Человеческий фактор

АВТОР: toma-km
БЕТА: Mara

ГЛАВНЫЕ ГЕРОИ/ПЕЙРИНГ: Гарри, Северус
РЕЙТИНГ: R
КАТЕГОРИЯ: slash
ЖАНР: angst,

КРАТКОЕ СОДЕРЖАНИЕ: Война закончена, Волдеморт уничтожен, Магическая Британия постепенно возвращается к мирной жизни. Но победа – результат действий, интересов и желаний отдельных людей.

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЯ: АУ, ООС, МПРЕГ, принуждение, НЖП, POV нескольких персонажей.


ОТКАЗ: Ни на что не претендую.




Глава 29

Май, 2003 год

Дороги

- Ну, Сев, раз уж захотел встретиться со мной, рассказывай первым, - Люциус Малфой пригубил вино и тут же, слегка поморщившись, отодвинул бокал - бар в «Дырявом котле» оставлял желать лучшего. Он уже жалел, что выбрал для встречи с приятелем, которого не видел несколько лет, именно это место. На них откровенно пялились случайные утренние посетители, а неизменный хозяин забегаловки, кажется, еще более чем прежде сутулящийся Том, крутившийся у деревянной некрашеной стойки, и вовсе не сводил с их столика заинтересованного взгляда маленьких глаз.

- Неплохо, - пожал плечами Снейп, ничуть не изменившийся с момента их последней встречи. Та же черная, наглухо застегнутая у шеи мантия, те же грязные, свисающие по бокам худого желтоватого лица волосы. - В Штатах, оказывается, отсутствует классическая система обучения магии. Они довольствуются краткими курсами основных дисциплин, обязательный набор знаний минимален по сравнению с нашими стандартами. Поэтому специалисты из Старого света там ценятся высоко.

- И что же ты преподаешь? Зельеварение?

- Нет, с этим покончено, - как-то надменно усмехнулся Снейп. - Боевую магию. Мы подумываем об открытии собственной школы.

- «Мы»? Кого ты имеешь в виду? - заинтересовался Малфой.

- Да так, знакомых, - он, кажется, был не рад, что сказал слишком много.

- Сев, неужели ты нашел себе постоянного любовника? - весело спросил Люциус, в глубине души не веря в такую возможность.

- Моя личная жизнь тебя не касается, - взглядом, который Снейп метнул в его сторону, можно было бы испепелить стопку пергаментов. - А ты доволен родством с семейством Уизли?

Люциус усмехнулся. Сев, конечно, собирался его уязвить, однако все неприятные моменты, связанные с безрассудным поступком Драко, остались в прошлом. Впрочем, измученное войной и послевоенной неразберихой общество приняло известие о тайной женитьбе единственного наследника Малфоев на удивление спокойно. Пожилая кузина матери Люциуса даже заметила с присущей ей прямотой, что плодовитые Уизли, возможно, неплохой выбор для семейства, в котором на протяжении столетия рождается только по одному наследнику.

- Не сказать, что доволен, но это не стало для нас трагедией, - ответил он, брезгливо оглядывая группу молодежи в маггловской одежде, с шумом ввалившуюся в трактир. - Джиневра чистокровна, это главное, у меня есть внук - здоровый, сильный мальчик. С семейством невестки мы, разумеется, не общаемся, живут молодые отдельно. Конечно, Драко повел себя неосмотрительно, но у Малфоев, к счастью, достаточно денег, чтобы не думать о приданом.

- Вам ведь удалось сохранить почти все?

- Нет, к сожалению. Многое было потеряно из-за падения акций и общей неблагополучной экономической ситуации.

- Малфои всегда на коне, не так ли? - скривил тонкие губы Снейп. - Безошибочно угадывают направление ветра.

- Разумеется, - холодно кивнул Люциус. Язвительные реплики Сева его ничуть не удивляли. Малфоям после войны завидовали многие. Благодаря Драко, присоединившемуся к Ордену Фениксу, и нерушимой клятве, данной тому Дамблдором, позиции их семейства были прочны, как никогда. И этот поступок мальчика во имя рода с точки зрения Люциуса сполна искупал его скоропалительную женитьбу.

