Последний сеанс
(A Night At The Movies)


АВТОР: Honeybees
ПЕРЕВОДЧИК: Fidelia
БЕТА: Kukusha, merry_dancers, отдельное спасибо Ариане и monokeneko за помощь и смех.
ОРИГИНАЛ: здесь
РАЗРЕШЕНИЕ НА ПЕРЕВОД: получено.

ГЛАВНЫЕ ГЕРОИ/ПЕЙРИНГ: Драко, Гермиона
РЕЙТИНГ: NC-17
КАТЕГОРИЯ: het
ЖАНР: romance

КРАТКОЕ СОДЕРЖАНИЕ: Пост-Хогварт, прошло 10 лет после окончания учёбы. Драко, ведущий почти маггловский образ жизни, случайно забредает в кино и встречает там Гермиону. Слово за слово… и Гермиона оказывается в его постели.

КОММЕНТАРИИ ПЕРЕВОДЧИКА: если вас не пугает обилие PWP сцен и некоторый ООС, то наградой вам будет изящная концовка.


ОТКАЗ: Ни один из персонажей нам не принадлежит, мы просто решили немного ими попользоваться :)




– Официант?
– Да, мадам.
– Пожалуйста, спросите Рика, не выпьет ли он с нами.
– Мадам, он не пьёт с посетителями. Никогда. Я ни разу такого не видел.

«Хорошо. Я пропустил всего несколько минут», – подумал Драко, с облегчением вздохнув. Он ненавидел входить в зал после начала сеанса, но сам не ожидал, что успеет. Драко был стопроцентно уверен, что приятно проведет этот вечер со своей подружкой – роскошной сексапильной блондинкой. К сожалению, она была также вялой, скучной и неспособной связать и двух слов, если они состояли более чем из двух слогов. Несколько лет назад ему было бы всё равно, но сейчас он ожидал от своих подружек большего. К своим двадцати семи годам он ещё не был готов остепениться, но уже устал от лёгких побед и бессмысленных свиданий. Драко хотел бы повстречать такую женщину, которая возбуждала бы его разум, его интеллект так же, как и тело. Самыми лучшими своими романами он считал те, когда женщины заводили его не только своим видом… но, к сожалению, эти женщины обычно хотели от него больше, чем он мог им дать. Драко снова стал встречаться с безмозглыми красотками, чтобы не осложнять собственную жизнь, но как же это всё ему надоело… Он не мог точно сформулировать, но в каждой женщине, с которой он встречался, не хватало чего-то такого, что он отчаянно желал. Но Драко был уверен, что когда найдет то, чего ему так не хватает, то сразу поймёт, что всю жизнь искал именно это.

Поэтому он отвёл подружку по имени Миа домой пораньше, наплёл ей с три короба про то, что у него рано утром деловой завтрак и ему необходимо отдохнуть перед встречей. Она была слишком тупа, чтобы понять, что он явно врёт. Чмокнув девушку на прощание на пороге её дома, Драко пошёл пешком, чтобы проветриться, поразмышлять, а потом найти тёмную улочку и вызвать шофёра, и тот отвёз бы его домой, в Поместье. Ноги сами привели его к району маггловских улочек недалеко от входа в «Дырявый котёл». Яркая вывеска на старом кинотеатрике мгновенно привлекла его внимание: «Касабланка», в главных ролях Хамфри Богарт и Ингрид Бергман. Ему не надо было думать дважды, чтобы пойти в кассу за билетом. Драко протянул маггловские деньги, купил небольшое ведёрко попкорна, стакан «Пепси» и прошёл в тёмный кинозал. Это был поздний сеанс старой классики, и поскольку большинство предпочитало новые фильмы, зал был полупустым.

Он спустился по боковому проходу и сел на крайнее сидение, чтобы вытянуть ноги в проход. Как всегда во время просмотра старых маггловских фильмов, он быстро втянулся, жуя попкорн и не обращая никакого внимания на других киноманов. Потом, во время сцены, в которой Угарта при попытке к бегству убивают полицейские, Драко заметил молодую женщину, сидящую перед ним в середине ряда. У неё была гладкая стрижка-каре, волосы с одной стороны заправлены за ухо, от нее словно веяло холодным обаянием. Он слышал, как она сдерживает всхлипы. Девушка не плакала, но по приглушённым жалобным звукам он мог с уверенностью сказать, что она с трудом сдерживает рыдания. Что-то в ней показалось Драко знакомым, но он не мог понять, что именно. Потом он увидел, что незнакомка гордо вскинула голову, решительно вытерла слёзы и скрестила руки на груди, продолжив смотреть фильм, не отрывая взгляда от экрана. По этому простому жесту, который Драко видел у тысяч женщин, он ее узнал. Он наклонился вперёд, чтобы получше рассмотреть её профиль и откинулся в кресле, остолбенев на несколько секунд. Последним человеком, которого он ожидал увидеть сегодня вечером, была Гермиона Грейнджер.

Он хохотнул про себя, потом снова наклонился вперёд и шепнул в своей неподражаемой манере:

– Честное слово, мисс Грейнджер, у вас совершенно нет причин лить слёзы. Угарт знал, что иметь при себе в Касабланке письма о перевозке опасно. – Он не мог скрыть усмешку, хотя в зале было довольно темно.

Гермиона резко обернулась, явно удивившись при виде сидящего позади Драко Малфоя:

– Мой Бог, Малфой, это ты? Ты-то что здесь делаешь? – воскликнула она гораздо громче, чем позволяли правила приличного поведения в кинотеатре, и на неё тотчас зашикали с соседних кресел. Даже в темноте он мог видеть, как расширились от удивления её глаза.

– Я тоже рад тебя видеть, Грейнджер, – тихо рассмеялся он. – Рот уже можно закрыть, Гермиона. Я не восстал из мёртвых или что-то вроде того.

На них снова зашикали, и кто-то прикрикнул:

– Кончай трепаться!

И Драко совершил единственно возможный в данной ситуации поступок. Он взял попкорн и стакан с «Пепси» и пересел на пустое место рядом со своей старой школьной знакомой, чем ещё больше её шокировал. Он протянул ей своё ведёрко с воздушной кукурузой:

– Хочешь? – предложил он.

Гермиона молча покачала головой, уставившись на него с открытым ртом.

– Малфой, это правда ты? – недоверчиво спросила она.

– Да я это, я, – нетерпеливо ответил он, внимательно глядя на экран. – Теперь тихо. Начинается самое интересное. Сейчас появится Ингрид.

Он чувствовал на себе её взгляд, полный удивления из-за его присутствия в маггловском кинотеатре, но, в конце концов, она всё-таки повернулась к экрану, мгновенно втягиваясь в действие. Через несколько минут она даже протянула руку, чтобы взять немного попкорна. Он буквально чувствовал её желание узнать, что привело его сюда, и признался себе, что ему доставляет удовольствие видеть, как она нервно ёрзает, не находя ответа на этот вопрос. Уже забавно.

…Он помирился с Гермионой и её друзьями-гриффиндорцами ещё в школе. Драко и многие его приятели-слизеринцы на пятом курсе стали сражаться против Волдеморта и его Пожирателей смерти, зачастую рискуя собственной жизнью. В конце концов, Волдеморт был побеждён, и Драко Малфой сыграл в этом немаловажную роль, завоевав тем самым уважение и признание тех, кто когда-то его презирал, включая Гермиону и её друзей. Да и он вдруг внезапно осознал, что они вовсе не плоские карикатурные одноклеточные, какими он всегда их представлял, а умные, амбициозные и напористые люди, которые рисковали жизнями ради своих убеждений. Они также заслужили его уважение, и к концу войны вся их враждебность по отношению друг к другу сошла на нет.

Драко понимал, что Гермиона пришла в замешательство, увидев его вне волшебной части города. Наверное, на её месте так отреагировал бы любой, увидев Драко Малфоя вне его привычного мира. Разумеется, он поездил по миру, он даже жил последние три года в волшебной части Вены, в Австрии; но, тем не менее, очень немногие знали о том, что он научился получать удовольствие от некоторых положительных сторон жизни магглов с тех пор, как закончил Хогвартс. Особенно от таких классических фильмов, как «Касабланка». Хамфри Богарт был одним из его любимых актёров.

Он чувствовал, как её постепенно отпускает внутреннее напряжение, вызванное его неожиданным присутствием. Это ощущение оказалось для него приятным сюрпризом в этот вечер, обещающий быть серым и скучным. Всё время, оставшееся до конца сеанса, они шёпотом обсуждали героев фильма и события на экране. Встреча оказалась приятной. Последний раз, когда он видел Гермиону Грейнджер, им было не больше двадцати одного – двадцати двух. Это было на каком-то благотворительном обеде в память жертв последней войны с Волдемортом. Мероприятие спонсировал Фонд Малфоев, и Гермиона присутствовала на нём вместе со своими друзьями – Роном и Гарри. После этого она уехала в колледж в Шотландии, а он начал разъезжать по делам Фонда, открывая представительства по всему миру. Он иногда краем уха слышал о её карьере, но, большей частью, был слишком занят, чтобы размышлять над тем, чем она может заниматься.

Сейчас же Драко просто умирал от любопытства. «А в семнадцать лет у нее были такие же симпатичные ножки? От неё всегда так приятно пахло?» – гадал он про себя. Длинная школьная мантия скрывала тело, оставляя на виду лишь руки и голову, а они ничего не говорили о телосложении, поэтому Драко никогда не удавалось хорошенько рассмотреть фигуру Гермионы. До шестого курса он относился к ней только как к грязнокровке – самому низшему созданию на земле, а после шестого курса у него появились более насущные проблемы – например, как бы не дать себя прикончить. Ему никогда не приходило в голову, что Гермиона Грейнджер, кроме всего прочего, ещё и девушка. Теперь же она превратилась в сногсшибательно красивую женщину.

Стояла тёплая июньская ночь, и на Гермионе была мини-юбка и тонкий, почти невесомый вязаный топ. Когда глаза Драко привыкли к темноте, он просто не мог не заметить, какие у неё стройные длинные ноги. Так как они сидели в середине ряда, его собственные ноги постоянно касались её ног.

Она взяла свой пустой стаканчик от «Пепси» и сумочку и выжидающе глянула на него:

– Малфой, ну а теперь-то ты, наконец, скажешь мне, что ты здесь делаешь? – она оглянулась и шепотом добавила:

– В маггловском кинотеатре?

В зале зажёгся свет. Драко ухмыльнулся. Годы не изменили Гермиону, она была всё такой же любознательной. Он видел, как её блестящие глаза цвета корицы горят любопытством, как и тогда, когда она была лучшей ученицей Хогвартса. Но она повзрослела. Её окружала аура уверенности, через которую просвечивала внутренняя сила и выдержка, которые Драко редко видел в двадцатисемилетних колдуньях. Она остригла свои длинные волнистые темно-каштановые волосы, и сейчас у неё было каре золотисто-каштанового оттенка чуть ниже подбородка. Эта прическа была ей очень к лицу. В ушах поблёскивали изумрудные серьги, когда она заправляла волосы за уши, и он не мог не отметить про себя, что они были довольно дорогими. Гермиона Грейнджер стала взрослой. Драко оглядел стоящую перед ним женщину, подумав, что все это ей очень идет.

– И это всё, что ты можешь сказать старому доброму другу после шести лет разлуки? – пошутил он. – Ни тебе «Рада тебя видеть», ни «Годы не пощадили тебя, старик». Всего лишь «Что ты здесь делаешь?». Приятно слышать, что ты скучала по мне, Грейнджер, – он нахально улыбнулся. Даже будучи мальчишкой, ему ужасно нравилось поддразнивать Гермиону, потому что та мгновенно заводилась. Разница была лишь в том, что раньше ему нравилось досаждать ей, сейчас же он испытывал ностальгию по тем временам.

