Человеческий фактор

АВТОР: toma-km
БЕТА: Mara

ГЛАВНЫЕ ГЕРОИ/ПЕЙРИНГ: Гарри, Северус
РЕЙТИНГ: R
КАТЕГОРИЯ: slash
ЖАНР: angst,

КРАТКОЕ СОДЕРЖАНИЕ: Война закончена, Волдеморт уничтожен, Магическая Британия постепенно возвращается к мирной жизни. Но победа – результат действий, интересов и желаний отдельных людей.

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЯ: АУ, ООС, МПРЕГ, принуждение, НЖП, POV нескольких персонажей.


ОТКАЗ: Ни на что не претендую.




Глава 9

Новые уроки для Гарри Поттера

Сентябрь, 1997 год

Северус не появлялся в Малфой-Меноре несколько дней. В Хогвартсе накопилась масса дел – школа бурлила, как потревоженный улей, тот там, то здесь, возникали эксцессы, грозящие перерасти в полномасштабные военные действия. Кэрроу с азартом насаждали свои порядки, применяя к провинившимся ученикам разнообразные унизительные и болезненные заклятия. Директору с трудом удавалось удерживать их хоть в каких-то разумных рамках.

Однако, дело было не только в занятости.

Волнение за судьбу Поттера перебивалось воспоминаниями об унижении, пережитом недавно в Малфой-Меноре. Несколько раз направлялся Снейп к выходу из замка и несколько раз возвращался обратно. Слишком уж больно и унизительно для самолюбия было думать о произошедшем. В конце концов, если он будет нужен, его позовут. Вестей от Малфоя нет. Значит, с мальчишкой все нормально, помощь ему не требуется. От этих мыслей на душе почему-то становилось еще противнее.

Глупо и стыдно было вспоминать о том, как он ждал Поттера после его первой ночи у Лорда. Как представлял, что успокаивает, обнимает за плечи, уговаривает перетерпеть, надеяться на лучшее. И не важно, что Северус Снейп никогда не выступал в роли утешителя и вряд ли бы с ней справился. В любом случае, его порыв не был оценен. Он ошибся, как, впрочем, ошибался слишком часто в том, что касалось чувств и реакций других людей. Поттеру не нужен был утешитель – скорее тот, на ком можно сорвать злость, отыграться за пережитое унижение. Вот для этого Северус всегда подходил идеально.

А потом Люциус прислал одного из своих знаменитых филинов. Поттер желает его видеть? Ну-ну…

И тут же обожгло иссушающим страхом. Как там? Что случилось? Как мог Северус бросить все на самотек, оставить Поттера, сломленного и поруганного обезумевшим тираном, без последней поддержки? До границы антиаппарационного барьера хогвартский директор добрался почти бегом.

- Что случилось? – спросил он, пожимая прохладные пальцы Малфоя.

- Ничего, - повел тот плечами. – Понятия не имею. Может быть, Поттеру нужна хорошая смазка, может, афродизиаки. Он сказал, что хочет с тобой встретиться, я послал птицу.

- Лорд часто… вызывал его к себе?

- После твоего ухода три раза. Впрочем, два дня он вообще не ночует здесь.

- Понятно. Так пойдем к Поттеру?

- Сейчас узнаю, где он. Тили, - крикнул он. – Позови сюда Гарри Поттера.

- Слушаюсь, хозяин, - склонилась в низком поклоне пожилая эльфиха.

- Позвать?! То есть, ты не знаешь, где он?

- Он ходит по дому без охраны, - скривился Люциус, и стало понятно, что такое положение вещей отнюдь не способствует спокойствию хозяина особняка. – Лорд решил, что Поттер, связанный браслетом подчинения, не опасен.

- Какое доверие! - хмыкнул Снейп.

- Северус, я сам ничего не понимаю, - сказал Люциус, на всякий случай, оглядываясь. – Мальчишка шатается по всему дому, Лорд требует, чтобы время от времени он ел за общим столом в гостиной. Такое ощущение, что это не враг, на которого охотились два года, а просто…

- Любовник, - кивнул Снейп, хмурясь. Происходящее нравилось ему все меньше и меньше. Хотя, Поттер жив, по словам Люциуса, здоров. А что может быть важнее?

Сзади послышались шаги. Быстрые человеческие и шлепающие домовика. Северус обернулся.

- Здравствуйте, профессор!

Поттер в простой черной мантии стоял, заложив руки за спину.

