Один у папы сын

АВТОР: Lady_Aribet
БЕТА: Fidelia

ГЛАВНЫЕ ГЕРОИ/ПЕЙРИНГ: Люциус, Драко
РЕЙТИНГ: PG-13
КАТЕГОРИЯ: slash
ЖАНР: humour

КРАТКОЕ СОДЕРЖАНИЕ: странные игры волшебников глазами постороннего

ПРИМЕЧАНИЕ АВТОРА: фик написан по заказу Фиделии и обитателей ее дайра в результате особенной популярности идеи пейринга Люциус/Драко в виде хорька))).

ВОРНИНГ: господа извращенцы, фик низкорейтинговый, следовательно – не для вас, так что читайте на свой страх и риск разочароваться)).


ОТКАЗ: кажется, это тот редкий случай, когда героев имеет исключительно Роулинг.




Драко (Грюму): А-а-а-а, ты испортил мою прическу,
злобный придурок! Я все папе расскажусь!
Грюм: Ха-ха, нажалуйся, и он будет превращать
тебя в хорька каждую ночь и совать
в собственные кальсоны! Хе-хе…
(«Гарри Поттер и Кубок Огня», рецензия by Fidelia)

Дик Фингер ничего не боялся. Он вытер рукавом внезапно выступивший на лбу пот и тяжело вздохнул. Нет, уверять себя было глупо… он боялся, боялся до такой степени, что колени будто превратились в студень, а руки дрожали.

Дик взял пригоршню летучего пороха, который тут же намок и прилип к ладони.

Фингер ни за что, ни за какие коврижки не сунулся бы туда, но ведь пришлось… Сирота-сквиб из старинной, но бедной и захиревшей семьи, исключенный из Хогвартса на первом же курсе, он не слишком-то расстроился, когда его палочку переломили надвое, навсегда исключая его из сообщества волшебников. Все равно у него практически ничего не получалось, на разучивание и применение простейших заклинаний уходили месяцы. Дик закопал обломки палочки в уютном садике у дома и навсегда распрощался с волшебным миром.

...С тех пор Дик побаивался магов и недолюбливал их, а уж о том, чтобы иметь с ними дело… увольте. Да и вообще – для мага у него было слишком много здравого смысла, а все талантливые волшебники, насколько он знал, были немного того… на голову ушибленные.

И вот, Фингер спокойно и счастливо дожил до двадцати с лишним лет, пребывая в твердом убеждении, что уж теперь все – никакой магии, будь она неладна. Но только он собрался жениться на Додди и окончательно переехать в Лондон, как оказалось, что продать свой домик он элементарно не в состоянии. Участок с домом находиться на территории, огражденной от магглов, и продавать ее кому попало… да вы что, мистер Фингер, вы хоть соображаете, что говорите?

Через две недели мытарств и общения с покупателями, которые, как в итоге выяснилось, даже не видели домик, какой-то сердобольный министерский старичок, лысый, как коленка, но с длиннющей бородой, посоветовал парню продать участок кому-нибудь из магического сообщества. Дик воспрянул духом, но старичок тут же зарубил его надежды на корню, заметив: «Хотя кто это сейчас будет землю покупать… время-то ненадежное».

Фингер был готов рвать на себе волосы, и все министерские его отчаянно жалели. В итоге же ему рекомендовали обратиться к тому, у кого денег куры не клюют, и сообщили, что этот человек – отъявленный негодяй и мерзавец, каких поискать. К тому же самодур да и вообще со странностями. Такая вот нелестная характеристика. Дик мрачно подумал о том, что если уж эти так о нем отзываются, то ему предстоит встреча с натуральным монстром…

И вот Фингер стоял перед большим камином в их придурошном Министерстве, сжимая повлажневшими руками кубок с порошком. Высыпав щепоть порохообразного вещества в огонь и боязливо шагнув в камин, Дик сглотнул и произнес тщательно отрепетированные слова:

– Малфой-Менор.

Через несколько томительно-вечных мгновений Дик неловко вывалился из камина в каком-то полутемном помещении. Отряхиваясь, он поднялся с колен и огляделся.

