Благодеяния луны

АВТОР: Мэвис Клер
БЕТА: Eonen

ГЛАВНЫЕ ГЕРОИ/ПЕЙРИНГ: Сириус, Ремус
РЕЙТИНГ: NC-17
КАТЕГОРИЯ: het-slash
ЖАНР: pwp,

КРАТКОЕ СОДЕРЖАНИЕ: а для PWP надо саммари? Ок, это порнографические глюки, явившиеся в ночь полнолуния. Зато есть мораль: make love, а не чем-нибудь еще :)

БЛАГОДАРНОСТИ: тем, кто вдохновлял.


ОТКАЗ: всё – многодетной мамаше Роулинг.




Запретный лес ждал ночи. Он так устал. От гвалта птиц и суеты насекомых; от топота кентавров и тоскливых вздохов фестралов; от палящего летнего солнца и душного безветренного дня. Ночь приносила тишину, прохладу вечерней росы и лунного света.

Легкие шаги на опушке не беспокоили Запретный лес. Он не обращал внимания на тех, кто пробирался к старому, полуразрушенному дому на его окраине. Женщина спотыкалась о корни, опиралась на поддерживающую руку и недовольно шептала:

- Я ничего не имею против самой идеи, милый. Но неужели нельзя было сделать это в каком-то другом месте?

- В другое он вообще бы не пошел. Куда? К тебе в Хогсмид? Здесь ему привычнее… Рози, если ты боишься, давай всё отменим. Я провожу тебя домой и вернусь сюда один.

- Я ничего не боюсь, Сириус Блэк! Мне просто не хочется свалиться в грязь и расквасить себе нос! Мне не семнадцать лет и вообще, я - почтенная дама…

Розмерта сама не закончила фразу и рассмеялась, да так, что в лесу ей ответила недовольным криком проснувшаяся птица.

Сириус засмеялся тоже.

- Почтенные дамы в такие авантюры не ввязываются, и я не люблю почтенных дам… Все будет хорошо, Роз, вот увидишь. Сейчас мы войдем в подземный ход, держись за меня.

- Я, что, должна пролезть в эту дыру, Сириус?

- А что делать, радость моя? Зато в тоннеле я могу понести тебя на руках.

Розмерта фыркнула и недоверчиво покачала головой. Но в подземном ходе Блэк действительно подхватил её, легко поднял и пошел по неширокому проходу, шепча что-то на ухо.

Она кивала, соглашаясь с его словами. Когда Сириус хотел, он умел быть убедительным, логичным и соблазнительным.

В Хижине было темно и тихо. Сириус осмотрелся, принюхался и заявил:

- Он здесь. Ну что, готова?

Она опять кивнула, и тогда Блэк взял её за руку, крепко сжимая ладошку, и начал подниматься по полуобвалившейся лестнице.

- Привет, Ремус. Мы пришли, - его голос прозвучал слишком громко, или ответ Люпина был слишком тих?

- Привет, Бродяга. Добрый вечер, Розмерта.

- Это точно – вечер будет добрым. Проходи, Роз, - Сириус гостеприимно махнул рукой. - Надеюсь, тебе здесь понравится.

* * *

- Ну нет, это никуда не годится!

Розмерта сморщила нос и огляделась. Пыльное и грязное помещение Хижины казалось совсем неприспособленным для их плана. Особенно её раздражала сломанная кем-то кровать с упавшим балдахином. А Блэк почему-то смотрел на эту развалину, улыбаясь.

- Отойдите-ка к стене, - сказала она мужчинам. - Я быстро... Чуть-чуть приберусь.

И достала палочку.

Сириус хмыкнул и спокойно отошел, увлекая за собой Рема, подмигнул ему, намекая на недавние события.

Люпин нахмурился и покачал головой. Почему-то его воспоминания о том вечере были не столь радужными. Но Сириус слишком заразительно улыбался, так что он решил отложить неприятные мысли на более подходящее им время.



Все действительно получилось достаточно быстро: пауки метнулись в щели, пискнула прибитая взметнувшейся доской крыса, пыль исчезла. Розмерта подумала еще чуть-чуть. И убрала балдахин над постелью совсем - ей не нравились тяжелые портьеры. Сломанная кровать обрела первозданный вид. Женщина критически осмотрела её и увеличила.

- Сириус, перестань смеяться. Ремус, перестань думать. Вообще. Как ты себя чувствуешь? Осталось... ну, только… четыре часа ...

Люпин не мог не улыбнуться – в ответ на её откровенность.

- Спасибо, Роз, у меня все хорошо. Да, я... уже почувствовал изменения.

