оторваться. Он был потрясающе, умопомрачительно красив. Длинные прямые волосы водопадом спадали на его плечи, чуть прикрывая лопатки. Бледная мраморная кожа, казалось, мерцала в темноте. Брови и ресницы, слишком густые для парня, были чуть темнее волос, что создавало великолепный контраст, лишь оттеняя эту невероятную сияющую красоту.

И только спустя несколько минут я осознал, что парень напоминает мне человека, пропавшего без вести около пяти лет назад…. Юноша чуть повернул голову, проследив взглядом за молоденьким официантом, и я увидел облачно-серые, пустые глаза. Это был Драко Малфой.

Любопытство всегда было одной из основополагающих черт моего характера, а уж такой случай я упустить просто не имел права. И я наблюдал, наблюдал за ним весь вечер. Люди здоровались с ним, почему-то называя его Терри. Он кивал знакомым, шутил, но глаза оставались такими же пустыми и непроницаемыми, как и раньше. Казалось, что у Драко нет души, хотя какая душа у Пожирателя Смерти?!

А то, что Малфой-младший был им, не вызывало сомнений ни у кого, даже если не принимать в расчет Смертный знак, что выглядывал сейчас из-под рукава его черной рубашки. Но все-таки интересно, где же он пропадал столько времени и почему исчез, ведь против него не было выдвинуто ни одного обвинения? Эти вопросы настойчиво стучались моем сознании, уже затуманенном алкоголем, и вдруг среди них всплыла одна мысль, требовавшая незамедлительных действий.

Чуть пошатываясь, я вышел на улицу и оседлал мотоцикл. Губы тронула паскудная улыбка, впрочем, быстро угасшая: было еще слишком рано торжествовать.

Через несколько минут я уже настойчиво трезвонил в дверь уединенного дома, скрытого от остального мира густыми зарослями сирени и шиповника, по опыту зная, что владельца придется ждать до-о-олго…. Но в этот раз дверь распахнулась почти сразу.

Гарри стоял на пороге, полностью одетый, в приличном виде (что последние годы бывало с ним редко), и выжидающе смотрел на меня из-под нависшей челки.

- Эээ… Гарри…. Я тут хотел пригласить тебя кое-куда, ну….

- Догадываюсь, крестный. – Голос не выражал ни малейших эмоций. – Я готов.

- Тогда вперед! Я приготовил тебе сюрприз и, думаю, он тебе очень понравиться! Или НЕ понравиться… - добавил я про себя, пряча легкую ехидную усмешку, против воли появившуюся на губах.

Когда мы вошли в бар, я первым делом окинул скользящим взглядом полутемный зал. Драко был там, танцевал медляк с каким-то парнем. Черт, Малфой, кажется, гомик! Что ж, тем интереснее будет игра.

- Присаживайся за тот столик и подожди пару минут – мне надо уладить кое-какие дела, ладно?

- Хорошо, Сириус. – Голос Гарри все также был лишен даже намека на эмоции.

«Ну, ничего, дорогой, погоди! Сейчас ты у меня махом в себя придешь!» - думал я, мысленно потирая руки. Выждав, пока закончится танец и Драко вернется за свой столик, я подозвал официанта:

- Пожалуйста, передайте молодому человеку за тем дальним столиком бутылку лучшего вина, которое только сумеете отыскать в вашем заведении, и темно-красную розу. Скажете, что это от зеленоглазого юноши за угловым столиком. Видите, того, который протирает очки.

- Сэр, мы не можем… Что скажут…

- Ни слова больше, - в руках, словно по волшебству возникла смятая купюра, произведшая на беднягу неизгладимое впечатление. – Тот юноша – мой хороший друг, я хочу устроить небольшой розыгрыш. Никто не пострадает, обещаю.

- Ну… - парнишка сглотнул и еще раз покосился на деньги. – Хорошо.

- Вот и славно.

