Cadenza
(Cadenza)


АВТОР: Femme
ПЕРЕВОДЧИК: Selena и Fidelia
ОРИГИНАЛ: здесь
РАЗРЕШЕНИЕ НА ПЕРЕВОД: получено.

ГЛАВНЫЕ ГЕРОИ/ПЕЙРИНГ: Драко, Северус
РЕЙТИНГ: NC-17
КАТЕГОРИЯ: slash
ЖАНР: angst

КРАТКОЕ СОДЕРЖАНИЕ: «Куда еще я мог пойти?» - спросил Драко. Ну да, разве что отправиться в экзотическую Москву, где скрывается Снейп.

ПРИМЕЧАНИЕ: действие фика происходит после событий шестой книги.

ПРИМЕЧАНИЕ ПЕРЕВОДЧИКОВ: автор плоховато знакома с современными реалиями Москвы, и это заметно. Явную глупость, типа 10 тысяч рублей за пачку «Ватры» зимой 1996/97 года и настоящего камина в хрущовке мы убрали, а всякие нелепости типа брюквы оставили для смеха)). В общем, хотите узнать, что знают о России иностранные авторы – читайте и смейтесь. Или плачьте.



ОТКАЗ: все имеет Дж. Роулинг. Нам ничего не надо.




* Каденция (итал. cadenza, от лат. cado - падаю, оканчиваюсь): 1) Гармонический или мелодический оборот, завершающий музыкальное построение и придающий ему законченность, цельность. 2) Виртуозный сольный эпизод в инструментальном концерте; как бы свободная фантазия на темы концерта. (БСЭ)

Ветер бил в его худое лицо. Крошечные снежинки жалили желтоватые щеки и кончик крючковатого носа, тая на коже и путаясь в прядях темных волос, выбивающихся из-под покрытой снегом вязанной шерстяной шапки, натянутой до самых бровей. Северус запахнул тяжелую дубленку из овчины поплотнее, поднял воротник и поклялся, что никогда не будет жаловаться на зиму в горах Шотландии.

Если когда-нибудь увидит их снова.

Снег хрустел под ботинками. Слабый отсвет магазинных витрин сливался со светом, исходящим от уличных фонарей, стоящих в ряд по улице Барклая. Фонари отбрасывали желтоватый свет на сугробы у зданий и словно согревали лица спешивших домой прохожих. Снейп сжал ручку тяжелой хозяйственной сумки, бьющей его по ногам. Батон и коробка чая оказались засыпаны брюквой, которую он искал в течение нескольких дней, сей овощ требовался для проклятого зелья, которое изучал Северус. Еще в сумке были книги и три бутылки вина. Прихрамывая, он медленно прокладывал себе дорогу через толпу.

С громким вздохом раздражения, рыча «prostite, izvinite», Северус обошел женщину, стоящую у окошка газетного киоска рядом с метро, немолодую магглу-проститутку, одетую в тесные джинсы и толстое черное пальто. Маггла неодобрительно глянула на него, отошла в сторону и продолжила читать книгу в мягкой обложке.

Северус взял пачку сигарет и газеты The Commersant и Moscow Times, бросив купюру в пятьдесят рублей на прилавок, и протянул руку за сдачей, которую мужчина-продавец отдал ему с ворчанием, кивнув.

Бросив газеты в сумку с хлебом, вином, чаем, книгами и брюквой, Снейп открыл пачку «Пегаса» и вытряхнул сигарету на ладонь.

Свернув в один из узких переулков напротив станции метро Филевский Парк, он зашел в скучно-серый дом-коробку. Поднявшись по истертым ступеням и зайдя в подъезд, Северус наконец-то избавился от ветра, холода и снега. Все время этот проклятый снег. Снейп остановился в грязном, выложенном плиткой коридоре, освещенном только мигающей лампочкой на потолке, нахмурился и стряхнул белые хлопья с шапки и пальто. Он устал от снега, холода и страха. Он устал оглядываться, все время ожидая увидеть кого-нибудь, типа Поттера, Люпина, Уизли, МакНейра, Нотта или еще того хуже – эту сумасшедшую сучку Лестрейндж.