- Я рассчитываю, что после этой ночи изменения в тебе будут в лучшую сторону... - Сириус притянул к себе Ремуса, обняв за талию, и склонился к его уху, мокро и нагло лизнув мочку.

Розмерта улыбнулась и тоже подошла к оборотню.

- Рем, ты так и собираешься оставаться у стены? Пойдем, - она показала на кровать.

Повернулась к Сириусу и легко поцеловала его.

- Тебя это тоже касается, милый.

У Ремуса на секунду перехватило дыхание от прикосновения друга, хотя – друга ли… теперь? Он прикрыл глаза от удовольствия, сердце забилось чаще. Услышав слова Розмерты, нехотя отодвинулся от Сириуса, взяв руку Роз, поцеловал и послушно последовал за ней.

Блэк ответил таким же нежным прикосновением губ к щеке любовницы и лукаво усмехнулся: «Я мог бы и посмотреть, но предпочту на время заткнуться». Опустился на кровать и усадил к себе на колени Роз, а потом протянул руку к ремню Луни, но не стал его расстегивать, а только погладил блестящую пряжку и скользнул пальцами по ширинке.

Ремус замер, откашлялся и, пытаясь как-то спрятать неловкость, сказал:

- Предупреждаю, вы оба имеете дело с перевозбужденным оборотнем. Не забывайте про полнолуние и про то, что я… давно… - дальше объяснять не хотелось совсем, затея Сириуса казалась все бОльшим идиотизмом, но деваться было некуда, поэтому он закончил фразу совсем не так, как собирался: - …так что вам остается надеяться, что я просто не посрываю с вас одежду для убыстрения процесса.

Двое на кровати одновременно рассмеялись. И, как ни странно, этот смех успокаивал. Ставил все на правильные места. Делал простым. Действительно веселил.

Розмерта кивнула Люпину – приглашающе, приоткрыла губы и провела языком по шее Сириуса - выше, к уху. Ей явно все больше начинало нравиться происходящее. Посмотрела на Ремуса и опустила свою руку рядом с рукой Сириуса. А потом нетерпеливо скользнула пальцами за пояс брюк оборотня, притягивая его ближе к себе.

Рем встал коленями на кровать рядом с обнимающимися Сириусом и Роз и едва сдержал стон, почувствовав их дразнящие ладони у себя в паху. Повинуясь Розмерте, наклонился к ней и, запустив пальцы в мягкие волосы, прижался губами к ямке под ухом, лаская языком. Второй рукой накрыл руку Сириуса и, слегка сжав, медленно об нее потерся.



От томной и кокетливой ласки Роз по телу Сириуса пробежала теплая волна, зажигая желание. Но когда он ощутил руку Рема и его движение, то вспыхнул уже по настоящему – тихий скромный оборотень, никогда не бывший способным на подобные вольности, вызывал безумное желание завалить его на кровать.

Однако, не желая раньше времени накалять Луни - в конце концов, они затеяли все ради него - Сириус обернулся к женщине и провел ладонью по ее щеке, шее, скользнул в вырез платья, а потом и вовсе прильнул к нему лицом.

Розмерта довольно охнула и подалась вперед - навстречу губам Блэка, откровенно подставляя грудь под поцелуи. Но Ремус тоже привлекал её - она никогда не сталкивалась с такой силой. Так рядом. Так близко. Можно прикоснуться? Обхватив Сириуса за шею одной рукой, второй провела по паху Ремуса, чувствуя возбужденную, твердую плоть под слоями ткани.

Ремус шало выдохнул, скользнул губами по шее женщины, ладонью сдвинул платье и прильнул к плечу. Поняв, что Сириус не собирается отодвигать руку, запустил пальцы ему в волосы, лаская затылок и шею, проскальзывая за воротник рубашки. Хотелось прижаться поближе, заключить обоих в объятия и всласть о них потереться.

Сириус мягко вел губами по выпуклой части груди Розмерты, приподнятой корсетом, - чтобы остановиться у шнуровки. И начать потихоньку зубами расшнуровывать платье, не забывая ласкать открывающуюся часть языком. Ощутив руку оборотня и собачьим чутьем уловив его возбуждение, удовлетворенно хмыкнул… А потом резко толкнул Роз на кровать и навалился на нее сверху. Не ожидавшая от Сириуса такого напора, но понимая, что все они возбуждены более обычного - как будто полнолуние бродило и в их крови тоже, - она потянула за собой и Ремуса, который упал на кровать рядом с Блэком. Розмерта раздвинула ноги, не думая ни о чем, кроме одного: прижаться плотнее к кому-нибудь из них. А еще лучше, что бы любой из двоих мужчин взял её немедленно.

