Драбблы - 13 шт

АВТОР: Цыца

ГЛАВНЫЕ ГЕРОИ/ПЕЙРИНГ: Угадайте!
РЕЙТИНГ: PG-13
КАТЕГОРИЯ: het-slash
ЖАНР: general

КРАТКОЕ СОДЕРЖАНИЕ: 13 драбблов с самыми разными пейрингами.






Драббл для Jenni

Задание: снарри, после шестой книги, хэппиэнд


Пыльно и душно, за окном ни облачка, и чашка с чаем опрокинулась на пол.

- Ты идиот, Поттер, глупец, избалованной собственной удачливостью. Лишь по какой-то невероятной случайности тебе повезло и в этот раз.

- Между прочим, это было непросто… В конце концов, я нашел вас, профессор.

…В этом маленьком доме, наскоро сколоченном из высохших на солнце досок, всегда пахло смолой и солью, черемухой – и ещё какой-то невообразимой смесью аромата хвои, ветра и земли. Да, на поиски этого богом забытого места Гарри потребовалось больше месяца.

Снейп фыркнул, отвернувшись от Гарри.

- Потрясли авроров?

- Не только. Третий разговор с этим Скримжером – такое даром никому не проходит.

- Мне казалось, я достаточно заплатил министру, чтобы меня не разыскивали.

- Увы! – засмеялся Гарри, - я предложил ему то, от чего он не смог отказаться.

Профессор застыл в недоумении, что через мгновение его лицо озарила внезапная догадка.

- Новое лицо его предвыборной кампании?

Гарри еле заметно кивнул, краснея.

- Ты это серьезно, Поттер? И всё для того, чтобы узнать, куда подевался ваш бывший преподаватель?

Разлитый чай источает едва уловимый горьковатый травяной аромат; напряжение столь велико, что никто и не думает о том, чтобы поднять чашку.

Тишина, нарушаемая лишь шелестом листьев.

И затем приглушенный голос:

- Да.

Снейп стоял, повернувшись к Гарри спиной, его лица не было видно; но Поттер все же сумел разглядеть, как на мгновение поникли его плечи – и тут же дернулись, будто пытаясь стряхнуть с себя груз неожиданного признания.

- Довольно. Я не желаю слышать ничего более; признаться, у меня есть некоторые дела на сегодня: я весьма неосмотрительно оставил Драко наедине с Нарцисс…

Черемуха билась в стекла, осколки разбитой чашки заскрипели под ногами. Снейп не сопротивлялся.

- Черт, Поттер, что ты делаешь?

- После всего, что я пережил за последний месяц, мне было трудно удержаться… прости. Если хочешь, можешь выдворить меня прямо сейчас. Только не…не смейся надо мной, нет, пожалуйста, не надо.

О, пусть он встанет, уйдет, пусть ударит меня, пусть кричит, оскорбляет, пусть наложит непростительное заклятье – о, только пусть он не улыбается так, пусть не улыбается…

Снейп встает, берет со стола осколок стекла – он отсвечивает неожиданно ярко, и Гарри понимает: это зеркало, половинка Сквозного Зеркала, такая, какая была у него самого и у Сириуса.

- Драко, - тихо зовет профессор, не глядя на Гарри, - Драко, ты можешь не торопиться. Побудь дома ещё неделю.

- В чем дело? – доносится знакомый голос из зеркала.

- У меня долгожданный гость, - улыбаясь, говорит Снейп.




Драббл для Кристи

Задание: снарри, слова «пыль» и «дальняя дорога», без хэппиенда


- Что вы здесь делаете?

- Иду с вами по одной стороне улицы, профессор. Это не запрещено правилами?

- У вас же выходной… - Снейп раздраженно махнул рукой, - что вам не сидится в «Трех метлах» с приятелями, Поттер?

- А что вам… - Гарри осекся, обомлев от собственной наглости, - куда вы каждую субботу идете по этой дороге?

Профессор резко остановился; полы его мантии мазнули асфальт, подняв клубы пыли.

- Откуда вы знаете? – ошарашено спросил он.

- Что вы здесь гуляете? Мне сказал директор, когда я в десятый раз поинтересовался, чем вы занимаетесь в выходные.

Не удержавшись, он ухмыльнулся.

- Мерлин, - вполголоса пробормотал он, - этого ещё не хватало.

- Я решил проводить вас, - продолжал Поттер, - раз уж это единственный способ составить вам компанию в субботу.

- Что вы имеете в виду? – поинтересовался профессор с кислым видом.

- Думаю, вы меня правильно поняли, - усмехнулся Гарри.

Снейп, до этих пор стоявший как вкопанный, медленно качнулся вперед, сделал неуверенный шаг и, словно приняв в одночасье важное решение, размеренным шагом зашагал вперед.

- Ох, Поттер… Через пару недель вы забудете эти глупости.

- Но вы запомните меня, профессор, - прошептал Гарри; его голос сел.

- Единственное, чем вы мне запомнитесь, так это тем, что из всех сентиментальных признаний ваше было самым нахальным.

Теперь уже остановился Гарри. От бравады, которую он старательно взращивал в себе в течение полугода, не осталось и следа; он столько готовился к этому моменту, но теперь медленно и безнадежно понимал, что всё идет совсем не по сценарию, и что его роль полностью и бесповоротно провалена.