Гермиона вздёрнула подбородок:

– Я было подумала, что несколько лет, проведённых в обществе австрийцев, избавили тебя от этого самодовольства, видимо, я плохо тебя знала, – насмешливо ответила она. – Наверное, я слишком много хотела.

Драко стал пробираться к выходу.

– Пошли, выпьем по рюмочке, и я тебе всё про себя расскажу. – Он недоумевал, почему вдруг предложил это; просто вырвалось, он толком и сообразить не успел, что говорит.

Она сомневалась всего долю секунды, прежде чем принять его предложение. Он мог поклясться, что возбудил её любопытство.

– Хорошо. Я думаю, что ещё не поздно. Я провела вечер с друзьями, решила, что устала, и собралась отдохнуть, но, проходя мимо, увидела этот кинотеатрик, и ноги словно сами занесли меня на сеанс. А теперь ты разжёг моё любопытство.

– Я знаю отличнейшее местечко, – ответил Драко. Несколько лет назад, когда он встречался с моделью-магглой Моник, недалеко от её квартиры он обнаружил симпатичный маленький кабачок, который назывался «У МакГинти». Там играли хорошую музыку, столики были удобными, а публика – разношёрстной, завсегдатаи и вовсе были какими-то чудаками. Сейчас, по какому бы делу он ни приезжал в Лондон, всегда заходил туда развеяться. Владелец кабачка напоминал Драко его старого чокнутого дядю Эверетта. Даже на пике испорченной, дерзкой, высокомерной юности Драко дядя Эверетт всегда мог рассмешить его. По крайней мере, до тех пор, пока Люциус не запретил Нарциссе приглашать её любимого дядю на семейные встречи. Последний раз Драко видел дядю Эверетта на свой двадцатый день рождения, а несколько лет спустя тот умер от сердечного приступа. Когда Драко был у МакГинти, ему казалось, что он становится ближе к своему дяде.

По дороге в кабачок Драко и Гермиона говорили о кино, о крылатых фразочках, о любимых сценах и тому подобном. Она очень удивилась, когда выяснилось, что он – большой фанат Хамфри Богарта.

– Ты шутишь? – возразил он. – Богги – это же образец вынужденного спокойствия. Мне нравятся все его фильмы. У меня они все есть на мини-DVD.

– У тебя есть мини-DVD плейер? – спросила она поражённо, когда он открывал перед ней дверь кабачка. – Мне трудно в это поверить. – Она произнесла это без всякой враждебности или отвращения. Драко видел, что она действительно не знала, что и думать.

– Могу сказать, что у меня одна из самых ценных коллекций мини-DVD дисков в Англии, – добавил он заговорщически, – плюс обалденный развлекательный центр с несколькими волшебными примочками, которые нельзя просто взять и заказать на заводе.

Гермиона стала перечислять фильмы, чтобы узнать, есть ли они у него: «Трамвай «Желание», «Крёстный отец», «Унесённые ветром», «Завтрак у Тиффани» и другую классику. Он отвечал утвердительно.

– У тебя не может всего этого быть на DVD, Драко, многие фильмы на DVD ещё не выходили.

– Моим возможностям нет предела, если я чего-то сильно захочу. – Она пристально посмотрела на него, и он буквально увидел, как в её голове крутятся шестеренки, соображая, сколько правды содержится в его словах. Не дожидаясь, пока она всё тщательно проанализирует, Драко добавил:

– Ну, ты спрашивала меня про самые известные фильмы, они есть в коллекции любого захудалого любителя. Выбери что-нибудь потруднее.

Она остановилась и повернулась к нему:

– Ну ладно. «Замечательное приключение Билла и Теда», – она широко улыбнулась, потому что это был не тот фильм, который мог бы понравиться утончённому, могущественному Драко Малфою.

Ему нравилось выводить её из себя:

– Это один из моих любимых, – признался он; у Гермионы отвалилась челюсть.

Она приподняла бровь, но ничего не успела на это сказать, потому что его окликнул знакомый голос:

– Сеньор Дракон! Как мило, что вы зашли.

Гермиона и Драко засмеялись над прозвищем, которое ему дал Джек МакГинти. Когда он познакомился с Джеком несколько лет назад, пожилой хозяин кабачка просто не мог запомнить его редкое имя и почти сразу же стал звать его «сеньор Дракон». Драко не возражал, дядя Эверетт тоже частенько придумывал ему смешные прозвища. Драко помахал другу:

– Привет, Джек. Рад видеть тебя. Как дела?

Гермиона подошла вместе с ним к барной стойке, где Джек ещё раз окинул ее оценивающим взглядом. Драко представил ее пожилому ирландцу, и она протянула руку для рукопожатия.

– Гермиона Грейнджер, познакомься с Джеком МакГинти, хозяином этого райского местечка.

– Приятно познакомиться, мистер МакГинти, – поприветствовала его Гермиона. – У вас здесь симпатичное заведение.

Тот тепло улыбнулся:

– Зови меня Джек, голубушка. Если хочешь бросить этого надменного болвана, то имей в виду, что я закрываюсь в два. Мы с тобой устроим грандиозную попойку, – он подмигнул девушке, смачно поцеловав протянутую ему руку. Она смутилась, как школьница, которую когда-то знал Драко. Он и не помнил, когда последний раз видел женщину, краснеющую от комплимента. Из-за этого Гермиона показалась ему ещё более естественной и невероятно привлекательной.

– Угомонись, приятель, – поддразнил его Драко. – Гермиона и я вместе учились. Мы случайно встретились на последнем сеансе «Касабланки» и зашли немного выпить, чтобы достойно завершить вечер.

Джек взял полотенце и, вздохнув, стал протирать стакан.

– Да, это была отличная картина. Ингрид Бергман – вот настоящая леди. Не то, что эти девицы в современных фильмах, – он уставился куда-то вдаль, вспоминая о былой красоте Голливуда. – Так что будем заказывать, сеньор Дракон?

– Мне пинту пива. А тебе, Гермиона? Я плачу, – предложил Драко.

– Само собой, ты платишь, – хмыкнула Гермиона. – После того, как ты цеплялся ко мне в школьные годы, я думаю, самое меньшее, что ты можешь для меня сделать – это заказать мне выпивку, – она посмотрела на удивлённого Джека. – Благодарю, мистер МакГинти, я бы хотела бокал белого вина

– Зовите меня Джек, пожалуйста.

– Хорошо, Джек, – улыбнулась она в ответ.

– Гермиона, почему бы тебе не занять столик? Я возьму напитки и принесу их сам, – Драко указал на столик у стены возле древнего музыкального автомата, который играл старую музыку и джазовые мелодии.

Он наблюдал за ней, пока она шла к столику, чуть покачивая бёдрами, а потом повернулся к Джеку, который тоже с вожделением пялился на зад молодой ведьмы. Драко легонько хлопнул старика по руке:

– Эй, МакГинти, да она же тебе во внучки годится.

Тот расплылся в улыбке.

– Эта мне нравится, Драко. Она гораздо лучше тех вертихвосток, которых ты приводил раньше. Если где-то под твоими белобрысыми волосами всё же есть хоть капля мозгов, держись за неё, – посоветовал он. – В ней есть изюминка.

– Налей нам выпить и не суй свой чёртов нос в мою личную жизнь, – беззлобно ругнулся Драко. – Кроме того, я же сказал тебе, что она – просто моя старая школьная приятельница.

– Ну да, ну да, – закивал Джек, которого слова Драко ничуть не переубедили.

– А мне понравился твой приятель Джек, – Гермиона улыбнулась Драко, когда он подошёл с напитками к столу. – Кажется, тебе он тоже по душе, – она недоверчиво покачала головой.

– Что? – спросил Драко, садясь на соседний стул.

– Если бы кто-нибудь сказал мне десять лет назад, что я буду сидеть в пабе и выпивать в компании Драко Малфоя, я бы подумала, что он нуждается в длительном лечении в клинике Св. Мунго, – призналась она.

– Поговорим о тебе, Гермиона, – он заметил, как она вздрогнула, когда он произнёс её имя; они всегда звали друг друга по фамилии, кроме пары случаев уже после выпускного. Это было более лично и звучало как-то интимно. Но она не возражала. Уголки её губ чуть заметно поползли верх, но она скрыла улыбку, поднеся бокал к губам. Когда она подняла бокал, он заметил ещё несколько прекрасных драгоценностей на её руках: изящный золотой браслет и несколько изысканных колец, среди которых было одно с изумрудом, видимо, из того же набора, что и серьги, одно с сапфиром, и ещё одно – старинное, с жемчугом. – Откуда они у тебя? – спросил он, указывая на её руку.

– Это? – она показала на кольцо с изумрудом, вопросительно взглянув на него.

– Нет, другое, – показал он.

Она посмотрела на свою руку и покрутила кольца:

– Кольцо с жемчугом принадлежало моей бабушке, мой дедушка надел это кольцо ей на палец во время венчания. Я всегда просила её показать мне его, когда была маленькой, и поэтому она подарила это кольцо мне, – на секунду глаза Гермионы затуманились.

– Отличная штучка, – признал Драко. – А другие кольца? Тоже её?

– Нет. Кольцо с сапфиром мне подарили родители, когда я закончила Хогвартс, а изумрудный комплект подарил мне Рон, когда я закончила колледж Карлайл в Шотландии, – она посмотрела на свои руки, потом вздохнула и сделала ещё глоток вина.

Драко поперхнулся:

– Это подарил тебе Уизли? Как? Не думал, что он сможет отличить кольцо с изумрудами от кольца с обычными стразами.

Она пристально взглянула на него, мгновенно вставая на защиту лучшего друга.

– После всего, что он сделал ради тебя, не могу поверить, что ты всё ещё стремишься облить его грязью… и именно передо мной, а не перед кем-нибудь там, – она стала собирать свои вещи, явно обидевшись.

Драко успокаивающе накрыл ее ладонь своей:

– Я же просто шучу, Гермиона, я давным-давно помирился с Подлизли. – Когда Пожиратели напали на Хогвартс на седьмом курсе, Рон два дня оставался с раненым Драко в Запретном лесу до тех пор, пока не прибыла помощь, хотя мог запросто сбежать и бросить Драко на произвол судьбы. В конце концов, Драко понял, насколько верными могут быть Уизли, и после этого в их отношениях уже не было той напряжённости. Теперь они доставали друг друга скорее по привычке, потому что просто не умели относиться друг к дружке по-иному. Но их вражда закончилась. – Но это вовсе не значит, что он перестал быть гордым, крикливым, несдержанным придурком, – поправил он себя с кривой ухмылочкой.

Она откинулась на спинку стула, догадываясь, что Драко хочет просто поиздеваться.

– Хм, звучит так, будто это произнёс кое-кто из моих давних знакомых, – иронично заметила она, сделав ещё глоток вина.

Драко отхлебнул из своей кружки и поинтересовался:

– А что там с этим морковноволосым? У него получилось заарканить какую-нибудь кроткую ведьмочку и жениться на ней? Насколько я помню, после войны он стал настоящим дамским угодником.

Гермиона поперхнулась и стала поправлять волосы, лезущие в глаза. Она исподтишка разглядывала его лицо, словно пытаясь что-то в нем отыскать. Драко простодушно посмотрел на неё, видимо, Гермиону удовлетворил его вид, и она ответила:

– Это был просто период в его жизни, и он закончился, – она подняла брови. – А вот ты до сих пор не перебесился, если верить слухам, – она ухмыльнулась. – Но нет, Рон не женат. А вот Гарри – да. Он женился года три назад…

Драко махнул рукой.