Ремус привстал на локте, наблюдая за переплетенными телами рядом. Но пауза не затянулась, на это не хватило бы ничьей выдержки, – он снова поднялся на коленях, рванул рубашку Сириуса, и принялся покрывать поцелуями-укусами его шею и плечи, стискивая ладонью желанное тело. Вторую руку просунул между Сириусом и Роз и принялся расстегивать брюки Блэка.

Сириус уже не улыбался. Мягкое тело Роз под ним и сила Рема завораживали и возбуждали. Голова напрочь отказывалась участвовать в процессе, в дело пошли инстинкты - жар, окружавший их тела, горячим приливом гонял кровь по телу… Только треск ткани немного привел его в себя. Он вскинул голову, и его веселые глаза встретились с глазами Луни.

Розмерта быстро взглянула на застывших – на одно, показавшееся долгим мгновение – мужчин, и прикусила губу. Потом, сталкиваясь пальцами с рукой Ремуса, начала помогать раздевать Сириуса. Горячая кожа под ладонью, теплые пальцы Рема, соперничавшие с её собственными в увлекательном процессе, - просто сводили с ума. Роз оттолкнула Сириуса – так, что он прижался спиной к Рему, и села на кровати. Легко потянула вниз сириусовские брюки и трусы, освобождая напряженный твердый член. И с довольным вздохом наклонилась к нему.

Ремус запрокинул голову, пытаясь сдержаться, когда Блэк качнулся назад и уселся прямо на его гудящую и пылающую плоть. Судорожными движениями он быстро скинул с себя рубашку и прижался к спине Сириуса, обхватил его одной рукой поперек груди, сжав пальцами сосок, а второй повернул лицо друга немного вбок, лизнул в скулу и коснулся края его рта, лаская языком губы.

Казалось, что все происходило само собой – их тела находили удобные позы, прикосновения становились все откровеннее и смелее. Люпин хотел бы раздвоиться: остаться на кровати и одновременно – подняться над ней, чтобы взглянуть на происходящее со стороны. Более безумного зрелища он себе представить не мог.



Прохладный воздух коснулся уже вставшего члена Сириуса, делая невыносимо возбуждающим контраст с горячим телом Ремуса, прижавшегося сзади. Почувствовав пальцы на соске, он тихо взвыл от удовольствия – это всегда было его самой сильной эрогенной зоной. Или уязвимым местом? Он качнул бедрами навстречу нагнувшейся Роз, вплетая пальцы в ее локоны, поворачиваясь к Рему и отвечая на поцелуй.

Наверное, здесь и сейчас не стоило, нельзя было вспоминать Азкабан. Но всё то, чего он был лишен – дружба, любовь и доверие, тепло, простое и прекрасное тепло, - всё сконцентрировалось вокруг Сириуса Блэка, словно он стоял в центре урагана, был его глазом, его сердцем, его сутью и смыслом. Он мог пить эту любовь, как воду в жаркий полдень, он мог вкусить этой дружбы, как оголодавший бедняк - хлеба и мяса, - одним словом, он жил.



А если жил – то, значит, помнил, зачем он почти неделю слал сов Ремусу и уговаривал хозяйку «Трех метел» придти в Хижину.

Он подавил разочарование и отстранился от Розмерты и, мгновение спустя – от Ремуса, подмигивая женщине и избавляя оборотня от оставшейся одежды.

Рози улыбнулась, понимающе и нетерпеливо, Ремус мог только моргать, уступая блэковскому энтузиазму.

Сдернув свои собственные брюки, болтавшиеся у щиколоток, Сириус плавным и хищным движением повалил Люпина на кровать. Подмигнул любовнице, взял в руку член Рема, несколько раз провел по нему ладонью и остановился.

Розмерта наклонилась над Ремусом. О. Это было совсем по-другому. Она не могла объяснить, в чем дело, но Ремус Люпин будил в ней какие-то совершенно животные инстинкты. Роз нагнулась и начала жадно, по-кошачьи, легкими и быстрыми движениями вылизывать живот Рема, постепенно продвигаясь ниже

Ремус уже не пытался контролировать себя - он с почти болезненным стоном выгнулся навстречу руке Сириуса, приподнимаясь на кровати. Задыхаясь, зашептал: «Сириус... пожалуйста!...» В ответ на быстрые движения языка Роз - протянул руку и просунул между ее бедер, легко проведя ладонью по влажному белью. Скорее почувствовав чем угадав одобрение, отодвинул кружева и погрузил сразу два пальца в горячее, скользкое нутро. Второй рукой довольно настойчиво подтолкнул голову Роз ниже и, зажмурившись, хрипло застонал.

