Маскарад

АВТОР: Svengaly

ГЛАВНЫЕ ГЕРОИ/ПЕЙРИНГ: Гарри
РЕЙТИНГ: PG
КАТЕГОРИЯ: gen
ЖАНР: drama

КРАТКОЕ СОДЕРЖАНИЕ: вариация на тему иллюзорности окружающего мира.

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: AU по отношению, пожалуй, ко всему циклу ГП.

ПРИМЕЧАНИЕ: этот фик их тех, что начинаются «за здравие», а кончаются «за упокой».





На террасе было прохладно - и было бы тихо, если бы не лилась из распахнутых окон музыка, и не хихикала в кустах какая-то парочка. Гарри прислонился к перилам, закурил, по школьной привычке опасливо оглянувшись. Чуть затуманенными глазами он наблюдал, как на востоке первые отсветы зари пробиваются из-под бархатного занавеса ночи. Ноги Гарри гудели от танцев; в голове шумел и искрился легкий праздничный хмель.

Приятно стоять так, подставив разгоряченное лицо ласкам прохладной августовской ночи, зная, что в любой момент можно вернуться к своим друзьям, в огромный зал. Там шумели, смеялись, танцевали и пили шампанское нарядные женщины, похожие на ожившие цветы, и пчелами вились над этой пестрой, благоухающей клумбой мужчины во фраках и маскарадных костюмах. Там воздух шуршал от серпантина и конфетти, колыхались веера, блестели яркие глаза в прорезях полумасок, и все это плыло и качалось на радужных волнах вальса.

Оброненная кем-то роза сиротливо лежала на каменном полу, Гарри наклонился поднять ее. Его ощутимо качнуло, и он ухватился за перила, смеясь над собственной неловкостью.

Тяжкий груз ответственности свалился, наконец, с его плеч; отныне он был свободен жить, как ему хочется. Странное ощущение пустоты и растерянности появилось на миг, но тут же исчезло, смытое новой волной веселья, выплеснувшейся из окна.

Бездумно улыбаясь и притопывая ногой в такт игривым аккордам, Гарри обрывал лепестки розы.

- Любит – не любит, плюнет – поцелует: что там у тебя вышло?

Разрумянившаяся Гермиона, одетая дриадой - в дымчато-зеленых шелках, гирлянда листьев вплетена в волосы – чмокнула Гарри в щеку. От нее пахло духами и шампанским.

- Определенно, не плюнет, - Рон отвесил Гарри шутовской поклон, огненное перо на шляпе качнулось, повторяя его движения. – Плюнуть на победителя Волдеморта! Я бы отрекся от родной сестры, если бы она это сделала. А кстати, где Джинни?

- Танцует, - благодушно ответил Гарри. – У меня уже ноги отваливаются.

- У меня тоже… но я свою красавицу не отпущу от себя ни на шаг. Вдруг она с кем-нибудь сбежит? Я ведь – простой смертный, героический статус меня не спасет.

Гермиона фыркнула.

Рон уселся на пол у ее ног и принялся обмахиваться подолом ее платья, словно веером.

- Хорошо, что мы сюда вышли, - мечтательно произнес он. – Ни толпы, ни шума. К тому же, отсюда чудесный вид…

- Дурак, - Гермиона поспешно отстранилась, румянец на ее щеках запылал ярче.

По лестнице, ведущей из сада на террасу, простучали каблучки.

- Вставай, - зашипела Гермиона, толкая Рона туфелькой в бок. Рон нехотя поднялся.

- Твои братья отвратительны! – бросила ему растрепанная и злая Лаванда, короткая пестрая юбка Коломбины гневно заколыхалась вокруг ее стройных ножек.

- Который из них? – ухмыльнулся Рон.

- Фред! Или Джордж! Они оба! Представляешь, - теперь Лаванда обращалась к Гермионе, - мы с Фредом гуляли, а потом он отлучился на минутку, а потом оказалось, что это уже Джордж…

- Да, они любят сюрпризы, - с невинным видом сказал Рон. – А какая тебе разница, с кем из них… гулять?

- Я всегда знала, что ты – свинья, - с достоинством заявила Лаванда и, пронзив Рона свирепым взглядом, удалилась.

Гарри и Рон поглядели друг на друга и расхохотались.

- Как вам не стыдно, - сдвинула брови Гермиона в неубедительном возмущении.

- Да брось – через десять минут она уже все забудет и пойдет танцевать с новым кавалером, - отмахнулся Рон. – Она бы и с Малфоем станцевала, наберись тот наглости, чтобы здесь появиться.