– Все это я уже слышал. Можно забраться хоть на край света, но даже там тебя не минует известие о том, что Мальчик-Который-Выжил наконец-то женился на Флер Делакур. Новости об этом великом событии попали на обложки всех волшебных газет.

– Он ненавидит известность больше, чем кто бы то ни было, и ты об этом прекрасно знаешь. Он никогда не бегал за славой.

– И это только разжигает их пыл, вот почему я избегаю те издания, которые не печатают мой портрет, – изрёк он напыщенно, вынуждая Гермиону рассмеяться над его высокомерием. – Короче, если газеты не пишут о том, что я делаю, то их и читать не стоит. По утрам я первым делом заставляю своих помощников просматривать всю эту газетную чушь в поисках чего-нибудь достойного для чтения.

Она фыркнула.

– Ты никогда не устаёшь от собственного высокомерия, а? Тебе это не надоедает?

– Вообще-то нет. Для меня это так же легко и естественно, как дышать. Это один из моих многочисленных талантов. – Он ненадолго замолчал, не будучи уверенным в том, что захочет услышать ответ на свой следующий вопрос. Драко исподтишка глянул на её руки – никаких бриллиантов, никаких золотых обручальных колец, и потому поинтересовался:

– А как насчет тебя? В твоей жизни есть какой-нибудь особенный волшебник? Или хотя бы какой-нибудь достаточно смелый парень, чтобы выстоять против твоих братишек-опекунов – Поттера и Уизли?

– Они совсем не такие.

Он закатил глаза:

– Они так тщательно тебя охраняли в Хогвартсе… Если я говорил тебе какую-нибудь гадость, они бросались на твою защиту быстрее, чем нюхлер – на золото.

Она открыла рот.

– Это потому, что ты всё время ужасно обзывал меня.

– В твоём лексиконе тоже была пара слов, припасённых специально для меня, или у тебя провалы в памяти?

– Возможно. Но Рон и Гарри защищали меня так, как я защищала их. У нас до сих пор такие же отношения.

И тут он-таки задал ей тот вопрос, которого она так тщательно избегала:

– И как твой теперешний кавалер ладит с твоими братьями-близнецами? – он сделал большой глоток.

У Гермионы был странный вид, в её глазах отразилась буря эмоций. Она взглянула на него, слова были уже готовы сорваться с кончика языка, но потом она, казалось, передумала, и вместо этого сказала:

– Да ладно, тебе не так уж и хочется знать о моей личной жизни. Лучше ответь мне на вопрос, на который я жду ответа весь вечер. Как Драко Малфой, король чистокровных, так увлёкся маггловскими фильмами?

Он не хотел настаивать и выпытывать что-то про её личную жизнь. Если она не хотела обсуждать своих мужчин, Драко это вполне устраивало. Она была гораздо привлекательнее, чем он её помнил, и он не хотел упускать возможности познакомиться с этой, повзрослевшей, Гермионой Грейнджер и не собирался тратить время на обсуждение её приятелей. Кроме того, Драко никогда не уставал от разговоров о себе. Эта тема его всегда интересовала.

Он рассказал ей обо всём, что с ним случилось за последние несколько лет. Как после смерти отца он некоторое время провёл в разъездах по Америке, чтобы разобраться в себе и прочистить мозги. Как ему было проще ужиться с магглами, потому что они не знали ни о Малфоях, ни о Пожирателях смерти, ни о Вольдеморте… ни о чем таком. Как-то поздним вечером Драко забрёл в старенький кинотеатрик, в котором шло «Головокружение» Хичкока, – и он подсел. Классические фильмы стали его страстью, его возможностью на несколько часов убежать от реальности.

Они долго разговаривали, сидя за столиком. Время от времени Джек приносил им ещё выпить, улыбаясь и дружелюбно подшучивая. Возвращаясь в очередной раз от их столика к барной стойке, он остановился возле музыкального автомата и нажал пару кнопок. Заиграла песня Луи Армстронга «Времена меняются». Драко слегка покраснел от такого явного намёка и увидел, что Гермиона смеётся над его неловкостью и замешательством. Он недобро глянул на старого бармена, но Джек спокойно подходил к их столику, насвистывая мелодию песни.

Он коварно улыбнулся молодым людям:

– Прекрасная песня, не правда ли? Не мог выбросить её из головы с тех пор, как вы упомянули «Касабланку», – он повернулся к Гермионе. – Я бы пригласил тебя на танец, голубушка, но мне надо обслуживать посетителей. Гермиона и Драко одновременно посмотрели на барную стойку, за ней была всего пара человек, у обоих были полные стаканы. – Драко, ты меня не заменишь?

Он не успел ничего сказать, как Гермиона выскользнула из-за стола и протянула ему руку.

– Сеньор Дракон, не желаете ли потанцевать со мной? – в её глазах запрыгали чёртики при упоминании о его прозвище, и, как Драко подозревал, из-за трёх бокалов вина, выпитых во время их долгого разговора.

– С удовольствием, мисс Грейнджер, – ответил он, принимая её руку, и почувствовал, как дрогнули её пальчики, когда он накрыл ее теплую ручку своей ладонью. Он вышел из-за стола и встал напротив нее, их разделяли лишь несколько дюймов. Она смотрела ему в глаза, в них тоже отражалось удивление тому, как приятно они проводят этот вечер. – Потанцуем?

Они направились к тёмному танцполу, где под романтичную музыку уже двигались несколько пар. Драко обнял ее за талию и привлек к себе, а Гермиона положила руку ему на плечо. Прижавшись друг к другу, они стали медленно двигаться в такт музыке. Гермиона придвинулась ещё ближе и положила голову ему на плечо. Хотя она и была на каблуках, Драко всё равно был выше. Они танцевали молча, просто привыкая, каково это – быть так близко друг к другу. Её волосы щекотали ему шею; теперь, когда она была так близко, он чувствовал запах её духов. Может быть, причиной тому был алкоголь, но Драко ещё ни с кем не было так хорошо, как сейчас.

Он знал, что уже не был тем мальчишкой, который годами дразнил её грязнокровкой и говорил ей гадости. Но он также понимал, что и она изменилась. Они оба повзрослели и набрались опыта. Но она не утратила свою самоуверенность и жажду знаний. Во всяком случае, эти качества со временем лишь усилились. Она была необыкновенной женщиной, и, пока они танцевали, Драко не мог не думать о том, что сама судьба свела их в этой киношке.

Она отодвинулась и как-то странно посмотрела на него.

– Я на самом деле танцую с Драко Малфоем в ирландском пабе?

Он запрокинул голову и расхохотался, а потом изобразил улыбку коварного соблазнителя, просто не смог утерпеть. В какой-то момент их беседы он понял, что это свидание он просто обязан растянуть на всю ночь.

– Так и есть. Немного странновато, да? Я всё жду, когда же из-под столов повыскакивают гриффиндорцы и заколдуют меня.

Она хихикнула, а потом приподняла голову, задев его подбородком. Гермиона коротко вздохнула и призналась:

– Знаешь, а ведь ты мне в школе нравился какое-то время. Я уже почти пригласила тебя на танец во время выпускного бала, но струсила в самый последний момент.

– Да ладно тебе, – Драко удивленно распахнул глаза, но быстро пришёл в себя. – Ничего не хочу сказать, но в то время я действительно был несносным. Вообще-то, я до сих пор такой.

Она легонько шлёпнула его по руке.

– Ты до сих пор такой же невыносимый, каким был тогда.

– Да, но сейчас я ещё и дьявольски привлекателен.

Она закатила глаза:

– Не знаю, что на меня нашло, раз я в этом призналась. Как будто твоё эго нуждается в ещё большем поклонении.

Отсмеявшись, они снова почувствовали себя частью романтичной музыки. Он привлек ее ещё ближе к себе и почувствовал, как она дышит, как ее грудь, прижатая к его груди, вздымается и опадает. У него внутри все сжалось – так странно было ощущать её рядом с собой. Драко наклонился и тихо прошептал ей на ушко:

– Прошло всего-навсего десять лет, но я рад, что ты наконец-то решилась пригласить меня на танец, Гермиона.

Она отвернулась от него, глаза сияли от нахлынувших чувств. Девушка откашлялась:

– Ну, да.

Драко заметил, что они перестали двигаться. Теперь они просто стояли, глядя друг другу в глаза, как будто виделись впервые в жизни. Хотя, так оно, по сути, и было. Дыхание Гермионы стало прерывистым, и когда он протянул руку, чтобы погладить её по щеке, девушка, вместо того, чтобы отпрянуть, наоборот чуть придвинулась. А когда Малфой провел по ее нижней губе большим пальцем, она его нежно поцеловала. Драко положил руку ей на затылок, притягивая голову ближе, Гермиона не сопротивлялась. Облизав губы, он наклонился к девушке и слегка дотронулся до её губ своими. Хотя она изумленно смотрела на него широко открытыми глазами, но все же не удержалась и вздрогнула, почувствовав его прикосновение. Драко нежно касался губами её рта, но она никак не реагировала. Наконец руки Гермионы сомкнулись у него на затылке, губы слегка приоткрылись, и он ощутил сладковатый привкус вина.

Драко крепко обнял девушку и почувствовал, как напряжение медленно покидает ее тело, как исчезают колебания и сомнения, которые они оба ощущали. Не прерывая поцелуя, она неуверенно дотронулась языком до его языка, отчего у Драко забегали мурашки по всему телу. Он приоткрыл рот, принимая её нежный, исследующий язычок, удивляясь, как быстро его тело среагировало на её нерешительные прикосновения. Пальцы Гермионы щекотали его затылок, поигрывая волосами и вызывая у него тихие стоны.

Драко резко отстранился и взглянул в её красивое лицо.

– Слушай, ты хоть что-нибудь не умеешь? – спросил он, полностью отдавая себе отчёт в том, что голова у него кружится от её искусных поцелуев, а вовсе не от выпитого пива. Если у него перехватило дыхание всего от парочки простых поцелуев, что же будет, когда они зайдут чуть дальше? Да он просто рухнет в обморок!

Будто прочитав его мысли и стремясь проверить его гипотезу, Гермиона прижалась к нему и поцеловала снова, на этот раз ещё лихорадочнее и нетерпеливее. Они целовались, пока не кончилась песня, словно пробуя друг друга на вкус, и прерывались лишь для того, чтобы отдышаться, а потом начинали целоваться еще более страстно.

– Драко, – Гермиона всхлипнула ему в губы. Он поцеловал её за ушком, извлекая стон удовольствия из её горла заставив ее застонать от удовольствия..

– М-м-м? – переспросил он, не желая отрывать губ от её кожи дольше, чем на секунду.

– Драко, – повторила она с чуть заметным нажимом, голос был слегка взволнованным. – На нас люди смотрят.

Он высвободился из ее объятий и окинул взглядом полутёмное помещение. Само собой, их танец и страстные объятья привлекли внимание, на них смотрела не одна пара любопытных глаз. Джек подмигнул ему со своего высокого стула за стойкой. Драко снова посмотрел на Гермиону, Ее губы покраснели и припухли, а его пальцы хорошо поработали, растрепав ее волосы. Глядя, как она пытается восстановить дыхание, нервно покусывая нижнюю губу, Драко подумал, что в жизни не видел ничего более сексуального. Он наклонился, чтобы стремительно поцеловать Гермиону, и быстро провёл ладонями по её рукам. Девушка не сопротивлялась, и он осмелел.

– Мы всегда можем отсюда уйти.