Блэк перевел дыхание, сдерживаясь, и отодвинулся в сторону.

Он даже не пытался притронуться к себе, и вообще, лучше было думать о чем-нибудь ненужном или даже плохом, или хотя бы закрыть глаза – но не смотреть было невозможно.



…Розмерта дернулась навстречу пальцам Рема, насаживаясь сильнее, и, наконец, дотронулась губами до его члена - но только для того, чтобы быстро и жадно начать облизывать пульсирующую плоть. Запах Ремуса - пот, мускус, но к этому добавлялось что-то еще, незнакомое - щекотал ноздри и пьянил. Она резко, почти грубо, просунула руку между разведенных ног Люпина, к чувствительной точке за мошонкой, и, сглотнув, взяла член в рот.

Ремус с трудом стащил с неё что-то кружевное и тонкое, последнюю формальную преграду, – точнее, просто порвал, вытащив из-под юбки так и не снятого платья. Притянул её, разворачивая, и, слегка надавив, опустил ее на себя, приникая ртом к мокрой горячей плоти, просовывая внутрь язык и поглаживая руками ягодицы.



…Они покачивались, выдерживая странный, завораживающий ритм, как одно непонятное целое, «обезличенное целое», - подумал Сириус. Ремус тонул в небрежно задранном платье, лицо Розмерты скрывали волосы, но ни им самим, ни Блэку это ничуть не мешало.

… Все-таки он отвернулся – не потому, что слишком завелся и хотел остыть, просто подумал, что Рему понравилось бы такое, весьма сомнительное, соблюдение интимности. То, что Роз вообще забыла о нем на эти конкретные несколько минут, было очевидно и даже забавно.

Кровать скрипнула – как-то по-другому, и вокруг опять оказалось… тепло и весело, Ремус пытался дышать ровно, успокаиваясь, Розмерта довольно облизывалась, а потом Люпин подтолкнул её к Блэку:

- Теперь твоя очередь.

Нельзя сказать, что только сейчас он понял – насколько хотел и кого из них хотел. Он любил легкомысленную во всем, что касалось секса, Рози. И Ремуса – никогда таким не виденного – тоже любил, все вместе сбивало с мысли, но кто сказал, что мысли вообще нужны в такие вот моменты?

Сириус ухватил женщину за корсет, дернув его в разные стороны, так, что остававшаяся неразвязанной часть шнуровки просто лопнула, освобождая бюст Роз.

- Кто-нибудь снимет с меня это чертово платье? – безуспешно пытаясь выглядеть строгой, спросила она.

- Ну уж нет, - вкрадчивым голосом заявил Сириус, - я предпочитаю полураздетость! Забыла, Роз? Или перепутала с кем?

- Да тебе просто никогда не хватало терпения, глупый.

Ремус улыбнулся Блэку поверх её плеча и со всей силы потянул в разные стороны подол юбки.

- Однако, какая крепкая ткань, - уважительно заметил он, аккуратно и смешно откладывая остатки того, что было платьем, подальше.

- Зверюги, - засмеялась Роз, - и как я пойду домой?

- В мантии, Рози, в мантии. А под мантией – ничего. Это очень сексуально.

Сириус не удержался и фыркнул в теплую нежную грудь.

- Смотри, как Люпин начал разговаривать! Я от него такого никогда не слышал. Ты точно на него положительно влияешь.

- А ты вообще молчи, - она наклонилась к Сириусу, - если я вкачу тебе счет за все свои испорченные платья…

У её губ был вкус Ремуса. И запах Ремуса. Еще недавно это было… просто невозможно, а теперь…

Сириус слизывал этот запах, этот вкус, они кружились у него в голове – Рози и Рем, как беспечные весенние ароматы, перемешанные в майском воздухе – так, что не разделить, не вычленить одного.

Он провел пальцами внизу – мокро и горячо, так мокро и так горячо… и медленно, нарочито медленно вошел в неё, не закрывая, наконец, глаз, успевая увидеть всё – и её шею с пульсирующей венкой, и жадный взгляд Рема, и темную стену Хижины – за ними, далеко, в другом измерении, наверное.

Сириус выждал несколько секунд, борясь с искушением сделать все жадно и быстро, он одурел, он так соскучился по этому, мягкому, влажному. Обволакивающему и засасывающему. Любимому?

Блэк начал двигаться неторопливо, почти лениво, ему не хотелось кончить сразу, при Реме тем более, он целовал грудь Розмерты, иногда поглядывая на оборотня, но все таки удивился – на мгновение – обнаружив руку Ремуса, скользнувшую между ними, вниз, по её мягкому животу, к паху и еще ниже…

Ремус прижался к Рози, нащупал твердый бугорок и начал поглаживать его в такт движениям Сириуса, его сильным толчкам, равномерным колебаниям всех троих на кровати, которая сейчас казалась лодкой, покачивающейся на волнах.