Не очень хорошая идея – давать и тем, и другим, старина Северус, – подумал он в стотысячный раз с минувшего июня. – Это должно закончиться плохо, наиболее вероятно – ты окажешься валяющимся где-нибудь в сточной канаве. Но другого выбора не было. С того момента, как Нарцисса попросила… проклятая сучка прекрасно знала, что он сделает все для мальчишки.

Слабовольный дурак, вот, кто он.

Снейп почти хотел, чтобы они пришли за ним. Семь месяцев скрываться в Москве, семь месяцев уверенности в том, что этим же утром его обнаружат, семь месяцев привидения наблюдали за ним в его снах. Северус часто просыпался, крича, особенно – увидев определенное привидение. У него были немигающие глаза, странно пустые за очками-половинками. Это привидение обвиняло его тихим, спокойным шепотом, снова и снова повторяя список его преступлений. Северус вздрогнул и закрыл глаза, когда входная дверь с грохотом закрылась позади него, стекло задребезжало в рассохшейся деревянной дверной раме.

Снейп поднялся на пять лестничных пролетов, хотя мог бы и аппарировать, если бы захотел. Каждый шаг отзывался эхом в лестничном колодце, каждый шаг отдавался болью в поврежденном бедре, когда он поднимался на шестой этаж. Кажется, это было не самой страшной карой за его грехи. Мимо пробежали дети – тихие, с широко раскрытыми глазами – они обошли его стороной, а потом быстро побежали вниз, расходясь по квартирам друзей, смех и шепот разнеслись по всем этажам.

Северус знал, что они называли его Железной Задницей. За глаза, конечно. И одна его часть – та часть, которая умудрилась выжить в этом Мерлином забытом месте – была несказанно удивлена, что ему дали прозвище, которое гордо носил Вячеслав Молотов, когда еще Том Риддл был ребенком. Какая ирония, подумал Снейп – опального фаворита Темного Лорда сравнивают с молотом Сталина.

Наконец он оказался перед дверью квартиры и легко постучал по железной ручке двери волшебной палочкой из палисандра. Охранные заклинания засветились на секунду, а потом расступились и впустили его, снова превращаясь в невидимую паутину за его спиной.

Северус услышал голоса в гостиной. Остро пахло специями, Мария Игоревна тушила баранину с морковью, луком и чесноком.

– Маша? – позвал он, поставив сумку на кухонный стол. Никудышная девчонка скорее всего в очередной раз привела домой одного из тех проклятых дураков из Министерства, и ему снова придется стирать им память с помощью Obliviate.

Северус повертел дешевую сигарету во все еще замерзших пальцах, затем сунул ее в рот, поднес волшебную палочку к концу сигареты, и острый, резкий вкус табака защипал язык. Снейп тихо закашлялся, струйкой выдыхая горький дым, снял пальто, повесив его и шапку на вешалку за кухонной дверью, наконец, снял промокшие ботинки и поставил их на батарею, чтобы сохли.

Молоденькая девушка появилась в дверях, неодобрительно хмурясь, ее темные волосы были аккуратно убраны в пучок на затылке.

Снейп приподнял бровь, глядя на свою крестницу. Каркаровское отродье. Северус всегда говорил дураку, что честь служения Темному Лорду не для него, но им было по двадцать, они были глупыми и свято верили в то, что будут жить вечно. Он едва ли видел девчонку все эти годы, разве что отвечал на ее дурацкие письма и посылал книгу на каждый ее день рождения.

И использовал ее безрассудную, сентиментальную преданность, когда понадобилось.

– Не в квартире, – сказала Мария, выдернула сигарету из его пальцев и затушила ее в пепельнице. – Я не переношу эту вонь.

– Проклятая корова.

– У тебя гости, – проговорила она тихо, глядя на него темными отцовскими глазами. Бывали такие моменты, когда Снейп был уверен, что девчонка знает, кто несет ответственность за смерть Игоря. Он всегда был уверен, что из-за этого Мария предаст его… Именно она. Ведь у неё будет на то достаточно причин, если докопается до правды.

Северус напрягся, схватился за палочку, желудок болезненно сжался:

– Кто?

Девушка слабо улыбнулось ему:

– Пойдем. Он ждет, – она взяла пальто со спинки расшатанного стула. – Я вернусь позже.