Снейп сдержано кивнул – то, как они расстались в прошлый раз, не располагало к радушному приветствию.

- Я вас оставлю, - Люциус дотронулся до рукава Снейпа. – Можете пройти в зимний сад.

- Идемте, - немного смущенно предложил Поттер, когда Малфой скрылся за поворотом коридора.

Снейп молча последовал за юношей. Тот двигался уверенно, по-видимому, успел изучить дом за эти дни.

Зимний сад особняка Люциуса ослеплял несколько кричащим великолепием. Огромный стеклянный купол, поддерживаемый золочеными металлическими конструкциями, оплетали тропические лианы, среди многочисленных растений стояли витые скамейки, приглашавшие гостей отдохнуть. По усыпанным гравием дорожкам гуляли преисполненные чувства собственной значимости павлины. В центре помещения расположился большой фонтан с псевдо античной скульптурной группой.

- О чем вы хотели со мной говорить, мистер Поттер? – поинтересовался Северус холодно, присаживаясь на бортик фонтана. Мальчишка примостился рядом, потер сосредоточенно переносицу. Сел близко, почти касаясь коленом ноги профессора. Пахло от него все тем же земляничным мылом. Какое-то наваждение!

- Я вас слушаю, Поттер.

- Я хотел извиниться, - пробурчал тот, не поднимая глаз.

Снейп, ожидавший чего угодно, только не этого, на секунду застыл, лихорадочно соображая, правильно ли он понял только что прозвучавшие слова.

- За что именно? – спросил он чуть более резко, чем хотелось бы.

- Ну… За прошлый раз, - Поттер сосредоточенно кашлянул. – Я тут подумал…

- Вы подумали? Не верю своим ушам.

- Да ладно вам, - бросил Поттер с досадой. – В прошлый раз, когда мы виделись, я был не в себе.

- Ваше нормальное состояние.

- Не нормальное. Меня, знаете ли, не каждый день принуждают к сексу.

- Допустим, вы действительно были… расстроены. Что дальше?

- Расстроен? – Поттер усмехнулся, крепкий кулак со злостью сжал ближайшую ветку. Растение не выдержало – древесина жалобно хрустнула. – Да моей мечтой была немедленная смерть. И сейчас тоже…

- Иногда для того, чтобы жить, требуется больше мужества, - спокойно ответил Северус. – Пора бы вам это усвоить.

Поттер взглянул на него удивленно, наверное, не привык к тому, что Снейп может разговаривать с ним почти нормально.

- А на вас я обозлился, потому что вы ведь тоже меня… просили. Я в тот момент ненавидел всех, кто хотя бы думать мог о таком.

- Я уже сказал вам, Поттер, что не хотел этого. Единственной моей целью было спасти вас от Петтигрю, - ему почти не было стыдно за ложь. Почти. – И вы это прекрасно знали. Просто вам хотелось сорвать на ком-то свою злость в то утро.

- Нет, - Поттер замолчал, подбирая слова. – Не совсем так. Я, действительно, тогда воспринимал вас как одного из… претендентов.

Он невесело усмехнулся.

- Что же изменилось с тех пор?

- Ну, потом я подумал. Вы ведь всегда терпеть меня не могли. С чего бы вам меня хотеть… так?

- Действительно, с чего? – пробормотал Северус. Поттер, который понял профессора по-своему, оживился.

- Вот-вот! Для этого ведь надо, чтобы человек хоть немного нравился. А я вам противен.

Волдеморт мне так мстит, понятно. Это вполне в его духе. Но для вас это было бы чересчур.

Бред! Сумасшедший дом! Северус не знал, рассмеяться ему хочется, или зарыдать. Поттер радуется тому, что его ненавидят! Знал бы он, как все обстоит на самом деле! Впрочем, не нужно. Потому что, если бы знал, сразу отшатнулся бы в приступе омерзения.

- Так что из этого следует? – спросил он на удивление спокойно.

- То, что я был несправедлив к вам. И прошу прощения.

- Извинения принимаются.

- Хорошо, - вздохнул Поттер.

Они помолчали.

- Как у вас дела… вообще? – спросил Северус. Поттер бросил на него быстрый взгляд и сразу же опустил глаза. Неопределенно повел плечами. – Так как?

- Спасибо, хреново.

- Рассказывайте! – потребовал Снейп.

- Да нечего рассказывать. Все то же.

- Он вас… он причиняет вам боль? – сложнее всего оказалось подобрать слова.