Тем временем от стайки молодых людей, устроившихся за дальним столиком, отделился темноволосый юноша в легкой куртке и джинсах и подслеповатым взглядом из-под очков окинул полутемное помещение трактира. Прежде, чем Люциус успел сообразить, что видит Гарри Поттера, кажется, слегка вытянувшегося в высоту и раздавшегося в плечах, но с прежними безобразно растрепанными волосами, тот уже приблизился к Северусу, легонько сжал его плечо, склонившись, шепнул что-то на ухо.

- Да, несколько минут, - ответил тот.

Поттер кивнул и, удостоив Малфоя презрительным взглядом, вернулся к ожидающим его друзьям.

- Значит, вот куда исчез бывший Золотой мальчик, - протянул Люциус, продолжая следить взглядом за удалившейся фигуркой. Среди товарищей Поттера он, присмотревшись, различил рыжую шевелюру одного из своих нынешних так называемых родственников. А откровенно беременная девица с ним, конечно, жена Рональда - грязнокровка. Невольно поморщившись, Люциус отвернулся. Несмотря на все вполне разумные соображения новая родня его до крайности раздражала.

- Что тебя интересует, Люц? - спросил Снейп, откидываясь на высокую спинку стула. - Да, я планирую сделать Поттера своим компаньоном в школе, которую собираюсь открыть.

- Я не ожидал от тебя такой прыти, Сев! Вот, значит, кто заполучил мальчишку. Правда, после Лорда… но ты ведь хотел этого, так?

- Считаешь, что вправе говорить мерзости! - бледные пальцы с силой сжали тонкое стекло бокала.

- Почему мерзости? - поднял тонкие брови Малфой. - Мне невероятно интересно, как тебе это удалось. Или он не спит с тобой?

- Заткнись, Люц!

- Неужели не спит? - он от души рассмеялся, наблюдая за исказившимся от злости лицом старого приятеля и бывшего любовника, в минуты гнева казавшегося особенно уродливым. - Ты, как всегда, в дураках, Сев. Содержишь его, да?

Северус поднялся, с шумом отодвигая стул, бросил несколько галеонов на дощатый стол.

- У Поттера достаточно собственных денег. Прощай, Люц. Оставайся с той грязью, которой наполнена твоя голова.

- Зачем же ты хотел меня видеть сегодня?

- Стало интересно, как устраиваются тебе подобные, - прошипел Снейп.

- Отлично, как видишь, - пожал плечами Малфой, совершенно не расстроенный резкостью старого приятеля. Он даже слегка жалел Северуса, так и не выросшего из детских потрепанных мантий и глупых беспочвенных надежд на то, что наивные люди называют счастьем. Малфой-то знал, что любое счастье имеет свою, строго определенную, выраженную в золотых кружочках цену, и такое положение вещей его вполне удовлетворяло.

* * *

Северус ждал у дверей «Дырявого котла», пока Гарри попрощается с друзьями. Бурлящая злоба на бывшего любовника постепенно стихала, уступая место легкой брезгливости. Он и сам с трудом понимал сейчас, зачем назначил встречу Малфою, чего ожидал от нее. Воспоминаний о былых днях, разговоров про общих знакомых - бывших слизеринцах, чьи судьбы, насколько он знал, сложились после войны далеко не лучшим образом? Впрочем, Люциус, по всей видимости, не хотел иметь ничего общего со своим прежним кругом.

- Я готов, - Поттер выскочил на улицу раскрасневшийся, более чем обычно, растрепанный, в том лихорадочном настроении, что охватывает людей после встречи со старыми товарищами, с которыми не виделись долгое время. - Знаешь, у Келли и Рона малыш родится уже в июле. Мне было так сложно не проговориться о Дэвиде… А Джордж с Фредом стали настоящими богачами - «Ужастики умников Уизли» процветают. Мы заходили в магазин, он смотрится просто невероятно. Кстати, там есть и моя доля.

- Все это замечательно, но сейчас нам надо спешить, - оборвал его Северус, глядя на большие часы, укрепленные на возвышавшемся над площадью столбе.

Поттер сразу как-то подобрался, отвел взгляд.

- Не знаю, зачем мы туда идем, - пробурчал он.

- Воля умирающего - закон, - сдержано ответил Снейп. - Разумеется, тебя никто не принуждает.

- Я не отказываюсь.

Они аппарировали ко входу в министерство. Северус невольно поморщился - воспоминания о вынужденных посещениях этого места в качестве поднадзорного амнистированного преступника были еще слишком свежи.