Это успокаивало, он напрочь забыл о полной луне, он наслаждался, искренне наслаждался своей силой, своим новым возбуждением, горячими телами рядом, тихими всхлипами Розмерты и нарочито спокойным лицом Блэка. Ремус сдвинул пальцы еще чуть-чуть пониже, почувствовав – сквозь мягкое, мокрое и очень женское – твердую, ритмично двигавшуюся основу. И нарушил покой.

Розмерта ахнула, Сириус зажмурился и начал двигаться резко и быстро – они одновременно дернулись навстречу друг другу, зажимая руку Люпина, и Рем ощутил, поймал их одновременную судорогу, и вздрогнул – от удовольствия. От пойманного чужого удовольствия. Хотя разве они были чужими?



Он помог им опуститься на кровать. Сириус, похоже, просто отключился. Розмерта жмурилась.

Ремус гладил и целовал их – потных и расслабленных, наслаждаясь тишиной, запахами кожи и секса, их ленивыми позами, их переплетенными пальцами и перепутавшимися на подушках длинными волосами.

Розмерта открыла глаза: потолок уносился куда-то вдаль, сидевший рядом Люпин улыбался. Какое, к Мерлину, полнолуние? За прошедшее время она ни разу не вспомнила об угрозе оказаться под одной крышей с оборотнем в такую ночь.

Ночь была именно такой, как надо, а Луна могла подождать. Рози не любила соперниц и была уверена, что первый раунд она выиграла.

Ремус не боялся. Ремус уже не стеснялся. Ремус оказался вовсе не страшным, а просто замечательным. Сириус был прав.

Она окинула оборотня быстрым взглядом.

- Ого.

- Это полнолуние, Роз, - в тоне Ремуса извинения смешивались с улыбкой.

Розмерта подвинулась поближе и начала поглаживать давно уже возбужденный, твердый член Люпина.

- Это всегда так?

- А? Да. Но обычно не так весело и хорошо.

- Сириус – молодец.

- Затейник, - усмехнулся Рем.

- Ты… тебе было плохо без него?

- Роз. Я не могу говорить об этом…. Так просто. Да и не хочу. Не сейчас.

- Ага. Не сейчас, - легко согласилась женщина, наблюдая за тем, как Ремус реагирует на её прикосновения. – Вам хорошо вместе.

- Роз!

- А что я такого сказала? Я говорю о том, что вижу.

- Ты права. Это я всё не так понимаю.

- Мне кажется, ты все правильно понял, Рем, - она засмеялась и тихо подула в ухо Сириуса, который блаженствовал между ними. – Ты не умеешь притворяться спящим, Бродяга. У тебя дыхание сбивается.

- Что, показательные выступления «О том, как замечателен Сириус Блэк» можно считать законченными? – Сириус приоткрыл один глаз.

- Сейчас Сириус Блэк быстро докажет всем, какой он замечательный.

- Нет, ребята. Я – пас.

- А еще он любит врать, - задумчиво протянула Розмерта, переключившаяся с Люпина на Сириуса. – Если бы ты знал, как он любит врать в постели, Ремус.

- И как же он врет?

- Обычно он говорит: «Я больше не могу, девочка. Я - все. Из меня уже и спинной мозг вытек…» А потом оказывается… Смотри, - и она убрала ладонь.

Все трое рассмеялись.

Сириус повернулся на бок, проехав животом по ноге Люпина, глянул на оборотня вопросительно и раздвинул его колени пошире.

Розмерта хмыкнула и отодвинулась.

- Нет, Рози, - запротестовал Ремус. – Иди сюда.

- Группа поддержки, - весело сказал Блэк, наклоняя голову, или ныряя между бедер Рема, щекоча длинными волосами его живот и ноги, вылизывая пах, покачивая и толкая языком стоящий член.



Розмерта села рядом, проводя острыми ногтями то по спине, то по груди Ремуса. И эта ласка была такой же острой, возбуждающей и абсолютно уместной.

Сириус игрался. Ничего другого Рем и сказать бы не смог. Этот странный танец внизу – непроизвольные движения члена в ответ на прикосновение, нажим, толчок, вверх и вниз, дальше в рот, упираясь во что-то твердое, проскальзывая глубже или выходя совсем.

Время опять остановилось.

