Одна ночь

АВТОР: Остролист
БЕТА: Kulyok

ГЛАВНЫЕ ГЕРОИ/ПЕЙРИНГ: Гарри, Северус
РЕЙТИНГ: PG-13
КАТЕГОРИЯ: slash
ЖАНР: romance

КРАТКОЕ СОДЕРЖАНИЕ: читайте сам текст, не ленитесь.



ОТКАЗ: коммерческая выгода ролинговская, бриллиантовая шлифовка бетовская, буквы алфавита общественные. Всё остальное – моё.




Я пытался заснуть. Заснуть получалось плохо.

– Профессор Снейп!.. – раздался громкий шёпот.

Интересно, кого он пытается не разбудить? В доме – только мы двое. Или так интереснее?

Ругнувшись про себя, я отозвался (всё равно эта бестия не отстанет), постаравшись вложить в голос солидную долю недовольства:

– Ну, что вам нужно, мистер Поттер?

– А сюда точно Упивающиеся не нагрянут?

– Точно.

– А почему вы так уверены? Они, что, не знают адреса вашего дома?

– В теории знают.

– И?..

– После того погрома, который вы устроили при встрече с моими теперь уже окончательно бывшими коллегами, сюда вряд ли кто сунется. Потому как Люциус Малфой в Азкабане, Нарцисса будет молчать, опасаясь за жизнь сына, а Беллатрикс мертва. Адрес она может сообщать кому угодно, но для того, чтобы об этом узнали живые, тем нужно будет заняться спиритизмом.

– Но почему тогда?

– Поттер, вы знаете, сколько сейчас времени?

Тишина. Я уж было понадеялся, что у него совесть проснулась, но, увы, через десять секунд раздалось:

– Два часа двадцать восемь минут.

– Поттер, сейчас ночь. А вы хотите, чтобы я вам рассказал повесть о том, как Дамблдор на мой дом защитные чары накладывал?

– А он это действительно сделал?

Я тихо зарычал, сам себе напоминая Люпина.

– Да.

Он не ответил.

Хвала Мерлину… Если бы я знал, что результатом спасения этого несносного мальчишки будет обязанность терпеть его любопытство, нахальство и откровенную наглость, я бы ещё десять раз подумал, стоит ли. Ну, подумаешь, в одиночку сунулся на сбор Упивающихся, какие, право, мелочи. Он, как-никак, в своё время в рукопашную Квирелла-Лорда победил, с василиском справился, сотню дементоров разогнал, как стайку мошкары, Турнир Трёх Волшебников выиграл. Что ему какие-то десять Упивающихся Смертью? Девять, если учесть, что я на него нападать не собирался.

Мои глаза сами собой начали закрываться.

Как же я устал…

– Снейп!..

Досчитав про себя до десяти, я рыкнул:

– Да, мистер Поттер?

– А когда он это успел?

– Что успел?

– Ваш дом спрятать от магического поиска и возможности использовать его как конечную точку трансгрессирования?

– Если вы помните, в течение последнего года жизни он периодически уезжал из Хогвартса. И если вы думаете, что все его исчезновения были связаны с поисками информации о хоркруксах, то вы глубоко заблуждаетесь. Он часто бывал здесь, а, зная, что мне может потребоваться укрытие, поколдовал. Ещё вопросы есть?

– Нет.

Поправив подушку, я повернулся спиной к открытой двери, которая выходила в коридорчик. Даже смотреть в сторону Поттера, этого надоедливого создания, не хочу, в сторону второй спальни. Ночью нужно спать.

– А неужели вы не могли ему противоядие приготовить?

Я промолчал.

– Профессор Снейп?..

– Если бы я его своими зельями весь год не пичкал, мистер Поттер, то профессор Дамблдор умер бы в течение суток после того, как уничтожил хоркрукс в кольце Нарволо Мракса. То есть даже забрать вас от родственников не смог бы.

– А почему согласились убить его тогда, на башне, если столько времени его жизнь поддерживали?!

Вздохнув, я процедил:

– Потому что я не жизнь его продлевал, а смерть отодвигал. Понимаете разницу?

– Эээ… Не очень… – смущенно.

– Он умирал весь тот год. Он и так знал, что обречён, более того, он всё это время чувствовал свою близкую смерть. Поттер, спите.

Он не ответил.