Войдя в крошечный зал с ковровой дорожкой на полу, загроможденный разнокалиберными стульями, Северус услышал, как входная дверь со щелчком закрылась за ее спиной. Он смотрел на молодого человека, сидящего на корточках перед книжными стеллажами и то и дело заправляющего выбивающуюся белокурую прядь за ухо. Юноша изучал полустертые позолоченные надписи на кожаных переплетах.

– Что ты делаешь? – спросил Снейп, тихо опуская палочку.

Юноша поднялся с открытой книгой в руках, поставил на полку стакан, наполовину наполненный водкой – его водкой – отметил Северус. Снейп не смог придумать ничего лучше, кроме как пялиться на шерстяные брюки, облегающие узкие бедра его бывшего ученика.

– Ты хранишь книгу, которую я подарил тебе на то Рождество, – юноша посмотрел на Северуса, улыбка играла на его губах. – Как же давно это было?

– Ты прекрасно помнишь это – на твоем третьем курсе, ты же только что перечитал дарственную надпись с датой.

Северус взял книгу и с грохотом бросил ее на столик. – Я хранил ее только лишь потому, что она полезная. И ни по какой другой причине. Что ты здесь делаешь, Драко?

Драко оглядел комнатушку. Она была забита книгами, фотографиями, портретами и дурацкими безделушками. Все это навалом лежало на стеллажах, стоящих вдоль стен, оклеенных обоями в цветочек. Длинный продавленный диван, на подлокотнике которого болтался трехцветный клетчатый плед, стоял вдоль стены напротив небольшого обогревателя. Драко приподнял бровь, насмешливо сморщив нос.

– Ты изменился, не то что твои книги. Впрочем, у нас не такой уж большой выбор, когда нужно спрятаться, – Малфой провел пальцем по крышке черной лакированной коробочки, ярко разукрашенной красно-золотыми цветами, ягодами и жар-птицами. – Каркарова впустила меня.

– Я не это имею в виду, и ты, дементор побери, прекрасно это знаешь.

Наступила тишина, и Драко коснулся руки Северуса, презрительная усмешка исчезла, когда юноша обхватил его запястье и погладил горячую кожу под ситцевым рукавом рубашки, скользнув пальцами под широкую манжету.

– Куда еще я мог пойти?

– Ты должен был оставаться в Риме, как мы и договаривались.

– Я не люблю Рим, – пальцы Драко переплелись с пальцами Северуса. – Отвратительный город.

– Что плохого в Риме? – огрызнулся Снейп, но их пальцы так и остались переплетенными. – Ты был в безопасности с Тюрбани. Он дал Нерушимую Клятву, что защитит тебя…

– Но там не было тебя.

Северус знал, что должен выдернуть свою руку из пальцев Драко; по этой причине он и улетел один из Италии в Москву.

Это было сумасшествие. Это было неправильно. Он не станет делать это.

Снова.

Да у мальчишки едва молоко на губах обсохло, Драко его студент – был его студентом – он поклялся…

Снейп облизнул тонкие губы:

– Ты должен уйти. Сейчас же.

Но ладони Драко были горячими и мягкими, он придвинулся ближе, и Северус почувствовал знакомое дрожащее дыхание юноши на своих губах. Губы Драко накрыли рот Северуса – поцелуй, второй, третий... Снейп понял, что пропал.

Снова.

– Ты игнорировал моих сов, – мягко сказал Драко, его рот касался губ Северуса. – Семь месяцев прошло, а я писал тебе почти каждый день.

– Нет, – дрожащая рука Северуса бессильно повисла над щекой Драко. Когда юноша выдохнул и обнял его за шею, Снейп уловил запах шоколада, перед которым Драко никогда не мог устоять, мяты и водки. Северус провел огрубевшими пальцами по нежной щеке Драко, чувствуя пробивающуюся щетину подушечками пальцев, потом чуть наклонился вперед и, хмыкнув, поцеловал Драко в уголок губ.

– Лучше бы я этого не делал.

– Как же это глупо с твоей стороны, – прошептал Драко и зарылся пальцами в волосы Северуса.

Медленное касание языков, смешавшееся горячее дыхание, руки Северуса на талии Драко – притягивают его ближе и ближе, несмотря на сопротивление разума; пальцы сами вспоминают упругие бедра Драко, плоский живот и острые выступающие косточки.

