Человеческий фактор

АВТОР: toma-km
БЕТА: Mara

ГЛАВНЫЕ ГЕРОИ/ПЕЙРИНГ: Гарри, Северус
РЕЙТИНГ: R
КАТЕГОРИЯ: slash
ЖАНР: angst,

КРАТКОЕ СОДЕРЖАНИЕ: Война закончена, Волдеморт уничтожен, Магическая Британия постепенно возвращается к мирной жизни. Но победа – результат действий, интересов и желаний отдельных людей.

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЯ: АУ, ООС, МПРЕГ, принуждение, НЖП, POV нескольких персонажей.


ОТКАЗ: Ни на что не претендую.




Глава 16

Северус

Ноябрь, 1998 год

Я не сразу понял, что он плачет. Гарри лежал в темноте, не шевелясь, я почти не слышал его дыхания. Но знал, что он не спит. Люди не спят так беззвучно, а Поттер всегда посапывал во сне.

За час до этого мы занимались сексом. Судорожным и каким-то болезненно-торопливым, без ласк и почти без поцелуев. Сексом, который в последнее время абсолютно перестал меня устраивать, потому что походил, скорее, на запланированную случку животных, чем на нормальную близость приятных друг другу людей. Конечно, я-то готов был перецеловать каждый сантиметр его несчастного, изменившегося тела.

Ничего подобного, с некоторых пор, не хотел он. Мягко, но неизменно обрывал мои восторги, укладывался в удобную для него позу. Мы просто доставляли друг другу необходимое удовольствие, достигали разрядки, и Поттер сразу отодвигался, поворачивался ко мне спиной. Иногда засыпал сразу, иногда лежал вот так, молча, ничем не выдавая своего бодрствования.

Лишь иногда, под утро, я позволял себе придвинуться к нему, положить руку на плечо или спину спящего юноши, приподнявшись на локте, заглянуть в лицо, которое во сне становилось почти детским, с разгладившейся складочкой меж бровей, с приоткрытым ртом.

Один раз, в полусне, он отозвался на мои прикосновения, не открывая глаз, перевернулся на другой бок, уютно устроил голову на моем плече, ногу закинул мне на бедро. А я лежал, страшась лишний раз вздохнуть, рука под его затылком затекла, хотелось в туалет, но я молил Мерлина о том, чтобы эти минуты длились как можно дольше. Потом Гарри сладко потянулся, задрожали темные ресницы. Он открыл глаза, улыбнулся и сказал голосом, еще хриплым после сна:

- Знаешь, мне снились замечательные вещи.

- Какие? - спросил я машинально. Но наваждение уже рассеялось.

- Не важно, - махнул он рукой. - Отвернись, я встану.

Тем воспоминанием я жил следующие несколько недель, возвращаясь к нему, когда становилось особенно плохо от удушающей пустоты собственного существования.

А вот сейчас Гарри плакал.

Не знаю, почему мне пришло в голову обернуться в тот момент. Как бы там ни было, я лег на спину и открыл глаза. Сквозь тонкие занавески пробивался лунный свет, ровная белая дорожка ломалась, падая на худые мальчишеские плечи, которые тряслись от беззвучных рыданий.

- Ты что? - спросил я его почти испугано, дотрагиваясь до руки.

Он подскочил, как ужаленный, я не ожидал, и потому непроизвольно отпрянул.

- Что тебе надо? Почему ты, горгулья тебя раздери, не можешь хоть на час оставить меня в покое?

- Ты плакал, - ровно сказал я, удивляясь собственному внешнему самообладанию. - Весь трясся от рыданий.

- И что? Ты считаешь, мне не из-за чего плакать, да? У меня, по-твоему, все замечательно?!

- Нет. Не считаю.

- Тогда что тебе нужно от меня?!

Я хотел сказать, что не видел его слез ни разу за эти долгие месяцы. Даже тогда, когда он понял, что его ожидает, Гарри был неестественно спокоен.

И что он, конечно, имеет право на слезы, на истерики, на что угодно. Имеет право разнести по кусочкам этот надругавшийся над ним мир. Но сказал я другое.

- Вообще-то, когда люди плачут, их принято утешать. Особенно, если это близкие люди.