Пятнадцать минут спустя, когда я только начал подрёмывать, раздался шёпот:

– Профессор Снейп, вы спите?..

– Сплю.

– Можно один вопрос?

– Вы его уже задали.

– А всё-таки?

– И второй задали.

– Почему вы мне помогли?

– Потому что я не знал, что если вас спасу, то вы снова начнёте портить мне жизнь.

В этот раз тишина продлилась двадцать минут.

– Я не могу заснуть…

– Ну так кто вас заставляет? – прошипел я.

– Так ведь ночь же…

– В Хогвартсе, помнится, это вас не удерживало от ночных прогулок по замку.

– И мне холодно.

– Рядом с кроватью на комоде лежит плед, накройтесь им поверх одеяла.

Раздался шорох одеяла, невнятное чертыханье, снова шорох. И – молчание. Но только я снова ухватился за хвост сна, как…

Недовольное замечание:

– Не помогает.

– Согревающие чары могут поспособствовать.

– Они у меня никогда хорошо не получались…

– Тогда лежите и мёрзните.

В ответ – тихое шмыганье носом.

Я прикинул размеры собственной кровати… В принципе, может получиться.

– Поттер, берите свою подушку и одеяло и идите сюда.

– Куда?

– Ко мне в комнату, куда же ещё?

– Зачем?

Я вкрадчиво произнёс:

– Чтобы мне было удобнее вас задушить, если и дальше будете мешать мне. Предложение кратковременно, я могу и передумать. Решайте скорее, хотите ли мёрзнуть дальше.

Шуршание, шлёпанье босых ног по деревянному полу, и – есть! – стук и громкое «ой!»

А нечего в темноте пытаться за один раз перенести все постельные принадлежности… Думать надо перед тем, как в темноте идти по незнакомому и непривычному помещению. Это я здесь могу ходить с закрытыми глазами или в полной темноте (что почти одно и то же по сути), но никак не он.

– Поттер, вы маг или кто? На что вам волшебная палочка?

– А я в любом случае её в темноте с ходу не найду, а пока искать буду, ещё десять раз собой все выступающие углы обобью.

Я перевернулся на другой бок, нашарил собственную палочку на тумбочке и произнёс:

– Lumos.

Огонёк осветил мальчишку, стоящего в дверях спальни и с жалобной миной на лице потирающего локоть, каковой не вписался в дверной проём. И мне всё равно, сколько лет прошло с того дня, как он появился на свет: я считаю себя вправе называть его соответственно тому, как он себя ведёт, а не сколько ему лет минуло.

Мальчишку, чьё лицо медленно заливалось румянцем негодования к самому себе, взъерошенного, как галчонок, соблазнительного даже в пижаме большего, чем нужно, размера. Но – юношу, глядящего на мир глазами цвета смерти. И не знаю как, но это сочетание сумбурно толкущихся в моей голове характеристик Поттера его описывало полностью. Ах да: и гетеросексуального до мозга костей. Что-что, а это я за время наших с ним занятий мыслезащитой выяснил точно. Правда, он, непонятно по какой причине, медлил строить прочные отношения. Боялся, что через близкого человека Лорд сможет на него влиять, если поймает того? Очень может быть.

Я погасил огонёк и положил палочку назад. Через четыре минуты он молча устроился на второй половине кровати, поворочался, и затих. Успокоился, хвала Мерлину.

Полчаса спустя я понял, что теперь уже я не могу заснуть.

Я снова и снова прокручивал в памяти весь минувший день, пытаясь проанализировать случившееся, и не находил иного пути развития событий. Если бы Поттер не сунулся в дом, пытаясь спрятаться, его непременно нашёл бы Фенрир, гулявший в округе. Результаты и так понятны, оборотень даже в человеческом обличье сильнее девятнадцатилетнего Поттера, да и скорость реакции ближе, достаточно подобраться ближе и – всё. Если бы Поттер не пошёл разведывать, куда его занесло, не наткнулся бы на Беллу. Убил. Ну, как убил, она в процессе дуэли споткнулась, и свалилась, пересчитав собой все ступеньки, безжизненной куклой в самом низу лестницы в подвал. Перелом шеи. Очень быстро на грохот выскочили все мои «соратники». Завязался неравный бой.

А молча смотреть, как его пытаются заавадить, я не мог: стоило ли «возвращаться» к Тёмному Лорду, чтобы позволить ему или его приспешникам убить Поттера?

