Игрушка

АВТОР: Мэвис Клер

ГЛАВНЫЕ ГЕРОИ/ПЕЙРИНГ: Драко
РЕЙТИНГ: NC-17
КАТЕГОРИЯ: slash
ЖАНР: angst,

КРАТКОЕ СОДЕРЖАНИЕ: Как будто это может что-то изменить.

Парный драббл к драбблу "Игра".

Подарок на "День рождения Хорька" на форуме Polyjuice Potion.


ОТКАЗ: всё – многодетной мамаше Роулинг.




«Слишком длинные ноги, - с отчаянием думает Драко, - у меня слишком длинные ноги».

Спустя мгновение он шарахается от этой мысли, не зная, что лучше, что проще – смеяться или плакать, удивиться или испугаться.

Совсем недавно ему казалось, что нет ничего страшнее невыполненного задания и осознания собственного бессилия.

Теперь он уверен, что всё, произошедшее на Астрономической Башне, было лишь частью непонятной ему игры. Ему – пренебрежительно – открыта только малая часть замысла; об остальном можно только догадываться.

Он и пытается – по неожиданной улыбке Беллы при встречах в коридоре. По гримасам Снейпа, по общему молчанию, которое дышит ему в спину. Именно так: молчание дышит, а все вокруг – нет. Но Драко все равно различает сопение-фыркание Петтигрю, тяжелые, через паузы, вдохи-хрипы Макнейра, ровное и равнодушное, как движение поршня, дыхание дяди Рудольфа.

И тогда, Мерлин, проще думать о ногах. Ты идешь мимо них, сквозь них, и думаешь: «У меня слишком длинные ноги».

А потом, у себя в комнате, он раздевается и рассматривает эти самые ноги. Точнее, их отражение в зеркале.

Драко жалко не себя – если бы он жалел себя, он бы умер сразу, не дожидаясь продолжения игры. Поэтому он жалеет отражение. Отражение должно выжить. Потому что оно не так уж плохо.

Но и это не произносится вслух – всего лишь думается с усмешкой.

Если бы они знали, как часто он смеется.

А что ему делать?

Он смеется над Поттером, потому что знает теперь куда больше, чем сопляк, который выжил.

Он смеется над Дамблдором – над тщетностью директорских усилий.

Над отцом он смеется тоже – представляя себе, что бы сказал Люциус Малфой, узнав, что его сын…

Он так и забирается на кровать, хихикая.

И все, что он видит в зеркале – слишком длинные ноги, и бледное тело, хотя сейчас он думает не «тело», а «плоть» - «бледная плоть», - звучит как фразочка из дурного ритуала.

Отражение не обращает на Драко никакого внимания. Отражение любит себя: гладит, трогает, ласкает.

Узкая ладонь накрывает член. Драко радуется, когда у отражения встает – это значит, что они живы. Кто же знал, что вот в таких малостях таится жизнь.

Потом он убирает руку и опять смотрит в зеркало. Это сочетание – темно-русых волос ниже живота, красного члена, на фоне белой кожи – такое живое.

Такое смешное.

Драко тихо смеется, не переставая дрочить. Теперь ему нравится это простое, грубое слово. В нем тоже кровь и плоть. Живая плоть, не бледная, другая, вздрагивающая под пальцами, упирающаяся в ладонь, требовательная.

Он елозит по простыне, одновременно желая и ускорить, и приостановить процесс.

Плоть побеждает – и Драко быстро облизывает пальцы, а потом проталкивает их между ягодиц и внутрь. Глубже. Сюда.

Он – жив, и только это он повторяет, кончая.

Стараясь не думать, что это самообман.

Потом, отдышавшись, он опять вернется к мысли о самостоятельности. Когда его выбор стал не его? Или он всегда был таким? И всё было предрешено – независимо от того, кто убил старика на Башне?

Но Драко проще представлять это карой, а не наградой.

… Лорд непременно заглянет к нему. Попозже. Проведет острым ногтем по шее. Оценит все – мятую постель, и сперму на животе, и его тело – опять, снова, такое бледное.

Лорд даже скажет:

- Спокойной ночи, мой мальчик.

Драко привык к «мой мальчик». Лорд никогда не говорит: «мой хоркрукс».

Драко думает об этом, когда за Вольдемортом закрывается дверь.

Он не хочет быть хоркруксом. Он хочет быть живым. Поэтому он смотрит на отражение в зеркале – и закрывает глаза.

«У меня слишком длинные ноги. Я – неправильный хоркрукс».

Как будто это может что-то изменить.



The end



Оставьте свой отзыв:
Имя: Пароль:
Заглавие:
На главную
Замечания и поправки отсылать Anni