– И куда пойдем? – Гермиона протянула руку, чтобы убрать несколько волосков, спадающих ему на глаза, отчего ему захотелось с силой прижать её к стене и поиметь прямо тут. – Хочешь заскочить куда-нибудь перекусить? – она не мигая смотрела Драко в глаза. – Или хочешь куда-нибудь ещё?

Сердце у Драко замерло, когда до него дошло, что сегодняшний вечер готовит ещё больше сюрпризов, чем он ожидал. Он сглотнул:

– Я знаю, где можно увидеть эксклюзивный показ «Замечательных приключений Билла и Теда».

Ему показалось, что прошла целая вечность, прежде чем она выдохнула:

– Что ж, давай, я за. Идём?

Несколько секунд Драко не двигался, пытаясь осознать тот факт, что она согласилась.

Она первой нарушила молчание:

– Мне надо освежиться, – возвращаясь назад к столику, Гермиона крепко сжала руку Драко. – Где здесь уборная?

Он указал на коридор.

– Там, в конце коридора направо.

– Я быстренько. А ты пока допей своё пиво.

Он подумал, что, должно быть, выглядит полнейшим идиотом, но он был действительно поражен. Как обычно, он изображал хладнокровие, но во время их танца и поцелуя что-то словно коснулось его, задело глубоко внутри – то, чего он никогда раньше не чувствовал. Это вызвало у него настолько чудесные ощущения, что он решил не задаваться вопросом, что это. Гермиона знала его с худшей стороны, когда ниже падать было некуда, но сегодня это её не оттолкнуло.

Он скользнул на своё место в кабинке и допил пиво, потому что собирался покинуть паб как можно быстрее, а ещё для того, чтобы успокоить нервы. Он поглядывал в коридор, нетерпеливо ожидая Гермиону, и не заметил, как кто-то плюхнулся на стул напротив него.

Громкий голосище, невнятный от большого количества выпитого, прогрохотал приветствие:

– Зд’рово, Дрейко, давненьк’ не видались. Чё поделывал?

Это был один из завсегдатаев паба МакГинти, Фрэнк. Он был неплохим парнем, с которым Драко провёл немало времени, болтая о том о сём, но больно уж Фрэнк любил накачиваться пивом. Когда он начинал говорить, его невозможно было унять. «Мать его! И именно в этот вечер», – ругнулся про себя Драко.

– Привет, Фрэнк, рад тебя видеть, – соврал Драко, тем не менее дружелюбно улыбнувшись.

– Что это за сексуальная цыпочка была с тобой на танцполе? – Фрэнк хитро покосился на Драко, икая между словами.

– Она моя подруга, Фрэнк. Сейчас я, вообще-то, жду её, мы собирались уходить.

– Сперва я бы хотела допить вино, Драко, если ты, конечно, не возражаешь, – Гермиона неслышно подошла сзади и мягко положила руку на плечо Драко. – Кроме того, мне нравится разговаривать с твоими новыми друзьями. Они гораздо интереснее тех, с кем ты общался раньше.

И не успел Драко возразить, как она подсела слева, близко придвинувшись к нему, левой рукой взяла бокал с вином, а правую положила на его колено, слегка его сжав. Гермиона придвинулась ещё ближе, и Драко убрал левую руку со стола и поместил ее на стенку кабинки за спиной Гермионы, давая ей больше простора для действий.

Она повернулась к Драко и подмигнула ему, прежде чем полностью переключиться на его подвыпившего друга.

– Итак, вы Фрэнк, да? Вы давно знаете Драко?

Драко знал, что на эту тему Фрэнк мог трепаться часами, но Гермиона начала делать кое-что такое, отчего ожидание стало гораздо более приятным. Пока Фрэнк мямлил свои бесконечные бессвязные истории, Гермиона стала медленно перемещать руку вверх по бедру Драко. Он безмерно удивился, думая, отдаёт ли она себе отчёт в том, что её рука сдвинулась с первоначального места, но вскоре понял, что она отлично представляет, что делает. И это сводило его с ума. Её пальцы невесомо поглаживали и пощипывали его, постепенно продвигаясь к конечной цели, лишая Драко дара речи.

Но не Гермиону. Она внимательно слушала истории Фрэнка, кивая в знак одобрения и вставляя «м-м-м» в нужных местах. Но то, каким голосом она мычала, говорило Драко гораздо больше, чем Фрэнку. Не желая, чтобы Гермионе одной досталось все веселье, он скользнул рукой ей на поясницу. Её лёгкий топ не был заправлен под юбку, и Драко не составило труда запустить руку под мягкую ткань и лёгкими круговыми движениями поглаживать обнажённую кожу её спины. Когда его пальцы оттянули застёжку бюстгальтера, он услышал, как она промычала своё «м-м-м» чуть громче, чем требовалось.

Драко уже не мог толком сосредоточиться на своих руках, потому что её искусные пальчики наконец добрались туда, куда стремились, и нежными лёгкими движениями начали поглаживать его между ног. Их поцелуи на танцполе уже довели его до определённой кондиции, и сейчас её игры только усилили его возбуждение. Он откинулся на стенку и прикрыл глаза, довольный тем, что её умелые ручки делают то, что им заблагорассудится, он же в это время поглаживал гладкую кожу её спины. Хорошо ещё, что Гермиона искусно изображала заинтересованность рассказом Фрэнка, потому что сам Драко полностью отвлёкся.

На несколько секунд Гермиона перестала его ласкать. Драко собрался было открыть глаза, чтобы посмотреть, что случилось. Но в это самое время Гермиона, осторожными движениями, чтобы никто не догадался, чем она тут занимается, стала под столом расстёгивать молнию на его брюках. Когда ей это удалось, её тонкие пальчики скользнули ему его трусы и сомкнулись на его достоинстве.

Драко резко вдохнул, почувствовав, как тёплая рука мучительно медленно скользит вверх-вниз. Он закрыл глаза, снова откинул голову и услышал, как Гермиона тихонько хихикнула рядом с ним, но потом она задала Фрэнку какой-то очередной дурацкий вопрос. Это сводило Драко с ума. Большим пальцем она, едва касаясь, ласкала головку члена, размазывая по ней выступившую капельку смазки. Рука Гермионы спустилась вниз, нежно царапая ногтями чувствительную кожу на внутренней поверхности его бёдер, а затем снова вернулась к тем же божественным ласкам.

В конце концов, Драко больше не мог сдерживаться. Он резко выпрямился и, в упор уставившись на Фрэнка, приказал:

– Не забудь эту мысль, – а потом повернулся к крайне изумленной Гермионе, положил ладонь ей на затылок и притянул к себе для пылкого и властного поцелуя. Она тут же ответила, продолжая ласкать его, только теперь её рука двигалась вверх-вниз энергичнее и решительнее, заставляя его постанывать.

Драко с сожалением отстранился, выравнивая дыхание, но он знал, что в противном случае уложил бы её на столе прямо здесь, посреди паба МакГинти. Она бы не возражала, но Джек, наверное, слегка бы обиделся. Он заглянул в глубину ее искрящихся глаз.

– Пошли отсюда. Сейчас же.

Она допила остатки вина и стремительно встала из-за стола, пока Драко пытался с трудом застегнуть брюки. Она улыбнулась обалдевшему Фрэнку, который, казалось, совершенно не догадывался о том, что во время «беседы» Драко и Гермиона своими ласками чуть не довели друг друга до обморока.

– Было приятно с вами познакомится, Фрэнк, – мило проворковала Гермиона. – Но, кажется, нам уже пора.

Услышав это, Фрэнк опустил голову на стол и моментально вырубился.

Драко подтолкнул Гермиону к выходу, отчаянно желая, чтобы на этот раз им не помешали уйти. Он положил несколько банкнот на стойку.

– Вот, держи, Джек. Буду в городе в следующий раз – обязательно загляну.

Джек подмигнул.

– Хорошо, что вы уходите, Драко, а то я уж было подумал, что мне придётся вылить на вас двоих ведро воды, а я терпеть не могу вытирать пол.

– Спокойной ночи, Джек, – ответил Драко, придерживая для Гермионы дверь.

Она посмотрела по сторонам, но Драко не понял, для чего. Стояла тёплая июньская ночь, но Гермиона зябко обхватила себя руками. Он вышел вслед за ней и осторожно дотронулся до её руки. Она чуть вздрогнула от его прикосновения, но потом расслабилась, когда он притянул её к себе и интимным голоском прошептал на ушко:

– Ты готова?

Гермиона развернулась и, крепко обняв его, ответила нежным поцелуем. Он почувствовал, как его член ещё больше твердеет от её близости. Она открыла затуманившиеся глаза.

– Да, готова.

Он взял её за руку и повёл вниз по улице. Неожиданно ей в голову пришла мысль.

– Подожди-ка. Мы ведь не пойдём через «Дырявый котёл», правда? – он вопросительно посмотрел на неё, и она объяснила:

– Он ведь так далеко отсюда, разве нельзя аппарировать в Поместье или использовать портключ?

– Нет, я собирался вызвать моего водителя. Я тоже не большой поклонник «Дырявого котла». Там слишком много любопытных сплетников. – Гермиона вздохнула с облегчением и хихикнула:

– У тебя есть водитель?

– Конечно, есть, – ответил он с шутливым высокомерием. – Он давным-давно работает на нашу семью. Каждая надменная задница типа меня, возомнившая себя частью элиты, имеет собственного шофёра.

Он потянул её в проулок, где они могли вызвать Лабби незаметно для чужих глаз, достал из кармана палочку и уже собрался было использовать Призывающее заклинание, когда Гермиона обняла его за талию и притянула к себе, не скрывая своего желания. Когда он понял, что она хочет его не меньше, чем он её, ему ещё больше захотелось попробовать её на вкус, дотронуться до неё снова. Она не играла с ним и не пыталась соблазнить, хотя он знал, что это был самый верный женский способ заполучить его.

Драко прижал её к стене, скользнувшие под топ руки стали исследовать её тело, сжимая и дразняще лаская её упругую пышную грудь. Гермиона обхватила его лицо ладонями и, закинув ногу ему на бедро, притянула Драко еще ближе так, чтобы его возбужденная плоть приходилась прямо напротив ее лона. Медленно, размеренным движением она подалась вперёд, прижимаясь к его бёдрам. Драко скользнул руками ей под юбку и погладил ладонями тело поверх трусиков. Проникнув пальцем под ткань, он дотронулся до ее обнажённой кожи и почувствовал дрожь. Драко осторожно погрузил в нее палец, потом постепенно вынул его почти до конца. Он продолжал эту медленную пытку, а она двигала бёдрами вперед-назад, чтобы усилить ощущения. Драко хотел добавить второй палец, но мешало её тесное бельё, и он решил, что от трусиков нужно избавиться. Произнеся несколько оригинальных заклинаний, он сунул волшебную палочку ей под юбку, и трусики как по волшебству исчезли.

Гермиона хихикнула, когда летний воздух коснулся её голого тела.

– Не могу поверить, что ты избавился от моих трусиков, – сказала она со смехом.

– Они мне мешали и, кроме того… – он прервался, чтобы поцеловать её в шею, – они тебе понадобятся ещё не скоро.

Она вцепилась ему в волосы и рывком притянула к себе.

– Может, тебе уже пора вызвать этого своего шофёра, – выдохнула она ему в губы.

Драко не надо было просить дважды. Он сжал палочку, пробормотал несколько слов, и в переулке появился длинный блестящий лимузин. Лабби вышел, чтобы открыть дверь, но Драко уже сам помогал Гермионе сесть в машину.

– Спасибо, Лабби, просто отвези нас в Поместье.

– Да, сэр, господин Малфой, – ответил водитель.