Поэтому мне пришлось пробиваться к нему и выдёргивать из битвы. Долгая практика мгновенной трансгрессии в любых условиях отлично помогла этому намерению. И даже балласт мне не помешал, хвала Салазару.

Цепь коротких трансгрессий запутала след, что было очень важно для того, чтобы избавиться от возможных преследователей. К счастью, если нас и искали, то не нашли, хотя шанс у наших преследователей был, пусть и очень маленький.

Потом пришлось объясняться с мальчишкой.

С той июньской ночи, когда я убил Дамблдора, прошло уже два года. Поттер рассказал, чему он был свидетелем на верхней площадке Астрономической башни, и всё это время меня не называл «предателем» и «подонком» только ленивый. Кроме моих «коллег», естественно, да самого Лорда, но у них, понятное дело, был кардинально другой подход к рассмотрению той ситуации. Да, оставалось несколько человек, кто знал о реальном положении дел в отношении медленного умирания директора, и кто был посвящён в план Альбуса: Аберфорт, Грюм и Люпин, но они, понятное дело, не могли – не имели права – раскрыть правду. Это автоматически свело бы на нет все мои успехи в плане завоевания доверия Лорда, лишило бы смысла жертву Дамблдора, а значит, было неприемлемо.

Да, во время короткого боя и последующего побега Поттер молча принял мою помощь: «враг моего врага – мой союзник», но потом, когда мы трансгрессировали прочь и запутали следы, он потребовал объяснений. Я рассмеялся бы, если бы можно было: ментальную связь мальчишки и Лорда ещё никто не отменил, и тут Поттер возжаждал узнать настоящее положение дел. Чтобы Лорд тихой змеюкой имел некоторый шанс подслушать и узнать, что его нос – две щелевидные прорези на лице – на самом деле должен быть очень длинным, ибо мы с Альбусом так долго Лорда водили за него, что тот непременно обязан был вытянуться.

Пришлось мальчишку оглушить – он даже не осознал, настолько быстро это произошло – и срочно искать зелья, способные не дать Лорду возможность наведаться в разум мальчишки. Лишь после этого я вызвал в качестве своих свидетелей Грюма и Люпина, и те дали магическую клятву, подтверждая, что я действовал в соответствии с планом Дамблдора. Поттер наконец-то поверил, что я не собираюсь его связывать и доставлять Лорду: ведь свидетельская клятва в случае лжи убивает поклявшегося.

Потом мы с Аластором изрядно поколдовали, ставя на разум Поттера защиту, и только я начал думать, что сейчас избавлюсь от мальчишки, пусть за ним другие приглядывают, как Люпин и Грюм чуть ли не хором высказались в том духе, что раз уж я себя раскрыл Лорду, то мы с Поттером вполне можем действовать в паре, разыскивая последний хоркрукс. Спасибо, как говорится, всю жизнь об этом мечтал.

Хотя, с другой стороны, если уж раньше весь Орден скопом не мог посадить на поводок мальчишку, чтобы он не совался в самое пекло, тем более без поддержки, то можно было бы попробовать самому этим заняться. Пришлось уступить.

Под боком заворочался Поттер и тихо произнёс:

– Профессор Снейп, можно вопрос?

– Почему вы ещё не спите?

– Не могу согреться… Можно?

Любопытство поттеровское родилось не просто раньше его, оно, похоже, было всегда, ещё до солнца и звезд, не говоря уже о нашей планете.

– Какой?

– Почему вы до сих пор сражаетесь?

– То есть?

– Вы были шпионом ещё во время первой войны, и не отказали Дамблдору тогда, после Турнира, когда он попросил вас вернуться к Лорду. Почему, вы ведь и тогда сделали очень много, добывая информацию? Неужели вам не надоело участвовать в войне?

– Надоело.

– Тогда почему?

– Потому, Поттер, что если оставить эту войну на вас и таких как вы, то Лорд победит.

– Это с какой стати вы так решили?! – прошипел он.

– С такой, что вы бросаетесь в бой, не задумываясь о том, сколько будет противников, кто именно это будет, и что вообще сможет потом сделать Орден Феникса, если Избранный сдохнет от шальной «Авады», так и не успев сразиться с Лордом.

– А как иначе?! Я не хочу, чтобы рядом со мной убивали моих друзей!

– Ага, значит, вы хотите, чтобы их убили после вашей смерти?

