Сердце земли каменисто

АВТОР: E-light

ГЛАВНЫЕ ГЕРОИ/ПЕЙРИНГ: Гарри, Драко
РЕЙТИНГ: PG-13
КАТЕГОРИЯ: slash
ЖАНР: angst

КРАТКОЕ СОДЕРЖАНИЕ: человек растит то, что может.

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: почти некрофилия.


ОТКАЗ: все принадлежит Ролинг.




«Земля тверже человеческого сердца, Луис.
Человек растит, что он может… и пожинает плоды» (с)

Стивен Кинг, «Кладбище домашних животных»

Высокая ограда не давала заглянуть внутрь дворика, не позволяла даже увидеть дом. Высящиеся по верху кирпичной стены острые железные пики отваживали любых нежеланных посетителей. Наверняка над ними барьерное заклинание от полетно-метловой магии.

Маленькая калитка в половину человеческого роста тоже свидетельствовала не о гостеприимстве здешних хозяев. Хозяина.

Черноволосого и зеленоглазого душевнобольного.



Светловолосый мужчина взялся рукой в черной перчатке за дверное кольцо – для этого ему пришлось опустить руку ниже бедра – и постучал, сначала робко, неуверенно, но, убедившись, что никто открывать не спешит, начал колотить все сильнее и нетерпеливее.

Послышались торопливые шаги, и мужчина наклонился, приняв крайне глупую, по его мнению, позу.

Открыла ему молодая некрасивая женщина, их взгляды встретились, затем она поспешно проговорила:

- Мистер Малфой… Проходите, - попятилась от прохода.

Согнувшись еще сильнее, мужчина пролез внутрь, кровь прилила к голове, и перед глазами на миг помутнело, когда он распрямился.

Он поморщился, глянув на свою проводницу, оценил по давней привычке лицо и манеру одеваться. «Лягушонок».



- Мисс Грейнджер, - произнес вслух. – Мистер Поттер в доме?

Она кивнула.

- Пройдемте. И… мистер Малфой, постарайтесь ему не противоречить.

- Он буйный?

- Он не сумасшедший.

- Ну, конечно.



Грейнджер, оставив без ответа последнюю саркастическую реплику, повернулась и пошла к дому. Всюду, куда ни кинь взгляд, росли деревья, между которыми петляли узенькие, ничем не засыпанные, утрамбованные лишь ногами тропинки. По некоторым ходили редко – на них зеленела более низкая по сравнению с растущей возле деревьев трава, некоторые отчетливо выделялись темно-коричневыми спинками.

Люциус торопливо оглядывал окрестный дерн в поисках пятна свежевзрыхленной земли, к горлу неожиданно подкатил комок.



- Где он? - спросил он, нагнав идущую впереди Грейнджер.

- Не здесь, - кратко ответила та, ускорив шаг.

* * *

Внутри дома царили угнетающая тишина и полумрак. Все ставни были закрыты, светили лишь тусклые шары в прихожей.

- Гарри? – позвала Грейнджер, проходя в глубину коридора.

- Гарри, - она просунула голову в приоткрытую дверь одной из дальних комнат. – К тебе пришли.



В комнате, к счастью, на столе горел фонарь, старинный, с толстым, закопченным и засиженным мухами стеклом. В кресле рядом со столом, откинувшись так, чтобы лицо не попадало под свет фонаря, сидел человек в клетчатой рубашке и серых брюках.

- Вы кто? – спросил он хриплым, недружелюбным голосом. И вспомнил сразу. - А-а. Похожи.

Дальше он словно утратил интерес к разговору, подняв с колен книгу и теребя пальцами страницы.



- Мистер Поттер… - откашлявшись, Люциус снова начал. – Гарри…

Он стоял у порога и понемногу приходил в раздражение: сесть Поттер ему так и не предложил. Скосив глаза на кровать, единственную кроме кресла пригодную для сидения здесь мебель, Люциус подумал, стоит ли ему усесться туда, но решил, что нет.

