Падение Икара

АВТОР: Ольхен
БЕТА: Rassda

ГЛАВНЫЕ ГЕРОИ/ПЕЙРИНГ: Волдеморт, Драко
РЕЙТИНГ: NC-17
КАТЕГОРИЯ: slash
ЖАНР: drama

КРАТКОЕ СОДЕРЖАНИЕ: Христиане говорят, что в древности не познавшие крещения и мертворожденные младенцы попадали в первый круг ада. Справедливо ли это? Или же нет? Решает всевышний. Но что делать, если, родившись, ты уже на земле, попадаешь в девятый круг?

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: дарк, насилие, рабство.

ОТ АВТОРА: Для BlackStar, которая хотела slavefic с пейрингом ДМ/ТЛ, после 6-й книги.


ОТКАЗ: : все принадлежит госпоже Ролинг.




Первый круг

Серые тени падают на кожу, превращая твое лицо в нелепую мертвую маску – такими пользуются дикари, чтобы отпугивать злых духов.

- У тебя будут крылья, Драко, - говорит Лорд, мечтательно глядя в потолок холодного пустого дома.

Ты смотришь в пол и киваешь, потому что возражать - это не твой удел.

- И острые когти.

По дому гуляют сквозняки, а воздух пропитан ядом, будто принесся прямиком из пустыни, "жаркой и скупой".

- Ты будешь моим лучшим убийцей.

Вот твой удел – раб дьявола. Ты должен гордиться, но чувствуешь только сильную тошноту.

Колени леденеют от прикосновения с выщербленным пыльным полом.

Второй круг.

Он походит к тебе и вручает кубок. Излучает самодовольство. Ты с достоинством пьешь, лишая себя единственной привилегии рождения – принадлежности к человеческому роду. В угоду хозяину.

Если допустить, что внутри тебя штырь, к которому прикреплена твоя суть, то следующим шагом можно легко вообразить, что кто-то берет конец этого стержня и поворачивает. Разрывая все внутри.

Тебя выворачивает, и ты падаешь в лужу собственной блевотины. Сознание уходит, и тебе не хочется, чтобы оно возвращалось.

Третий круг

Из темноты раздается скрип - под тяжелыми шагами прогибаются доски. На шее затягивается ошейник, мешающий дышать – за него дергают, заставляя подняться.

Перед глазами расплывчатый силуэт, который выдыхает в лицо:

- Ты так и не трансформировался, мой милый, но мы это исправим.

Все твое тело похоже на мешок, который до предела заполнили взрывчатым порошком – будто сейчас разорвет изнутри.

Лорд притягивает тебя к себе и осматривает удовлетворенным взглядом.

- Только страсть и боль теперь могут вызвать в тебе зверя.

Ты даже не заметил, что обнажен. Любые его прикосновения, легкие и невесомые, жалят каждую клетку тела, как укусы пчел, жгут не хуже адского пламени. Из твоего горла доносится только хрип – на мольбу прекратить пытку сил не хватает.

Кажется, что все тело покрыто волдырями от ожогов – но на вид кожа молочно-белая, идеально гладкая. Опускаешь взгляд и смотришь на грудь: розовые соски и ребра, поднимающиеся в такт срывающемуся дыханию. А болевой шок – не более, чем сказка, в которую верят те, в раю.

Толчок и иллюзорный отпечаток ладони, сияющий воспаленной плотью, на солнечном сплетении кажутся облегчением.

- Ты станешь моим, милый мальчик.

Зелье, чтобы ты стал его партнером... мерзко, но тебя к нему уже тянет. Но этого недостаточно, нужно ее еще и хорошенько отыметь или позволить ей отыметь себя, но это не тот случай. Кто ж этого не знает? Вейла отдаст жизнь за жизнь своего партнера – это качество ценнее преданности любого слуги.

Четвертый круг

Он наступает ногой на поводок, и ошейник тянет тебя вниз. Когда горло до боли сдавлено, ты падаешь животом на грязный пол.

На тебя наваливается сверху тяжелое тело – как волна раскаленной магмы, жжет, и тебе уже плевать, что под тонкую шелковистую кожу входят грязные иглы щепок, острые занозы, уродующие твою плоть.

Ты извиваешься, но от любого движения жжение становится невыносимее, будто на спину разлили расплавленный металл, который затекает в поры, обостряя чувство боли в нервных окончаниях.

Стон – рык зверя, лапу которого защемило капканом. Его руки - два ледяных щипца, хватаются за ягодицы, раздвигая их, а толстый член как раскаленный кол врывается внутрь, разжигая во чреве огонь – и мгновенно боль пропадает – ты лишаешься тела, только шлепки говорят о том, что он двигается в тебе, проникая все глубже.

Пятый круг

Глаза видят ясно – в темноте. Перед ними лапа, покрытая серовато-серебристой шерстью, желтые крючковатые когти раздирают доски в щепки, будто это промокашка.

- Вот так, умница,- шипение над ухом.

Из горла исходит урчание. Самопроизвольно.

- Хорошая киска, – ты понимаешь, что твои бедра двигаются навстречу его жестким толчкам, и ветер – кожистые крылья поднимают клубы пыли с пола, заставляя их танцевать сальсу под потолком. И воспаленный до боли член, истекающий смазкой, трется о шершавые доски.

Твое тело принимает его. Вместе с мурлыканием в горле поднимается комок, судорогой сводит все тело от осознания счастья, самого святого для вейлы – принадлежность партнеру.