- Мистер Снейп, мистер Поттер? - широколицый русоволосый человек в синей форменной мантии подошел к ним, склонил голову в легком поклоне. - Следуйте за мной, вас ждут.

Из просторного атриума они не направились, как обычно, к лифтам, а свернули сразу влево, минуя длинный коридор, оказались у витой лестницы из белого мрамора. Несколько переходов, и чиновник распахнул перед ними украшенные орнаментом со слетевшей кое-где позолотой широкие створки.

- Добро пожаловать в апартаменты министра магии, господа. Вас ожидают, - чиновник взмахнул палочкой, неслышно прошептал пароль, дракон, изображенный на огромном холсте, согласно кивнул, и гости, невольно робея, ступили в портретный проем.

Их сразу ослепил солнечный свет, преломлявшийся в множестве оконных стекол, служивших стенами абсолютно круглой и абсолютно белоснежной просторной комнаты, центр которой занимала огромная кровать под атласным, поднятым сейчас высоко к потолку пологом. Среди всего этого великолепия фигурка укрытого теплым овечьим одеялом старого мага, как будто по недоразумению оказавшегося на подходящем скорее паре новобрачных, чем умирающему старцу ложе, казалась особенно маленькой и жалкой, словно исчезающей среди наступавшей со всех сторон девственно-белой роскоши. Солнце играло в тщательно расчесанных длинных седых волосах, в блестящей ухоженной бороде, и казалось, что этих волос слишком много, что они странным образом вытягивают последние жизненные соки из высохшего тщедушного тела.

С видимым трудом привставая на постели, больной обернулся к людям, замершим на пороге, в голубых, обрамленных сеточкой глубоких морщинок, уже подернувшихся поволокой нездешней отстраненности глазах засветились прежние озорные огоньки.

- Северус, Гарри, - удивительно, но голос умирающего оставался по-прежнему звонким, тем самым, что заставлял самых отъявленных сорванцов в Большом зале Хогвартса умолкать, оборачиваясь к преподавательскому столу. - Я рад, что вы пришли.

Снейп не выдержал первым. Рванулся вперед, опустился на толстый, вышитый причудливыми узорами ковер, припал губами к черным, будто обуглившимся пальцам.

- Ну что ты, Северус, что ты, - худая, покрытая пигментными пятнами, сморщенная старческая рука мягко легла на его затылок. - Не нужно, мой мальчик, ты же знаешь, я не достоин слез.

- Это не так, Альбус, - тихо произнес Снейп, поднимая и впрямь блестевшие от предательской влаги глаза. Вряд он и сам понимал, почему этот человек, по сути, предавший его и многих других, доверявших ему людей, управлявший ими, как фигурами на шахматной доске, так много для него значит. Может быть потому, что, несмотря на все ошибки, ложь и даже жестокость, он все же до конца оставался по-настоящему великим, и в этом величии было больше света, чем тени. А, возможно, Дамблдор попросту был единственным, кто удосужился немного внимательнее вглядеться в душу своего замкнутого, вечно хмурого и не слишком приятного в общении ученика.

- Гарри, я рад, что ты тоже пришел. Подойди сюда.

Помявшись, Поттер приблизился, неловко присел на краешек кровати - ситуация явно его смущала.

- Здравствуйте, профессор Дамблдор.

- Я давно уже не твой профессор, Гарри.

- Альбус, как вас лечат? - пожалуй, слишком резко спросил Снейп. - Ваша рука… Это заклятие нуждается в постоянном приеме блокирующих зелий, вы знаете.

- По правде сказать, я давно от них отказался, - легкомысленно заметил Дамблдор.

- Это безумие!

- Нет, Северус, это та роскошь, которую я наконец-то могу себе позволить. В Магической Британии все более или менее нормализовалось, Кингсли станет хорошим министром. Он уже сейчас, фактически, управляет страной. Гарри, расскажи, как ты живешь.

- Хорошо, - сдержано ответил Поттер. - Мы два года провели на юге Англии, потом Северус уговорил меня переехать в Штаты. Сейчас я преподаю защиту нескольким десяткам детей - магов.

- А как твой сын?

- Отлично.

- Что ж, ты немногословен, и имеешь на это право.

- Дэвид - смышленый, спокойный мальчик, - сказал Северус. - Поверьте, Альбус, с ним нет никаких проблем.

- Я рад, - искренне произнес Дамблдор, с трудом подвигаясь, чтобы сесть чуть выше, Снейп почтительно поддержал его за локоть. - Значит, ошибки не было. И рад тому, что вы вместе.