– Что?!

– Поттер, вам напомнить пророчество? Только вы способны противостоять Лорду. Ни у мисс Грейнджер, при всех её обширных знаниях, ни у мистера Рона Уизли с его верностью вам этого не получится. А если вы умрёте по собственной дурости, то их всех ничто не сможет защитить. Поэтому ваше окружение должно вам помогать, а не терпеть молча ваши выходки, не сидеть безропотно в стороне, будучи отодвинуто вами куда подальше.

– И что, вы берёте на себя роль телохранителя? – неимоверно ехидно почти пропел мальчишка.

– Нет. Вправлятеля мозгов. И учителя заодно. Я завтра же вызову сюда весь наш орденовский молодняк, и мы с Аластором начнём вас тренировать.

– Вы думаете, он согласится?..

– А почему он должен отказаться? В конце концов, для того, чтобы молодой маг стал аврором, его предварительно обучают, а не отправляют сразу же по окончании Хогвартса на ловлю преступников. Так почему же вы все должны идти сражаться против Упивающихся Смертью без подготовки?

– Вы ещё скажите, что когда были профессором по защите, специально на нас столько информации, граничащей с Тёмными Искусствами, вываливали, – хмыкнул он.

– А что, это вам не очевидно? Вы в то время думали, что Тёмный Лорд и Упивающиеся способны максимум на «rictusempra»?

– Ха-ха, очень смешно.

– А вот я, в отличие от вас всех вместе взятых, очень хорошо знал, что и как они могут и будут применять в боях.

– И вы думаете, что я поверю этому?

– Верите вы мне или нет, мне это глубоко безразлично, – отрезал я, поворачиваясь к нему спиной.

– Совсем-совсем?

– Именно.

– Ну почему вы такой…

– Я изначально такой, приплюсуйте к этому ваших отца и крёстного, которые методично не давали мне спокойно жить.

Искренне понадеялся, что хоть это заткнёт Поттера. Зря.

– Но ведь это было очень давно.

– А когда я вступил в должность профессора зельеварения, в моём контракте не было пункта восхищаться окружающими меня людьми и источать комплименты направо и налево. С этим вполне справлялся Альбус Дамблдор.

– А сейчас? Вы ведь больше не работаете в Хогвартсе.

– Но это не значит, что мой контракт разорван. Он, как было заранее оговорено профессором Дамблдором, на время прерван. Да и не отпустит меня с должности Минерва МакГонагалл. Всё, спите.

– А я не могу заснуть.

– И что на этот раз?

– Всё то же, мне холодно.

– Под двумя одеялами верблюжьей шерсти?..

– А что вас удивляет?

– Не выдумывайте, Поттер, такого быть просто не может. Верблюжья шерсть великолепно удерживает тепло, вырабатываемое организмом.

– А я его просто не вырабатываю…

– Не источают тепло только мёртвые, а вы для мертвеца слишком говорливы, поэтому позвольте вам не поверить.

– Ну вот такой я…

Я молча выбрался из-под собственного одеяла и вышел из комнаты, а вернулся уже с двумя стаканами глинтвейна. Зажёг лампу на прикроватном столике и протянул один из них Поттеру, щурящемуся от света:

– Пейте, это поможет.

Он сел на постели и взял глинтвейн, принюхался:

– Спаиваете собственного студента, а, профессор? – и посмотрел на меня так… с намёком… ехидна гриффиндорская.

– На данный момент я нахожусь в бессрочном отпуске, а потому могу не придерживаться правил Хогвартса, не одобряющих распитие студентами крепких спиртных напитков. Но в любом случае, глинтвейн к ним не относится. Как и вы к студентам Хогвартса, кстати. Но если вы не желаете, то можете не пить, – я сел на край постели и протянул руку к стакану.

– Нет, спасибо, – он чуть отстранился и начал маленькими редкими глотками пить сдобренное пряностями горячее вино. Свой глинтвейн я выпил гораздо быстрее. Не то чтобы я хотел составить ему компанию, но раз уж я взялся за готовку, то почему я не могу позволить себе?

Минуты через две он сделал последний глоток, после чего вернул мне свой опустевший стакан, поблагодарив меня кивком, если я правильно понял его жест. Погасив лампу, я лёг рядом с Поттером.