Прямо перед ним стояло большое кожаное кресло, на котором величественно восседал некий длиннопатлатый субъект, смахивающий на хиппи на пенсии. Неизвестно, что вызвало у Дика такие ассоциации, быть может, светлые, нецивильно длинные волосы, в беспорядке рассыпанные по плечам, или сигарета, вызывающе торчащая вверх, зажатая меж тонких пальцев субъекта… но, как бы то ни было, через секунду Дик понял, что ошибся. Хиппи тут были совсем не при чем.

Мужчина лениво стряхнул пепел с медленно тлеющего кончика сигареты и грациозно повернул голову в его сторону.

– Мистер Фингер, я полагаю? – спросил он, как-то неожиданно томно растягивая слова.

– Верно, – попытался улыбнуться Дик, но у него это плохо получилось.

В отблесках пламени камина глаза мужчины были черными-черными, как подземное озеро, только тонкий серый ободок по краям радужки намекал на их настоящий цвет. Тонкий зеленоватый дымок дозмеился до ноздрей Дика, наполнив его голову приятным сладким ароматом.

– Присаживайтесь, – велел мужчина, взмахнув палочкой, и Дик тут же рухнул в кресло, ринувшееся к нему из угла и резко ударившее сзади под колени.

– Меня зовут Малфой. Люциус Малфой…

– Да-да, я знаю, – опять робко улыбнулся Дик и заметил на коленях странного субъекта нечто белое и пушистое. Игрушку, что ли, на коленях держит? Ну не психи ли эти маги? Курит непонятно какой дурман, у них, наверное, до сих пор наркоту в аптеках продают… да еще белый и пушистый клубок развернулся, оказавшись маленьким зверьком.

Малфой проследил направление его взгляда, ухватил животное за шею и притянул к своему лицу.

– Курить будешь? – спросил он, совершенно не глядя на Фингера.

– Нет… ну что вы, я не курю, спасибо… – тут же отозвался Дик.

– Не вам предлагаю, – тут же оборвал его Малфой и потянулся губами к маленькой мордочке зверька, будто желая поцеловать его. Дым ему в пасть вдохнуть собирается, что ли? Дика аж передернуло. Скорее бы покончить с этим психушей, продать ему дом и уехать с Додди в Лондон… нет, лучше вообще в Бретань! Нет, еще дальше… в Болгарию, в СССР!

– Такой страны больше нет, – тут же отозвался Малфой, словно… словно читал мысли Дика. Хотя, с него станется, пожалуй...

– О, – многозначительно отозвался Дик, наблюдая за тем, как ручная пушистая скотинка выбралась из цепких окольцованных пальцев Малфоя и стала карабкаться ему на плечо. Что ж это за зверек? Не кошка, не песец, не хомяк и не крыса… Горностай? Возможно… Дик намеренно отвлекался от всяких нехороших мыслей и следил краем глаза за зверьком. Тот лизнул хозяина в ухо. Ой нет, скорее бы покончить с этой продажей ми убраться отсюда подобру-поздорову…

– Нравится? – спросил Малфой, стаскивая несчастное (хотя, почему несчастное? Тот выглядел вполне довольным) животное с плеча и зарываясь пальцами в красивый блестящий мех.

– Да-да, – послушно отозвался Дик.

– Это хорек-альбинос, – пояснил Малфой и крепко затянулся. Несколько секунд помолчал и добавил: – Мой личный ручной хорек. Что хочу – то и делаю. А хотите, я откушу ему голову? – внезапно поинтересовался он.

– Нет, что вы! – бледно-зеленоватый Дик едва не бухнулся в обморок. Бедное животное! Гринписа на этих волшебников нет… Хорек выглядел таким крохотным и беззащитным в лапах этого странного патлатого волшебника, хорошенькие ушки, покрытые почти прозрачным пушком, задорно торчали, а глазки-бусинки смотрели так, будто животное все понимало. Но, скорее всего, его уже не спасти, раз чокнутый обкуренный хозяин собрался его убить…

Дик закашлялся. Противный сладковатый дымок раздражал, от него хотелось блевать. К тому же, очертания предметов ощутимо расплывались.