- Вы зря считаете, что наигранная уверенность обеспечит успех, - спокойно говорил Снейп, - это вам не будущее, Поттер.

- Да, профессор, - выдавил Гарри охрипшим голосом.

Ему отчаянно хотелось развернуться и бежать подальше, броситься на кровать, закрыть глаза и попытаться раз и навсегда забыть эту историю.

- Вы же хотели меня провожать, - насмешливо бросил Снейп, не оборачиваясь, - так не отставайте. Дорога нам предстоит дальняя.




Драббл для Слизеринского Гадёныша

Задание: Чарли/Драко, хэппи-энд, ключевые слова «мой малыш»


- Подонки, - зашипел Драко, - я ненавижу всю вашу отвратительную рыжую семейку, ты слышишь меня, ты, грязный…

- Тсс…

- Сегодня твоя жирная мамаша пришла сюда – ты всё твердил, что никто не знает пароля! – с этим… Мерлин, кажется, меня тошнит… с этим ужасным овсяным пудингом по её рецепту! Уизли!

- Да, да, Драко…

- С каких это пор Малфоев кормят пудингами по фирменному рецепту Уизли?!

- Видимо, с тех пор, когда новый министр лично попросил Перси найти для тебя временный приют. А чем прикажешь тебя кормить? Ни фуа-гра, ни эскарго у нас нет, так что не обессудь.

- Она называет меня «милый мальчик» - взвыл Малфой, - а твоя сестрица – «аппетитной попкой»!! Эта чертова Мокрица дразнит меня, используя чары вейл, а твой братец пытается подмешать мне в чай исповедальное зелье, и не качай головой, я всё знаю!

- Драко, я клянусь тебе – никто в этом доме не пытается тебя отправить…

- Много ты знаешь! Я уже не говорю об упыре, что воет у меня над головой каждую ночь, об этих ужасных близнецах в соседней – Чарли, в соседней! – комнате, я не говорю, наконец, о Поттере…

- Драко, если ты так ненавидишь Нору и всю нашу семью, то тебе, вероятно, следовало бы давно слезть с моих коленей…

- Я никуда не слезу, ты слышишь меня, Уизли?! Я просто взбешен, я отказываюсь подчиняться чьим-либо указаниям, я не собираюсь выслушивать приказы Уизли…

- Ну, ну, мой малыш… Ты что-то совсем разнервничался сегодня… Если подождешь хотя

бы минутку, я принесу тебе успокаивающее зелье и липовый чай… Подождешь меня, Драко?

- Ммм… нет, Чарли, нет, - бормочет Малфой, вцепившись в рыжеволосого парня, словно маленький ребенок, - лучше пообещай мне…

- Да, я обязательно поговорю с мамой, попрошу Флер, чтобы она тебя не трогала, уговорю Джинни, я сам, малыш, сам буду заваривать тебе чай.

- Пообещай мне… - шепчет Драко, погружаясь в сон, и Чарли осторожно убирает с его острого капризного лица мягкие светлые пряди волос.

- Что угодно, - твердит он, улыбаясь, - мой малыш, всё, что хочешь.




Драббл для Aurelia_Orestilla

Задание: гарридрака со спойлерами 6 книги, ключевые слова: "огнестрельное оружие", "слежка", "шепот"


- Я больше так не могу, - хмуро говорит Драко, сверля взглядом кирпичную стену, - Я устал.

- Мы все устали, Драко, - отвечает Гарри. Разворачивая свежий номер «Еженедельного Пророка», - вот пишут, что тот тип, что в прошлом годку устраивал извержения в магглских туалетах, теперь заговаривает их огнестрельное оружие.

- Вот видишь, - мрачно констатирует Малфой, - все катятся по наклонной. Раньше стрелки на семейных часах застревали на словах «У любовника», а теперь – на «Смертельной опасности». Причем у всех членов семьи.

- Да, у Уизли то же самое, - вздохнул Гарри, - и твои портреты по всему Лондону с надписью «разыскивается опасный преступник».

- Ненавижу этот чертов подвал, - капризно заявил Малфой, - достала слежка. Хочу в Португалию. А ещё лучше – на остров Бали.

- Почему ты никогда не спрашиваешь, чего хочу я? Думаешь, мне ничего не надо, да? – вспыхнул Гарри, - думаешь, мне доставляет большое удовольствие каждый вечер переть из Аврората к особо опасному убийце – пешком переть, через весь Лондон, Драко, чтобы не засекли! – покупать ему жрачку во французских супермаркетах, потому что особо опасный убийца не ест человеческую еду и с детства привык питаться луковым супом по-провансальски, таскать ему стопки книг по пять кило каждая, каждую секунду рисковать собственной жизнью – и всё ради того, чтобы приезжать сюда и каждый вечер лицезреть его кислую рожу?! Думаешь, это всё от моей неземной любви к тебе, да?

Малфой выглядел изрядно ошарашенным – с удовлетворением заключил Гарри. Он сидел на своем шатком стуле, «Новейшие анимагические изыскания» давно уже выскользнули у него из рук, он, казалось, старательно, но непродуктивно пытался осмыслить вспышку Гарри.