- Он не пытает меня, - Поттер разглядывал свои ботинки. – Если вы об этом. И даже ваша мазь не понадобилась.

- Хорошо, - от души сказал Северус. Он, действительно, так думал.

- Правда? – саркастически осведомился юноша. Голос его дрогнул.

- Правда, - уверенно ответил Снейп. – Вы даже не представляете, на что он способен.

- Наверное. Но от этого не легче.

- Без Круциатуса в любом случае легче, чем с ним. В то утро, когда мы с вами так мило побеседовали, я готовился откачивать полутруп. А вы пришли собственными ногами, довольно бойко нахамили мне и сообщили, что всего лишь замерзли. Позвольте мне, как человеку, знакомому с Лордом чуть дольше вашего, считать это редкой удачей.

- Больше не мерзну, - усмехнулся Поттер.

- Да? – поднял брови Северус.

- Да. Во второй раз, - он покраснел, - я попросил его наколдовать одеяло.

- И он?!

- Да что ему, жалко, что ли? Наколдовал. Трансфигурировал из простыни.

Снейп мысленно покачал головой. Он-то думал, что больше сегодня его не удастся ничем удивить.

- Профессор?

- Да.

- Он, действительно, не пытает меня. Правда, есть другая проблема.

Вот в чем дело. Конечно, глупо было хоть на миг поверить в то, что Поттер позвал его лишь для того, чтобы извиниться.

- Какая? – спросил он ровно. И в тот же миг в душу ледяной змеей заполз липкий страх.

- Вы помните о том, почему Дамблдор просил вас заниматься со мной окклюменцией?

- Разумеется, - поморщился Северус. Воспоминание о том, что Поттеру довелось увидеть самый отвратительный и унизительный эпизод его жизни, не улучшило настроения. – Потому что Лорд проникал в ваши мысли.

- А вы представляете, как это было? – спросил Поттер, прямо глядя на него. – Что я испытывал?

- Дамблдор не говорил мне.

- Вот именно, - хмыкнул мальчишка. – В общем, я могу чувствовать Волдеморта. Даже когда он не пытается проникнуть в мои мысли. Когда он рядом, чувствую, практически, постоянно. Особенно, когда он раздражен, зол, или, наоборот, обрадован.

- Сильные эмоции, - произнес Снейп, начиная понимать.

- Да, типа, - Поттер запнулся. – И в эти моменты у меня болит шрам.

- Как сильно болит?

- Очень сильно, - он помолчал. - Почти невыносимо.

- Значит…

- Вот сейчас болит, - Поттер приложил руку ко лбу. – Значит, он где-то близко. И в моменты… короче, когда я… мы. Ну, в постели. Тогда особенно.

Снейп кивнул. Сексуальная близость. Всегда зашкаливающие эмоции. Конечно.

- В общем, дайте мне какое-нибудь зелье, профессор, - закончил Поттер. – Иначе я просто сойду с ума от боли.

- Зелье не поможет, - медленно произнес он. – Облегчит боль на какое-то время. Но принимать его постоянно вы не сможете. Возникнет привыкание, передозировка.

- Что же тогда делать? – возможно, Снейпу казалось, но в голосе Поттера послышалось отчаяние.

- Учиться закрывать сознание, - ответил он, понимая, какую реакцию вызовут его слова.

- Окклюменция?! – почти завопил Поттер.

- Да, то, чему вы не смогли научиться.

- Да вы и не пытались меня научить!

- Поттер, вы хотите получить еще один повод просить у меня прощение?

- Северус, ты так страстно выражаешь свои чувства, - холодный насмешливый голос заставил их обернуться. – Смотри, я начну ревновать. О чем спор?

Темный Лорд приблизился, крепко сжал плечо Поттера.

- Здравствуй, Гарри.

Тот никак не отреагировал, даже не пошевелился, только поморщился еле заметно.

Снейп низко склонил голову в приветствии.

- Здравствуйте, мой Лорд.

- Что привело тебя сюда, Северус? – в голосе Лорда Снейпу послышалась явственная угроза.

- Это я попросил Малфоя позвать профессора, - услышал он голос Поттера.

- Да? – Лорд вопросительно посмотрел на юношу, перевел взгляд на Снейпа. – И какова же причина?

- У меня болит голова, - Поттер, кажется, задался целью не дать ему раскрыть рта сегодня. – Я просил у профессора зелье.

- Северус, в чем дело?