Поттер открыл было рот, чтобы что-то сказать, однако промолчал, привычным жестом потер переносицу, уткнулся взглядом в носки своих растоптанных кроссовок.

- Мальчики, думаю, вы понимаете, для чего я вас позвал, - взгляд проницательных глаз скользнул по сосредоточенным лицам гостей. - Не для того же, в самом деле, чтобы заставить любоваться на умирающего старика. Нет, Северус, молчи. Я ухожу и ничуть не жалею об этом. Но смерть - не привлекательное зрелище. В этом есть своя странная логика: глядя на умирающих, остающиеся начинают сильнее ценить великий дар - жизнь, - он помолчал.

- Гарри, Северус, я хотел сказать вам… В моей судьбе были вещи, которых я искренне стыжусь и о которых сожалею. То, как я поступил с вами - одна из них, хотя пять лет назад я не видел иного выхода из сложившейся ситуации. Я не рассчитываю на прощение и не прошу вас о нем. Но хочу, чтобы вы знали: мне по-настоящему больно при мысли о том, на что я обрек вас обоих.

Он хотел добавить что-то еще, но закашлялся, по-видимому, разговор давался ему тяжело. Снейп схватил с тумбочки стакан, плеснул воды из графина, поднес к сухим губам больного, поддержал за сотрясаемые кашлем плечи.

- Спасибо, Северус, - прошептал Дамблдор, слабо улыбаясь бывшему ученику.

- Альбус, это безумие! - почти грубо сказал Снейп, пытаясь справиться с горьким комком, сдавившим горло. - Уверен, вам можно помочь. Ваша магическая сила огромна, она позволит вам прожить еще несколько лет в относительном здравии. Это все проклятие. Давайте, я останусь с вами ненадолго, посмотрю, что можно сделать, приготовлю зелья.

- Нет, нет, мой мальчик, - Дамблдор ласково накрыл его сжатую в кулак руку своей, отчетливо трясущейся после недавнего приступа. - Спасибо тебе, но это лишнее.

- Но почему? Почему вы не хотите жить?! - почти выкрикнул Снейп, понимая, что в его голосе звучит настоящее отчаяние.

- Всему приходит свой срок. Я очень устал, и этот мир, думаю, устал от меня. К тому же, - дрожащими пальцами он извлек из-под ночной сорочки странный кулон - испещренный древними рунами серебряный диск с впаянным в центре мутным осколком хрусталя, поднес украшение к глазам, - меня давно ждут там. По ту сторону. Не уверен, что с добром, но ведь всегда есть хотя бы крохотный шанс получить прощение того, кого любишь. Не сейчас, так через годы…

Обратную дорогу они проделали в полном молчании, сопровождаемые тем же самым министерским служащим, проводившим их до самых дверей.

- О ком он говорил, как ты думаешь? - спросил его Гарри уже на улице, жадно вдыхая теплый майский воздух.

- Не знаю, - передернул плечами Северус - обсуждать сейчас Альбуса казалось кощунством. - Уверен, любой человек имеет право на свои тайны.

Поттер, кажется, понял его, кивнул, соглашаясь.

- Ну что, к Эмили? - спросил он.

- Да, если у тебя больше нет дел в Лондоне. Не хочешь навестить своих родственников?

- Они, наверное, давно считают меня покойником, и вряд ли их это расстраивает, - усмехнулся Гарри.

* * *

«…Рыбак увидел множество незнакомцев, они танцевали на берегу. Тогда он вспомнил старую легенду о людях-тюленях, которые иногда выходят на берег и, приняв человеческое обличье, веселятся в тихий предвечерний час. Недалеко от того места, где спрятался рыбак, лежала маленькая рыжевато-коричневая шкурка и венок из разноцветных морских водорослей. Он видел - как только люди на берегу надевали шкуры, они тотчас превращались в тюленей. "Сейчас, должно быть, придет и владелец этой шкуры, - подумал рыбак. - Интересно, каков он?"

Схватив шкуру, он едва успел спрятаться, как увидел девушку, идущую по песку. Ее волосы были рыжевато-коричневого, а красотой и плавностью движений она напоминала маленьких морских чаек, ютящихся на выступах скал. Девушка надела венок на голову и принялась искать шкуру. Когда она, наконец, поняла, что та исчезла, и ей не удастся уплыть с другими тюленями в море, то горько-горько зарыдала. Пожалел рыбак деву-тюленя, но та так очаровала его, что он не решался отдать ей шкуру, боясь навсегда потерять ту, которую полюбил с первого взгляда.