В машине Драко и Гермиона продолжили с того, на чем остановились в переулке. С тревогой в голосе Гермиона спросила:

– Он может видеть, что мы делаем?

Чуть подвинувшись, чтобы поцеловать её длинную гладкую шею, Драко ответил между поцелуями:

– Нет, он не может ни видеть, ни слышать, когда стеклянная перегородка поднята. Но даже если и увидит, то не расскажет об этом ни одной живой душе. Он из тех слуг, которые с детства по-настоящему привязаны ко мне. Мы понимаем друг друга.

– Хорошо, – Гермиона улыбнулась и, закинув на Драко ногу, уселась на неё верхом. Её юбка задралась, предоставляя ему возможность гладить её упругие ягодицы. Коварно усмехаясь, она наклонилась к нему и поцеловала ещё раз, посасывая и покусывая так, словно собиралась его проглотить.

Машина почти сразу же остановилась.

– Мы приехали, – хрипло сказал Драко. Он торопливо выбрался из машины и посмотрел в лицо Гермионе.

Выйдя из машины, девушка оглянулась вокруг. Она уже бывала в поместье Малфоев, но всегда днём, на каком-нибудь благотворительном обеде или ужине. После смерти Люциуса и окончания войны Малфои стали филантропами и устраивали целую кучу благотворительных обедов. Когда Люциус умер, Нарциссе больше не надо было бояться гнева мужа, и она решила использовать его деньги на благо тех, кто пострадал по его вине. Ночью имение Малфоев выглядело совершенно иначе, когда его со всех сторон заливал неяркий свет голубых фонарей, демонстрируя старинную архитектуру и готическую красоту.

Гермиона легонько сжала его руку:

– Драко, а твоя мать дома? Все эти представления нас друг другу будут такими неловкими…

– Я живу в своей собственной башне с потайным входом. Им не пользуются даже слуги, – объяснил Драко. – В том, чтобы быть Малфоем, есть свои преимущества.

– А какие ещё, кроме этого?

– М-м-м, – промычал он, целуя её, – персональный лифт с отличными стенами. Они выглядят как звёздная ночь, – он оглянулся. – Спасибо, Лабби.

В лифте Гермиона с изумлением огляделась. Он был огромным, и казалось, что они находятся в открытом космосе, падающие звёзды пролетали мимо, созвездия сверкали огнями. Двери закрылись, и они стали частью звездной иллюзии. И только две ярко-зеленые кнопки – со стрелкой вверх и со стрелкой вниз – напоминали о том, что они по-прежнему едут в лифте.

– Ух ты! – вырвалось у неё. – Потрясающе, – она протянула руку, чтобы проверить, сможет ли поймать звезду, но та пролетела сквозь её ладонь.

Драко потянулся к ней, переплёл их пальцы и завел их сцепленные руки ей за спину.

– Как и ты, – он медленно наклонился к ней, встречая ее пристальный взгляд. В её блестящих карих глазах отражался свет звёзд. Теперь, когда они были одни и никуда не надо было идти, кроме как в его башню, до него внезапно дошло, что он собирается сделать. Но особо-то некогда было раздумывать о невероятности сложившейся ситуации, потому что Гермиона подняла ему руки над головой и сняла с него рубашку. Она наклонилась, чтобы поцеловать его грудь, посасывая один сосок, потом другой. Недрогнувшей рукой она уже во второй раз расстегнула молнию на его брюках, освобождая его из плена одежды. Гермиона спустила брюки с его бедер. Его член затвердел и пульсировал от желания. Она опустила глаза и оценивающе улыбнулась, игриво погладив его. Они стояли в самом центре лифта, задыхаясь от предвкушения. Девушка скользнула ладонью вверх по его груди, и дотронулась пальцем до его губ. Драко нежно поцеловал её пальчик.

Драко знал, что это произойдёт быстро, по её глазам он видел, что она тоже знает об этом и хочет этого не меньше. Он шагнул к ней, целуя и прижимая к стенке. Драко приподнял её, и Гермиона обхватила ногами его талию. Она была такой горячей и влажной, и он ничто так не хотел, как войти в нее прямо здесь и сейчас. Но в этот момент лифт остановился, они приехали.

Двери открылись, и он вынес её наружу, её ноги обвивали его талию, она жадно целовала его, проникая языком в его рот так глубоко, как только могла достать. Он уже не мог ждать, и Гермиона простонала:

– Драко, пожалуйста, я хочу тебя.

Гермиона Грейнджер умоляет трахнуть ее – ничего эротичнее он в жизни не слышал.

Чёрт с ней, со спальней, они оба не могли больше сдерживаться. В башне слева от лифта стоял маленький столик. Усадив девушку прямо на него, Драко развёл её ноги и вошёл в неё прямо там, поддерживая её руками под колени. Гермиона застонала от удовольствия, она была уже такой влажной от их любовной прелюдии, что он не встретил никакого сопротивления. Она обнимала его, подталкивая его к себе все сильнее и сильнее, впиваясь ногтями в спину, но ему было всё равно. Она так сильно сжимала его, что он подумал, что всё закончится так же быстро, как и началось. Словно почувствовав это, Гермиона немного ослабила свои объятья и чуть-чуть оттолкнула его, чтобы между их телами было хоть какое-то расстояние.

– Посмотри на меня, – нежно приказала она. – Я хочу смотреть на твоё лицо, когда ты видишь, что делаешь со мной.

Прежде чем он успел ответить, она снова прижалась к нему, и все связные мысли разом вылетели у него из головы. Она прислонилась лбом к его лбу и положила руку ему на затылок, не позволяя ему отвернуться. Хотя он вовсе и не собирался этого делать. Всё, что он хотел – это видеть, как в её глазах отражается нарастающий экстаз. Её руки скользнули с его шеи обратно на спину, потом переместились на ягодицы, побуждая двигаться быстрее, и он мгновенно отреагировал, приподнимая её колени ещё выше, чтобы войти в неё как можно глубже. Но насколько бы глубоко он ни проник, этого было недостаточно, они просто не могли быть настолько близки друг другу, насколько ему хотелось.

Чувствуя, как Гермиона движется вместе с ним, он подумал: «Как я мог жить, когда тебя не было рядом?». Видимо, он сказал это вслух, потому что она ответила на его вопрос жадным поцелуем и добавила:

– Если бы я знала, что так будет, я бы пригласила тебя на танец гораздо раньше.

Её дыхание изменилось. Она хватала ртом воздух, по-прежнему глядя ему прямо в глаза, и с последним толчком вскрикнула так, как ни одна другая женщина, с которыми Драко занимался любовью. В этом крике было что-то первобытное, животное, что-то, рвущееся из самых глубин её естества. Внутри него словно вспыхнуло пламя, и он излился в нее так глубоко, как только мог. У него кружилась голова, ноги, отказывались держать. Драко отпустил её колени и обнял девушку за талию, крепко прижимая её к груди и пытаясь отдышаться.

Гермиона прислонилась к стене, удовлетворённо прикрыв глаза. Драко наклонился к ней и нежно поцеловал в шею. Она промурлыкала:

– М-м-м… Это действительно очень хорошо, – она легонько провела пальцами по его рукам, ее глаза искрились смехом. – Знаешь, я несколько раз проверяла в своей записной книжке планы на сегодня, но ничего подобного там записано не было.

– Да? – серьезно переспросил Драко. – А у меня это был первый пункт на повестке дня. Прямо так и было написано: «Номер один: Гермиона Грейнджер – на столике в коридоре». – Она рассмеялась и игриво шлёпнула его по груди. – Я серьёзно. Хочешь сама убедиться? – Но она только обняла его и глубоко поцеловала, стирая улыбку с его лица.

– А что ещё было в твоих планах на сегодня? – спросила она, отстранившись и озорно улыбаясь.

Он ещё не отдохнул, но мысли о том, что ещё он хотел бы сделать с Гермионой Грейнджер, были весьма возбуждающими.

– Будет лучше, если я всё это сделаю вместо того, чтобы просто рассказать тебе о моих планах. Потому что так я смогу убедиться, что все они были воплощены в жизнь, – сказал он будничным голосом. – Терпеть не могу оставлять что-то недоделанным.

Гермиона приняла его игру:

– Я вас прекрасно понимаю, мистер Малфой. Я тоже жесткий сторонник неукоснительного выполнения планов и, если вы не против, помогу вам осуществить все, что намечено.

– Конечно, благодарю вас, мисс Грейнджер. Какое самопожертвование.

– Что вы, это пустяки. Итак, что там дальше по вашему плану?

– Ну, сначала я собираюсь целовать вашу шею… вот так… потом – ушко…– каждый пункт плана сопровождался чудесными постанываниями и прикосновениями Гермионы, – потом я буду щекотать вас под коленками…

Гермиона взвизгнула, когда его ловкие пальцы пощекотали её ногу, и засмеялась:

– А в твоих планах сказано, что мы должны делать всё это именно в коридоре?

Он отодвинулся и хмыкнул, а она добавила:

– Только не пойми меня неправильно. Это очень симпатичный коридор, но думаю, было бы неплохо воспользоваться и другими помещениями твоей башни.

– Что ты имеешь против моего коридора? Это отличный коридор с хорошим устойчивым столиком.

– Не спорю. Даже больше того, будь у меня такой коридор, я бы вообще не выходила из квартиры.

– М-м-м… Звучит замечательно. И раз ты уже здесь, значит – не выйдешь.

– Раз уж мне, похоже, придется пробыть здесь какое-то время, не могу ли я случайно получить стакан воды? – спросила она жеманно. – Из-за всех этих забав у меня во рту пересохло.

Он быстро ткнулся губами в её висок.

– Неплохая мысль, – он обнял её за талию и помог соскользнуть со столика. Пока она поправляла юбку, он подтянул брюки, даже не подумав надеть рубашку. Он взял девушку за руку и провёл через коридор в гостиную. – Подожди здесь, а я принесу попить. Чувствуй себя как дома, я сейчас вернусь. И не забудь – у нас по списку ещё много чего нужно сделать.

Гермиона шагнула в комнату, но Драко всё ещё удерживал её за руку, не давая пройти дальше. Он с улыбкой наклонился к ней и нежно поцеловал в губы.

Выпрямившись, он увидел, как соблазнительно она прикусила нижнюю губу.

– У меня очень хорошая память.

Драко поспешил на кухню. Это был самый необычный, самый невероятный случай в его жизни. Конечно, у него и раньше был отличный секс с другими женщинами, но ни одна из них не была Гермионой Грейнджер. Она была не просто какой-то там очередной девушкой, которую он трахнул ради того, чтобы потрахаться. История их взаимоотношений была такой яркой, что от этого их близость казалась еще особеннее. Их связывала не просто похоть, хотя и не без этого, ещё было желание, потребность, страсть и какое-то недоверие, вызов и старомодное желание похулиганить. Это было что-то жаркое, сексуальное, в некоторой степени запретное из-за того, как они вели себя по отношению друг к другу раньше.

Она оказалась совершенно не такой, какой он её себе представлял. Драко думал, что в постели она холодная как рыба и скованная, но это было далеко не так. Её страстность и чувственность оказались равными его собственным, да и приключений Гермиона жаждала ничуть не меньше. Её несдержанность возбуждала. А ночь ещё только началась…

Налив два стакана воды, он вернулся в гостиную к Гермионе. Он собрался было её позвать, но передумал. И был рад, что так поступил. Гермиона стояла перед огромным окном, выходящим на бескрайние владения Малфоев. В саду его матери жила семья фей, ночью они порхали вокруг, сверкая огоньками. От этого мирного зрелища поистине невозможно было оторваться, особенно когда вылетало много фей. В такие тёплые ночи их были сотни. Когда Драко вошёл, Гермиона завороженно следила за мельканием огоньков и причудливым полетом фей.