- Думаю, это эмоциональная связь с вами, мой Лорд. У Поттера болит шрам, - тихо сказал он. В голове крутилась шальная, рискованная мысль. Вот если бы только…

- Так дай ему что-нибудь.

- Зелье вряд ли поможет, мой Лорд. На какое-то время, быть может. Но оно вызывает привыкание, к тому же в больших дозах опасно.

- Что ты предлагаешь?

- Поттеру нужно научиться защищать сознание, мой Лорд. Без этого он рискует сойти с ума. Если бы вы разрешили… я мог бы с ним заниматься.

Он поймал ошеломленный взгляд Гарри и отвел глаза.

- Другими словами, ты хочешь научить его скрывать от меня мысли? – угрожающе уточнил Волдеморт. – Или просто ищешь повод быть ближе к предмету вожделения?

- Вы приказали мне отвечать за его физическое состояние, мой Лорд. Доложить вам о проблеме и способах ее решение – мой долг, - ответил он, как мог смиренно. – К тому же, при существующей связи Поттер не опасен. И, если вы пожелаете узнать чьи-то мысли, закрыть их от вас не сможет даже самый сильный окклюмент.

- Оставьте, профессор. Я буду только рад сойти с ума и не видеть всего этого, - оборвал его Поттер с досадой.

Волдеморт резко обернулся к юноше, запустил длинные пальцы в его густую шевелюру и вдруг дернул назад так резко, что тот вскрикнул от неожиданной боли.

- Ты такой смелый, Гарри, - произнес он вкрадчиво. – Все еще смелый. И дерзкий.

Помнишь, я обещал научить тебя хорошим манерам?

Поттер смотрел на мучителя, глаза под съехавшими набок очками были наполнены отчаянной злобой.

- Кстати, здесь до меня дошли слухи, что тебя не удовлетворяет секс со мной, - продолжал Лорд с уже неприкрытой ненавистью. – Что ж, это исправить легко. Северус, сегодня пришлешь возбуждающие. Желаниям молодых людей надо иногда потакать.

- Да, мой Лорд.

- Вот и замечательно, - он резко отбросил от себя Поттера. Так, что тот с грохотом отлетел в сторону, задев кадушку с каким-то растением. – Да, и не забудь обезболивающие. Обойдетесь без защиты разума. Поттер, в полночь жду в своей комнате.

Северус не успел прийти в себя от внезапности произошедшего, а Лорд уже стремительно удалился.

- Значит, теперь меня будут поить всякой дрянью, - от слишком взрослой усмешки Поттера, стряхивающего с мантии землю, просыпавшуюся из кадки, становилось не по себе. – Замечательно! А я ведь и не помню, когда говорил про секс. И кому.

Раскаяние накатило жгучей волной. Да, Поттер, по-видимому, не помнил – не в том он был состоянии. Зато Северус помнил слишком хорошо о том, как в порыве злости на весь мир бросил Малфою резкие слова о неудовлетворенности юноши. За что тому теперь предстоит расплачиваться. Снейп слишком хорошо знал о побочном действии афродизиаков: слабость через несколько часов, состояние разбитости, возможно, ломота в костях, головные боли. Не говоря уж об унизительности процесса.

- Мне жаль, - просто сказал он.

- Плевать, - Поттер махнул рукой. – Подумаешь, возбуждающие. Как-нибудь перетерплю.

- Не вздумайте, как вы выразились «терпеть», - резко бросил Снейп. Хотя Поттер такого обращения не заслужил, это была, скорее, злость на себя, на свою роковую несдержанность.

- В смысле?

- В смысле не пренебрегайте разрядкой. Без этого вам будет гораздо хуже.

- Вы что, всерьез считаете, что я могу, - Поттер запнулся и покраснел. – С ним?!

- А у вас не будет другого выхода, - получилось, отчего-то, мстительно. – Прощайте. Я пришлю вам обезболивающее с инструкций.

Северус вдруг почувствовал, что больше не выдержит и минуты рядом с этим несчастным, озлобленным, растерянным и невероятно желанным подростком. Которого готов убить за будущее наслаждение с другим, пусть даже тот его испытает против воли. Мысли эти были пугающе отвратительны.

- До свидания, профессор! – ответил Поттер. Не зло, не раздраженно, без издевки.

- Поттер, - он остановился, чтобы задать странный, бессмысленный вопрос, ни с того ни с сего пришедший в голову. – А какое одеяло наколдовал вам Темный Лорд?