Поворочавшись какое-то время, он громко вздохнул:

– Я не могу заснуть…

– Поттер…

– Извините, сэр, я не специально, чтобы вам мешать, я просто действительно…

– Замолчите, Поттер, – велел я, и он, к моему удивлению, действительно замолчал. Нащупав край своего одеяла, я накрыл им лежащего рядом мальчишку.

– А можно?.. – не завершил он вопрос, впрочем, и не дожидаясь моего разрешения, выползая из-под собственного одеяла и прижимаясь ко мне.

Действительно замёрз…

Холодная рука скользнула по моему плечу, чтобы остаться, обнимая.

– Потт… – начал было я, но он просяще шепнул:

– Пожалуйста, не надо…

И его прохладные губы прикоснулись к моей скуле.

– Только на эту ночь, пожалуйста…

– Зачем?

– Мне это нужно… – и его нога обвила меня за талию. Адово пламя…

– Вас невеста дожидается, Поттер, если мне не изменяет память.

– Не знаю с кем, но память вам действительно изменяет. Мы давно расстались.

– И вы тут же решили не только сменить ориентацию, но и переспать с ненавидимым вами профессором. Оригинально.

– Я не решил, она такая и была… – он ткнулся носом мне между ключиц.

– Поттер, вы пожалеете об этом уже утром…

– Пожалуйста…

– Нет, – я его почти оттолкнул, хотя не знаю, чего мне это стоило, я хотел его.

– Почему?..

– Потому.

Он чуть отстранился, словно пытался рассмотреть моё лицо в темноте:

– Я видел, как ты смотрел на меня, Северус.

– Правда? И как же?

– Сожалея, что не можешь себе позволить подойти ко мне и пожалеть меня, когда я ударился локтем.

Он был прав, но это ничего не меняло.

– Северус… – его шёпот и моё имя, произносимое просящим тоном, на удивление быстро лишали меня решимости оттолкнуть его и уйти. Подальше от соблазна.

– Поттер, я не…

– Одну ночь.

– Хорошо, – внутренне сожалея, согласился я. Ему просто холодно и хочется человеческого тепла. Завтра вокруг будут его друзья и согреют его своим присутствием. И он не захочет ничего повторять…

Осторожные прикосновения, тихое урчание, шелковистая кожа под моими губами… Руки, обвивающие шею, горячий шёпот, поддающееся моим пальцам тело, мускусный запах возбуждения, судорожные подавляемые последними остатками самоконтроля всхлипы и – резкая боль от укуса в плечо.

Тишина.

Я приподнялся на локтях, отстраняясь, и он потянулся вверх, вслед за мной, поцеловал, прихватывая губами мою нижнюю губу. Гарри… Я ответил на его поцелуй и лишь много позже заметил:

– Я не знал, что ты получил в наследство не только поместье Блэков, но и привычку пускать в ход зубы.

– Я тоже не знал, – шепнул он. – Но мне так кажется, что ты угадал, и что это – действительно привычка. Я ещё успею тебе это доказать на практике.

– Что?..

Он извернулся и опрокинул меня на кровать, оказавшись сверху. Удовлетворённо вздохнул и начал зацеловывать лёгкими прикосновениями губ то место, где наутро будет отчётливый след его зубов.

– Гарри?..

– Да?

– Что ты сказал про доказывание?

– Что ещё успею, – он поднял голову и в голосе послышалась решимость, – впереди много времени.

– Ночь скоро закончится.

– Но ночей будет ещё много.

– Что?.. – кажется, я повторяюсь.

– Мне почему-то кажется, что и завтра я не смогу согреться… – а в голосе столь откровенный намёк, что я почувствовал, что эта ночь закончится ещё не скоро…

– Одна ночь, – напомнил я.

– Ну да, правильно.

– Поттер?..

– Я – Гарри, если ты ещё не забыл…

– Поттер, хватит, в какую игру ты играешь?! – я оттолкнул его, скидывая с себя.

– Ни в какую, – Поттер подкатился ко мне и обнял, положил голову мне на плечо. Спокойно так, мирно…

Тихо зарычав, я уступил:

– Гарри, что ты имеешь в виду?

– То, что две ночи подряд невозможны, между ними всегда будут утро, день и вечер.

Оригинально…

– И?

– И следующая ночь тоже будет одна. И все последующие.



The end



Оставьте свой отзыв:
Имя: Пароль:
Заглавие:
На главную
Замечания и поправки отсылать Anni