Тот, нахмурившись, повернулся к нему спиной. Юный аристократ не привык к чужому недовольству. За последние полгода – как раз с тех пор, когда Снейп вызволил его из школы, где бушевали Пожиратели Смерти – он привык воспринимать заботу Гарри как должное. Но вот к чему он никак не мог привыкнуть, так это у жизни в глухом подвале, со стопками старых газет, книг и французских блюд на вынос.

Несколько минут Гарри думал, что ответа он не дождется. Когда он, всерьез обидевшись, натянул куртку, готовясь уйти, только тогда его остановил тихий шепот Драко:

- Думаю, да.

И кирпичные стены вдруг поплыли перед его глазами, он прислонился к косяку двери, чтобы не упасть, и только сейчас осознал, как он устал, как он дико, смертельно устал.

- На самом деле, я хочу на Бали, Драко. Хотя в Португалию тоже было бы неплохо…

Тот медленно поднял на него свои опухшие, покрасневшие глаза. Эта жизнь не пошла Малфою на пользу: он выглядел растрепанным и совсем больным.

- Вот только убью Вольдеморта – и сразу поедем…




Драббл для Loy Yver Korgorush

Задание: гарридрака с намеками на 6-ю книгу. АУ-шка вышла.


- Он убьет меня, он убьет меня, он меня убьет.

Гарри не помнил, как закончилась эта драка: кажется, он разбил Малфою в нос, тот засандалил ему по губе – он распухла и кровоточила – а Миртл, наученная горьким опытом, во второй раз увидев их с Малфоем вместе, подняла такой крик, что на неё пришлось наложить парализующее заклятье.

- Он – меня – убьет.

- Заткнись, пожалуйста.

Вода фонтаном била из развороченного унитаза, застывшая Плакса Миртл с выпученными глазами висела в воздухе, а у них уже не было сил драться – они просто сидели на полу в луже воды и никак не могли отдышаться.

- Ты, конечно, козел, и я никогда не понимал тебя, но… какого черта ты не пойдешь и не расскажешь обо всем Дамблдору? Ты сможешь быть на нашей – на лучшей – стороне понимаешь?

- Он меня убьет. Он меня уб…

- Директор не собирается тебя убивать.

- Не директор.

Малфой осторожно дотронулся до фингала под глазом, из красного стремительно приобретающих лиловый цвет, - и тут же зашипел от боли.

- Ладно, - просто сказал Гарри и поднялся, - просто подумай о моих словах, когда в следующий раз будешь рыдать над раковиной, как первокурсница.

Гарри взмахнул палочкой, и синяк Драко на глазах начал сдуваться.

Уходя, он не смог удержаться – взял, и оглянулся в дверях. Драко, бледный и растрепанный, сидел на мокром полу и не переставая бормотал себе под нос. Гарри попытался его услышать.

- Он и тебя убьет, - неожиданно изрек Драко, до удивления трезво глядя на Гарри, - обязательно. Может быть даже вместе со мной. Не сейчас, Поттер. Сейчас я не приму твою сторону, я не пойду к Дамблдору. Сейчас – нет, сейчас мы не будем, нет… Вот когда он…

Малфой раскачивался и раскачивался из стороны в сторону, и снова начал что-то приговаривать, и Гарри понял – эта мысль поразила его – Малфой сходит с ума.

- … тогда – когда он нас убьет – будет совсем другая жизнь, да…

- Малфой, - Поттер повысил голос, - что ты мелешь?!

- … может быть, тогда мы станем призраками, привидениями…

- Малфой!

-… и тогда…. Не сейчас…

- …мы…

-…сможем быть…

…вместе.




Драббл для anichka

Задание: гарридрака, что-нибудь флаффно-романтическое, с диалогами, ключевые слова «карамелька» и «экстаз».


- Поттер, - теплое тело прижимается ко мне сзади, ох, почему, когда Малфой делает это, у меня перехватывает дыхание? – сегодня я очень обижен.

- На меня? – ну конечно, можно и не спрашивать: он всегда обижен на меня, - черт, Драко, давай уберемся отсюда, на нас и так все глазеют…

- Почему? Главный Холл – отличное место. Мне важно, чтобы все знали, с кем ты мне изменяешь.

Я был так поражен, что тот многозначительный факт, что на нас смотрят не меньше полусотни любопытствующих глаз моментально вылетел из моей головы.

- С кем?!

Молчит, зараза. Молчит и выжидает момент, чтобы добиться наибольшего эффекта.

- Да кем же?!!

- С Лонгботтомом, - спокойно произносит Малфой.

Я всё ещё в шоке: поворачиваюсь в кольце его рук так, чтобы оказаться с ним нос к носу.

В толпе раздаются смешки и вопли; оборачиваюсь на вопли и, к ужасу своему, встречаюсь взглядом с невинными, как у ягненка, наивными и простодушными глазами Невилла.

- Пошли отсюда, - я шепчу Малфою прямо в ухо.

- Ну почему же, милый? – протягивает он, - подожди. Знаешь, это же очень досадно: как будто кто-то вынул у тебя прямо изо рта карамельку и раздавил её сапогом. Примерно такие чувства вызывает у меня твой сегодняшний поступок.

- Драко, ты спятил… - шепчу я. Стараясь не смотреть из-за его плеча на Невилла. Малфой недобро ухмыляется и ещё крепче сжимает меня в объятьях.