- В начале серое, приютское. Как я видел в воспоминаниях Дамблдора, - на губах Поттера мелькнула горьковатая усмешка. – А потом трансфигурировал в такое… нормальное. Пуховое. До встречи. Сэр.



Октябрь, 1997 год

Хеллоуин этого года выдался холодным и пасмурным, с утра небо затянули низкие тучи, а к вечеру зарядил противный дождь с колючими снежинками. Выглядывать в окна не хотелось, унылый осенний пейзаж не прибавлял радости. В прежние времена мелочи, вроде плохой погоды, не портили праздничного настроения обитателям Малфой-Менора. Наоборот, уютно было прятаться от промозглой сырости в теплом, приветливом доме, ожидая прихода гостей, неизменных сюрпризов и розыгрышей, с наслаждением принюхиваясь к умопомрачительным запахам, просачивавшимся в холл первого этажа дома с огромной кухни.

Сейчас же все было по-другому. Слишком много чужих и неприятных людей, ощущавших себя хозяевами, разгуливало по дому, всеми владела мрачная, или, наоборот, истерически – приподнятая нервозность. Хозяева не успевали отдавать указания, домовики Малфой-Менора сбились с ног, готовясь к торжественному ужину. Лорд приказал устроить праздник по высшему разряду, и Люциусу Малфою совсем не хотелось обмануть его ожидания.

К одиннадцати часам приглашенные собрались в гостиной – Темный Лорд не любил опозданий. Гудело пламя в камине, зубастые тыквы, такие милые, неизменно пробуждающие воспоминания о детстве и потому не уместные здесь, в тяжелой атмосфере, пропитанной флюидами страха и подчинения, светились на стенах, свисали с потолка.

Северус, как обычно, с кислым выражением лица, в неизменной черной мантии появился позднее других, устроился на привычном уже месте по левую руку от Лорда.

- Задержался на праздничном ужине в Хогвартсе, - сказал он, кивком отвечая на приветствие Малфоя. – Эти малолетние идиоты готовы праздновать до утра, что бы ни происходило кругом.

Люциус понимающе поддакнул. От Драко он знал, что обстановку в Хогвартсе при всем желании нельзя назвать мирной.

Даже сын говорил о том, что Кэрроу перегибают палку, наказывая учеников. После того, как мальчика заставили отрабатывать пыточное заклятие на провинившихся чем-то второкурсниках, Драко прислал письмо, свидетельствовавшее, по меньшей мере, об истерике, а, возможно, и нервном расстройстве. И это после того, что пришлось пережить ребенку в прошлом году, пока Люциус был в Азкабане!

Уже после родители узнали, что Драко не выдержал, расплакался, сказал что-то грубое Амикусу и покинул класс.

Северус наказал его отработкой за неуважение по отношению к учителю, но от подобного рода занятий отстранил. Малфои за это были старому другу искренне благодарны, и даже то, что Темный Лорд как-то раз бросил реплику о никчемности его единственного наследника, не способного на решительные действия, не слишком Люциуса расстроило. В конце концов, для него лично важнее всего было продолжение рода, а не соответствие характера сына представлениям зарвавшегося властителя.

А в том, что Темный Лорд в последнее время зарывается, он не сомневался. Гонения на всех, кто хотя бы словом осмеливался противоречить политике нового состава министерства, достигли невиданных размеров. Способы расправы с неугодными становились все более кровавыми. Недели не проходило без показательной акции по уничтожению магглов. По всей стране судили и арестовывали грязнокровок, уличенных в мифическом (и все, кроме отъявленных фанатиков и законченных тупиц, это понимали) воровстве волшебных палочек, прошла волна конфискаций, многие семьи оказались на улице. По благополучным ранее Хогсмиту и Косому переулку теперь противно было пройти – всюду сновали нищие попрошайки, из-за углов зазывали проститутки разного возраста и пола.

Не то чтобы Люциус жалел магглов или грязнокровок. Но неспокойная обстановка в Магической Британии плохо отражалась на бизнесе – падала покупательская способность населения, иностранные партнеры уходили с рынка, да и пребывание ставки Лорда в родовом имении не способствовало благополучию семьи Малфоев.

Нет уж, Драко необходимо оградить от всего этого. От грязи, потрясений, необходимости исполнять отвратительные приказы. Тем более что готовых выполнять указания Кэрроу было достаточно. Малфой брезгливо покосился на Крэбба и Гойла. Он слышал, что их сыновья с садистским удовольствием бьют и даже пытают однокашников.