И я стал наблюдать. Минут через пять Драко получил свое вино и розу. На удивленный взгляд официант указал на столик Гарри. Я довольно усмехнулся, прокручивая возможные варианты событий, но того, что случилось, предугадать не мог даже я. Малфой посмотрел туда, куда показывал официант, и увидел Гарри. Тот еще не заметил Драко, он сидел, с безразличным видом уткнувшись в свой стакан. А вот последнего назвать безразличным было сложно. Я обалдело смотрел, как Малфой-младший попеременно то краснеет, то бледнеет, как глаза его расширяются, превращаясь в огромные озера расплавленного серебра и тумана, как он сжимает руки, не замечая боли от пронзивших ладонь шипов. Как дрожат его губы, сжатые в тщетной попытке овладеть собой. Как из уголка глаза бежит по щеке одинокая слеза….

Но вот Гарри почувствовал взгляд и, подняв голову, встретился глазами с Малфоем…

Не понял.

Глаза крестника превратились в океаны боли. В их потемневшей зелени можно было захлебнуться. Но где-то в глубине притаились надежно спрятанные острова нежности и ласки. Никогда и ни на кого Гарри не смотрел ТАКИМИ глазами. В этом взгляде было все: мягкий укор и радость узнавания, боль от причиненных обид и легкость прощения…. В этом взгляде была ЛЮБОВЬ.

Черт. Черт. Черт.

События прошлых лет, как мозаика, вдруг сложились в одну единую, очень стройную и логичную цепь, петлей захлестнувшуюся на моей шее.

Вот Гарри необычайно счастлив и Драко Малфой не участвует в сражениях с Орденом, и у нас появляются сведения, которых мы не могли получить ни от одного, самого смелого и хитрого шпиона. И идут они через Гарри.

Вот Драко исчезает, и Гарри начинает кого-то искать, с каждым днем становясь все более равнодушным к окружающему миру….

А в зале продолжалась дуэль. Но вот Малфой овладел собой и отвел взгляд, нацепив на лицо прежнюю, холодно-презрительную маску. Гарри опустил глаза, безмолвно принимая его выбор и покоряясь ему.

Да что же с тобой происходит, мальчик мой?! Ты же никогда не сдавался! Даже измученный пытками, даже умирающий ты не сдавался, не играл по чужим правилам. И что с того, что я никогда не пойму твоей странной любви?! Ты любишь, чисто и искренне, и навсегда. Это видно невооруженным глазом.

А между тем действие в зале развивалось отнюдь не по запланированному сценарию. Драко не отослал назад бутылку вина, лишь на миг прижал розу к своим бледным губам. А затем отвернулся и, казалось, совершенно не интересовался Гарри.

Крестник некоторое время наблюдал за танцующими парочками, а затем решительно поднялся и вышел из бара. Проклятье, как бы он чего с собой не сотворил! Быстро заплатив официанту, я проследовал на поиски парня.

Гарри

Я поднял голову, почувствовав чей-то горячий, почти физически обжигающий взгляд. Казалось, еще немного, и на мне останутся дыры. Так на меня смотрел лишь один человек, но это не мог быть Он. Только не здесь, не сейчас.

Но, подняв голову, я встретил знакомый пронизывающий взгляд туманно-серых глаз. Встретил, чтобы раствориться в его глубине. Весь окружающий мир перестал существовать. Остался лишь Он – мое вечное проклятие, моя вечная любовь. Тот, кто пять лет каждую ночь являлся мне во снах. Губы беззвучно шепнули имя, легкое, словно вздох, тяжелое, будто скалы… Драко….

Волна острой боли захлестнула меня, унося в мир, где смешались самые противоречивые чувства. Укор сливался с нежностью, обида с прощением, страдание с любовью…. В этот миг я осознал, что никогда не смогу забыть, но прощаю – все и навсегда.

Единение взглядов прервал сам Драко, небрежно развернувшись вслед проходящему официанту, одарив парнишку таким откровенным взглядом, что бедняга стал похож на вареного рака. Нарочито медленным движением Малфой прижал к губам темно-алую розу….

Я опустил глаза. В этот миг мне стало очевидна вся бессмысленность моей глупой любви. Зачем? Пустота снова заполняла мое сердце, но теперь к ней примешивалась полная безнадежность. Что ж, ты сам хотел его увидеть, найти, объяснить…. Увидел. Вот только говорить уже нечего. Все ясно без слов: Драко было все равно, что будет со мной, ему не нужны были ни мои чувства, ни я сам. Но он все еще чувствовал вину, хотя, по своему обыкновению, не позволял никому ее увидеть. Только я слишком хорошо знал его, чтобы купиться.

