Старик
(This Оld Man)


АВТОР: Anath de Malfoy
ПЕРЕВОДЧИК: Fidelia
ОРИГИНАЛ: здесь
РАЗРЕШЕНИЕ НА ПЕРЕВОД: получено.

ГЛАВНЫЕ ГЕРОИ/ПЕЙРИНГ: Драко
РЕЙТИНГ: NC-17
КАТЕГОРИЯ: slash
ЖАНР: angst

КРАТКОЕ СОДЕРЖАНИЕ: маленький Драко потерялся в мире магглов, помощь приходит с неожиданной стороны

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: АУ, ченслэш, но без зверских подробностей

ОТ АВТОРА: фик написан на bottom_draco FQF

ОТ ПЕРЕВОДЧИКА: достаточно нездоровый фик, читайте на свой страх и риск и не говорите потом, что вас не предупреждали)). *Мышки, beware, это кактус!*


ОТКАЗ: герои имеют друг друга, автор, переводчик и Роулинг проходили мимо.




Для мальчика очень важно вырасти настоящим мужчиной; вырасти настоящим Малфоем, всесильным и влиятельным – что может быть важнее для маленького Драко? Это занимает все его помыслы. Он обожает отца, боготворит Люциуса Малфоя, его благородное достоинство и чувственную грацию. Мальчик требует шить ему точную копию отцовской одежды и носит её, подражая царственно-высокомерной манере Малфоя-старшего.

Больше всего на свете Драко хочет доставить отцу приятное, но не только тем, что полностью копирует его. Драко хочет, чтобы отец гордился им, улыбался ему с нежностью, хочет, чтобы тонкие губы отца касались его собственных, хочет, чтобы отцовские пальцы ласково гладили его кожу. Иногда Люциус купает своего маленького сына, и Драко извивается в руках отца, трётся об них и что-то лепечет, его маленькие нежные соски твердеют, тело покрыто искрящейся снежной шапкой пузырьков пены, влажные светлые шелковистые волосы темнеют от воды, вишнёвый ротик приоткрыт от вожделения. Драко знает, что отцу нравятся маленькие мальчики, иногда он подглядывает в замочную скважину отцовской спальни и видит там голых мальчиков в постели. (Как раз в эти дни Нарциссы нет дома.) Люциус покрывает поцелуями их юные гибкие тела, эти мальчики учатся на первом-втором курсах в Хогвартсе, той самой школе, в которую Драко скорее всего пойдёт через несколько лет. Но когда Драко строит отцу глазки в ванной, Люциус только улыбается и извиняюще, но не без сожаления, приговаривает:

– Нет-нет, ты ещё слишком мал...

И Драко хочется поскорее вырасти.

Самое важное для Драко – как можно больше находиться рядом с отцом, и когда Люциус отправляется в Лондон по делам и берёт сына с собой, эти поездки сами по себе становятся настоящим счастьем для мальчика. Иногда Люциус даже берёт сына в маггловский мир, чтобы показать, насколько он убог, насколько жалки магглы по сравнению с волшебниками, какие дурацкие их приспособления, которые они вынуждены были создать, не имея магии. Люди на их картинах и фотографиях не двигаются, их игрушки не интересные и совсем не забавные, а какими ещё они могли быть без волшебства? Драко согласен с отцом в его оценке магглов: они непроходимо тупы, их манеры и поведение просто ужасны, магглы – просто жалкое подобие волшебников.

Но Драко ещё ребёнок, он любопытен. Больше всего его интересует маггловские способы передвижения – это вам не маленькие юркие мётлы. Маггловский транспорт разнообразный, неуклюжий и громоздкий, он издаёт громкие неприятные звуки. Иногда, когда Люциус и Драко идут по людной маггловской улице, мальчик почти не слышит голос отца и не чувствует, что тот держит его за руку, он слишком увлечён пестротой и какофонией вокруг. Драко не уверен, нравятся ли ему эти звуки, запахи и цвета, но они новы для него, ему всё интересно.

Во время одного из таких визитов в маггловскую часть Лондона внимание Драко привлекает большой автобус, в котором находятся одинаково одетые дети, возможно, из какой-то маггловской школы. Автобус останавливается неподалёку от Драко, и большая группа школьников в одинаковой форме садиться в салон. Когда двери за ними закрываются, Драко ловит обрывки песни:

– Этот старик, он стал играть...*

Драко не замечает, что что-то не в порядке, до тех самых пор, пока не становится слишком поздно – он отпустил руку отца, и Люциус исчез, растворился в толпе. Драко с ужасом осознаёт, что он потерялся.

Драко знает, что должен воспринять случившееся с достоинством, присущим настоящему Малфою, но он всего лишь ребёнок и очень напуган. Он один среди незнакомого города магглов. Его сердце так колотится, что вот-вот выскочит из груди, а глаза жжёт от невыплаканных слёз. Перед ним всё расплывается, мальчик продирается сквозь плотную толпу магглов, пытаясь отыскать Люциуса. Драко спотыкается и падает на тротуар, обдирает коленки и локти и начинает хныкать, никто не обращает на него внимания.