Ремус видел, что Сириус сжимается, елозит по матрасу, приподнимая бедра, чтобы изменить угол или уменьшить трение. Почему он тянет и зачем играет? Ведь можно же проще и лучше.

Люпин откинулся на спину и облизал пересохшие губы.

- Ты точно этого хочешь? – Сириус поднял голову.

Но Ремус мог только кивнуть.

- Хорошо, - Блэк исчез на мгновение, в поле зрения Рема оказалась его неприлично задранная задница, Сириус наклонился и искал что-то на полу. – Это твои брюки. А мои… вот.



Розмерта продолжала поглаживать его и целовать, скользкие пальцы Сириуса уже раздвигали ягодицы, проталкиваясь внутрь, нажимая и раздвигая.

И тут Ремус не выдержал. Нельзя было представлять ситуацию извне, надо было оставаться здесь, внутри, с ними, но он нарушил правило.

- О, Мерлин, - Сириус смотрел на него озадаченно, - все в порядке? Почему ты покраснел?

- Бродяга, засунь свой язык…

- Ну, зачем уж язык? – Блэк усмехнулся, приподнял ноги Ремуса, подтягивая к себе, - есть кое-что получше.

Сириус толкнулся вперед, осторожно, пробуя. Потом надавил, продвигаясь. Остановился, посмотрев на Рема. И, так и не отведя взгляд, вошел до конца.

Наверное, Люпину было больно. Или, как минимум, не по себе – иначе с чего его бросило в краску? Но Сириус не мог остановиться. Он мог только чуть поменять позу, пытаясь угадать, как лучше, как удобнее, как…

Ремус открыл глаза, вздрогнув.

Блэк улыбнулся и начал двигаться быстрее.

Роз тихо охнула, наблюдая, как Сириус входит в Ремуса – такого раскрытого и соблазнительного. Она видела, как напряглась спина одного её любовника, как отчаянно подался вперед, навстречу проникновению, второй. Ей, по-хорошему, следовало бы заняться Ремом, но звуки, запахи, дыхание, тихий шепот оборотня, бессвязное мычание Сириуса - сводили с ума. Роз откинулась назад, почти не обращая внимания на мужчин, оперлась на одну руку, развела ноги и начала поглаживать себя – постепенно нажимая все сильнее, надавливая на клитор, представляя себе губы и язык Ремуса, и, наконец, не выдержав и наплевав на острые ногти, запустила пальцы в себя.

…Она кончила раньше, чем мужчины. Она успела отдышаться и оценить обстановку. Она перехватила взгляд Блэка и склонилась над Ремом, взмокшим, подмахивающим, елозящим по подушке, как раз вовремя, чтобы во второй раз поймать его оргазм, выматывающий и долгий.

Сириус запустил пальцы в её волосы, второй рукой придерживая Рема, еще немного и он тоже… там… сейчас… Ремус, сжимающийся вокруг него. Мастурбирующая у них на глазах Роз. Карусель кружилась везде – сверху донизу – от головы до члена, выплескивающегося в горячей тесноте.



…На этот раз Розмерта и Ремус молчали. Сириус прокашлялся и жалобно произнес:

- А попить есть?

Люпин завозился, щелкнул пробкой, и в руке Блэка оказалась восхитительно прохладная бутылка. Он сделал жадный глоток.

- Ремус!

- Сок полезен.

Розмерта рухнула рядом с ним, всхлипывая от смеха:

- Точно! Сок! Я учту на будущее!

- Рози… - почти нежно начал Блэк, - если ты только попытаешься…

- Нет-нет, Сириус. Решено. Мы будем бороться за здоровый образ жизни. Твоей жизни. Правда, Рем?

- Конечно, - Ремус устроился около Роз, отобрал бутылку у Сириуса и протянул её Розмерте.

- Мммм… Замечательно.

Ремус смотрел, как она пьет, облизывает губы, поворачивается сначала к нему, а потом к Блэку, – и забавные кудряшки подпрыгивают на плечах от быстрого движения, приоткрывая следы, оставленные их пальцами и губами.

Он не чувствовал себя третьим. Здесь и сейчас знакомое тоскливое чувство «лишнего» и «другого» пропало почему-то. Он, как обычно, чувствовал Луну, поднимающуюся за холмами и Лесом, но она представлялась далекой и безобидной. Он был свободен от Луны. Именно свободен. Может быть, Сириус и хотел поделиться с ним этим - свободой, которой ему самому так долго не хватало.

Хотя способ Бродяга выбрал более чем своеобразный.

Но выбрал.

И, похоже, угадал.

Наплевав на собственную возможную ревность – а как Сириус умел ревновать, Ремус прекрасно помнил.