Несколько минут он наблюдал за ней, пока она наконец не почувствовала на себе его взгляд. Гермиона покраснела, и Драко подошёл к ней, протягивая стакан с холодной водой. Девушка казалась смущённой.

– Извини, я никогда не видела так много фей в одном месте, – когда она взяла бокал, их пальцы соприкоснулись, и Драко почувствовал, как в нём снова медленно разгорается огонь.

– Да? Наверное, я просто с детства привык к ним, потому что вырос здесь. Но всё равно это чудесное зрелище. – Он подошел к мягкому кожаному креслу, стоявшему лицом к окну, и сел, наблюдая за Гермионой, которая отвернулась, чтобы снова посмотреть на танцующие огоньки, время от времени поднося стакан к губам. Зрелище было захватывающее.

Она вздохнула.

– Они такие разноцветные и так быстро летают. Их крылышки словно радуга, которая исчезает, едва ты успел её увидеть. Потрясающе смотрится…

На комнату опустилась приятная тишина, оба смотрели в окно на мелькающие огоньки фей.

Гермиона поставила стакан на пол и, не глядя на Драко, спросила:

– А нас можно увидеть сквозь это стекло? – она повернулась и заглянула ему в глаза. Драко почувствовал, как напряжение между ними снова нарастает, и тяжело сглотнул. Единственное, что он мог сделать – покачать головой. – Это хорошо, – ответила она.

Всё ещё глядя на него в упор, она пинком сбросила одну туфлю, потом вторую. Затем медленно потянулась и сняла топ через голову, разорвав зрительный контакт. Это дало ему возможность рассмотреть её восхитительную, упругую, округлую грудь, которую весь вечер скрывал топ. Грудь всё ещё была скрыта под простеньким голубым бюстгальтером, но ненадолго. Гермиона завела руки за спину и одним движением расстегнула крючки. Но не сняла бюстгальтер сразу, вместо этого она начала дразнить его, игриво поглядывая из-под тёмных ресниц, опустив сначала одну бретельку, потом другую. Он мог поклясться, что она тщательно просчитывала его реакцию, её движения зависели от выражения его лица. Гермиона всё сделала правильно; её маленький стриптиз был невероятно соблазнительным. Наконец девушка неторопливо уронила бюстгальтер на пол рядом с креслом, демонстрируя своё тело. На ней осталась только юбка.

Она шагнула к нему, надув губки:

– Ты же не хочешь, чтобы я всё сделала сама, правда?

– Но у тебя так здорово получается. Ты же не хочешь, чтобы я считал, будто ты сама ни на что не способна. Я ведь помню, какая ты была независимая, – ухмыльнулся Драко ей в лицо, когда она придвинулась ещё ближе. Не доходя до кресла, она расстегнула молнию и позволила юбке соскользнуть на пол, помедлив ровно столько, сколько требовалось, чтобы заставить Драко заерзать в кресле, когда он почувствовал быстро растущую эрекцию. Она сделала еще шаг и встала так, что одна её нога оказалась между его разведёнными коленями. – Кроме того, это чертовски похоже на пункт три моего плана, – заметил он, принимаясь поглаживать руками её ноги, проводя по всей длине и уделяя особое внимание внутренней стороне бёдер, отчего её кожа покрылась мурашками. Она едва заметно вздрогнула, тихонько ахнув, когда он задел чувствительную точку, но не отстранилась. Его палец украдкой скользнул вверх и застыл совсем рядом с её лоном. Не встретив сопротивления, он стал круговыми движениями поглаживать нежные складочки сначала одним пальцем, потом двумя. Она склонила голову набок, глядя на него сверху вниз, щёки раскраснелись от его опытных прикосновений.

Гермиона лениво убрала ногу, которая была между его колен, и села на него верхом. Она положила руки на спинку кресла по обе стороны от него, в то время как он уверенными движениями поглаживал ее бедра, а его большие пальцы принялись за работу, искусно играя с ее теплым, влажным и жаждущим лоном. Все это время он следил, как меняется выражение ее лица. Он точно знал, когда дотрагивался до чувствительных точек, потому что в такие моменты её глаза вспыхивали. Её тело было словно музыкальный инструмент, а он был рождён для того, чтобы играть на нём.

Она придвинулась к нему ещё ближе, а Драко протянул руку, наклонился вперед и нежно провел рукой по её обнажённым ягодицам, чуть сжимая их: каждый раз она закусывала нижнюю губу, посылая телу Драко чувственные импульсы. Он видел, как поднимается и опадает её грудь от взволнованного дыхания, дразня и искушая его своей округлой мягкостью. Гермиона протянула руки и сцепила пальцы в замок у него на затылке, наклоняясь и целуя его в шею, в ухо. Она намеренно тёрлась об него грудью, и когда он ощутил прикосновение её обнажённой кожи, его голова мигом опустела. Драко невольно вздрогнул, руки сами потянулись, чтобы дотронуться до её груди. Кончиками пальцев он мягко поигрывал её торчащими сосками, а её рука скользнула вниз, шаловливо сжав его плененную брюками возбужденную плоть.

Он не спешил целовать её грудь, хотя знал, что ей очень этого хочется. Ему безумно нравилось смотреть на то, как меняется выражение её бесхитростного лица, и слушать нежные стоны, срывавшиеся с её губ каждый раз, когда он касался её. Но в этот раз её сила воли превосходила его. Когда он уже не мог сдерживать желание подарить своим губам то же наслаждение, что и рукам, он нагнулся и жадно припал ртом к её груди, удивляясь тому, что вкус ее тела напоминал манго и клубнику. Её грудь была такой мягкой под его губами, что он не удержался и нежно прикусил ее сосок, желая увидеть ее реакцию. Всё это было действительно неплохо.

Она хрипло прошептала:

– Так значит, это был пункт три. Мне всё больше и больше нравится твой список.

Он поправил её:

– Не совсем так. Это лишь относилось к пункту три.

Она откинулась назад, озадаченная:

– Так какой же тогда пункт три?

– Попробовать на вкус Гермиону Грейнджер. Всю. Целиком. От макушки до пят. Она вздохнула в притворном негодовании.

– Мы договорились, что выполним все пункты. И кто я такая, чтобы препятствовать осуществлению твоего плана?

Он улыбнулся, уткнувшись лицом ей в шею.

– Наверное, сейчас самое время показать тебе всю башню. Кажется, ты ещё не видела спальню?

– Ещё нет, – согласилась она. – А это обязательно?

– Ещё бы!

Драко проснулся, ощущая усталость и невероятное удовлетворение. Потребовалось некоторое время, чтобы сообразить, что произошло прошлой ночью. Вспомнив всё, он довольно вздохнул и лениво потянулся, лёжа в постели. Малфой был ранней пташкой, всегда, даже в детстве, независимо от того, во сколько засыпал, Драко всегда просыпался с первыми лучами солнца, поэтому ему никогда не приходилось пользоваться Будильными чарами или маггловским будильником.

Лениво перекатившись на другой край кровати, он посмотреть на девушку, мирно посапывающую у него под боком. Она улыбалась во сне.

Гермиона всё ещё крепко спала, завернувшись в серебристо-зеленые простыни. Драко не в чем было её упрекнуть. Их ночные забавы были довольно активными и продолжительными и прекратились всего пару часов назад. После того, как Драко невероятно долго изучал тело Гермионы на вкус, она сделала с ним то же самое, к его огромному удовольствию. Воспоминания о том, как она, задыхаясь, шептала его имя, посещали снова и снова. Он никогда не слышал, чтобы кто-то делал это так же чувственно, о таком он бы не забыл. Драко не помнил, как это произошло, но в какой-то момент они оба уснули, причём Гермиона пристроилась сбоку.

Драко склонился над ней и, нежно поцеловав в плечо, выскользнул из постели, стараясь не разбудить девушку. Его волосы и кожа пропахли сигаретным дымом и пивом в кабачке Джека, и он решил первым делом быстренько принять душ. Выйдя из ванной в белом банном халате, Драко улыбнулся, увидев, что Гермиона ни на сантиметр не сдвинулась, даже не поменяла позу. «Наверное, она соня», – подумал Малфой. Он сбросил халат, натянул лёгкие пижамные штаны и принялся собирать их одежду, раскиданную по всей квартире. После душа ему пришло в голову, что Гермионе не захочется надевать одежду, провонявшую табачным дымом. Наклонившись за её вещами, оставленными у окна, Драко стал вспоминать, как она раздевалась для него. Он и не подумал скрыть похотливую ухмылку.

Вызвав домашнего эльфа, чтобы тот постирал одежду Гермионы, Драко строго-настрого наказал никому не говорить об этом; с лёгким хлопком эльф отправился выполнять задание. Потом Драко принялся разливать кофе, который эльф оставил на столике. Чашка кофе была его любимым утренним ритуалом. Он думал, что эта утренняя суета разбудят Гермиону, но когда вошёл в спальню, девушка даже не пошевелилась. Гермиона выглядела слишком соблазнительно, чтобы Драко просто оставил её в покое. Он сходил с ума от желания. К тому же, его раздражало, что, проснувшись, он так до нее и не дотронулся, зная, что она рядом. Драко было просто необходимо прикоснуться к ней губами. Он поставил чашку на прикроватный столик и, пристроившись на кровати рядом с девушкой, обнял её за талию. Прижавшись грудью к нежной молочно-белой обнажённой спине, Драко почувствовал себя гораздо лучше. Он убрал короткие волосы с её шеи и потёрся об неё носом, покрывая нежными поцелуями, рукой лаская ее теплую грудь. Его уловки сработали – Гермиона пошевелилась.

– М-м-м… – промурлыкала она, прижимаясь к Драко еще крепче, ощущая тепло, исходящее от его тела. – Это кофе так пахнет?

– Да, – подтвердил он. – Хочешь немного из моей чашки?

При звуке его голоса Гермиона напряглась. Он не удивился; ему тоже понадобилось некоторое время, чтобы вспомнить, кто спит рядом. Драко приподнялся на локте и попытался заглянуть ей в лицо. Девушка подняла руку, чтобы прикрыть глаза, другой рукой вцепившись в зелёную простыню. Драко поцеловал её в плечо, помедлив, а потом пощекотал языком гладкую кожу. Гермиона дёрнулась, почувствовав его прикосновение. Очень медленно она перевернулась на спину, всё ещё прикрывая глаза рукой.

Драко с улыбкой отвел ее руку от лица и увидел, что глаза Гермионы зажмурены.

– Доброе утро, мисс Грейнджер, – вкрадчиво поприветствовал он её. – Как вы себя чувствуете этим прекрасным летним утром? – он понимал, что, наверное, не должен так явно наслаждаться сложившейся ситуацией, но девушка залилась краской, став от этого еще привлекательней.

Медленно и осторожно она открыла один глаз, потом другой, на лице одни эмоции сменялись другими. Взглянув на Драко, Гермиона побелела, как полотно.

– Боже мой, вчерашняя ночь мне вовсе не приснилась, да? – выпалила она на одном дыхании.

– Гермиона, если тебе снятся такие сны, представляю, как они тебя изматывают, – ответил Малфой игриво. Девушка хихикнула, но он понимал, что до неё дошло ещё не до конца, потому что она снова закрыла глаза и попыталась натянуть простыню на голову. Драко протянул руку, чтобы помешать ей спрятаться, но каким-то образом Гермиона всё же умудрилась это сделать. Он вздохнул и потянулся к прикроватному столику. Там, где не сработал юмор, можно добиться своего с помощью взятки.

