Лирическое отступление

АВТОР: valley
БЕТА: Comma

ГЛАВНЫЕ ГЕРОИ/ПЕЙРИНГ: Северус
РЕЙТИНГ: G
КАТЕГОРИЯ: gen
ЖАНР: general, humour

КРАТКОЕ СОДЕРЖАНИЕ: О том, как профессору Снейпу надоело быть шпионом, и что из этого вышло. История № 7 из цикла «Истории, которые не любит вспоминать профессор Снейп». О любви, естественно. О любви профессора Снейпа к свободе выбора.

ПРИМЕЧАНИЕ АВТОРА К ЖАНРУ: Зарисовка. Мини.

ПРИМЕЧАНИЕ: цикл «Истории, которые не любит вспоминать профессор Снейп» включает в себя 10 историй: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10.


ОТКАЗ: Все чужое. Коммерческие цели тоже.




Однажды холодным летним утром (в Англии такие нередки, а в Шотландии, говорят, тем более) профессор Снейп проснулся замерзший, злой и голодный.

«Как же мне все надоело!» - мрачно подумал он, встал и побрел в душ. Греться.

Через некоторое время, так и не согревшись, замерзший, злой, голодный и мокрый профессор Снейп вышел из душа.

За окном лил дождь.

Наколдовав невкусный завтрак и съев его с отвращением, профессор вдруг совершенно некстати вспомнил, как две недели назад на пиру по случаю окончания учебного года, задумавшись, назвал Дамблдора «Мой Лорд». У директора очки упали прямо в пудинг, а МакГонагалл вылила чай себе на колени. К счастью, больше этого никто не слышал, кроме случайно проходившего мимо Драко Малфоя. Слизеринский староста одарил своего декана совершенно ошалелым взглядом и пошел дальше, ничего, естественно, не сказав. Но Снейпа не покидало четкое ощущение, что у этой истории непременно будет продолжение. Причем весьма неприятное.

А интуиция еще никогда легендарного шпиона не подводила.

Дождь не прекращался, согреться профессор так и не смог, а отправляться в Лондон за неотложными покупками было необходимо. Вчера Темный Лорд дал ему очередное задание и желал получить зелье сегодня к вечеру.

В отвратительнейшем настроении Снейп аппарировал посреди Лютного переулка и, быстро оглядевшись, направился в сторону одного очень хорошо ему знакомого магазинчика.

- Доброе утро, мой господин! – кто-то легонько прикоснулся к руке профессора.

Рядом с ним стояла очаровательная девушка лет пятнадцати. Прекрасные черные волосы волнами спускались вдоль хрупкой фигурки, которую не могло испортить даже старенькое залатанное платье.

- Что вам угодно, мисс.

- Вы… - девушка смущенно хлопала огромными накрашенными ресницами, - вы не могли бы уделить мне минуту своего драгоценного времени.

«Неужели все-таки проститутка? – удивленно думал профессор. – Вроде не похожа. Глаза не наглые… И вообще, такое ощущение, что где-то я ее видел. Может, первый раз…»

- Могу я погадать вам, мой господин? – почти умоляюще пропел сладкий голосок.

«Наверняка первый раз… И такая миленькая…»

Девушка что-то говорила, но Снейп ее не слушал. Он решал важнейшие вопросы.

«А почему бы и нет, - важнейшие вопросы были наконец решены. – В конце концов, я тоже человек».

- Ведь у господина найдется пара сиклей для бедной гадалки? – многообещающе прошептала девушка.

- Найдется! - решительно произнес профессор, глядя на нее с легкой насмешкой. – Пошли.

- Я вообще-то сама не гадаю, мой господин, - безостановочно тараторила девица, заведя Снейпа в какую-то обшарпанную дверь и проворно таща его за собой вниз по узкой темной лестнице. – Я пока не умею. Но я учусь. А вот моя прабабка! О, вы не представляете! Она уже почти сто лет совсем слепая! Вот она гадает! Она все-все вам расскажет!

«Боже мой! Зачем я с ней пошел? Зачем мне гадалка? Я все равно в это не верю!» - думал Снейп, покорно спускаясь за девушкой.

- Осторожно, мой господин, тут еще ступенька!