Они будто столкнулись, и Северус рухнул на длинный диван, глядя снизу верх в возбужденные серые глаза, Драко вжал его спиной в диван, жадно целуя, быстро кусая в уголок рта, кусая тонкие губы. Руки Северуса касались щек Драко, он с силой прижимался губами ко рту юноши, когда тот целовал его до умопомрачения. Язык Снейпа медленно исследовал рот Драко, касаясь зубов и нёба, а потом Северус чуть приподнялся, захватывая зубами нижнюю губу юноши и посасывая ее, зарываясь руками в светлые волосы, дергая их и накручивая на длинные пальцы в пятнах от зелий.

– Я скучал по тебе, – пробормотал Драко куда-то Северусу в подбородок. – Очень, – выдохнул он, прижимаясь к Снейпу, чей напряженный член ощущался сквозь тонкие шерстяные брюки.

– Драко, – Северус прижался бедрами к юноше, и тот рассмеялся, когда их члены соприкоснулись, рассмеялся, потому что знал, чего хотел Северус. Пальцы Малфоя тут же принялись расстегивать пуговицы на пиджаке и рубашке Снейпа. Драко стал целовать обнаженные ключицы, спускаясь вниз по впалой груди, покрытой редкими жестковатыми черными волосами, скользя языком по твердым коричневым соскам и теплой коже, изуродованной толстыми белыми рубцами.

Драко был без рубашки, он оседлал Снейпа, и желтоватые руки Северуса скользнули по бледной, цвета слоновой кости, коже, поглаживая почти незаметные розовые шрамы, оставленные заклинанием Sectumsempra, пересекающие узкую грудь и плоский живот Драко.

– У тебя почти все зажило, – проговорил Северус тихо, проводя по тонкому розовому шраму около пупка Драко и вспоминая поспешный поцелуй за ширмой больничной кровати. Это было не первое его преступление. И не самое непростительное. До сих пор…

Драко смотрел, как пальцы Северуса расстегивают пуговицы его брюк.

– Ты ведь думаешь о той ночи.

– Я думал, он убил тебя, – Северус расстегнул последнюю пуговицу. – Так много крови... и ты был очень бледным. Я мог замучить проклятого дурака прямо там.

– Ну, я жив, – Драко поймал руку Северуса и прижал его ладонь к гладкой горячей головке своего члена, выглядывающего из расстёгнутой ширинки. Дыхание юноши стало прерывистым, он встал на колени, испытывая желание потереться членом о пальцы Снейпа. – Хотя мне жаль, что я дал тебе пощёчину, застав целующимся с... – он не договорил, застонав и сжав запястье Северуса рукой.

– Да уж, не стоило этого делать, – длинные пальцы Северуса сомкнулись вокруг члена Драко, костяшками пальцев задевая за материю брюк. – Насколько я помню, из-за тебя Слизерин потерял десять очков, за проявление твоего уязвленного самолюбия.

Драко прильнул к Северусу и поцеловал его, растрепанные волосы юноши рассыпались серебристым каскадом, отбрасывая тени на щеки Снейпа. – Как это было глупо с моей стороны.

Северус чуть заметно улыбнулся, прижимаясь губами ко рту Драко, и потер его член большим пальцем, отодвинув крайнюю плоть. От острых ощущений Драко зашипел, выругался и сделал вид, что ему что-то срочно понадобилось в карманах брюк.

Через какое-то время Малфой отодвинулся, чтобы стянуть со слишком тощих и узких бедер Северуса брюки вместе с трусами.

Масло потекло по ноге Снейпа, и он чуть приподнял бёдра. Пальцы Драко были скользкими, капельки масла скользили по яичкам Северуса, путаясь в жёстких лобковых волосах и стекая вниз. Юноша взял его член испачканными в масле руками и принялся поглаживать нежную, ноющую от нетерпения плоть кончиками пальцев. Выгнувшись дугой от прикосновений Драко, Северус развёл ноги, прижав одну к спинке дивана, а другую спустив на пол.

– Он не должен был делать это, – Драко провел пальцем по широкому бинту, прикрывающему розовые шрамы на ноге Северуса, – с тобой.