А потом жилистая рука с узловатыми пальцами хватает его за шкирку и ставит на ноги. Драко смотрит в лицо старика с длинными седыми космами. Старик опирается на какой-то не то посох, не то палку, он одет в длинную тёмную мантию, котелок надвинут на один глаз. Голос у старика хриплый и грубый, но тон добрый и заботливый. Он спрашивает, не потерялся ли Драко, всё ли с ним в порядке. Драко не знает, откуда ему это известно, но чувствует, что этот старик – волшебник, и что ему можно доверять.

У старика снята комната неподалёку отсюда, и он отводит туда Драко, залечивает ему царапины и синяки заживляющим бальзамом и утешает его маленькими кексами со вкусом корицы. От них на губах остаются липкие крупинки сахара. Со странной кривоватой улыбкой старик спрашивает, можно ли ему слизнуть эти крупинки с губ Драко. В глубине души тот знает, что не надо бы позволять старику делать это, но он такой добрый, славный и не внушающий опасений, что Драко без возражений забирается к нему на колени и прижимается раскрытыми губами ко рту старика, их языки соприкасаются.

Драко вовсе не испытывает гадливости оттого, что тёплые умелые руки старика покрыты шрамами, или оттого, что у него одна нога деревянная, или оттого, что у него один глаз нормальный, тёмный, а второй странный, круглый, голубой, он постоянно вращается и пялится в разные стороны. Драко хихикает, глядя, как глаз быстро вертится в глазнице во всех направлениях. Старик объясняет, что глаз волшебный, и что он видит предметы насквозь. Драко впечатлён.

Старик хорошо обращается с Драко, ему приятно, даже когда узловатые пальцы проникают под одежду и везде трогают его, поглаживают, скользят по нежной зудящей от прикосновений коже. Мальчик извивается и хватает ртом воздух, на его лице отражается дикий восторг, ничем не замутнённый, чистый, запретный восторг, а старик трётся о мальчика бёдрами и стонет. Потом дыхание обоих приходит в норму, сердца бьются медленнее, старик чуть наклоняется и прячет лицо в светлых волосах Драко, вдыхает их чистый и неповторимый запах и шепчет:

– Я знаю, что это плохо, это неправильно, это очень плохо, я не должен был этого делать, это первый и последний раз в жизни, а ты такой славный, ты – само совершенство...

А потом они идут вместе по улице, старик использует свой волшебный глаз, чтобы отыскать Люциуса в толпе. Драко рад, что отец ничуть не сердится на него, он только слишком бледный и нервный от беспокойства. Драко чувствует вину за то, что в глазах отца появилось это загнанное выражение, мальчик удручён выговором, ему велено в следующий раз держаться поближе к отцу. А в наказание его несколько раз не возьмут с собой в Лондон, когда у Люциуса снова появятся тут дела. Драко огорчён, но не надолго, потому что он всегда сможет послать старику сову.

Люциус называет старика аврором Хмури, а Драко старик сказал, что тот может называть его Аластором, если поблизости нет взрослых. Но сам Драко предпочитает называть его просто Стариком. Это слово ассоциируется у него со странной песенкой детей-магглов, которая крутится у него в голове, с тем днём, когда он потерялся в мире магглов, со всей той странностью, удовольствием и смятением.

И теперь уже не важно, что нужно немного подождать, прежде чем Люциус пустит его в свою постель, Драко больше не шпионит за отцом и другими мальчиками и не представляет себя на их месте. Всё, что ему надо, он получает от Старика, все запретные ласки. В Поместье есть уединённый бельведер, там действие охранных заклинаний можно немного ослабить, и именно там Драко и Старик устраивают тайные свидания. Если ночь выдаётся тёплая, Драко раздевается для Старика, подставляя под его умелые руки и пленительные губы каждую клеточку маленького безупречного возбуждённого тела. Со Стариком Драко вовсе не обязательно кокетничать, лепетать милые глупости и по-девчоночьи флиртовать, как он однажды попробовал с отцом, чтобы привлечь его внимание. Старику совершенно неважно, если его одежда вдруг будет испачкана травой из-за того, что он упал с метлы, или если она будет мятой после дневных детских игр. Для Старика Драко всегда, в любом виде, будет невинным ребёнком, пахнущим летним солнцем.

Иногда Старик приносит с собой бутылочку прохладного геля-любриканта, Драко видел, что отец использует аналогичный гель, когда развлекается со своими юными любовниками. Старик использует гель для того, чтобы Драко мог почувствовать внутри себя его умелые пальцы; они касаются какой-то точки, и Драко бьётся в экстазе и тает, когда его накрывает жаркая волна. Драко не позволяет Старику использовать любрикант для чего-либо ещё, он чувствует, что ещё не готов к этому; к тому же, мальчик приберегает эту честь для Люциуса. И Старика это полностью устраивает.

Драко очень нравится Старик – наверное, он даже немного его любит. Старик говорит, что любит Драко, но ведь тот – не Люциус. И Драко знает, что когда он подрастёт достаточно для того, чтобы занять место в постели отца, ему придётся прекратить встречи со Стариком. Драко знает, что он к тому времени перестанет быть ребёнком, а дети должны вырастать из определённых привычек.



The end


* полный текст песни: http://earthlyrics.com/?S=219453


Оставьте свой отзыв:
Имя: Пароль:
Заглавие:
На главную
Замечания и поправки отсылать Anni