Споткнувшись в темноте и выругавшись, Снейп протиснулся за своей спутницей в освещенную единственной свечой грязную комнату. Перед ним прямо на полу сидела «моя прабабка».

Девушка куда-то исчезла, и профессор с ужасом понял, что его волшебная палочка исчезла вместе с ней. Возмущаться было поздно, а громко захлопнувшаяся за его спиной дверь ясно давала понять, что он в ловушке.

Старуха завозилась на полу.

- Вы что, действительно гадалка? – недовольно проворчал Снейп. – Ваша внучка у меня палочку стащила.

- Что ж ты, милок, за вещами не следишь? – проскрипел отвратительный голос, после чего раздалось утробное бульканье.

Профессор понял, что гадалка смеется. Невкусный завтрак настойчиво запросился наружу.

«Ну, я попал, - почти равнодушно подумал Снейп. – А я ведь всегда полагал, что меня Темный Лорд прикончит…»

- Да ты не волнуйся, милок, - снова заскрипела старуха. – Она отдаст. Это она меня так оберегает. Сам ведь понимаешь, сколько тут всякого люда подозрительного шастает. Ты руку-то давай.

Профессор вынул галлеон и, положив его на ладонь, протянул гадалке.

Старуха схватила золото грязными трясущимися руками в дырявых шерстяных перчатках, и монета мгновенно исчезла в складках ее полуистлевшей одежды.

- Может, я уже пойду? – робко спросил Снейп. Обстановка этой душной комнаты действовала на него крайне угнетающе.

Но гадалка крепко ухватила его за руку, что-то то ли нашептывая, то ли напевая. Черты ее лица различить было невозможно, разобрать слова – тоже. Вдруг она резко потянула профессора на себя, и он против воли оказался рядом с ней на полу.

Наконец она прекратила шептать и подняла лицо, продемонстрировав Снейпу два бельма.

Невкусный завтрак вновь настойчиво напомнил о том, что был недавно съеден.

- А знаешь, милок, ведь в прошлой жизни ты тоже был шпионом.

- Кем? – голос сорвался, и профессор возблагодарил всех богов и лично Великого Мерлина за то, что старуха слепа.

- Шпионом.

- Вы ошибаетесь. Я просто школьный учитель.

- Дерганый ты какой-то учитель.

- А как вы…

- Вибрации.

«О боже! – в ужасе подумал Снейп. – Надо отсюда сматываться!»

- И вот что я тебе скажу. Ты не только в прошлой жизни был шпионом, но и в позапрошлой, и в той, что перед ней, - тоже. Заклинило тебя, сынок.

- И… что?

- Да ничего. Если все так и оставишь, то плохо кончишь. Причем в самом ближайшем будущем.

- А… а что в прошлой жизни?

- То есть как «что»? Хочешь сказать, что не помнишь?

«Она издевается, - сделал профессор грустный вывод. – Как я могу помнить?»

- Такие вещи забывать нельзя. Неужели не помнишь, кто Дамблдору на Гриндельвальда доносил?

- Я?

- А то кто же? Правда, он тебя вычислил и убил, но свое дело ты сделал. Дамблдор уже знал, как его уничтожить.

- Я вам не верю.

- А это твое дело, милок. Только когда шестнадцать жизней подряд одно и то же происходит – есть повод задуматься. Ты, видать, ничему не учишься.

- ШЕСТНАДЦАТЬ?!

- А то? Ты ведь еще Великому Мерлину на Моргану доносы строчил, когда у нее пажом служил. А Гриффиндора со стариком Салли кто, по-твоему, поссорил?

- Тоже я?

- Конечно, ты. Это ведь ты Слизерину настучал, чем Годрик с Ровеной в Запретном Лесу в ночь на Хэллоуин занимались.

- А чем они занимались?

- Заговор составляли, как от этого любителя нестандартных рептилий избавиться.

Но профессор, невероятно гордившийся своим умением логически мыслить, в последнем примере усмотрел нестыковку.

- Это не логично. Вот если бы я Гриффиндору доносил на Слизерина, тогда...

- Так ты и Гриффиндору доносил, - с готовностью отозвалась старуха. – Это ведь именно ты притащил Гриффиндору записку, которую Салли просил тебя Ровене передать. Слизерин на свидание пришел, а там Годрик поджидает. Вот после этого он тебя василиску своему и скормил.