- Гарри, ты ведь любил его? За что ты с ним так?

- Я-то? – молодой человек в кресле пошевелился. Голос его стал низким, бархатным и угрожающим. – Я любил. А вот ты?

«Мерлин мой, совсем как у Лорда, - подумал с содроганием Люциус, - как у Тома, когда у него были еще свои голосовые связки».

- Я же ему отец. Он мой сын! Сын!.. Верни его мне…



Поттер наклонился, и Люциус словно наткнулся на холодный, равнодушный взгляд, зеленые глаза блестели, как неживые драгоценные камни.

«Он не сумасшедший. Совсем не сумасшедший».

- Нет. Со мной ему лучше, - кратко ответил Поттер.

- Ему не будет лучше здесь. Все Малфои покоятся в склепе… В саркофагах заклинания против тлена. Он сгниет в земле. Здесь черви… Драко должен лежать среди предков. Мистер Поттер, если вы любили его…

- Нет здесь никаких червей!!! – крикнул Поттер. В глазах его блеснуло безумие, неожиданное, как зеленый человечек, промелькнувший в окне благопристойного буржуазного дома с белыми занавесками и геранью на подоконнике. – Запихали его в каменную клетку! Он задыхался среди ваших камней! Тут он прорастет, - добавил он, успокоившись.



Люциус, с тоской размышлявший, успеет ли он выхватить палочку и отразить Аваду волшебника, убившего Волдеморта, немного приободрился, и, вспомнив совет Грейнджер, зашел с другой стороны:

- Прорастет? Что вы имеете в виду? – он затаил дыхание.

Поттер монотонно, размеренно начал говорить:

- Я посадил его в землю. Он будет расти, расти, и когда-нибудь вырастет. Лет через семь или девять. Будет таким светловолосым мальчиком с волнистыми волосами, тонкими пальцами и белой-белой кожей. А весной он зацветет сухими розовыми губами, и я поцелую его, и лепестки облетят. И когда-нибудь он созреет и упадет мне в руки твердым сочным плодом, я скажу ему: «Драко, ты?», - а он ответит: «Я новый сорт».

Говоря, Поттер смотрел перед собой, глаза его заволокло туманной дымкой, и Люциус, понизив голос почти до шепота, попробовал вступить в игру:

- Отдай его мне, Гарри. Отдай его мне. Я посажу его в нашем саду. И весной, когда зацветет сирень, он прорастет в том месте, в котором вырос. Там, где родился, в Малфой Мэнор. Ветер будет качать его ветки. Я не дам заползти на него ни одной гусенице, ни одному жучку. Ему будет вольно растись в родном доме. Подумай, Гарри, - он сын мне. Разве я не желаю добра своему сыну? Разве я не люблю его? Он мертв, а я – жив… Почему? Зачем? – последние слова Люциус произнес с неизбывной тоской.

В самом деле, для чего? зачем? С рода его отрезали последнюю ветвь, прижгли каленым железом, оставили черный голый ствол. Мальчик мой, белокурый, как все Малфои, гордость, надежда…

Драко…

- Вот именно, - сердито произнес Поттер, и глаза его снова были глазами нормального человека. – Он – мертв, а ты?..

- Убей, - рванул воротничок робы Люциус полурасчетливым, полунастоящим жестом. Конечно же, Поттер не стал тянуться за палочкой – по крайней мере, пока глядел спокойно. Он просто завороженно смотрел на треугольник белой кожи, молочно светящийся в полутьме. – Убей, но отведи к нему сначала, дай мне на него посмотреть перед смертью!

Поттер медленно поднялся из кресла и направился к выходу.

* * *

Сад все же был крайне запущенным. Ветви деревьев (вишни и яблони) давно не подрезались, и, похоже, давно не плодоносили. Старые деревья, молоди нет.