Снейп приподнял бёдра, не обращая внимания на ноющую боль в суставе.

– И всё-таки хорошо, что наказали меня, а не тебя.

– Знаешь, я ненавидел его за это. За то, что он причинял боль тебе, в то время как виноват был я. – Драко уронил крошечную склянку со светло-золотистой жидкостью на пол, и та со звяканьем покатилась по поцарапанному паркету. Палец Драко кругами поглаживал отверстие Северуса, а затем проник в него. Снейп зашипел – Малфой протиснул палец еще глубже, а затем вынул его. – Я ненавидел тебя за то, что ты позволял ему.

– Я обещал…

– Идиот.

Северус успел только усмехнуться от наглости молокососа, потому что в этот самый момент язык и мягкие губы Драко начали медленно ласкать съёжившуюся, блестящую от масла кожу ануса, а зубы прикусывали гладкую кожу на ягодицах. Северус опустил голову в угол дивана, плечи вжались в подушки, пальцы рук вцепились в грубую истёртую обивку, бёдра подавались вперёд каждый раз, когда язык Драко касался его отверстия. Северус выругался, потому что Драко каким-то образом умудрился узнать, как доставлять такого рода удовольствие, и никто… даже Люциус… никогда не целовал его туда.

Северус выдохнул, медленно, осторожно, ладонь скользнула по спинке дивана, грубая твидовая накидка царапала потную кожу полураскрытых ладоней, цепляясь за неровно обгрызенные ногти.

Слегка посасывая кожу, Драко целовал отверстие Северуса, чуть заметно приоткрывающееся, чтобы впустить внутрь язык. С негромким вскриком Снейп вздрогнул, его член был каменно твёрдым и прижимался к плоскому животу. Северус не мог удержаться от того, чтобы не начать ласкать себя – провести пальцами под крайней плотью, слегка задеть головку, и всё это в том же – идеальном – ритме, в котором Драко целовал и посасывал его там, посасывал и целовал. А потом язык Драко оказался внутри него, скользя по кольцу неподатливых мускулов.

Северус вскрикнул, его пальцы сжали гладкую, влажную головку собственного члена. Ладонь была мокрой и липкой, проведя по нежной коже, Снейп коснулся большим пальцем отверстия уретры на головке, а потом дыхание сбилось, ноги задрожали, язык Драко был внутри него, а сам Драко судорожно хватал воздух, уткнувшись лбом Северусу в бедро.

Драко сжал свой собственный член, красно-розовый на фоне бледных бёдер, небольшой и твёрдый, под острым углом выглядывающий из расстёгнутой молнии чёрных шерстяных брюк. Юноша вздрагивал, плотно обхватывающая член рука быстро двигалась, лаская красивый, идеальной формы член.

– Трахни меня, – выдохнул Северус. Он очень хорошо помнил ощущение от близости с Драко, которое испытывал в прошлые разы. Снейп помнил, каково это – чувствовать член юноши внутри себя, помнил, как тот двигается. Северус откинулся назад и застонал, вспоминая, как Драко впервые взял его в спальне его квартиры на Спиннерз Энд, глядя на него широко раскрытыми глазами. Тогда Снейп насаживался на его член всё сильнее и сильнее, шепча ему о том, каково это – трахать и быть трахнутым, лежать распростёртым под кем-то, гореть изнутри, стать средоточием боли, и всё это до тех пор, пока существование не станет бессмысленным без этих равномерно приподнимающихся бёдер, размеренных движений скользящего члена, глубоко, быстро и с силой входящего внутрь, пока собственное дыхание не начнёт мешать ничем не замутнённым ощущениям.

Это было так давно… С тех пор очень немногим людям Северус разрешал дотрагиваться до себя подобным образом. Он тратил тысячи рублей на то, чтобы его трогали, целовали, облизывали и трахали, но всё это было совсем не то. Снейп делал это в ванных и в кладовках, а однажды, выйдя из театра, он делал это у мусорных контейнеров в Трёхпрудном переулке – целовал светловолосого мальчика с серебристо-серыми глазами, который за пару сотен рублей сверху шептал его имя с английским акцентом. Тогда Северус кончил, тёплая струйка спермы выплеснулась в маленькие, белые руки.

Каждую секунду он ненавидел то, что делает.