– У меня есть крепкий, вкуснейший кофе, богатый кофеином, – протянул Малфой, медленно водя чашкой туда-сюда, чтобы убедиться, что запах кофе проник под простыню.

Маленькая изящная ручка осторожно появилась из-под вороха серебристо-зеленых простыней. Драко аккуратно сунул чашку с кофе в эту руку и рассмеялся, когда рука снова исчезла под зеленью простыни. Откуда-то изнутри он услышал приглушённый голос девушки:

– Ты просто воплощение зла. Это нечестно – дразнить меня, когда я ещё не выпила с утра кофе.

– Меня и похуже называли, – хмыкнул он. – Ты, между прочим. – Драко начал поглаживать и массировать её ноги поверх простыни. Он чувствовал, как ее тело постепенно расслабляется, кофе и его ласки сотворили чудо. В конце концов, он протянул руку и откинул простыню. Гермиона лежала на боку, опираясь на локоть и одной рукой подпирая голову, а другой держа чашку с кофе. Её губы так и норовили растянуться, пытаясь сдержать усмешку. Волосы были в спутаны, глаза были сонные, а весь её вид каким-то похмельным, но Драко был просто очарован, особенно впечатлилась некая часть его тела, которая тут же дала знать о себе.

Гермиона снова смущённо покраснела.

– Тебе ведь это нравится, не так ли? Ты всегда такой энергичный по утрам?

– Да, во всех отношениях, – рассмеялся Драко. – Я могу сделать хоть один глоток из своей чашки? – поддразнил он её. Девушка протянула ему кофе, и он отпил немного, с интересом разглядывая её поверх чашки. Допив, он наклонился, чтобы поставить чашку на прикроватный столик, вынуждая Гермиону снова лечь на спину. Опираясь на локоть левой руки, правой Драко легонько погладил её обнажённую руку. Будто по собственному желанию его правая нога потёрлась о её ноги. Драко закусил нижнюю губу:

– Ну и видок у вас с утра, мисс Грейнджер.

Гермиона вжалась в кровать.

– Ох, представляю… Лохматая, синяки под глазами…

– Ты выглядишь весьма аппетитно, – подытожил он. – Зная, что гриффиндорская староста девочек лежит голышом в моей постели, завернувшись в простыню цветов Слизерина… – он вздохнул с блаженным видом, – …соблазняя меня своей похотливой улыбочкой и безупречным телом… Лучшего субботнего утра и не придумаешь.

Блеск в глазах Гермионы исчез, как только он упомянул, что сегодня суббота. Она мгновенно помрачнела.

– Чёрт возьми! – девушка села на кровати, прижимая к груди простыню и с силой отталкивая Драко. Прежде, чем она спрятала лицо, он успел заметить растерянную и подавленную женщину, молча глотающую слёзы, ту самую, которую он случайно увидел вчера в тёмном зале кинотеатра. Казалось, Гермиона вот-вот заплачет снова.

– Который час? – прошептала Гермиона тусклым голосом.

Драко посмотрел на настенные часы:

– Около семи утра.

Она спустила ноги с кровати:

– Семь утра! Извини, Драко, но мне действительно нужно идти. Я знаю, что сегодня у тебя уйма дел из-за вечерней встречи и тебе нужно побывать в самых разных местах, поэтому я не буду тебя задерживать, – девушка обернулась простынёй и попыталась встать.

Он успел перехватить Гермиону прежде, чем она встала.

– Эй, я думал, мы договорились, что ни один из нас не покинет башню. Помнишь? С таким коридором мы вынуждены будем отсиживаться в этой берлоге некоторое время. Кроме того, сегодня суббота. День для отдыха, – Драко быстро нагнулся и стал покрывать нежными поцелуями ее обнаженную спину. Гермиона вздрогнула от его прикосновений, но не повернулась. Он продолжал целовать её спину, постепенно продвигаясь вверх, девушка склонила голову набок, и он смог полностью насладиться, целуя подставленную ему шею.

Он услышал её вздох, девушка уже готова была сдаться, но потом вдруг неожиданно встала и резко повернулась к нему лицом, отодвинувшись на безопасное расстояние. Гермиона разглядывала комнату, избегая встречаться с ним глазами.

– Мне надо идти, Драко. Я только возьму свою одежду и сразу же уйду, чтобы не мешаться у тебя под ногами.

– Это невозможно, – просто ответил он, присев на краешек кровати и не пытаясь до нее дотронуться.

Гермиона перенесла вес на одну ногу.

– Но почему? Это моя одежда и, насколько я помню, ты сделал так, чтобы исчезли только мои трусики. Всё остальное должно быть в гостиной. – При мысли об этом она вспыхнула и затеребила кольца с изумрудом и жемчугом.

– Сейчас твои вещи чистят, – объяснил он, внимательно глядя в ее глаза цвета корицы в надежде поймать ее взгляд. – Одежда сильно пропахла вчера в пабе Джека, я подумал, что ты не захочешь надевать её на чистое тело после душа. – Он встал и положил руки ей на плечи. Девушка вздрогнула от его прикосновения. – Гермиона, что с тобой? Ты вся дрожишь.

По её лицу скатилось несколько слезинок.

– Просто… Обычно я так себя не веду. Я никогда не просыпалась в постели мужчины, с которым я была в кино и пропустила пару рюмочек.

Он изогнул брови.

– Но мы же не только что познакомились. Я был знаком с тобой полжизни, Грейнджер. Кроме всего прочего, это была «Касабланка». Более романтичного фильма не придумаешь, – она даже не улыбнулась. Малфой осторожно коснулся её щеки и стал нежно гладить. – Я рад, что ты пришла сюда со мной, – она по-прежнему не смотрела на него. Драко приподнял её лицо за подбородок.

Гермиона закрыла глаза.

– Не могу поверить, что я это сделала. Это ужасно.

Он удивлённо уставился на неё.

– Ты ведь не одна делала это, я от тебя не отставал, помнишь? И, если память мне не изменяет, тебе нравилось то, что мы делали.

– Я знаю, – простонала она. – Именно поэтому всё так ужасно.

Драко закатил глаза:

– Ладно, теперь ты навеки потеряла моё уважение.

– Просто это совсем на меня не похоже.

Гермиона подошла к окну и взглянула на поместье, природа уже просыпалась навстречу новому дню.

– Я должна была кое-что сказать тебе вчера вечером, но сначала не знала, как это сделать, а потом… уже не хотела. Я никогда не думала, что ты можешь быть таким умным и обаятельным, – она обернулась и наконец-то посмотрела ему в глаза. И улыбнулась:

– В Хогвартсе ты всегда был настоящей задницей.

Девушка запустила пальцы в волосы, и Драко еще раз проверил, нет ли на ее левой руке золотого обручального кольца. Возможно там, в тёмном пабе, его глаза сыграли с ним злую шутку, тем более, после нескольких кружек пива. Но нет. Никаких обручальных колец. Даже если она встречалась с каким-нибудь придурком, который явно её не заслуживал, технически она была свободна. А если Драко Малфой хотел чего-нибудь, он это получал. Всегда. А Гермиону Грейнджер он хотел.

– Мне правда надо идти. Мне нужно переделать кучу всего перед тем, как… – Драко заставил её замолчать нежным поцелуем, он начал не спеша, не дотрагиваясь до неё руками. Сначала Гермиона не отвечала, но потом её губы всё же дрогнули и медленно приоткрылись, выпуская язычок. Но руки её по-прежнему сжимали простыню – довольно жалкая защита от его требовательных рук.

Когда ее поцелуи стали настойчивее, он начал легонько поглаживать кончиками пальцев ее соски, которые рискованно выглядывали из-под простыни.

– Чем бы ты ни должна была заниматься, это подождёт, – прошептал он. – Сейчас ты здесь, со мной. Всё остальное неважно.

Драко почувствовал, что она сдалась, попав под власть этого мгновения. Гермиона отпустила простыню и обняла его за шею, ткань бесшумно соскользнула на пол. Девушка крепко прижалась к нему, будто собиралась слиться с ним воедино. В этом жесте сквозила ранимость, и в то же время это так возбуждало. Он отступил на пару шагов назад, почувствовав, что упёрся в кровать. Открыв глаза, Драко удивился: она пристально смотрела на него, даже когда они целовались.

– Что?

– Я не хочу, чтобы это кончалось.

Взяв за руки Гермиону и притянув её к себе, он сел на кровать и. Ничего не сказав, Драко просто наклонился вперёд и поцеловал её обнажённый живот, щекоча языком пупок, а её пальцы запутались в его волосах. Нежно, круговыми движениями он поглаживал ее бедра.

Руки Гермионы скользнули ему на шею. Она отодвинулась и повернула его лицо к себе. Искренне и с дрожью в голосе она прошептала:

– Драко Малфой, займись со мной любовью.

Вместо ответа он растянулся на кровати, не отводя глаз, зная, что это будет совсем не так, как несколько часов назад. Он боялся моргнуть и пропустить взгляд или жест, хотел запечатлеть этот миг в памяти навсегда. Гермиона легла на него сверху, прижимаясь к его телу и глубоко его целуя, снова запустив пальцы в волосы. Глаза девушки были всё ещё широко раскрыты. Гермиона и Драко смотрели друг на друга, будто хотели запомнить каждый взгляд, каждое прикосновение. Они были словно связаны и всеми силами старались не разорвать эту связь.

Страстно целуя его, она уселась на него верхом, широко раздвинув ноги и пригвоздив его руки над головой. Его возбужденный член прижимался к ее обнаженному телу, но мешала пижама. Девушка начала медленно раскачиваться на Драко, мучая и дразня. Он двинул бёдрами, желая вновь почувствовать триумф от сознания того, что её плоть сжимает его. Гермиона опустила голову, чтобы поцеловать его в щёку, а потом в нежное местечко за ухом. Её губы опускались всё ниже и ниже, и Драко отдался на её волю, позволяя ей исследовать своё тело.

Он чувствовал, как её груди ласкают его голую грудь, наслаждаясь возбуждением, нараставшим в них обоих. Гермиона медленно вела ладонями по его рукам, иногда останавливаясь, чтобы почувствовать под пальцами его мускулы пока, наконец, их пальцы не переплелись. Оттолкнувшись от кровати и приподнявшись, девушка посмотрела на него сверху вниз, на её лице отражалась буря эмоций. Она медлила.

Драко не смог сдержать слов, рвущихся наружу.

– Меня никто еще так не возбуждал, как ты. Никто не вызывал во мне таких чувств Ты хоть представляешь, как это меня пугает?

– Да. Ты делаешь то же самое со мной, – Гермиона наклонилась и, нежно поцеловав его, снова отстранилась. – Знаешь, что пугает меня больше всего?

– Что?

– Знать о том, что каждый раз, когда я буду закрывать глаза перед сном, я буду мечтать о прикосновении твоих рук, о поцелуях твоих губ. Мы провели вместе только одну ночь, но я уверена, что так оно и будет, я ни в чем не была так уверена за всю жизнь.

Он открыл рот, чтобы ответить, что ей совсем не надо этого бояться – он хотел того же. Драко знал, что это должно пугать и его, но вместо этого он был спокойным и умиротворенным просто признав правду. Он действительно хотел её так, как не хотел ни одну женщину в своей жизни. И не только её тело, а ее всю Гермиона прижалась губами к его рту и прошептала:

– Ш-ш-ш. Не говори ничего. Просто поцелуй меня.

Драко высвободил руки из её крепкой хватки и обнял девушку, крепко сжимая и целуя, пытаясь передать всё то, что чувствовал, пытаясь показать ей, что чувствует то же, что и она. Гермиона в ответ неистово целовала его, снова начиная раскачиваться на нём, усиливая его влечение и желание ощутить себя внутри неё.