А может быть, Розмерта, как ветер, звезды и та же самая Луна – не принадлежала никому, и Блэк, поймав этот теплый ветерок, сумел залучить его в пыльную старую Хижину, чтобы больше не было спертого воздуха, пыли обид, теней подозрений и страхов.

И тут же, подтверждая его рассеянные и обрывочные мысли, Розмерта повернулась, устроилась поудобнее рядом с Люпином и сказала:

- Это было потрясающе, Рем.

Он улыбнулся и поцеловал её в шею. Роз поежилась.

- Щекотно. Знаешь, - добавила она спустя какое-то время, - Рем, я тоже хочу… так… Как Сириус делал тебе.

Блэк приподнялся на локте, взглянул на них и довольно хмыкнул.

- О… - Ремус с удивлением понял, что еще способен краснеть. – Роз, я, конечно…

- Дожми его, Рози, - весело посоветовал Сириус. – Сметем последние барьеры!

- Вместе? - она приподняла бровь, - а как же «Я – пас»?

- Как-нибудь, - невнятно ответил Блэк, потянувшись к Ремусу.

Горячий. Веселый. Свободный.



Розмерта смотрела, как они целуются – сначала лениво и чуть ли не по-дружески, постепенно заводясь, один от другого, потом её подхватили две одновременно протянутые руки, притягивая, увлекая в поцелуй, забавный и щенячий, мокрый, в танец языков, прерываемый фырканьем, улыбками и шепотом, в плавные и неспешные движения.

Сириус уже целовал ей шею и грудь, Ремус легко и щекотно гладил поясницу, потихоньку спускаясь все ниже, она даже не заметила, как оказалась между ними, они то отодвигались, то прижимались, сплетая пальцы на её бедрах, подталкивая- покачивая, вперед-назад, так же медленно, как в церемонном танце.

Сравнение развеселило Роз, она засмеялась – и Сириус понял это по-своему, опрокидываясь на спину, опуская её на себя, прижимая, целуя уже нетерпеливо и жестко, - Блэк всегда, с самого начала знал, что ей нравилось больше всего.

Ремус куда-то исчез – на минуту, не более того, прохладный воздух вместо его горячего тела был неприятен, Роз вздрогнула.

- Ты не замерзнешь, - прошептал Сириус, - ну что ты…

Она кивнула, Блэк поднял её над собой, направляя, насаживая, именно так, как надо – сильно и глубоко. И, вторя его проникновению, Ремус зашептал сзади, прижавшись к её волосам:

- Роз... расслабься, пожалуйста... я осто... осторожно...

Твердые ладони приподняли и развели ягодицы, пальцы нерешительно покружили у отверстия и все-таки скользнули внутрь. Это был странный дискомфорт, она оказалась слишком раскрытой спереди и сзади одновременно, и только сейчас, на один короткий миг, ей стало по-настоящему не по себе.

Но Сириус, приподнявшись, кружил языком около её соска, а губы Люпина легко касались плеч и шеи, они были все так же осторожны и церемонны, даже в этой, не самой пристойной, ситуации.

- Не…нельзя ли побыстрее, - наконец, спросила она.

Сириус остановился, Ремус замер, а потом надавил ей на спину, прогибая, пробормотал им обоим:

- Я... я сейчас...



Её тихая просьба что-то перевернула в Реме. Последние барьеры, как сказал Сириус? Он не знал – он просто скользнул головкой в пульсирующую глубину и, наконец, потеряв голову, толкнулся внутрь на всю длину члена, взвыв от почти болезненного удовольствия от ощущения горячего канала Роз и вздрагивающей раскаленной плоти Сириуса, отделенной всего лишь мягкой перегородкой.

Розмерта дернулась вперед, словно искала у Сириуса защиты, но Ремус сильно потянул её на себя, не оставляя свободы для маневра.

Может быть, она была слишком узка, или он оказался слишком большим, или все сразу, но это уже не могло остановить его.

Роз сжалась, потом выдохнула, пытаясь привыкнуть – они оба были в ней, они чуть ли не терлись внутри друг о друга, они опять подбирали ритм, подстраиваясь под неё и для неё, жар поднимался снизу с каждым толчком, сменяя жжение, они почему-то начали стонать – чуть ли не одновременно, и это тройное всхлипывание задало, наконец, правильный темп.

Все быстрее, опять вперед - к кусавшему губы Сириусу, опять назад – к тихо поскуливающему Рему, одним передающимся от одного к другому движением, золотой серединой, которая принимала их, в которую они выплескивались, рыча и ругаясь, беря свое и отдавая – свое… Розмерту словно накрыло душным, жарким одеялом, но это было невыносимо хорошо – и она закричала, прижавшись к Ремусу, чувствуя, как её влага смешивается с семенем Сириуса и как её судороги совпадают с лихорадочными и хаотичными содроганиями Люпина.