- Ты не видел Яксли? - оторвал его от размышлений Северус.

- Нет.

- Он остался в Хогвартсе чтобы переговорить с Алекто. Пора бы ему вернуться.

Малфой лишь пожал плечами.

- Для чего он там?

- Инспекция соблюдения правил обучения грязнокровок, - скривился Снейп.

Гул голосов за столами усилился – гости перешептывались. Люциус поднял глаза. Ни на кого не глядя, по залу быстро прошел Поттер. Кажется, Беллатрикс что-то сказала ему, он ответил. Сидевшие рядом с Лестрейнджами глумливо рассмеялись, а кузина вскочила со своего места, сжимая палочку. Казалось, еще мгновение, и она запустит в Поттера каким-нибудь замысловатым заклятием. Однако, муж придержал ее за плечи и почти насильно усадил рядом с собой.

Люциус покачал головой – известие о том, что Лорд проводит ночи со своим давним врагом и нынешним пленником, лишило Беллу остатков рассудка. Лишь возможный гнев господина, строго-настрого запретившего своим подданным причинять хоть какой-то ущерб Поттеру, удерживал ее от решительных действий. Наблюдая иной раз за свояченицей, Малфой думал о том, что когда-нибудь она окончательно сойдет с ума на почве своей болезненной страсти, и тогда даже страх не удержит ее от мести.

Поттер же, не обращая внимания на разъяренную женщину, прошел к столу и плюхнулся на указанное домовиком место между Долоховым и Петтигрю. Хвост покосился на нового соседа так, что Люциуса замутило. Неприкрытая похоть на крысоподобном лице Питера смотрелась отвратительно. Поттер, по-видимому, тоже заметив это, брезгливо отодвинулся от мерзкого соседа.

Малфой внимательно посмотрел на мальчишку. Не взирая на сознательно демонстрируемое безразличие, выглядел тот не слишком хорошо. И без того не отличавшийся крепким сложением, он заметно похудел, под глазами залегли глубокие не проходящие тени, кожа приобрела нездоровый оттенок. Поттер часто прикладывал ладонь ко лбу, щурил глаза за стеклами очков, словно испытывая боль от слишком яркого света. По-видимому, жизнь в качестве игрушки Темного Лорда была не слишком сладка, даже несмотря на отсутствие пыток.

В следующее мгновение все присутствующие замолчали. Двое здоровых, грубоватых на вид детин, отлевитировали в зал спутанное по рукам и ногам тело, при внимательном рассмотрении оказавшееся магом в разорванной, испачканной кровью мантии, с длинными волосами, грязными прядями обрамлявшими измученное серое лицо. «Обычные праздничные забавы», - подумал Люциус с досадой. Здесь точно можно не ожидать представителей прессы. Подобные развлечения, горячо одобряемые большинством коллег по «клубу», вызывали у него лишь брезгливое отвращение.

Мага за ноги подвесили на веревке к потолочной балке, на высоте в человеческий рост. И тут же дверь отворилась, быстрым шагом к своему месту во главе стола прошел Темный Лорд.

- Здравствуйте! – приветствовал он собравшихся легким взмахом руки, кивком отвечая нестройному хору голосов, желающих ему здравия.

- Сегодня у нас праздник, - он оглядел зал. – Все вы служили нашему общему делу. Кто лучше, кто хуже, но все, надеюсь, искренне. Поэтому нынешний вечер мы посвятим веселью и возлияниям – никаких дел, никаких серьезных разговоров.

Он сделал паузу. Гости смотрели на него, ожидая продолжения.

- Но прежде, чем приступить к праздничному ужину, мы должны покончить с одним вопросом. У нас сегодня гость, - широким жестом он указал на пленника в противоположном конце зала. - Некий мистер Гренбери, в прошлом скромный ученый в Уэльсе, в настоящем – мятежник, пытавшийся поднять бунт среди магов в своем графстве. Таких надо наказывать строго, чтобы иным не пришло в голову повторить их подвиги. Как вы считаете?

Пленник, словно уловив, что решается его судьба, громко застонал, но крик его заглушили вопли, аплодисменты, даже топот. Многие из присутствующих жаждали развлечения, другие считали необходимым демонстрировать радость, которой не испытывали.

Лорд в ответ на звуки бурного одобрения улыбнулся.