- Кстати, о наглости, - процедил Гарри, глядя, как из освещенных дверей выходит высокий человек в черном фраке. Надменно подняв породистый нос, он вел под руку Синистру в пышном наряде принцессы Будур. В свободной руке Синистра крепко сжимала бокал и выглядела основательно набравшейся.

Рон проследил за его взглядом и поморщился.

- Перестань, Гарри, - Гермиона вздохнула. – Ты же знаешь, Дамблдор сам…

- Все я знаю, - Гарри с ненавистью поглядел на Снейпа. – Но скажи, ты бы на его месте согласилась?

Гермиона зябко передернула плечами.

- Слава Мерлину, я не на его месте.

- Да уж, жениться на таком вот носатом существе с вечно немытой головой – представить себе страшно, - встрял в разговор Рон.

Гермиона захихикала.

- Как тебе вообще такое на ум пришло? – Гарри покачал головой с притворным изумлением. – Сознайся, Рон, ты – тайный извращенец.

Снейп чуть повернулся в их сторону и передернул плечами. Синистра рассказывала что-то, заливаясь звонким смехом.

Боком – мешали пышные фижмы - мимо них протиснулась Червонная дама, приблизилась к Гарри, шутливо прикрывая напудренное личико веером с изображениями алых сердечек.

- Маска, я тебя знаю? – Гарри отвел веер в сторону.

Дама кокетливо покачала головой, заискрились стразы в высокой прическе.

Гермиона чихнула.

- Джинни, сколько пудры ты на себя высыпала?

- То-то мама не могла найти пакет с мукой, - меланхолически сказал Рон.

- Ну, спасибо тебе, братец, - обиделась Джинни.

- Обращайся в любое время, - великодушно предложил Рон. – Зачем еще нужны братья?

- Вот и я думаю – зачем они нужны? – закатила глаза Джинни. – Гарри, тебе нужны братья?

- Только не сейчас, - ухмыльнулся Гарри.

Смех Синистры из звонкого сделался пронзительным. Снейп что-то неслышно сказал ей, и оба вернулись в зал.

Гарри подтолкнул Гермиону взглядом, и она с улыбкой тронула Рона за локоть:

- Пойдем, еще потанцуем?

- Отлично, - Рон выразительно поднял брови в сторону Джинни. – Сестренка, не делай ничего, что тебе не понравится.

- Да, - решительно заявила Джинни, - один брат у меня определенно лишний. Не выходи за него замуж, Гермиона, раскаешься.

- А разве я собиралась? – изумилась Гермиона.

- О, женщины, - скорбно воскликнул Рон, - вам имя – вероломство.

- Рон, - Гарри сделал страшные глаза. – Убирайся отсюда.

- Ушел, ушел, - Рон махнул рукой, уводя за собой Гермиону.

Крупные августовские звезды уже меркли в небе; какая-то ранняя пташка робко пробовала голос, распеваясь перед утренним концертом. Джинни улыбалась так тихо, так таинственно, словно знала некую сладкую тайну, но губы ее были слаще любой тайны, розовее, чем сама заря…



Прежде, чем они успели войти, дверь палаты распахнулась, и рыженькая медсестричка выкатила в коридор металлический столик: яркие пилюли, шприцы, ампулы. Сестричка стрельнула живыми глазами в нового доктора.

- Здравствуйте, профессор Даггер, - прощебетала она. – Доктор Гровер, доктор Уимзи, доброе утро!

- Позвольте вам представить нового коллегу, мисс Уилкс. Доктор Роупер – это мисс Дженнифер Уилкс, наша маленькая фея. Ну, как поживает больной?

- Как обычно, - мисс Уилкс вздохнула. – Бедный мальчик.

Дверь в соседнюю палату открылась, послышался томительный женский стон, волна тяжелого запаха прокатилась по коридору. Низкий голос из-за двери произнес:

- Уилкс, вы мне нужны. Немедленно.

Медсестра заторопилась на зов, ампулы и металлические кюветы на столике немелодично забрякали. За ней протопал массивный санитар. Дверь захлопнулась, обрезав, как ножом, тоненький заячий вскрик.

- Может быть, сначала зайдем в двенадцатую, сэр? – предложила доктор Гровер.

- В этом нет необходимости, - главный врач улыбнулся, стекла очков блеснули с доброжелательной непреклонностью.

Бархатные поводья, стальные удила, подумала Роупер.

В палату профессор вошел первым, остальные следовали за ним.