- Я знал бы ты, каково это: переживать, ночами не спать… - я отлично знаю, чем заканчивается Малфоево «ночами не спать», а потому пытаюсь увлечь его в сторону от толпы, но его очередная плаксивая гримаска останавливает меня на ходу, - думать о тебе с Лонгботтомом… в одной постели…

Все, вытянув шеи, с ещё большей жадностью стали прислушиваться к нашей беседе. Мой неугомонный Малфой продолжает с ещё большим пылом:

- Ты целуешь его, обнимаешь, а потом он… - Драко весьма натурально всхлипнул, - отвечает на твой поцелуй, а твоя рука скользит под резинкой его трусов, Лонгботтом пододвигается ближе, и его отвердевший…

- Хватит, - хриплю я, понимая, что беседа принимает совсем уже нежелательный оборот… Мне уже хочется не просто увести отсюда Драко, а увести его в постель…

- Несколько движений пальцами по… - я краснею, - так сказать, небольшая прелюдия… Секунда – и он выгибается в чудесном, страстном, горячем экстазе.

В экстазе выгибается толпа первокурсников в Большом Зале, а рядом кто-то падает в обморок – судя по грохоту, явно не маленький мальчик.

Скашиваю глаза в сторону – мамочки… Невилл. Мерлин, и мы о нем забыли… Ну и ну…

- Драко, мать твою, что ты наделал? – я отпихиваю его в сторону и склоняюсь над несчастной жертвой его фантазий.

- Всего лишь выиграл несколько галлеонов, - пожимает плечами мой коварный возлюбленный, - Нужны были свидетели. Мы на днях поспорили с Забини…

- О чем?!

- Что я проведу для Лонгботтома урок сексуального воспитания, - смеется Драко, обнимая меня.




Драббл для Леночек

Задание: СС/Флер Делакур, не АУ, не ООС.


- Вы, сударь, камень, сударь, лёд, - нараспев продекламировала Флер, слегка грассируя.

- Признаю, я недооценил вашу начитанность, мисс, - буркнул Снейп, - а теперь дайте мне пройти.

Это девчонка явно действовала ему на нервы. Как, оказывается, просты эти вейлы: пару бокалов шампанского – и вот они как на ладони, всё для тебя, всё на виду.

Тонкая рука Флер, прикрытая только нитками жемчуга и крошечным кусочком кружева, скользнула за его спину, секунда – и профессор, к своей досаде, услышал щелчок магического замка. Ловко, ничего не скажешь.

- Погодите, Севе`рус… - и вот её пальцы на твоем плече, её кожа будто светится в полумраке кухни, её серебристый локон будто случайно касается твоей щеки – черт, куда все подевались, неужели эта чертова вечеринка закончилась?

- Да за кого вы меня принимаете? – зашипел он, чувствуя, как краснеет, неудержимо краснеет, и это злило его настолько, что он пошел напрямую, - к мантикоре эти ужимки, эта ваша свадьба!

- Но Билл ушо-оел, - почти умоляюще протянула вейла, глядя на него невыносимыми синими глазами, подернутыми едва заметной дымкой.

Снейп сжал кулаки: как-никак, он лишь простой смертный, на которого чары вейл действуют ровно так же, как и на остальных. Зря он вообще сюда явился: он никогда, никогда не любил эту парочку, а особенно выскочку Флер, и никогда не скрывал это.

Злость на неё и на себя неожиданно придала ему уверенность.

- Зря вы думаете, что чары вам помогут, мисс, - твердо сказал он, решительно отталкивая невесту Уизли в сторону, - я вижу вас насквозь, а это, знаете ли… - он отвесил издевательский поклон, - не то, что меня привлекает в женщинах.

Весь её дымчато-прозрачный шарм куда-то подевался, она стояла совсем близко – самая обычная светловолосая девушка, разряженная в какой-то нелепый наряд с бусами и перьями – что-то из этой ужасной новой коллекции мадам Малкин.

- В женщине должна быть тайна, Флер, - продолжал Снейп, чувствуя, как его успех придает ему ещё большую уверенность, - нельзя вот так вот выкладывать себя передо мной, а уж учитывая, что моя давняя неприязнь к вам…

- Qu`y a-t-il? – неожиданно переспросила Флер, - в чем дело? Неужели ваша давняя неприязнь ко мне не позволяет вам просто налить мне бокал шампанского, Севе`рус?

Ей глаза снова засияли.

- Вы оско`рбляете меня. Разве я соби`ралась вас, пардон, соблазнять? Я п`рошу вас налить мне вина, ничего более, - неожиданно в её улыбке промелькнуло что-то хищное, что-то птичье, - боюсь, что это маленькую битву п`роиграли вы, мон ами. Не дождавшись моей маленькой просьбы, вы вывалили передо мной столько Северуса Снейпа, сколько я и не мечтала увидеть…

Снейп сумел лишь покачать головой: от изумления он не мог вымолвить ни слова.

- Неп`риятелей надо знать в лицо, - едва заметно улыбнулась невеста.




Драббл для Катрионы

Задание: гарридрака, хэппиэндовая, после шестой книги, слово "струны"


Струна, издав отчаянный предсмертный визг, лопнула.

- Ты не умеешь играть на гитаре, на банджо, гуслях и мандолине. А теперь убирайся отсюда к чертовой матери.