– Трахни меня, – ещё раз повторил Северус, на этот раз грубее, дёрнув Драко за волосы. – Дементор подери, я хочу почувствовать твой член, – он снова выругался, бёдра вскинулись вверх, пальцы зажали светлые волосы, рассыпавшиеся по его бёдрам. – Слишком долго…

Глаза Драко казались какими-то остекленевшими и слишком яркими. Он приподнялся, нависнув над Снейпом, от соприкосновения влажной обнажённой кожи с шерстью брюк раздался лёгкий шорох. Юноша стянул рубашку Снейпа с одной руки, утыкаясь лицом ему в подмышку и покусывая нежную кожу на груди. Потом Малфой приоткрыл рот и стал лизать округлое плечо, продвигаясь вверх к напряжённой шее, оставляя на ней ногтями длинные розовые полосы. Северус поймал его пальцы и притянул их к тонким губам, целуя ладонь до самого запястья и царапая зубами нежную кожу, через которую просвечивали голубоватые вены.

– Дементор подери, – выдохнул Драко, вздрагивая.

Их пальцы переплелись.

И когда юноша поцеловал Северуса, тот почувствовал на губах свой собственный вкус, крепкий, отдающий медью. Длинные волосы Драко укрыли их обоих словно вуалью, и Малфой приоткрыл рот, впуская язык Снейпа.

Драко втиснулся в него, быстро и грубо, заставляя Северуса приподнять ягодицы с подушек дивана.

Потом Драко чуть помедлил, всё ещё медленно, осторожно и будто неловко целуя его. Ещё один поцелуй, и ещё один, и ещё, до тех пор, пока Северус не застонал и не подался вперёд, закидывая одну ногу Драко на бедро.

– Скажи мне, чего ты хочешь, – прошептал Драко, губ Снейпа коснулось тёплое дыхание.

– Кажется, я уже говорил, чего хочу, мистер Малфой, – Снейп напряг мышцы ануса вокруг члена Драко, отчего юноша зашипел. – Давай же.

Драко прижался бёдрами к Северусу, войдя чуть-чуть глубже, мошонка Снейпа напряглась, спина выгнулась дугой, а ноги, обхватывающие бёдра Драко, задрожали.

– Вот так?

– Сволочь! – выдохнул Снейп и постарался насадиться на член Драко. – Я хочу, чтобы ты меня трахнул, – прошептал он, уткнувшись юноше в ключицу, вдыхая запах пота, желания и водки. – Дементор возьми, я очень сильно хочу, чтобы ты сделал это прямо сейчас.

Резкий свистящий выдох, и Драко начал медленно входить в него, спина выгнулась, брюки спадали с потных бёдер, горячее влажное дыхание касалось уха Северуса. Они двигались одновременно, бёдра вскидывались навстречу друг другу. С каждым разом Снейп был всё сильнее и сильнее растянут, впервые за много месяцев ему показалось, что жизнь благосклонна к нему, когда Северус обхватил Драко ногами и стал толкаться навстречу его члену, издавая стоны, с силой вцепившись ему в бёдра и заставляя юношу входить всё глубже.

– Северус, Мерлин, я сейчас… – всхлипнув, Драко прервался, двигая бёдрами, до самого основания всаживая в Снейпа член.

…А потом Драко трахал его быстро и беспорядочно, откинув голову и приоткрыв рот, вытянув покрасневшую от укусов и засосов шею, выкрикивая имя Северуса. Кончики длинных, мокрых от пота волос попадали в рот и блестели, приклеиваясь к щекам; Снейп никогда не видел зрелища прекраснее того, когда Драко кончает, отрывисто вскрикивая и резко вжимаясь бёдрами в его ягодицы.

Северус потянулся к своему члену, всё ещё твёрдому и прижимающемуся к животу, но Драко оттолкнул его пальцы дрожащими руками и, выйдя из любовника, наклонился и взял член Снейпа в рот, одновременно погружая пальцы в его отверстие, липкое от спермы.

– О Мерлин, – бёдра Северуса подались вперёд, когда пальцы Драко проникли глубоко внутрь, а язык закружил вокруг головки члена, скользя по нежной коже. Пальцы Снейпа запутались в волосах Драко, резко дёргая за них. Северус понимал, что ему больно, по тому шипению, что время от времени пытался издать Драко – из-за этого воздух вокруг члена Снейпа вибрировал.