- Да? - он рассмеялся так громко, что я невольно подумал, не разбудим ли мы Эмили. - И где ты видишь таких? Или ты считаешь, что мы близки только потому, что трахаемся?

- Заткнись, Поттер!

- Да пошел ты, ублюдок! - он замахнулся рукой, целясь мне по щеке, но я вовремя перехватил его запястье, сжал так, что он охнул от боли.

- Заткнись, ты, мерзкая беременная истеричка! - потребовал я. По-видимому, в моем голосе было столько злости, что он, действительно, замолчал. Я отпустил его руку, он медленно, тяжело дыша, отстранился от меня, лег на спину, вытянул руки вдоль тела.

- Успокоился? - поинтересовался я, не будучи уверен в том, что мой голос не дрожит. На душе было невероятно мерзко. Я с самого начала нашей связи не позволял себе так обращаться с ним. Еще хуже, что он, кажется, воспринял это, как должное.

- Какое право ты имел говорить Эмили, что отдашь моего ребенка в приют? - спросил он почти спокойно, не открывая глаз.

- Разве мы не договорились об этом? - такого вопроса я не ожидал. - Мне казалось, что все уже решено.

- Мы не говорили об этом конкретно, - он повернулся, лег на бок, в темноте я не видел выражения его глаз. И радовался, что не видел. - Хорошо, пусть так. Но какое ты имеешь право решать за меня?

- Думаю, ты догадываешься, какое, - сухо сказал я, хотя знал, что потом буду проклинать себя за эти слова, как за многое другое.

- А, ну да. Северус Снейп заботится исключительно о судьбах человечества, - он даже не возмутился. Тем лучше.

- Не юродствуй! - прикрикнул я на него. - Я ни за что не ввязался бы в это, если бы ты намерен был поступить по-другому! Вспомни, чего ты хотел? Вспомни, Поттер!

- Сохранить ему жизнь, - бесцветным голосом ответил Гарри, и стыд накатил страшной, удушающей волной.

- Ты что, передумал отдавать его? - спросил я осторожно через некоторое время.

- Нет, конечно, - вздохнул он. – Просто ты не должен распоряжаться моей жизнью.

- К сожалению, мне приходится принимать в ней участие.

- Ты получаешь за это бонусы, - отозвался он равнодушно.

- Не смей так говорить со мной! - потребовал я. Странный это был разговор: в темноте, между двумя людьми, лежащими на разных половинках кровати. «Как старые супруги», - подумал я невесело.

- Да, сэр, - отозвался он с отвратительной угодливостью, за которую мне вновь захотелось ему врезать.

Я промолчал. Несмотря на то, что слова, горькие, откровенные, так и рвались с языка.

Вместо этого поднялся, набросил мантию и только потом произнес: «Люмос». Обычно, в отличие от Гарри, я не стеснялся, но сейчас мне не хотелось расхаживать перед ним голышом.

Он не спросил, куда я собрался, даже не повернул головы, когда я накинул свой дорожный плащ и вышел из комнаты. Так и продолжал лежать, отвернувшись к стенке.

Возможно, бегство не было лучшей стратегией, но сейчас я просто не мог оставаться рядом с ним. Прошел по темному коридору, стараясь ступать тише - мне вовсе не хотелось посвящать пронырливую ведьму в наши с Поттером разногласия. Скрипнули давно не смазывавшиеся дверные петли, я вышел на улицу.

Ночь выдалась морозной, ясной и безветренной, далекие белые звезды сквозь черные лапы сосен смотрели вниз холодно и равнодушно.

Вдруг пришло в голову, что Поттер не поинтересовался, не ухожу ли я навсегда. Либо ему было все равно, либо он знал, что никуда я, по своей воле, от него не денусь. Хотя, в этот момент, стоя среди высоких голых стволов осеннего леса, я думал о том, что, возможно, это стало бы наилучшим решением проблемы. Потому что не представлял себе, как мы сумеем вместе провести эти полтора года, при его открытой ко мне ненависти и моей мучительной, ненормальной влюбленности в него. Как я это выдержу, не лишившись рассудка.



Глава 15Глава 16Глава 17


Оставьте свой отзыв:
Имя: Пароль:
Заглавие:
На главную
Замечания и поправки отсылать Anni