Ты чувствуешь себя его вещью и кончаешь от осознания этого с такой силой, что теряешь ощущение реальности.

Шестой круг

Поводок теперь неотъемлем как знак принадлежности партнеру. Большую часть времени ты слоняешься, где ни попадя, подобно светлой тени, шарахаешься от похотливых взглядов встречающихся Пожирателей обоего пола.

Ты видишь в их глазах отражение собственной ненавистной природы – и сгораешь от стыда. Светящаяся обнаженная кожа чертовски раздражает, а живые волосы чрезмерно своенравны.

Ты не хочешь, чтобы кто-то тебя видел... смотрел... прикасался. Только он.

Когда Лорд рядом, ты смотришь на него, изнываешь от желания и едва не кончаешь от любого прикосновения – он любит трепать отливающие серебром волосы, они уже ниже лопаток. Каждый из них - ценный ингредиент мощных зелий.

Тебе было бы стыдно за себя, свою зависимость от него до жажды смерти, но ты хочешь умереть, только, если его долго нет рядом. Дни становятся ожиданием ласки твоего партнера. Но чаще он причиняет боль: наматывает тонкую прядь на палец и тянет на себя. Проводит изогнутым ногтем по тонкой коже как остро заточенным ножом – неощутимо разрывая плоть, приникая губами и высасывая кровь – залог магического могущества. А ты урчишь и улыбаешься.

Седьмой круг

- Слезы вейл, мой милый, - ценнейший ингредиент. Самый быстрый яд из всех известных. Какой от тебя толк, если ты не даешь их?

Измена – единственное, что может заставить вейлу заплакать.

Он подзывает тебя к себе. Ты покорно подходишь и, широко раскрыв отливающие ртутью глаза, недоуменно смотришь, как он берет в руки поводок и привязывает к перекладине кровати.

По сигналу в комнату входят двое: Северус и еще какая-то женщина. Новенькая. Неделю назад прошла посвящение. Они в масках, но ты легко опознаешь их по тонкому аромату их плоти, ритмичному перестукиванию желудочков сердца. И не понимаешь, что происходит.

Они подходят – уже в паре шагов от тебя и твоего партнера.

Он достает палочку и направляет ее на тебя:

- Petrificus Totalus, - твердо шепчет он, и твое тело застывает, обращенное чарами в недвижимую статую.

Он кивает - они совсем близко, Северус встает рядом с тобой и достает пробирки. Женщина подходит ближе к Лорду, он притягивает ее за талию к себе и целует.

Из горла рвется протестующий вопль. Из спины вырастают крылья, но заклинание сдерживает тебя, отчего боль, которая не может даже вырваться в крике страдания поедает само твое существо, сжирая душу, как пламя - плоть.

Не имея возможности даже закрыть глаза, ты лишь смотришь, как он, лаская ее, раздевает и укладывает на кровать.

Когда в душе ничего не остается кроме ярости и боли, глаза увлажняются. Лорд входит в нее плавно, ритмично, как никогда не имел тебя. Тебя заполняет зависть и ревность, ты чувствуешь вонь ее счастья. Ты слышишь ее стон и не замечаешь, как Северус собирает влагу с твоих щек. Аккуратно, каждую каплю.

Восьмой круг

Волшебные твари гораздо лучше противостоят к магии, поэтому ты освобождаешься от пут раньше, чем должен был. А, возможно, как раз вовремя, чтобы не позволить жертве подняться с постели, впиваешься когтями в неё, распластанную и покорную, раздирая плоть, слизываешь алую кровь из горла, растерзанного, открывшегося розочкой.

За тобой волочится оборванный поводок. Над головой раздается смех. Ты урчишь, и ярость спадает, только труп перед тобой, вкус крови на языке, частички плоти, застрявшие в зубах. Твои волосы свисают, слипшиеся в сгустках подсыхающей плазмы.

Смешной забавный щенок, загваздавшийся во время обильного обеда. Тебя снова тошнит. А Лорд гладит тебя по голове:

- Совершенный убийца.

Девятый круг

Каждый раз, когда нужна грубая сила, он посылает тебе вымышленный образ опасности - ему кто-то угрожает, ненавидит, хочет убить. Ты веришь, как преданный пес, оборачиваешься зверем и нападаешь, оставляя после себя изуродованную плоть, лужи багряной крови и разгромленные дома.

Тебя больше не тошнит. Потому что когда ты возвращаешься, он предельно ласков. Ты тычешься лицом ему в руку и цепляешься тонкими пальцами за его колени. Он отпихивает тебя, не позволяя излишнюю нежность, и ты принимаешь удар ногой за ласку. На изнеженной коже вейлы остаются синяки – его драгоценные метки и раны от его укусов – острых обколотых змеиных зубов.

* * *

Когда ты возвращаешься после удачной измышленной "мести-охоты", то видишь Лорда, прижатого к стене и окутанного аурой страха, останавливаешься, не понимая, что происходит: он никогда не был охвачен таким ужасом, и этот ужас передается тебе. В тебя попадает ступефай, а в него - зеленая вспышка, забирающая жизнь. В груди поселяется пустота, разрастающаяся до бесконечности, отчаяние кажется безмерным. Его недвижимое тело и твоя смерть. Душа Лорда, неразрывной нитью связанная с твоей, - мчится прочь, изгнанная; твоя - с облегчением покидая тело, устремляется за ней.

Порой это единственный выход даже из ада.



The end



Оставьте свой отзыв:
Имя: Пароль:
Заглавие:
На главную
Замечания и поправки отсылать Anni