- О, Мерлин!

Ремус рухнул на её спину, прижимая к Блэку, который, всхлипывая, облизывал кровоточащую губу.

И никакая Луна не смогла бы сейчас разъединить их.



Как ни странно, первым пришел в себя Сириус.

Точнее, попытался. Повернув голову к окну, принюхиваясь и прислушиваясь.

- Рем. Время.

Люпин с трудом перекатился на бок.

- Рози, на тебе так… мягко лежать.

- А мистер Блэк костляв, - глухо ответила она, не желая тем не менее покидать костлявого мистера Блэка.

- Роз, пожалуйста, - Сириус отодвинул её, - ты оставайся здесь. Запрись. Нам действительно надо идти. Хорошо?

- Если мы сможем встать, Бродяга.

- Встать здесь уже не сможет ничего, - хмыкнул Сириус. – Хотя тебе-то что, ты ж у нас оборотень.

Они рассмеялись.

- Мммм, - сонно сказала Розмерта, - оставьте мне сок, хорошо? В лесу же есть родники?

- Слушай, - восхищенно заметил Сириус, – смотри, она ничего не боится.

- Бояться я буду завтра, когда пойму, в какую глупость впуталась. А сейчас… не могу.



Ремус наклонился и поцеловал ей руку.

- С этого начинается и этим заканчивается, Рем? – спросила она.

- Нет, - он провел пальцем по её припухшим губам. – Если тебе нравится – не кончится.

- Таааааааааааак, - протянул Блэк. – Это заговор?

- Конечно. Тебя ждут сытные обеды, чтобы Рози было удобнее лежать, и сок, чтоб не спивался.

- Заметь, он всегда все организует, - пожаловался Сириус, - его педагогические способности удручают меня.

- У него есть масса других способностей, - хмыкнула Розмерта. – Ты не том акцентируешь внимание.

- Что бы я знал об этих способностях без тебя, девочка?

Сириус поцеловал её и встал, потягиваясь.

- Я бы провалялся тут всю ночь, да, Рем?

- Увы.

- Ничего, еще все получится.

Блэк укутал Розмерту в мантию, протянул ей её палочку, сгреб в охапку их одежду и пошел к двери.

- Запрись, пожалуйста. Мало ли что.

- Хорошо.

- Спокойной ночи, Роз, - Ремус поцеловал её в уголок рта и тоже встал.

- И тебе, Рем, - она запнулась, - ой… прости.

- Ну почему «прости»? Она и будет спокойной. Вполне возможно. Теперь.

Colloportus за их спинами прозвучал почти неслышно, несмазанные петли заскрипели, дверь захлопнулась.

- Так зачем ты это затеял, Сириус?

Блэк прыгал на одной ноге, натягивая брюки, Ремус просто повесил свою одежду на перила.

- Тебе же было хорошо? – ответил Блэк вопросом на вопрос.

- Это не хорошо, это что-то другое…

- Когда поймешь, скажи, мой рассудительный друг. У меня есть определение, но я хочу, чтоб ты сам дошел.

- Как всегда, Сириус?

- А ты не расслабляйся. Пошли.



Луна поднималась из-за холмов, расцвечивая Запретный Лес тенями и полутенями, полосами и пятнами своего призрачного света.

Они одновременно подняли головы – в высоком окне Хижины дрожал огонек Люмоса.

- Осторожная умница. Не заснет, пока мы не уйдем.

- Ты думаешь?

- Я её знаю. Иначе не привел бы сюда, – просто ответил Блэк.

Он шагнул в сторону, передернул плечами, расслабляясь.

- Готов?

- Готов, - сказал Люпин.

Черный пес потряс головой, приходя в себя после Трансформации. Поднял морду к небу. Гавкнул, пробуя голос. Развернулся и, утыкаясь носом в траву, направился к лесу.

Ремус шел за ним, отсчитывая оставшиеся минуты. Не думая о полнолунии, о превращении, ни о чем. Пустота была прекрасной и легкой.

Сириус всегда ревновал друзей.

И теперь решил отобрать друга у Луны.

У Бродяги всегда были безумные затеи. Ремус и относился к ним как к безумным затеям.

Но в этот раз ему очень хотелось, чтобы все получилось так, как хочет Блэк.

«И Рози», - подумал он, бросив быстрый взгляд на освещенное окно.



The end



Оставьте свой отзыв:
Имя: Пароль:
Заглавие:
На главную
Замечания и поправки отсылать Anni