Драко сосал и облизывал, в то время как его пальцы трахали Северуса, надавливая внутри него, чтобы нащупать ту самую точку. А потом Снейп трахал его тёплый податливый рот, быстро и беспорядочно, что-то бормоча, резко выдыхая и стараясь насадить рот Драко на свой член. Он даже не осознавал, что говорит что-то, да ему это было совершенно неважно, главное – он слышал, как имя Драко слетает с его собственных губ, бёдра резко приподнимаются вверх, а руки дрожат. Он выкрикивал Мерлин знает что, когда тёплая струя спермы наполняла рот Драко, а сам Северус словно растёкся по дивану, отяжелевший, выбившийся из сил, наслаждающийся лёгкими поцелуями юноши, лежащего на нём.

* * *

Часы в коридоре пробили четверть первого.

Снег все еще медленно падал, клочья серо-белой мути висели в бледном свете уличных фонарей. Северус встал у открытого окна, глядя, как туман перетекает в комнату через подоконник. Снейп медленно затянулся сигаретой и выдохнул тонкую струю едкого дыма в разрисованное изморозью окно. Холодный ветер высосал дым из комнаты, а затем рассеял и растворил в тумане.

Северус заметил, как две тени отделились от стены напротив уличного фонаря, мелькнули на какую-то секунду, а затем исчезли; он стряхнул пепел с конца сигареты и закатил глаза.

Только под плащом-невидимкой можно скрыться подобным образом.

Казалось бы, этому идиоту давным-давно пора было бы научиться. Но нет, Поттер никогда не отличался сообразительностью.

Или благоразумием.

– Когда ты начал курить? – Драко выхватил сигарету из пальцев Северуса и затянулся, скорчил рожицу и зашелся кашлем, выдыхая серый дым, а затем вытер рот тыльной стороной бледной руки. – Фу, гадость какая.

Снейп нахмурился и забрал у него сигарету назад, снова затянулся, выдохнул, затушил сигарету об грязный, обледеневший снаружи подоконник и выкинул окурок на улицу. – Еще до твоего рождения.

– Ты никогда прежде, даже когда мы провели месяц в Берлине, после того как… – Драко замялся, затем пожал плечами, смотря в окно. – После той ночи.

Северус поежился и застегнул рубашку на все пуговицы.

– Я ненадолго бросал, – фыркнул он. – Альбус настоял. Впрочем, подобное требование не распространялось на никчемных злобных ублюдков вроде меня.

Драко долго смотрел на него:

– Так когда же ты приехал сюда?

– Мы теряем время, – Северус отодвинулся от окна, закрыв его, прошел в кухню и достал ботинки.

– Да, у нас не так уж много времени, и есть кое-что, что я должен сказать тебе… что это ты делаешь?

Северус вздохнул и сел на один из расшатанных стульев, сунул ноги в ботинки.

– Они скоро будут здесь, я уверен.

Драко остановился в дверном проеме, оставаясь в тени.

– Кто?

– Поттер, например, – Северус крепко зашнуровал ботинки, затем нахмурился, окидывая их взглядом; овчина внутри была все еще немного влажной. – Я не дурак, Драко.

– Как… – Малфой вошел в кухню, свет от бра падал на его потрясенное лицо. – Северус…

Снейп встал и натянул пальто.

– Твоя окклюменция ослабевает после того, как ты потрахаешься, – сказал он без обиняков. – Ты не должен забывать об этом. Не то чтобы Поттеру хватало умения этим воспользоваться… Но все же, – он посмотрел на юношу потемневшими глазами. – Ты слишком сильно открываешься в постели, Драко.

Какое-то время тот молчал, сложив руки на груди.

– Только с тобой, – наконец произнес Драко, встретившись взглядом с Северусом. – Ты ведь понимаешь, что Поттер использовал меня только лишь для того, чтобы найти тебя, – он горько рассмеялся, – и всласть поунижать во время этих поисков.

– А ты? – Северус провел большим пальцем по неровному шву шапки.

Драко закусил губу.