Люциус шел вслед за Гарри по утоптанной, часто используемой тропинке, огибающей дом вдоль. Поттер не оборачивался, и в голове мелькнуло: «А если Авадой… Найти потом тело Драко и забрать, вот никого и упрашивать не надо», - но трезвая, рациональная часть натуры безумный план отвергла.

Между тем они вышли на задний двор, где светило солнце.

В середине темнела обнаженная земля, совсем недавно здесь копали, и трава не успела вырасти. Но темнела она не ровным прямоугольником, как роют землю могильщики, а какими-то ломаными зигзагами.

«Даже в гроб не положил, - мелькнуло неприязненное, - зарыл его, как собаку».

В склепе Малфой Мэнора ждал молодого наследника вскрытый, сиротливо белеющий атласной обивкой саркофаг, а похититель встал сейчас на колени перед дикарской могилой, склонился к земле, почти прижавшись губами:

- Драко, ты меня слышишь? К тебе пришел отец.

Он поднял голову и пояснил:

- Он слышит меня. Я его уговариваю, чтоб быстрее рос. Поливаю утром и вечером, перед росой. Вы присядьте, чтобы ближе быть.

Оцепеневший Люциус неловко опустился на колени, пачкая дорогую робу. Взгляд зацепился за разложенные вокруг могилы книжки, украшения, непонятные артефакты, маленький телескоп.

- Это чтоб ему не скучно было, - вновь сказал Поттер, проследив, куда смотрит Люциус. – Вы поговорите с ним.

- Драко, - Люциус осторожно дотронулся до земли. Он не знал, что ему сказать.

Заговорил Поттер, нежно, напевно, закрыв глаза и ласково произнося:

- Лежит… он лежит в глубине, ждет своего часа. Когда наступит срок прорасти. Череп у него – как шкатулка с красным шелком, глаза – хрустальные шарики, а ногти, как перламутр. Холодный, такой холодный, ледяной. Кожа сухая, как пергамент, волосы тусклые, неживые, он лежит и ждет, пока я не приду к нему, не скажу: «Расти!» И наполнится он теплым соком, начнет тянуться к теплу, к свету, и пробьется наверх, такой розовый, такой сонный. А потом он зацветет, и завяжутся плоды… Мне б дождаться. Семь-девять лет, - последние фразы Поттер прошептал.

Люциус глядел над землю, под которой лежал его сын… И слой-то, наверное, тонкий. Не больше трех футов.



Как он сходил с ума, когда услышал, что Драко убили… Но еще более тяжким грузом легло на сердце известие о том, что вандалы распотрошили усыпальницу и унесли погребенное тело. Осквернение праха…

Осиротевший склеп, где не будет последней ветви рода. Драко не будет лежать рядом со своими предками. Мать и отец не лягут рядом с ним.

Поиски. Поиски. Поиски… И вот – конечная точка маршрута, приведшая его туда, где свихнувшийся победитель Волдеморта пытается вырастить мертвого человека.

«Прости, Драко», - сказал про себя Люциус и поднялся с колен.

Взглянув сверху на прильнувшего к земле Поттера, читающего свою мантру, последний живой Малфой отряхнул грязь с одежды и пошел в обход дома.

Возле входа он встретил Грейнджер.

- Ну, что? – грязнокровка выглядела встревоженной. – Вам удалось убедить его отдать… - тут она поколебалась, - тело?

Люциус поморщился и сказал:

- Посадите на могилу семечко. Генетически модифицированное, спросите у травологов заклинания, чтоб быстрее проросло. За полгода, максимум, год.

- Что? – карие глаза расширились в недоумении.

- Яблоню. Или вишню.

Люциус оглянулся перед аппарированием, впитав в себя блеклое небо, запах сада, тонкий аромат увлажненной земли, все эти старые деревья, и добавил:

- Лучше яблоню.



The end



Оставьте свой отзыв:
Имя: Пароль:
Заглавие:
На главную
Замечания и поправки отсылать Anni