Он подошел к девушке со словами утешения. Сначала та в испуге отпрянула, но, поняв, что он не желает ей зла, и зная, что беспомощна без волшебной шкуры, пошла за ним к лодке. Дома о том, что произошло на острове, рыбак рассказывать не стал – сказал только, что привез невесту»

- Привет, мы вернулись! - Гарри оборвал Эмили, устроившуюся на диване с большой книжкой в руках, читавшую вслух сказку темноволосому мальчику, приткнувшемуся у нее под боком и сосредоточенно разглядывавшему движущиеся картинки.

- Папа! - он поднял голову, широко улыбнулся, яркие, точь-в-точь как у отца глаза засветились веселыми искорками.

- Привет, Дэвид! - Гарри подхватил сына на руки, тот на мгновение уткнулся в его шею, потом извернулся, вырываясь. - Пап, мне тетя Эмми читает, пусти.

- Пойду за вещами, - сказал он, усаживая сына обратно на диван.

- Да, скоро ехать, - кивнул Снейп, опускаясь в кресло.

- Хочешь чаю, Северус? - спросила его Эмили.

- Пожалуй.

Она кликнула домовиху, отдала распоряжения и вновь взялась за книжку.

«Стали рыбак и дева-тюлень жить в скромном домике на берегу моря. Рыбак ловил рыбу или работал на своем маленьком поле, а жена хлопотала по дому. Но часто охватывала ее тоска, в слезах бежала она к морю и, стоя на берегу, прислушивалась к шуму и плеску волн, пока муж не приходил за ней. Много раз искала девушка свою исчезнувшую шкуру. Но рыбак запрятал ее в самый темный угол чердака под старые сети.

Как-то, придя домой, он увидел, что жены его нет и огонь в очаге погас. Кинулся он на чердак, разбросал старые сети. Маленькой рыжевато-коричневой шкурки на месте не было. Бросился он к заливу, где иногда отдыхали тюлени, и издалека увидел, как его жена накинула шкурку, соскользнула с берега и исчезла в синих водах. Долго звал он жену, но ответом ему было только громкое эхо.

Пошел рыбак тогда за советом к старой колдунье, что жила в маленьком домике за дальней скалой. Та покачала головой, дала ему крохотное перышко и сказала:

- Отпусти перышко и садись в лодку. Куда оно полетит, туда и ты плыви. А как утонет, ныряй прямо под воду. Твоя жена у морского короля. Если пройдешь все испытания, что он тебе назначит, и вымолишь прощение у любимой, получишь ее обратно».*

Появилась старая домовиха, левитируя перед собой поднос с чайными приборами.

- Позову Гарри, - сказал Северус, поднимаясь. Где-то под сердцем легонько зудела смутная тревога - то ли следствие пережитого недавно волнения, то ли в улыбке Поттера, обращенной недавно к сыну, сквозила неясная горечь.

«Люц прав, я жалок в том, что касается этого мальчишки, - мысленно усмехнулся он. - Превращаюсь в заботливую наседку».

Впрочем, интуиция, как обычно, не обманула. Гарри он обнаружил в старой комнатке, которую тот занимал во время беременности. Он лежал на кровати, уткнувшись лицом в подушку, стараясь заглушить рыдания. Плечи под тонкой тканью рубашки тряслись мелкой дрожью, он всхлипывал, проглатывая слезы.

- Что с тобой? - Северус сел рядом, дотронулся до его руки. Поттер вздрогнул, поднял красное от слез лицо, посмотрел на него устало и беззащитно.

- Сам не знаю, - он глубоко вдохнул, резко провел ладонью по припухшим глазам. - Все это вместе: встречи, Дамблдор… Утром мы были на могиле Гермионы. Они поставили огромный памятник, а что толку? Все равно ее нет… И сегодня у Дамблдора я почему-то постоянно вспоминал о ней. И о том, что не могу рассказать про Дэвида даже Рону.

- Я рад, что вы помирились, - мягко сказал Снейп.