- Ну, Поттер, погоди, я ещё лютню достану. Выпрошу фамильную у тетушки Мэгги.

Гарри со стоном повалился на кровать: в ушах свистело, скрежетало и дребезжало, а всё благодаря Малфою и его музыкальным способностям, а точнее – отсутствию оных.

- Что ты вообще делаешь на Тисовой Аллее? Придурок, тебе повезло, что Дурсли свалили на выходные.

- Ага, и что Темный Лорд свалил на фестиваль венесуэльских девственниц тоже.

- Так иди и полижи задницу Снейпа! – завопил Гарри, высунувшись в окно. Малфой стоял всё там же: на аккуратной садовой дорожке тети Петунии, с каким-то очередным музыкальным инструментом в руках.

- Он отпустил меня на неделю, Поттер. У нас впереди ещё пять с половиной дней. И ночей, конечно…

Поттер чуть не заскулил, вспомнив, как горстями отправлял в рот снотворные таблетки дяди Вернона в надежде хоть как-то забыться и не слышать жутчайшие запевы юного Малфоя под окном.

- О, что-о за све-ет я вижу на балконе…О, Гарри, ты как де-еень…

- Это задание Вольдеморта, да? Окончательно свести меня с ума этим летом, верно?

- …и луна-а от зависти бледна-аа…

- Да прекрати ты выть, скажи хоть что-нибудь!

- … что ты её за-ааатмила белизною-ююю… Какой-то ты нервный стал, Поттер. Не понимаешь простых вещей, ей-богу.

- Каких ещё вещей?! – взревел Гарри, стуча кулаком по подоконнику.

- Ну, например, ты вообще знаешь, что такое серенады?

- Ну… - смутился гриффиндорец, - вроде песни такие… для прекрасных дам, - неуверенно заключил он.

Малфой хмыкнул и весьма угрожающе потянулся за скрипкой.

- Нет! Нет, подожди! – крикнул Поттер, - серенады поют, когда признаются в любви! И требуют, чтобы исполнителя пустили на ночь!

- О-ооо… Как ты права, прекрасная Брунги-иильда…

- Погоди-ка… А потом эти дамы могут этих сади… серенадистов выгнать, и они перестанут петь, да?

Драко стал задумчиво перебирать струны. Постановка вопроса явно его озадачила.

На секунду Гарри замер, обдумывая свое положение: двое суток не прекращая, вопли под окном, десятки музыкальных инструментов и один чокнутый слизеринец. Но раз выбора нет, то…

Пока Малфой изучал очередной песенник, Гарри уже летел вниз по лестнице, перепрыгивая через ступеньки.

- …Изумру-удом горят, - с упоением завывал Драко, когда тяжелая дверь с грохотом распахнулась, и адресат его посланий собственной особой появился на пороге.

- Что ж, если иного выхода у меня нет, - протянул Гарри, - тогда заходи...




Драббл для Энеи

Задание: фэм Джинни/Гермиона, ключевые слова - "отсутствие взаимности", "влияние", без хэппи-энда


Каждый раз, когда она склоняется над книгой, её волосы мягкими волнами падают ей на грудь: темные локоны в вырезе её рубашки, и именно это сочетание – темный шоколадный цвет на молочно-белом доканывает Джинни больше всего.

Дин обнимает её за плечи, Дин пишет ей послания – о, такие сладкие и заботливые записочки, что-то вроде «С добрым утром, Рыжее Солнышко. Я так соскучился по тебе!»

Она же никогда не назовет её «Солнышком», она не напишет ей, как ждет, скучает, как хочет поскорее увидеть её за завтраком – читай между строк – в своей постели.

Может быть, однажды она скажет «Ты замечательная подруга» или «Мы ведь увидимся в Норе, верно?», но при этом она обязательно наклонит голову так, что каштановый упругий локон обовьет её шею, и Джинни вновь станет нехорошо – она потом ночью будет жаловаться на головные боли и бессонницу, а днем – бредить странным сочетанием молока и темного горького шоколада.

Когда она будет сидеть в темной нише около мужской раздевалки, а Дин, или Майкл, или Симус, или Гарри – или ещё кто-то, неважно – будет неумело, но старательно терзать её искусанные губы и спрашивать, не холодно ли ей в его объятьях, так, с обидой спрашивать, что-то вроде «Джин, ты заснула?», то тогда, на один единственный момент она увидит в тени одноглазой горгульи или в бархатной темноте портьер отблеск молочной белизны и мягкие блики на кудрявых волосах, и она поймет, что это – отнюдь не влияние бессонницы и бесконечных пачек снотворного, что это – просто она прошла мимо.

И тогда ей захочется вырваться из кольца чужих рук, не обращать внимания на недоумевающие «Эй, ты куда это?» или обиженные «Бежишь сдавать домашку гриффиндорской старосте?», а просто броситься за ней, за ней, дернуть её за рукав, спросить «Куда спешишь?» или даже – может быть, если хватит сил – «Можно с тобой в библиотеку?», и – если собрать всю свою силу духа – «Ты не поможешь с докладом по черногорским травам?»