На кровати сидел молодой человек, пряди растрепанных темных волос падали ему на глаза. Зрачки быстро двигались, словно перед больным располагался киноэкран, видимый только ему. Он брал лист за листом из пачки газет, лежавшей на коленях, и быстрыми движениями рвал бумагу на мелкие кусочки. Целая груда таких кусочков скопилась на полу у его ног.

- Добрый день, - неуверенно сказала доктор Роупер.

Молодой человек не шевельнулся, только руки его продолжали свою монотонную, бессмысленную работу.

- Он вас не слышит, - снисходительно проговорил доктор Уимзи. – Не реагирует на окружающий мир. Абсолютно.

- Я с вами не согласна, - доктор Гровер вздернула подбородок. – Я считаю, что он воспринимает происходящее вокруг.

- Я же не сказал «не воспринимает», - примирительно отозвался Уимзи. – Я сказал «не реагирует».

- Вы сказали «не слышит», - заметила доктор Гровер, несколько смягчаясь.

Профессор откашлялся. Молодые коллеги вопросительно поглядели на него.

- Как вы считаете, доктор Роупер, что с ним?

- Кататоническая форма шизофрении, - неуверенно сказала Роупер, – проявляющаяся в форме возбуждения.

- Совершенно с вами согласен, - просиял профессор. – Налицо расщепление психики, судя по движению зрачков - галлюцинации. Доктор Снейдер, впрочем, считает, что движения глаз рефлекторны. М-да. Случай, боюсь, безнадежный. Младенцем пациент попал в автокатастрофу. Родители его погибли, мальчика мать выбросила из окна горящей машины. Очевидно, при этом ребенок получил черепно-мозговую травму - видите этот шрам? Добавьте к этому не очень счастливое детство в семье не очень заботливых родственников. Впрочем, они достаточно щедры, чтобы оплачивать его пребывание в нашей клинике. Да. Достаточно долго поведение нашего пациента оставалось адекватным. Единственным симптомом развивающейся болезни можно счесть периодические головные боли, на которые, к сожалению, ни сам пациент, ни его родственники не обратили надлежащего внимания. Состояние резко ухудшилось перед выпускными экзаменами - вероятно, сказалось значительное нервное напряжение. К тому же, насколько мне известно, имел место конфликт с директором школы – человеком очень властным и эээ… жестоким. У молодого человека развился бред преследования – он был убежден, что директор собирается его убить. На следующий день после поступления в клинику пациент внезапно впал в такое вот печальное состояние.

- Некоторым людям просто противопоказано преподавать, - непримиримо заявила доктор Гровер.

- Вы встречались с директором? – заинтересовалась Роупер.

- Я проводила лечение на начальной стадии, - неохотно ответила Гровер. И добавила, с укором покосившись на директора. - Сейчас пациента передали доктору Снейдеру.

- Смесь галоперидола и аминазина, - спокойно продолжал профессор, точно не заметив, что его перебили. – Общее состояние стабильное. Доктор Снейдер – вы с ним еще не знакомы - пытался вывести его из кататонического состояния, применяя инсулиновые комы, и даже провел два сеанса электросудорожной терапии, но, увы, безуспешно. Более того, пациенту стало хуже, и я велел прекратить эти процедуры.

– Доктор Снейдер и лоботомию бы парню сделал, если бы ему позволили, - проворчал Уимзи.

Высокий человек вошел в палату, прищурил на собравшихся недобрые черные глаза. Роупер показалось, что больной при его появлении чуть вздрогнул.

- Профессор, - черный говорил почтительно, но в голосе его явно слышались властные ноты, – не могли бы вы пройти в двенадцатую? Мне необходима ваша консультация.

- Как, вам необходима чья-то консультация, доктор Снейдер? – притворно удивился Уимзи.

- Ваша – определенно нет, - отрезал Снейдер.

- Доктор Снейдер, - профессор чуть заметно улыбнулся. – Позвольте представить вам нового коллегу. – Доктор Роупер будет работать в нашей клинике.

- Приятно познакомиться, - Роупер вежливо улыбнулась.

В ответ последовал высокомерный взгляд и легкий наклон головы.

- Пойдемте, коллега, - профессор направился к дверям, бросив напоследок взгляд на больного. Тот не отрывался от увлекательного зрелища на невидимом экране.

- Больная в двенадцатой – это действительно нечто особенное…

Рыженькая медсестра заглянула в палату, уверилась, что все в порядке, и закрыла дверь.

Пациент одиннадцатой палаты сидел на кровати. Музыка вальса лилась из распахнутых окон его души.



The end



Оставьте свой отзыв:
Имя: Пароль:
Заглавие:
На главную
Замечания и поправки отсылать Anni