- А…

Снейп хотел спросить: «А откуда вы знаете?» Потом понял, что вопрос глупый и лучше помолчать. Что ему делать дальше, профессор не знал.

- Такие дела, милок. Можно не продолжать. Семнадцатый раз шпионишь и каждый раз бываешь убит каким-нибудь зверским способом. Умираешь, сынок, в страшных мучениях, и длится твоя агония не один час. Точно тебе говорю. Совершенно четко вижу. И в этот раз тебя кроме Круциатусов ничего не ждет. Завязывал бы ты со шпионской деятельностью.

- Как? – тоскливо пробормотал потрясенный живописной картиной зельевар.

- Как, как! Думай! Потому что оба твои шефа сейчас очень серьезно размышляют о твоей благонадежности.

- Какие оба шефа? – слабым голосом спросил профессор, уже ничему не удивляясь.

- А я почем знаю? Я, милок, уже почитай лет пятьдесят наверх не выходила. Вижу вот оком внутренним, что один с бородой, а другой с глазами красными.

Не будь гадалка так стара, отвратительно грязна и уродлива, профессор схватил бы ее за истлевшее подобие мантии, в которую она была одета, и тряс бы изо всех сил, пока… Снейп не знал, пока «что». Он просто разглядывал жуткие бельма, невероятных размеров клык, торчащий из потрескавшихся губ, грязные, спутанные клочья волос и безуспешно пытался определить, сколько же ей лет.

- Я не знаю, как можно что-то изменить, - обреченно проговорил профессор слабым голосом. – Я уже давно ничего изменить не могу.

- Так ты еще монетку давай, посмотрим, что можно сделать.

- Я не знаю, как обмануть смерть, - вслух размышлял Снейп, доставая еще один галлеон и отдавая его старухе. – Если это моя судьба…

- Это дурь твоя, а не судьба! Не надо обманывать смерть, ее надо разыграть.

- То есть?

- Что-то ты, милок, глуповат для шпиона. То и есть. Сделаешь вид, что умер, они от тебя и отвяжутся. И бородатый, и красноглазый. Ведь надоели, поди, до ужаса.

«Ни то слово…» - подумал профессор, а вслух сказал:

- Я не знаю, как это сделать. Я не справлюсь.

- Так попроси кого-нибудь тебе помочь!

- Кого?

- Да неужели некого? Неужто ты такой плохой человек, что тебе к сорока годам и за помощью обратиться не к кому.

- В таком деле - не к кому. Хотя…

- Вот-вот. А теперь иди. Иди, милок.

Снейп так и не заметил, когда появившаяся неизвестно откуда девушка сунула волшебную палочку ему в карман. Спотыкаясь, он побрел вверх по темной лестнице, размышляя о преимуществах выхода, подсказанного ему гадалкой.

И профессор ни за что бы не поверил, если бы ему кто-нибудь сказал, что гадалка в этот момент тоже вспоминала о нем.

«Вот и славно, - думала старуха, стаскивая грязный седой парик, уродливую маску и с облегчением приглаживая растрепанные белокурые волосы. - А то такой неаккуратный стал - ужас. То Лорда «директором» назовет, то Дамблдора - «повелителем». Надо было ему еще посоветовать, что-нибудь от склероза пить».

- Рара, я не могу краску с лица стереть. Почему ты не захотел использовать Оборотное зелье?

- Потому что он мог почувствовать запах тертой шкуры бумсланга. У этих тварей сейчас брачный период, а у твоего декана очень тонкий нюх.

- Да, пожалуй, - вяло согласился юноша.

- Так, давай быстрее, а то если он успеет раньше нас с тобой, будет не очень хорошо.

- Ты уверен, что он придет?

- Абсолютно.

Через неделю созванные в срочном порядке с каникул счастливые студенты со скорбными лицами радостно провожали в последний путь безвременно почившего после грандиозного взрыва в подземельях декана слизеринского факультета.

- Он был моим любимым учителем! – рыдал Драко Малфой, с тоской понимая, что, судя по всему, на данный момент он является единственным учеником школы, которому занятий по зельеварению все равно не избежать.



The end


Март, 2005


Оставьте свой отзыв:
Имя: Пароль:
Заглавие:
На главную
Замечания и поправки отсылать Anni