И дело даже не в отсутствии взаимности, и не в трусости, и не в желании спрятаться от собственных мыслей и эмоций, а просто в стремлении быть рядом, ничего не изменять, не делать дурацких признаний, начинающихся с «Ты знаешь, я давно…» или «Я действительно должна тебе сказать…», не предаваться страсти, не делать ничего, что могло бы перечеркнуть, обесценить давно накопленное – просто сидеть рядом, на соседнем стуле и смотреть, как её непослушный локон цвета горького шоколада снова и снова касается её плеча.

«Ты знаешь, мне очень хочется…»

«Ты бы никогда не услышала этого от меня, но…»

«Ты ничего не подумай, я просто…»

- Я просто…

- Ты просто – что?

- Просто нам по пути. Ты ведь тоже в библиотеку?




Драббл для The Sh@dow

Задание: СС/ДМ, после 6-й книги (или во время нее - неважно), грустно-романтическое, ключевые слова: "свобода", "смех", "нежность".


- Драко, пожалуйста, я…

- Я принесу тебе ещё кофе, хочешь?

Их комната – их убежище – находится на давно позабытом доме под Брайтоном, дом этот выглядит как после атомной войны, но всегда же можно закрыть глаза и представить, что они скрываются не в прогнившем сарае, а в уютной хижине около моря с заросшим акациями саду, вокруг – только свобода и беспредельность, - и что каждое утро их будит не грохот машин на шоссе, а шум волн и крик чаек.

Кофеварка представляет собой помятую заржавелую кастрюлю, но Драко старательно зажигает старенькую плиту и наливает из крана воду.

- Какая же это дрянь, - вздыхает Снейп, - была бы у меня моя палочка.

- А ты представь, что это – лучший кофе на свете, - говорит Драко, накрывая его пальцы своей холодной рукой, - такой, знаешь, с пенкой и молоком, посыпанный корицей. Мать такой готовила для меня каждое утро.

- Мальчишка, - бурчит Снейп, безжалостно выливая кофе в раковину, - ладно, какие новости?

Малфой послушно читает газету. Северус прикрывает глаза, но его взгляд, серьезный и внимательный, скользит по заголовкам на страницах, потом – по стенами, с которых хлопьями осыпается известка и обшарпанному камину – единственному средству связи с Пожирателями и Лордом. И лишь изредка – осторожно, украдкой – он останавливается на заостренном бледном лице Драко, но каждый такой взгляд – драгоценность.

Малфой старательно собирает эти взгляды в свою собственную сокровищницу, и знает, что стоит ему только захотеть – и в каждом из них будет и нежность, и страсть и сочувствие.

- Довольно, - прерывает его Снейп, - спасибо, Драко.

На секунду Снейп улыбается – и в этой улыбке Драко чудится что-то мимолетное, задумчивое, мечтательное – некий полузабытый, истертый образ, подарок прошлого. Снейп никогда не смеется, но если Драко постарается, то среди криков птиц и плеска воображаемых волн он услышит его смех – тихий, горьковато-нежный. Снейп называет его по имени – он произносит «Драко», «Дра-ко» - коротко, почти сухо, но он-то понимает, что за этим скрывается что-то многообещающее – может, надежда на большее?

- Спокойной ночи… - тихо говорит профессор, и в следующую секунду замирает от удивления: Драко осторожно берет его за руку.

Секунду другую Снейп внимательно на него смотрит, словно только сейчас разглядел в его глазах, в его лице, в нем, Драко, что-то поразительное, что-то новое, что-то важное.

Ещё мгновение – он спокойно касается губами его лба, высвобождает руку… и уходит прочь.

Час другой Малфой лежит, не ворочаясь, закрыв глаза, представляя себе одну картину за другой. Что будто этот почти отческий поцелуй в лоб переходит в другой, и ещё один, а потом эти тонкие сухие пальцы гладят его щеки, его шею, его губы… И неважно, что этого всего не было, а может, и не будет – главное, что это есть у Драко, и каждый новый образ, ещё соблазнительнее и глубже предыдущего, отпечатается в его воображении на долгие, долгие годы.

В конце концов, - думает Драко, засыпая, - нам многое дано. Достаточно только представить, так ведь?




Драббл для Здравого Смысла

Задание: фраза «она лежала на земле, раскинув руки, выгнув тело»


Знаете, что твердит мне по вечерам зеркало в слизеринской девичьей душевой?

«Ты идиотка, идиотка, идиотка».

Оно бубнит и дребезжит, не переставая «Ты красивая, богатая, чистокровная дура».

Оно дрожит и скрипит так, что я хватаю полотенце и поднимаюсь наверх, в свою спальню, лишь бы не слышать этого. Второе полотенце я накидываю на голову, чтобы не видеть в мутном стекле отражения красных припухлостей, цепочек красных синяков, опоясывающих мою шею – этих ужасных, позорных следов поцелуев маленькой грязнокровки в Астрономической Башне.

Зеркало не видит отпечатков её мягких розовых губ, оно не знает, что у меня есть ещё кое-что – что следует скрывать. Что уж там говорить – мне пришлось хорошенько поработать над тем, чтобы свести длинные царапины с моей спины, кровоточащие полоски, похожие на следы веревки.

Ногти умницы Гермионы вонзаются в меня, и я готова визжать от боли, но спроси меня, хочу ли я это прекратить – клянусь Мерлином, я отвечу – нет.

«Ты несчастная дура, ты ничего не понимаешь, ты не ценишь свою честь и достоинство».