– Это словно бы поддерживает во мне жизнь, – сказал он мягко. – Когда я разрешаю ему… он ненавидит меня, даже используя таким образом… Отец погиб, мать тоже, у меня никого нет кроме тебя, – Драко подошел ближе. – Я пока не хочу умирать, и если он думает, что я отдам тебя ему, – Малфой умолк и отвел взгляд, – он дал мне выбор, когда нашел меня.

– А как насчет Тюрбани?

– Он мертв, – Драко сжал губы. – Теперь Поттер и его маленькая компашка славных гриффиндорцов не останавливаются ни перед чем. – Он застегнул обтрепанные манжеты, расправляя мятую ткань пальцами. – Особенно, когда дело касается тебя. Они ненавидят тебя слишком сильно.

Северус фыркнул и прошел в зал.

– Не то чтобы я не мог оправдать их чувства по отношению ко мне... Однако я предпочел бы, чтобы мы оба остались живы, – наклонившись, Снейп подобрал с пола маленькую бутылочку со смазкой, покрутил ее в пальцах, пытаясь снять серебряное кольцо с пробки.

– Куда ушла Маша?

– Она не знает об этом, – не глядя на него, Драко возил пальцами голой ступни по истертому паласу. – Если ты это имеешь в виду, – он взглянул на часы и снова прикусил нижнюю губу. – Я сказал Поттеру быть здесь в полночь, – Малфой переминался с ноги на ногу, потирая ладонями локти сложенным на груди рук. – Я хотел побыть с тобой некоторое время, – добавил он мягко.

Северус надел серебряное кольцо на палец:

– Что ты скажешь ему?

– Я не знаю, – Драко слабо улыбнулся. – Что ты одолел меня и сбежал?

– Дурачок, – Северус провел костяшками пальцев по щеке Драко, рука опустилась вниз, пальцы сжали бедро юноши. – Куда ведет порт-ключ?

Драко обвил руками шею Северуса.

– Я этого не знаю. Я думал, будет лучше, если я не буду знать в случае, если… – он прижался лбом к плечу Северуса с тихим вздохом. – Куда-нибудь, но точно не в Британию, я так попросил.

– Я искренне надеюсь, что не окажусь расщепленным в пространстве.

Драко снова слабо улыбнулся, поглядывая на дверь и заметно беспокоясь.

– Поттер не знает об этом. Совершенно точно не знает.

– Надеюсь, что не знает, – Северус устало поцеловал Драко. – Что бы он ни делал с тобой, как бы он ни касался тебя… – Северус отодвинулся, его лицо потемнело. – Ты мой.

– Я знаю. Навсегда, – Драко подался ближе и вздохнул, пальцы запутались в длинных прямых волосах Северуса. Послышался резкий стук в дверь, дребезжание защитных заклинаний. – Этот идиот что, не умеет определять время по часам? Он явился на пять минут раньше, – Драко нахмурился. – Как это по-поттеровски, – он обвил руками Северуса и погладил большим пальцем кольцо на его пальце. – Он должен был прийти чуть позже, наверное, у него часы спешат. Я задержу их до тех пор, пока…

– Я найду тебя. Когда я…

– Я знаю, – Драко оттолкнул его. – Иди.

Снейп отступил на шаг назад, остро чувствуя покалывание магии, исходящее от кольца, поднял палочку, указывая ею на юношу. Это все, что он мог сделать, чтобы защитить Драко.

Северус глубоко вдохнул.

– Stupefy!

И в Драко полетел красный луч, с размаху швырнувший его в стенку. В ту же секунду защитные заклинания на двери были преодолены, и Поттер бок о бок с Люпином ворвались в квартиру. Поттер занес палочку, его лицо кривилось от такой сильной ненависти, что у Северуса перехватило дыхание, и закричал:

– Avada…

Внезапный толчок, ощущение, будто его дернули крючком за пупок – и твердая поверхность исчезла, а проклятие взорвалось за его спиной снопом зеленых искр, комната превратилась в цветной калейдоскоп. Последнее, что Северус видел перед тем, как погрузиться в водоворот смазанных красок, было бледное лицо Драко, волосы цвета позолоченного серебра падали ему на глаза.



The end



Оставьте свой отзыв:
Имя: Пароль:
Заглавие:
На главную
Замечания и поправки отсылать Anni