Они долго так целовались, касаясь и настолько крепко удерживая друг друга, что Драко показалось, что он потеряет сознание от перевозбуждения и напряжения. Они катались по кровати, благо её размеры это позволяли. Всё это время они смотрели друг на друга, их глаза смеялись над тем, что в этот момент делал другой. Драко мог бы целовать её сутками. Он совершенно не замечал, что у него уже болела челюсть, и ему хотелось пить больше, чем верблюду в пустыне. С каждым глотком воздуха Гермиона вдыхала в него новую жизнь. Он уже успел подзабыть, что целоваться – это так здорово; он исследовал её рот, крепко обнимая её. Хотя он не распускал руки, учитывая то, в какой близости от него находилось её соблазнительное обнажённое тело, в какой-то момент Малфой понял, что не может больше сдерживаться. Эрекция его пульсирующего члена была просто болезненной.

– Гермиона… – выдохнул он, но больше ему не нужно было ничего говорить. Она совершенно точно знала, чего он хочет, то же отражалось в ее глазах.

С порочной улыбочкой на распухших алых губах она потянула завязки на его пижамных брюках и скользнула ладонями внутрь. Будто зная, что ещё одно прикосновение – и он кончит, она мгновенно стянула с Драко пижамные штаны и отпихнула их ногой. Крепко обняв его руками, она решительно ввела его член в себя. Гермиона была такой влажной от предвкушения, что Драко легко скользнул внутрь и задохнулся от невероятно приятного ощущения, сжимающей его плоти.

Некоторое время ни один из них не двигался. Драко протянул руку и убрал несколько прядок, прилипших к ее мокрому лбу. Гермиона притянула его лицо ближе и поцеловала сначала в одну щёку, потом в другую. Он медлил до тех пор, пока не почувствовал, как её рука подталкивает его сзади. Тогда он стал медленно двигаться внутри неё, изо всех сил стараясь растянуть удовольствие для них обоих. Он просунул руку между их телами и скользнул пальцем в ее складочки, исторгнув из её горла низкий стон удовольствия. Его палец нежно массировал ее, Драко видел, как Гермиона прикрыла глаза от наслаждения, ему очень хотелось увидеть, как она делает это снова и снова. Девушка тихонько хихикнула, когда его пытливые пальцы задели чувствительную точку. Выписывая внутри нее круги, Драко обнаружил, что на ее лице появляются самые невероятные, полные блаженства выражения, возбуждающие их обоих.

В душе он уже признал, что секс прошлой ночью с этой женщиной был лучшим в его жизни. Но то, что он испытывал сейчас, было не сравнимо ни с чем. Это была близость, чистая и совершенная, и сила собственных ощущений потрясла его. Впервые в жизни он мог объяснить разницу между простым перепихоном и занятием любовью. Гермиона, не отрываясь, смотрела ему в глаза, а он двигался внутри неё, всё больше и больше ощущая, как все глубже погружается в тепло и красоту ее души. Гермиона открывалась для него, отдаваясь не только телом, но и душой. Драко был бессилен против неё, но он и не думал сопротивляться. Никто не смог бы устоять против такой восхитительной откровенности.

Она вцепилась в его спину, дыхание становилось всё более и более сбивчивым, и Драко точно знал, что ни один из них не продержится долго. Он крепко поцеловал её, готовясь к завершению, к агонии.

– Гермиона, я больше не могу…

– Я знаю, – выдохнула она. – Давай же, Драко. – Она подтянула колени выше к груди, и он просунул под них руки, чтобы войти в неё как можно глубже. Он пронзал ее с той же силой, с какой она подавалась бедрами ему навстречу. Они двигались вместе, синхронно, их тела стремились навстречу одной и той же цели, к удовлетворению одного и того же желания. В момент кульминации они закрыли глаза, и с его последним толчком Гермиона задержала дыхание. Когда она выдохнула, Драко почувствовал, как её тело расслабилось, словно прорвало плотину. Чувствуя её теплое дыхание на своей шее, Драко тоже позволил себе кончить, излившись в нее. У него потемнело в глазах, голова кружилась от исступления. Открыв глаза, он увидел лицо Гермионы. Девушка тяжело дышала и улыбалась. Потом она подняла голову и поцеловала его, почти застенчиво.

Он нежно ответил на поцелуй и несколько раз глубоко вздохнул. Открыл рот, чтобы что-нибудь сказать… но слов не было. Он так и лежал с открытым ртом.

Гермиона рассмеялась:

– Драко, ты в порядке?

Ещё несколько раз глубоко вздохнув, он смог, наконец, выговорить:

– Лучше не бывает, – Малфой вытянулся рядом с девушкой и, поцеловав её в висок, перевернулся на спину. – Думаю, что каждое утро должно начинаться именно так.

Она снова рассмеялась:

– Если я стану начинать так каждое утро, я отсюда никогда не уйду.

– Это как коридор. Всё это часть моего коварного плана, чтобы задержать тебя здесь, – гаденько хихикнул Драко, наклоняясь к ней, легонько кусая за шею и одновременно щекоча ей бока.

Когда они, наконец, угомонились, Гермиона почувствовала себя неловко. Она откашлялась

– Уже поздно, и мне пора идти. Я знаю, что тебе нужно многое сделать до твоей встречи с профессором Снейпом по поводу учреждения Института зельеварения, – она села на кровати, обернувшись простынёй. – Думаю, моя одежда уже готова, я быстренько оденусь и уйду.

Драко тоже сел, прижимая к себе одеяло:

– Я всегда могу попросить Снейпа отменить встречу. Уж лучше я проведу этот день с тобой. Фонд подождёт. Я тут подумал, может, вечером мы могли бы…

– Вечером я не могу.

– А днём?

– Извини. Не могу. У меня сегодня очень напряжённый день, – отозвалась девушка, направляясь в гостиную. Она вернулась с чистой, выглаженной одеждой, перекинутой через руку. Гермиона отводила глаза, как и тогда, когда только проснулась.

– Но завтра вечером я возвращаюсь в Вену. Я не хочу, чтобы эта встреча стала последней. Мы всегда можем встретиться в «Дырявом котле» или даже у Джека. Мы сможем поехать сюда, или к тебе, или куда ты захочешь, – Драко обнял её за талию и стал легонько покусывать шею. – Весьма любопытно будет посмотреть, как расслабляется Гермиона Грейнджер.

Покраснев от его замечания, она напомнила:

– Думается, ты уже видел меня в моём самом расслабленном состоянии, – и высвободилась из его объятий. – Надо сказать, что меня ещё никто в таком состоянии не видел.

Его брови взлетели вверх.

– Да ну? Что ж, считаю такую репутацию весьма сомнительной. И я собираюсь повторить это еще много-много раз…– он попытался наклониться к ней, чтобы поцеловать, но Гермиона упёрлась ладонью ему в грудь.

– Драко, я не могу одеваться, когда ты меня обнимаешь, – он выхватил у нее топ и, кинув его на кровать, нежно поцеловал девушку. – Когда ты так делаешь, мне становится труднее уйти.

– Вот именно, Гермиона. Ты правильно догадалась, не зря ты была лучшей ученицей в школе.

К его удивлению, она крепко обняла его и поцеловала. Он как раз начал строить планы о том, как проведёт прекрасный летний день не выходя из дома, и в этот момент она посмотрела ему в глаза и нежно погладила по щеке:

– Ты действительно прекрасный человек. Неважно, что произойдёт, когда я уйду, я никогда не пожалею о том, что случилось между нами.

– Так вот из-за чего всё это! Именно поэтому ты так торопишься уйти? Ты думаешь, я буду сожалеть об этом? Гермиона, в данный момент меня обуревает множество чувств, но сожаления среди них нет и в помине.

– Я говорю вовсе не об этом!

– Тогда о чём?

Она глубоко вздохнула, тщательно подбирая слова:

– Просто я должна быть в другом месте. Это всё, – она застегнула молнию на юбке, надела бюстгальтер и натянула через голову топ. – Могу ли я аппарировать из помещения, или нужно выйти на улицу?

– Ты можешь аппарировать из кухни, – ответил он, рассеянно махнув рукой. – Слушай, неужели ты и правда хочешь уйти после всего того, что у нас было прошлой ночью и сегодня утром? Ты всё ещё хочешь уйти?

– Нет. Я должна уйти, – поцеловав его на прощание, Гермиона развернулась и пошла к двери. – Прощай, Драко.

Он повернулся к девушке, удивлённый. Всё шло совсем не так, как Драко рассчитывал. Но он тоже не собирался бежать за ней, как какой-то влюблённый щенок. Гермиона была слишком умной и независимой, чтобы её можно было так легко завоевать. Она не собиралась пополнять армию его бывших подружек, сочтя себя развлечением на одну ночь, значит, ему нужно доказать обратное. А так как Гермиона не сказала ему, где живёт или как с ней можно связаться, первым делом ему надо было её отыскать.

Драко выудил из шкафа рубашку и чистые брюки. Ему предстояло много дел.

* * *

Легче сказать, чем сделать; она действительно дорожила своей частной жизнью. Драко быстро понял, что отыскать её будет совсем непросто. Конечно, у него были свои связи, но и у неё тоже. Ему давным-давно уже надо было быть в Хогсмиде, чтобы встретиться с профессором Зельеварения и обсудить некие исследования, которые тот проводил для Фонда Малфоев. Он отложил все свои дела и аппарировал к входу в паб.

Мысли Драко были всё ещё заняты Гермионой, он чуть было не проскочил мимо бывшего декана, который расположился около «Трёх мётел», ожидая его.

– Мистер Малфой, я уже сомневался, появитесь ли вы вообще. Вы опоздали.

Драко сверился с часами.

– Всего на несколько минут. Мои глубочайшие извинения, сэр. Признаюсь, что сегодня моя голова занята другим. Я работаю над новым проектом.

Они собрались войти внутрь. Снейп ходил несколько медленнее, чем раньше, из-за серьёзного ранения, полученного во время войны. Драко открыл дверь, чтобы пропустить Снейпа вперед. Снейп усмехнулся:

– Я уж было подумал, что ты задержался на празднике, там, в Хогсмид-холле, – ткнул он длинным крючковатым пальцем в сторону единственного банкетного зала Хогсмида. Там явно была какая-то шумная развесёлая вечеринка с громкой музыкой и кучей людей, мельтешащих перед входом, возможно, желающих проветриться и вдохнуть глоток воздуха после жаркого переполненного зала. Даже для июня вечер был очень тёплым.

– Эти люди никогда ни в чём не знали меры. Размах им подавай.

– Какие люди? – заинтересованно спросил Драко, но почти тут же получил ответ на свой вопрос. В толпе было слишком много рыжеволосых для того, чтобы это казалось нормальным. – А-а-а, что это Уизли отмечают сегодня?

Снейп резко остановился и взглянул на него с любопытством:

– Хочешь сказать, что ты не знаешь? Думаю, они пытались удержать это в секрете. Ну… если только возможно удержать что-то в секрете при таком количестве болтунов в одной семье. – Он умолк. – Сегодня женится твой школьный приятель, Рон Уизли.

Драко уже собрался, было, спросить, на ком, когда вышла невеста, чтобы перекинуться с кем-то из гостей парой слов. Будто почувствовав на себе его взгляд, невеста повернулась к Малфою, взяв под руку молодого супруга. От этого зрелища сердце Драко ухнуло куда-то вниз. В свадебной мантии Гермиона выглядела настоящей красавицей.



The end



Оставьте свой отзыв:
Имя: Пароль:
Заглавие:
На главную
Замечания и поправки отсылать Anni