Это началось совершенно случайно: когда мы столкнулись в той самой Астрономической Башне с поисках новых ощущений. Иначе и не скажешь: я ждала ублюдка Драко, который так и не пришел, а она отлавливала там каких-то особенно страстных первокурсников. Они, к слову, тоже улизнули. Известно, что лучший способ отомстить коварному возлюбленному – измена.

Не знаю, куда в тот момент подевалось мое достоинство, но изменять я решила… Да, с ней.

«Идиотка, идиотка, идиотка».

«Отвали от меня, Паркинсон!»

Гермиона не кричит: отбивается от меня молча. Смешно, правда? Оказывается, у лучшей ученицы школы есть обыкновение в трудных ситуациях начисто забывать про палочку и разводить огонь спичками – в буквальном смысле!

Она говорит: ты просто дура, ты высокомерная слизеринская корова, привыкшая получать всё, что захочет.

Она говорит: я тебя ненавижу.

Мы встречаемся каждый вечер, мы закрываем Башню, а Гермиона накладывает на вход пяток охранных заклятий. Она пытается мне мстить, отыгрываться на мне: она царапает меня, кусается, она бьет меня по лицу, но это все можно свести, если постараться.

Она говорит: я знаю, что приводит меня сюда, но я ничего не могу с собой сделать, я боюсь, что Гарри и Рон узнают, я боюсь, что ты меня выдашь, я не верю тебе, я совсем тебе не верю…

Она говорит: я наложу на себя руки после одного из наших вечеров.

Я представляю себе, как она забирается на самый верх Астрономической Башни – там есть окошко, прелестное готическое окошко, как раз в рост маленькой Гермионы; она разбегается и ныряет в застывший ледяной воздух, она падает вниз - мгновение – и вот она лежит на земле, раскинув руки, выгнув тело, повернув голову так, что сразу понятно –

«Идиотка!» - вопит зеркало, стоит мне появится в душе.

«Ты будешь совершеннейшей дурой, если сделаешь это, - твержу я, прижимая её к себе, - ну хочешь, хочешь, я дам тебе денег, я познакомлю тебя с нужными людьми, я переведу тебя в Думстранг, только не делай этого, не делай».

Она говорит: мне надо идти, меня ждут, хоть бы они не узнали, я не знаю, что будет, если они узнают, я не знаю, что делать с твоими деньгами, я знаю, что делать с этими встречами…

Зеркало бормочет: «Идиотка, идиотка, ты просто жалкая идиотка, ты преступница, ты убийца, ты же и жертва».

Она говорит: я подумаю.




Драббл для Nyctalus

Задание: светлый драббл с СС и АД после шестой книги – Nyctalus, я так поняла, что во время, описанное шестой книгой, а то воскрешать из мертвых как-то не хочется…


- Кто? - спрашивает Дамблдор, глядя на Снейпа поверх своей чашки кофе, - Драко Малфой?

Он замолкает на секунду, раздумывая, соединив кончики длинных тонких пальцев, а потом тихо добавляет:

- Что ж, вполне возможно.

- Вполне возможно? – профессор сжимает кулаки и резко вскакивает со своего кресла; его чашка покачнулась, зазвенела, но чудом осталась на столе, - вы понимаете, что это значит, Альбус? Разобранный камин в Покоях на Потребу, эти ночные вылазки, эти слова на вечеринке у Слайгона, наконец, его горящая метка?!

Дамблдор лишь с мягкой улыбкой покачал головой. Портреты спали, за окном только занимался рассвет, не было слышно ни звука – в эти ранние часы никто не мог подслушать их разговор.

- Тише, Северус, - сказал директор, - я верю тебе и знаю, о чем ты говоришь.

- Вы… знаете? – выдохнул Снейп, нервно меряя шагами кабинет, - это безумие, Альбус! Вы же рискуете собст…

Он осекся, внезапно осознав, настолько его поведение выходит за рамки вежливости; пошатнувшись, он повалился обратно в кресло. С минуту его руки лихорадочно сжимали и теребили бархатные подлокотники, а потом замерли – и Снейп снова поднялся.

- Вы не имеете права так подставлять самого себя, - отчетливо сказал он, глядя на то, как директор безмятежно помешивает ложечкой кофе, - не имеете права.

Нависнув над Дамблдором недвижимой черной волной, Снейп почувствовал новый всплеск энергии – но стоило ему открыть рот, чтобы выложить несколько убедительных аргументов, как вся его уверенность испарилась, исчезла – длинные и сухие пальцы директора сомкнулись на его горящем запястье.

- Пожалуйста, Северус… - почти умоляюще прошептал он, и тот, не чувствуя земли под ногами, медленно и бесшумно опустился на колени перед кресло директора, - пожалуйста, не проси.

Но слова и так застревали в горле, а в глазах предательски щипало, и Снейп закрыл глаза, и опустил руки, и понял, что в какой-то миг он не ощущал ничего, кроме легких прикосновений чьих-то пальцев к его волосам, к его лбу, к его затылку – и явственной, зримой и почти осязаемой старческой улыбки. Вопрос, что готов был сорваться с его губ пару минут назад, теперь растворился, рассеялся в этих нежных прикосновениях: «Неужели ты оставишь меня?»

- Обещай мне, - прошептал Альбус, тронув его горячий лоб легким поцелуем, - что однажды…

- Нет, - выдохнул профессор, отворачиваясь.