Оставаться не было сил. Уйти? Тяжело поднявшись, я медленно побрел к выходу. Я хотел только одного – никогда не быть. Впервые за всю мою жизнь я действительно пожалел о том, что Темный Лорд не убил меня. Но это никогда не поздно исправить, не так ли? Я освобожу его, отпущу…. Я должен. Ради него.

Драко.

Это было невероятно, но это был Он. Красная роза. Вино. Совершенно не в духе Гарри, но…. Я любовался его прекрасным лицом, огромными изумрудными глазами, золотистой кожей. Руки горели от воспоминаний о ее мягкости, губы – от памяти нежности его губ. Я должен был отвернуться, должен был уйти…

Я не мог. Видят боги, я просто не мог! Он изменился, сильно изменился, но скорее внутренне. Он стал старше, мудрее и безжалостнее. Мне кажется, он убивал. Проклятье, он действительно убивал. Да как они могли, как посмели окунуть в это дерьмо самое чистое, доброе, отзывчивое существо во всем этом гребаном мире?! Мне захотелось вцепится в глотку, разорвать тех, кто не смог оградить его. Эту всезнайку Грэйнджер. Этого рыжего придурка Уизли. Всех их. Тех, кто не сберег то невинное существо, что я так любил. Но все же я пил его глазами, как путник пьет из оазиса в раскаленной солнцем пустыне. И также не мог напиться.

Но вот он поднял глаза и наши взгляды встретились.

Я утонул….

…в боли….

…в нежности….

…в упреках….

…в радости….

…в страдании…

…в прощении….

…в любви….

Я понял, что он ничего не забыл. Но простил – все.

Мне кажется, прошла вечность, прежде чем я нашел в себе силы отвести взгляд. Прежде, чем овладел…нет, не чувствами – они бушевали по-прежнему…но хотя бы лицом своим овладел. И сумел отвернуться, позволив себе лишь одно – мимолетное касание губами нежно-бархатных лепестков…

Но прежде чем отвернуться, я уловил покорность опускаемых глаз человека, любящего меня больше собственной жизни и потому принявшего правила игры, навязанные мной. Сердце пронзили ножи, но это не значило ничего.

И лишь одно было мне утешением: я должен выдержать, должен быть сильным. Ради него.

Но искоса я все еще продолжал наблюдать за Гарри. Вот он поднялся и побрел прочь, к выходу из бара. Лицо его не выражало ничего, но что-то во мне сжалось от предчувствия беды. Именно это что-то заставило меня подняться и, расплатившись по счету, неслышной тенью скользнуть следом за любимым. На всякий случай.

Сириус

Прошло минут десять прежде, чем я отыскал, наконец, Гарри. Парень стоял под раскидистым дубом и сосредоточенно глядел на волшебную палочку, сжатую в руках. Казалось, он принял решение, но теперь не знает, как подступиться к его выполнению. Но вот палочка решительным движением указала на грудь, губы напряглись, готовясь произнести страшные слова…. Я понял, что не успею. Мне оставалось лишь смотреть, как мой последний близкий человек, моя семья, направляет на себя Смертное заклятие….

Крик раздался неожиданно и совсем не мой. И не гаррин. Серебристая тень (странное сочетание, но именно так это и выглядело) с быстротой молнии метнулась к одиноко стоявшей фигуре. Объятья прижали руки к бокам, сдавили, заставляя выпустить палочку. Губы накрыли чужие, заглушая, принимая в себя роковые слова.

Постепенно объятья превратились в нежные, а затем и в страстные, поцелуй стал глубже. Он был наполнен любовью и желанием, как и тот, кто дарил его.

И я, наконец-то, понял и отступил в тень деревьев, что росли за моей спиной.

Но прежде, чем раствориться в сумраке ночи, обостренным слухом собаки я уловил почти неслышный шепот двух юношеских голосов, прозвучавших в унисон…

«Я люблю тебя….»



The end


Фик написан в 2004г.


Оставьте свой отзыв:
Имя: Пароль:
Заглавие:
На главную
Замечания и поправки отсылать Anni