- Да, я тоже. Проклятие, я же знал, что должен сказать это Дамблдору, должен простить, он выглядел таким слабым, одиноким, но слова не шли с языка, - Гарри прикусил губу, помотал головой. - Я последний мерзавец, подлец, сидел, как истукан, у постели умирающего. Но я правда не сумел. И сейчас, даже если вернусь, тоже не смогу, - он вновь судорожно всхлипнул, и Северус потянулся, привлек его к себе, укладывая темноволосую голову себе на плечо.

- Не все можно простить даже умирающему, - прошептал он, почти касаясь губами мягких пушистых волос. - Я ведь тоже не сказал, что прощаю. Это другое. Я уверен, Альбус понял.

- Не знаю, - прошептал ему в шею Поттер. - Когда же все это закончится?

Северус не ответил, лишь обнял крепче, погладил по худой, с выступающими лопатками спине, ощущая, как медленно расслабляются под ладонями напряженные мышцы,

отчаянно стараясь не думать о том, что вот оно желанное близко, ближе некуда. Кажется, протяни руку, и он вновь будет твоим. Как прежде, как тогда, в этой самой комнате. И слишком хорошо знал, что не сделает этого, не нарушит обещания, данного два года назад.

Он помнил, как сидел в маленькой кухне маггловской съемной квартиры, сухо приводил многочисленные доводы, призванные убедить Поттера в разумности переезда, а потом бросил резко:

- Не бойся, я не притронусь к тебе. Только если ты сам попросишь.

Впоследствии они никогда не вспоминали об этом, но он не собирался отказываться от своих слов, чего бы ему это не стоило. Еще и потому, что кроме страха утратить с трудом завоеванное доверие, существовала собственная гордость.

Гарри тем временем успокоился, отстранился, виновато улыбаясь.

- Извини, что расклеился. Спасибо тебе. Иди, я сейчас.

- Умойся, прежде чем выходить к ребенку, - раздраженно посоветовал Северус, но Поттер не обиделся, кивнул, соглашаясь.

В гостиной Снейп застал небольшое сражение - Эмили натягивала сопротивляющемуся Дэвиду теплую толстовку.

- На улице жарко! - возмущался малыш.

- Уже вечер, ветрено, - увещевала его женщина.- Не капризничай.

Северус подошел к столу, поднес ко рту чашку с уже остывшим чаем, сделал несколько глотков.

Вошел Гарри, волоча за собой большую сумку, улыбающийся, умытый и посвежевший, лишь слегка покрасневшие веки напоминали о недавнем срыве.

- Ну что, готов? - позвал он сына.

- Да, - пробурчал все еще недовольный мальчик.

- Тогда пошли, такси будет с минуты на минуту. Когда уже можно будет с тобой аппарировать…

- Когда? - заинтересовался Дэвид.

- Когда подрастешь, - рассмеялся Гарри, подталкивая малыша к выходу. - Эмили, спасибо вам большое за все. Вы просто ангел.

- У тебя замечательный ребенок, - улыбнулась женщина.

- До свидания, - кивнул ей Северус, берясь за дверную ручку, но приостановился на пороге. - Кстати, а чем закончилась та сказка, что вы читали?

- Как обычно. Рыбак отыскал свою жену, прошел все испытания, вымолил у нее прощение. У сказок должен быть счастливый конец.

- У сказок наверное, - усмехнулся он.

- В жизни тоже случается. Если нырнуть в открытое море, сразиться со стаей тритонов, отыскать на дне жемчужину и ответить на все загадки морского короля.

- Впечатляет, - ответил он в тон.

- Северус! - послышался с улицы голос Гарри, заглушаемый звуком мотора. - Такси.

- Дэвид, мы не можем взять его с собой, нас не пропустят в самолет, - услышал Снейп, спускаясь с крыльца. Гарри, сидя на корточках, пытался отобрать что-то у сопротивляющегося сына. За ними рассеяно наблюдал таксист средних лет, по-видимому, привыкший к подобным сценам.

- Папа, он говорит, что хочет ехать со мной! - возмущался мальчик. Приблизившись, Северус разглядел извивающегося в маленьких ручонках ужа, и уже не впервые где-то в глубине души ощутил ледяной укол страха - к этому ребенку змеи сползались, кажется, со всей округи.

- Он, правда, так говорит? - спросил он тихо.

- Откуда я знаю, - отмахнулся Гарри. - Я теперь не говорю на парселтанге. Дэвид, в лесу ему будет лучше. Там у него дом, родители...

- Я отнесу его в кусты, - согласился наконец малыш.