- Пожалуйста, Северус, - повторил Альбус, касаясь своей иссохшей рукой его бледной впалой щеки, - пожалуйста.

- Нет…

Тысячи вопросов, дерзких, умоляющих, грубых, жалобных вновь затопили его сознание, а ещё было холодно и жарко, и от аромата свежесваренного кофе почему-то мутило.

«Ты бросишь меня?»

«Ты не ценишь меня?»

«Тебе всё равно?»

…Но Альбус вновь повторяет «Пожалуйста», и комнату озаряет первый солнечный луч, и портреты просыпаются, и начинается новый день; луч скользит по чашкам с остывшим кофе и внезапно выхватывает из мягкой темноты бледное лицо Снейпа; тот поднимается на ноги.

- Да, - чуть слышно говорит он, - да, Альбус. Всё, что хочешь.




Драббл для Ferry

Задание: СС/РЛ, ключевые слова: "дождь", "вечер" и "чай", хэппиенд


Больница им. Святого Мунго, отделение тяжелых магических недугов, 2012 год.

- Когда я окончательно поседею и стану выглядеть посолиднее, то обязательно напишу Сагу об упущенных мгновеньях, - сказал Ремус, зачем-то наклоняясь к уху Снейпа, прекрасно понимая, что тот спит и не слышит ни слова, - опубликую её, напечатаю свою физиономию на обложке, и стану знаменитым.

Как хорошо, что он пришел ночью. Шум ветра и рев дождя за окном заглушали его слова, и можно было быть уверенным, что ни одна живая душа не услышит этих ночных признаний, включая и самого адресата.

- Всю жизнь осторожничал, всегда боялся… - пробормотал он, глядя на спящего профессора, - Тонкс любила меня – а я сам расстался с ней, Северус. Слишком стар, слишком беден, слишком опасен.

Откинувшись на кресле, он уставился в стерильно-белый потолок, будто пытаясь там отыскать ответы на свои вопросы.

- К чему это я начал сентиментальничать? Ах, да. Когда я выпущу свою «Сагу» достойное место в ней будет занимать песнь о Северусе Снейпе. Другой вариант названия «Как я ждал двенадцать лет».

Тяжелые капли стучали о подоконник, на соседней кровати похрапывал подозрительного вида гоблин, а лицо Снейпа было наполовину скрыто отросшими прядями волос.

- Двенадцать лет – это срок, Северус. Может, ты и не замечаешь, как годы идут один за другим – может, это видят лишь те, кто любят, но, поверь мне, это действительно непросто: видеть, как юношеский пыл сменяется усердным ожиданием светлого будущего, потом – поиском точки отсчета, того самого мгновения, с которого твоя жизнь должна резко измениться. Кажется, я её когда-то нашел, - усмехнулся Люпин, теребя в руках край простыни, - помнишь, вечеринку по случаю победы? Одну из этих бесконечных вечеринок, ту, у Молли, помнишь?

Занавески зашелестели от дуновения ветра, в воздухе задрожали слабые огоньки свечей, и вот – Ремус распахнул глаза – комната на мгновение заполнилась тысячами трепещущих, прозрачных миражей – тесная кухонька Молли, заставленная дымящимися чашками, он, Ремус, ещё совсем молодой, смеющийся, повиснувшая на нем Тонкс, и Северус, молчаливый и серьезный в этот праздничный вечер.

- А ты не постарел, - рассеянно заключил Люпин, бросив быстрый взгляд на кровать, - так вот, помнишь, как ты заваривал мне чай? Твой, твой собственный чай, горячий, липовый, помнишь? Когда ты передавал мне чашку, ты посмотрел на меня… Нет, нет, мне не показалось – ты посмотрел на меня так, как никогда раньше – будто позволил себе… чуть большее, чем обычно – приподнял маску.

Дождь с удвоенной силой забарабанил по стеклам.

- Я ничего не сказал…

В дверь постучали, и Люпин замер на полуслове. Сестра заглянула в палату.

- С этой точки отсчета пошло много лет – без малого двенадцать, - торопливо прошептал он, оглядываясь на сестру, - а я все помню твой взгляд… и твой чай. Прости за сентиментальность. Гонорар за книгу буду присылать тебе как музе – исправно – тридцать процентов, - усмехнулся он напоследок и тихонько вышел из палаты.

- Ну, как он? Всё так же? – поинтересовалась колдунья и торопливо добавила, - жалуется на навязчивые образы.

- Что за образы? – спросил Ремус устало. После каждой из этих ночей он чувствовал себя выжатым, опустошенным. Ему отчаянно захотелось в ванную, домой.

- Чай, мистер Люпин, - с готовностью зашептала сестра, - какой-то липовый чай и какую-то вечеринку всё вспоминает. Видать, неспроста это, а? Вы ничего об этом не знаете?

В горле пересохло. Ремус пошатнулся и поспешно схватился за косяк; комната поплыла перед глазами.

Сестра смотрела на него с жадностью, но его хватило лишь на то, чтобы, поспешно накинув куртку, пробормотать с каким-то священным ужасом:

- Я приду завтра.



The end



Оставьте свой отзыв:
Имя: Пароль:
Заглавие:
На главную
Замечания и поправки отсылать Anni