- Я рад единодушию в наших рядах. Что ж, - он взмахнул палочкой. - Круцио!

Тело забилось в конвульсиях, зал огласили дикие, нечеловеческие вопли истязаемого существа. Люди за столом затихли, молча наблюдая мучения несчастного, лица сделались серьезны. Лишь Белла безумно улыбалась, обнажая белые зубы.

- Перестаньте! – услышал вдруг Люциус тихий голос, однако, внятно прозвучавший, даже несмотря на крики пленника.

- Силенцио! – Лорд взмахнул палочкой, и жертва задергалась, широко открывая рот, но не издавая ни звука. Впрочем, сейчас все смотрели не на пленника. На Поттера, сидевшего с низко опущенной головой. Рука его, лежавшая поверх скатерти, мелко тряслась. На запястье светящейся полоской выделялся вплавленный в кожу браслет.

- Что ты сказал, мой мальчик? – почти нежно обратился к нему Лорд.

- Перестаньте. Прекратите это! – повторил мальчишка, поднимая глаза.

Тишина, воцарившаяся в помещении, была тяжелой, давящей. Малфой подумал, что сейчас его гостиная огласится еще одним пронзительным воплем. Мельком он взглянул на Снейпа. Тот сидел спокойно, безразлично глядя куда-то мимо Поттера, но губы были чересчур сильно, до белизны, сжаты, а пальцы комкали салфетку.

«Волнуется за своего сопляка, - со смесью злости и ехидства подумал Малфой. – Не теряет-таки надежды получить приз в виде тушки Поттера, даже несмотря на то, что ей пользуется Темный Лорд. И Петтигрю надеется. Кретины!»

Подобных маний Малфой искренне не понимал. Да, он мог испытывать сладкую, почти мучительную похоть, мог добиваться женщины или мужчины, как приза, или находить своеобразное удовольствие в необычных, рискованных отношениях. Но никогда не терял голову от страсти, будучи твердо уверен, что все без исключения тела взаимозаменяемы.

Однако, Лорд не рассердился. Даже, наоборот, развеселился, словно ожидал от Поттера именно такой реакции.

- Тебе жаль его, Гарри? – спросил он вкрадчиво. Тот смотрел в сторону, не отвечая. – Если жаль, прекрати его страдания.

И извлек из кармана мантии волшебную палочку Поттера.

- Возьми, Гарри. Хвост, передай.

Петтигрю, вскочив со своего места, обежал стол, принял из рук господина палочку и отдал мальчишке. Тот, словно не веря случившемуся, осторожно взвесил ее на ладони, потом сжал в кулаке, взмахнул. С конца палочки посыпались красные искры.

Малфой слишком хорошо понимал чувства Поттера. Для мага почти невыносимо лишиться возможности колдовать. Он сам чуть с ума не сошел, пока не получил новую палочку взамен позаимствованной Лордом.

- Фините инкантатем, - мальчишка выбросил руку вперед. Пленник, корчившийся в муках, обмяк, словно подвешенный к потолку куль.

И тут же послышался громогласный хохот. Смеялся Темный Лорд. Никто и не думал ему вторить – так страшно это выглядело.

- Поттер, - выговорил он сквозь смех. – Неужели ты думал, что у нас принято прекращать мучения ТАК? Нет, я имел в виде, прекрати его муки на нашей грешной земле. Ну, попробуем еще раз. Круцио!

Человек, подвешенный на веревке, неистово задергался. Его, казалось, скручивало в узел от боли. Грязные волосы свисали мочалкой, лицо было перепачкано слюной и кровью, стекавшими из искаженного в беззвучном крике рта. Губы Поттера дрожали, он смотрел на палочку в своей руке, словно надеялся найти в ней ответ.

- Ну же, Гарри, - Лорд обогнул стол, мягко скользнул за спину Поттера, длинными белыми пальцами сжал его плечо. – Давай, помоги ему. Ты же понимаешь, что конец у этого несчастного будет один. Всего два слова! Авада Кедавра!

- Я все равно не умею, - хрипло прошептал Поттер.

- Ерунда, - Лорд склонился к его уху, словно нашептывая любовное признание. – Нужно только захотеть. Неужели ты не хочешь прекратить мучения этого бедолаги?

Лицо мальчишки исказилось отчаянием и растерянностью. Медленно, невероятно медленно, трясущейся рукой он поднял палочку, направляя ее на жертву.