- Это ничего не значит, - тихо сказал Поттер, наблюдая за сыном, прощавшимся со своим новым другом. - Всего лишь способность, унаследованная от родителя. Главное, что он растет счастливым.

- Будем надеяться.

- Я в этом уверен, - отрезал Гарри, доставая из кармана влажную салфетку и склоняясь к подбежавшему малышу. - Дэвид, давай вытрем руки и поедем. Дядя водитель ждет.

В такси около четверти часа малыш увлеченно смотрел в окно, потом стал клевать носом и, наконец, крепко уснул в своем кресле.

- Тоже устал, - пробормотал Гарри, потягиваясь. - Я подремлю, ладно?

И, устраиваясь удобнее, привалился головой к плечу своего спутника, уже через минуту задышал ровно и глубоко.

В динамиках звучала тихая убаюкивающая музыка, мимо проносились одноэтажные маггловские домики тихого пригорода, сгущались сумерки. Северус также прикрыл глаза. Охватившая его недавно тревога рассеялась, приятная тяжесть уютно устроившегося на его плече Поттера, мерное посапывание малыша, мягкое движение машины дарили редкое и потому по-настоящему ценное ощущение покоя и правильности происходящего. Сквозь подступающую дрему мелькнула странная, плохо оформленная мысль о том, что сама по себе дорога к избранной цели тоже может быть приятной.



Сентябрь 2010 год

Знаменитый потолок Большого зала британской школы магии Хогвартс в этот первый сентябрьский вечер был усыпан яркими, крупными звездами, тепло сиявшими на темном бархате ясного ночного неба. Тысячи свечей плавали в воздухе над четырьмя длинными столами, за которыми сидели ученики, среди одинаковых темных мантий и остроконечных шляп мелькали серебристые расплывчатые силуэты школьных приведений, по своему обычаю собравшихся вместе со всеми присутствующими понаблюдать за церемонией распределения, еще больше смущая горстку растерянных, перепуганных всеобщим вниманием первокурсников.

- Поттер Дэвид, - выкрикнула женщина с крупным круглым лицом, державшая в руке старую залатанную шляпу, только что отправившую худенькую задумчивую девочку в Райвенкло.

По залу разнесся заинтересованный шепот, но худая пожилая преподавательница, сидевшая во главе профессорского стола, окинула своих подопечных строгим взором, и разговоры сменились напряженной тишиной.

Худой зеленоглазый мальчик с прямыми темными волосами и сосредоточенным, серьезным лицом отделился от стайки распределяемых, забрался на простой деревянный табурет.

Он изо всех сил старался держаться уверенно, особенно из-за тех мальчишек, с которыми повздорил в купе Хогвартс-экспресса, уже сидевших за гриффиндорским столом, но все же чуть не ойкнул, когда Шляпа опустилась ему на глаза.

- Интересно, очень интересно, - прозвучал ему прямо в уши тихий голос. - Выдающийся ум, талант, магическая сила. Много смелости и желания проявить себя… Твой случай напоминает мне другой, очень давний, тоже не простой. Куда же мне тебя определить? Может быть, на Слизерин? У тебя есть все задатки для того, чтобы стать великим.

- Папа сказал, что это не имеет значения.

- Ах, папа. А сам ты куда хочешь?

Дэвид на секунду задумался. Отец так долго внушал ему, что факультет не важен, что везде можно проявить себя и остаться порядочным человеком, в том числе на Слизерине. Иногда казалось - папа уверен: сын попадет именно на этот факультет. Возможно, Дэвид согласился бы с предложением Шляпы, если бы не мальчишки в поезде, высмеявшие его робкое желание поступить на Гриффиндор. И все из-за того, что он отказался драться с румяным здоровяком, бесцеремонно занявшим его место в купе. Новые знакомые дружно решили: такому хлюпику не место среди признанных храбрецов. Что ж, Дэвид докажет всем, что достоин факультета, который закончил отец.

- Я хочу на Гриффиндор.

- Ты уверен? Тебе больше подошел бы Слизерин. Хотя…

- Уверен!

- Что ж, твоя воля. Гриффиндор! - выкрикнула Шляпа.



The end


* В фике использована шотландская народная сказка «Дева-тюлень».



Глава 28Глава 29


Оставьте свой отзыв:
Имя: Пароль:
Заглавие:
На главную
Замечания и поправки отсылать Anni