– Я шучу, – милостиво пояснил Малфой и рассмеялся. – Что б я причинил ему хоть малейший вред? – возмутился он и потерся щекой о пушистую голову. – Да я скорее велю выпустить вам кишки и развесить их на воротах, чем обижу его.

Фингер сглотнул и подавил горячее желание перекреститься, перенятое им у истовой католички Додди. Пусть его забавляется с животным и делает с ним все что угодно, Дик пришел по делу и не уйдет, пока не завершит сделку.

– Ну так вы купите его? – спросил Фингер, пытаясь показаться деловитым. – Купите мою землю, мистер Малфой, – Дик сам не заметил, как начал ныть и умолять. – Это отличный участок, вам понравится, вы сможете отдать его… да хоть вашим детишкам, к примеру.

– Детишкам? – переспросил Малфой, почесывая хорька за ушком.

– У вас ведь есть детишки… дети… – голос Дика упал. Какие уж там дети у такого извращенца…

Малфой молча о чем-то раздумывал. Зверек тем временем спрыгнул к нему на колени и начал тереться о его… о его промежность?! Дик подумал, что малфоевский дурман играет с ним злую шутку, но Люциус небрежным жестом расстегнул ширинку и… И запустил туда хорька!

Фингер подавил тошноту, подступившую к горлу. Выпуклость под свободными черными шелковыми брюками Малфоя двигалась и привлекала внимание, как Дик ни пытался смотреть в другую сторону.

А тот тем временем взмахнул палочкой, и какой-то свиток влетел ему прямо в руки. Малфой принялся внимательно изучать пергамент. Как заметил Дик, это была карта графства и близлежащих земель.

– Что ж, – сказал наконец любитель животных. – Пожалуй, так и быть, я куплю у вас этот участок, земля так себе, но впоследствии я смогу присоединить ее к своей. Хватит! – резко выкрикнул «извращенец», и Дик непроизвольно вздрогнул, но тут же понял, что это «хватит» относилось к хорьку, резко выдернутому из брюк. Впрочем, подозрительная выпуклость осталась... Малфой потянулся к перу, чтобы подписать бумаги, а Дик покраснел, думая: «А каково вообще это? С хорьком?».

Зверек, спрыгнувший на пол, сел совсем рядом, и Дик поглядывал на него, испытывая какое-то странное желание погладить эту круглую пушистую голову, почесать мохнатое брюшко, потеребить нежные ушки… Мысль о теплом мехе, царапающих кожу коготках, и – о ужас! – горячем шершавом язычке совсем одурманила его. Он протянул руку к зверьку, рассчитывая если не поиграться, то хотя бы погладить, ведь хорек выглядел таким послушным и доверчивым…

– А ну не смей! – окрикнул его Малфой, заметив намерение Дика, и тот тотчас отдернул руку, будто его ужалили. «Извращенец» украсил последнюю бумагу замысловатым росчерком пера и подхватил хорька под брюшко. Тот вырвался и забился в хозяевскую штанину. Фингер судорожно проглядел бумаги, а Малфой добавил как бы между делом: – Был тут один, пытался моего зверя лапать… чтоб этому деловому в склепе не икалось…

Дик судорожно запихал бумаги под мышку, даже не проверив последние подписи, и одним прыжком оказался у камина, усеивая толстый ковер летучим порохом. Кубарем влетел он в зеленоватый огонь, пообещав себе больше никогда, никогда, никогда не иметь дела с волшебниками и магией… Хотя это ему не удалось – в спешке он произнес нечто совсем невообразимое и застрял в дымоходе Министерства…

Люциус рассмеялся, радуясь удивительно выгодной сделке, и снова закурил, после чего тихо произнес, наклоняясь и аккуратно вытаскивая зверька:

– Один у папы сын, и тот хорек… Убрался этот дуралей, вылезай из штанины, Драко, я тебя поцелую...



The end



Оставьте свой отзыв:
Имя: Пароль:
Заглавие:
На главную
Замечания и поправки отсылать Anni