- Ну же, Гарри, не бойся. То, что ты сделаешь, будет актом милосердия, - Лорд провел по его вытянутой руке от запястья до локтя, голос звучал вкрадчиво, обволакивая, убеждая в правильности предложенного. – Давай, малыш!

Поттер сильнее сжал палочку, прикрыл глаза. Вот сейчас прозвучат страшные слова, прорежет гостиную зеленый луч убивающего проклятия. Все присутствующие, кажется, перестали дышать.

Рука дрогнула, резко опустилась. Пальцы безвольно разжались, ничем не удерживаемая палочка выскользнула, покатилась по полу. Раздался судорожный всхлип, Поттер рванулся из почти объятий своего искусителя и уткнулся лбом в скатерть.

- Что, сложно, Поттер? - загремел голос Лорда, не скрывавшего досады. – Вот оно – твое хваленое милосердие! Теперь понимаешь, что в жизни часто не найти однозначных ответов?

Он помолчал, глядя на мальчишку, чьи плечи сотрясала мелкая страшная дрожь.

- Понимаешь, как сложно взять на себя сложное решение, как труден бывает выбор? Ты на него не способен, Поттер! Все, что ты можешь – героически отдать жизнь на благо абстрактного добра. Храбрость барана, идущего на убой. Ты слабак, Поттер. Жалкий слабак, годный лишь на то, чтобы быть чьей-то пешкой. Подними голову! - приказал он.

Мальчишка медленно поднял опухшее от слез, красное лицо. Взгляд за стеклами очков был больным, но осмысленным. Он смотрел не на Лорда – на пленника, все еще извивающегося в страшных безмолвных муках.

- Согласен, что ты слабак и трус? – вновь склонился к нему Лорд. – Ответь!

- Да, - словно не понимая, о чем идет речь, проговорил Поттер. – Прекратите это. Пожалуйста!

Он указал подбородком на пленника.

- Согласен, что ты жалкое ничтожество, вообразившее себя героем?

- Да, да! Только прекратите это!

- Согласен, что твоя слава – блеф, а сам ты дешевка? Ты, похоже, вообразил о себе лишнее только потому, что я не пытаю тебя, разрешаю свободно ходить по дому, есть, что ты хочешь?

Так запомни, мальчик, ты просто шлюха, которой не имеет смысла портить шкурку. Которую кормят за то, что она в нужный момент разводит ноги! Согласен?!

- Да! Да! Да! – заорал Поттер, тряся головой. – Я со всем согласен! Только прекрати это немедленно!

- Хорошо, - удовлетворенно сказал Лорд, почти ласково опуская мальчишке ладонь на затылок. - Это был еще один урок. Я доволен результатом. Авада Кедавра!

Он резко вскинул руку с палочкой, страшный зеленый луч просвистел над головами. Тело на веревке в последний раз дернулось и обвисло, подобно тряпичной кукле.

- Уберите, - брезгливо скривился Темный Лорд.

- Ну вот, - обернулся он к притихшим за столом гостям, проходя к своему месту. – Теперь можем приступить непосредственно к торжеству. С праздником, господа! Он поднял наполненный темно-красным вином хрустальный кубок.

В этот момент дверь отворилась, в зал проскользнула Алекто Кэрроу – бледная и растрепанная. Испугано косясь на Лорда, она склонилась к Снейпу, почти касаясь плеча Люциуса своей обвислой грудью, обтянутой слишком узкой мантией. От женщины исходил ощутимый запах пота, и Малфой поморщился, отодвигаясь.

Однако то, что она принялась торопливо нашептывать Снейпу на ухо, было очень серьезно.

- В Хогвартсе убит Яксли… Авроры… Уизли… Малфой...

Расслышав имя своего сына, Люциус резко обернулся.

- Что с моим сыном? – спросил он Кэрроу достаточно громко. Нарцисса, сидевшая слева, испугано вцепилась в его руку.

Алекто растеряно посмотрела на него.

- Что с моим сыном? – повторил он свой вопрос, повышая голос. – С ним все в порядке?

- Да-да, - залепетала Кэрроу. – Просто…

- Я же предупреждал этого идиота! - прошипел Снейп, вставая. – Мой Лорд, в Хогвартсе неприятный инцидент. Я вынужден немедленно отправиться туда, - сказал он почтительно, но твердо.



Глава 8Глава 9Глава 10


Оставьте свой отзыв:
Имя: Пароль:
Заглавие:
На главную
Замечания и поправки отсылать Anni